Глава 15

Александр

Абсолютно свободный вечер вдруг ложится на плечи невыносимым грузом и я не нахожу ничего лучше, как вернуться назад на работу. Там всегда есть, чем себя занять. К тому же частные консультации величина постоянная.

Путь занимает намного меньше времени, чем я мог предположить, и уже через полчаса я опускаюсь в свое кресло за рабочим столом в личном кабинете.

Быстрая проверка входящих, контроль подчинённой мне группы. Все идеально. В свое время мне потребовалось значительное количество времени, чтобы подобрать команду отвечающую всем моим требованиям, но я их нашёл и сейчас она практически не нуждается в контроле, только в редкой корректировке ежедневной рутины, ну и естественно в управлении и слаженном взаимодействии во время экстренных ситуаций.

Ловлю себя на том, что вхожу в систему отслеживания сигналов сотовых и вбиваю номер, который запомнил сразу же по получении.

Он всё ещё вне сети. Просматриваю историю передвижения. Так… это тот район, в котором я был. То есть она и правда живёт там? Но подруга Солы? Да и ее внешний вид — это однозначно не уровень жительницы простого спального района.

Несостыковки то, что является частью моей работы. Поглядываю на свой телефон, ещё раз обдумывая вариант изучения информации присланной мне Кириллом. И в очередной раз отметаю его.

Что не так? Желание дольше удержать созданный в мыслях образ? Да…

Специфика восприятия одноразовых встреч оставила яркое жирное клеймо на моем образе мыслей. Все в твоих руках, твой партнёр, как чистый лист, биографию которого ты создаёшь здесь и сейчас.

Я уже создал и, несмотря на то, что мне катастрофически не хватает информации о ней, я пытаюсь отвлечься, загнав свое любопытство глубоко в внутрь.

Сигнал.

Её телефон появился в сети.

— Отлично, — тянусь я за своим девайсом, чтобы сделать звонок, но замираю на полпути… Автоматический анализ координат ее местонахождения выдает мне точный адрес. Она находится в доме у Рыкова… Рыкова?.. За каким хреном?!!! С Дмитрием, мать его, Васильевичем "классикой" не обойтись…

Ее образ начинает стремительно терять свою яркость, словно подернувшись дымкой, становясь прозрачным, почти не осязаемым…

Стоп.

Нет.

Так просто ты от меня не отделаешься, моя (не) Сола!

Мерцающая точка начинает перемещение. Значит, визит завершен… Визит ли?

Забиваю запрос по Рыкову в информационную базу фирмы. Файл лёгкий, только общие сведения, которые и так у всех на слуху. Наши интересы пересекаются лишь частично, но всё же информационные технологии — это не настолько огромная сфера, чтобы не знать основных игроков на рынке. И если наша направленность в основном касается безопасности, то у Рыкова она покрывает все остальное. Каким образом нам удалось избежать конфликта интересов? Надёжный тыл, когда за фирмой новичком стоят не только уникальные разработки, но и мощная финансовая и общественная поддержка. Общественная, к слову, обеспечивалась тем же, кто спонсировал и финансовую. Но это в начале. Сейчас фирма полностью независима и вполне конкурентоспособна.

Вхожу уже в закрытую базу, к которой всё еще имею доступ благодаря первому месту службы. Читаю первые строки о Рыкове, стараясь изо всех сил не косить на боковой монитор, отмечая её перемещение.

У меня нет даже имени! Точнее оно есть, но я всё ещё не решаюсь открыть файл от Кирилла.

Напряжённо и нарочито шумно выпускаю воздух из лёгких. Воображение быстро рисует самый выбивающий из равновесия вариант — плавный ход представительского авто, приглушённый свет в салоне и она… не одна… более того она у него на коленях и…

Меня ослепляет вспышкой ревности такой силы, что приходится вцепиться в подлокотники кресла и какое-то время не позволять себе их разжимать. Ни один из предметов у меня перед глазами и в зоне досягаемости не должен пострадать.

"Так-то лучше, — сообщает мне моё сознание, заботливо похлопывая по щекам и втискиваясь на своё законное место, — а теперь начинай пользоваться своими мозгами по назначению".

Да, неплохо бы…

Задаю параметры отслеживания машины и номера мобильных находящихся в непосредственной близости.

Всего один номер. Значит, без водителя или только водитель.

Но деталей нет…

Это как?..

Защита в наличии, но наша система с лёгкостью справляется с подобным препятствием. А это значит информация просто отсутствует. Ни на номер, ни на транспортное средство… Смысл? Для Рыкова никакого… Это наоборот источник дополнительного привлечения внимания.

С облегчением отмечаю, что район самых лучших развлекательных заведений остается позади, а точка продолжает уверенное движение по направлению к своему начальному пункту.

Я могу набросать ещё полсотни предположений о том, что это всё-таки может быть. Теории хороши, когда у тебя вообще ничего нет, а я сейчас занимаюсь какими-то детскими играми в надежде оттянуть, возможно, не очень благоприятный для меня исход.

Зачем?

Никогда не замечал за собой склонности к мазохизму. Полтора года охоты за Солой не в счёт! Это всего лишь способ втиснуть в свою жестко регламентированную жизнь элемент неожиданности и условной спонтанности.

Объект достигает цели, останавливаясь, и оба номера тонут в плотной бушующей массе своих же собратьев.

Оба…

Сопровождение?

Даже не замечаю, как в руке оказывается телефон. Один звонок и мне станет ясно, есть ли во всех этих метаниях хоть какой-то смысл. Но что-то из глубины души вновь не позволяет так быстро облегчить мне жизнь, заставляя повременить. Интуиция? Пожалуй, что да… И как бы абсурдно это не звучало, в критических ситуациях без надёжных исходных данных, я полагаюсь на неё даже чаще, чем на доводы разума. Она не подводит.

Откладываю телефон, погружаясь в изучение дел Рыкова. Да, Дмитрий Васильевич, а за последние пять лет вы действительно развернулись. Дважды просматриваю отчёты. Что-то цепляет взгляд, впуская в общий стройный мыслительный поток струю беспокойства. Есть! Резкий приток инвестиций из явно подставного источника… Хм… таким оборотам мы мало что можем противопоставить, а следовательно сдерживающий фактор, прежний… Но в свете последних перемен…

Вызов.

Бросаю непонимающий взгляд на телефон, автоматически отмечая, что прошло уже больше двух часов.

Цифры. Я не вбивал ее имя.

Сердце заводится с полоборота, заставляя грудную клетку вибрировать от ритмичных ударов набирающих разгон.

Напоминаю себе, что разговор — это только начало, в девяносто-девяти процентах он пластичнен настолько, что поддается любой корректировке. А все остальное… Проблемы решим, чувства обеспечим, соперника уберем, о детях позаботимся, родителей пристроим. И это при самом хреновом раскладе!

Расслаблено оседаю в кресле.

Соединение.

Молчание.

Хочешь чтобы я был первым? Уступаешь? Мне нравится… Значит, начнем с главного, детка, ты обретешь СВОЁ имя…

— Надя, — как будто смущаясь, отвечает она на мой вопрос и это как божественный знак, как луч солнца пробившийся сквозь плотные мрачные тучи.

Надежда…

Улыбаюсь, как мальчишка, расслабляя мышцы все ещё напряжённой шеи и откидывая голову назад. Надежда нужна всегда и всем, но сейчас именно мне и рядом.

— Мне тоже… — продолжает она мою мысль и этот тихий нежный голос пробивает разом все мои защитные заслоны. Чёрт, вот как это оказывается бывает! Жалкое зрелище со стороны, когда мужика перематывают как какой-то клубок шерсти… Но бл…ть! Это невероятное ощущение, когда одного звука ее голоса достаточно, чтобы заполнить всего тебя.

— Надя, — произношу ее имя и понимаю, что это должно быть совсем не так, не по телефону, когда по спине пробегает неприятный колкий холодок из-за невозможности сказать это прямо ей в ухо, чувствуя близость, тепло и аромат ее кожи. Повторить ту ночь, но уже без масок и ненужного прикрытия.

— А ты? — все также тихо, но уже более уверено и расслаблено.

— Александр, — она застаёт меня врасплох и при всем изобилии производных моего имени, я выдаю самую официальную.

— А можно, Саша?.. — переспрашивает она и от того, как она это делает мои предохранители срывает окончательно, никогда в жизни у меня не было такой мгновенной жёсткой эрекции на собственное имя. Меня скручивает и уже не отпускает.

— Можно… Надя, — сдерживаю пульсирующую вибрацию, рвущуюся прямо из лёгких. — Особенно, если ты будешь называть меня так, находясь как можно ближе. Очень близко, — сглатываю продолжение, которое только усугубит положение. — Я заеду за тобой. Сейчас, — иду я ва-банк.

Тишина.

Я не люблю молчание женщин. Совсем.

Никакие, даже самые гениальные аналитические способности не в силах предугадать, о чем думает и тем более к каким результатам придет внезапно замолчавшая женщина.

— Надя, — спрашиваю я осторожнее, но ясно давая понять, каковы мои намерения, — ты позвонила, теперь я знаю твоё имя, ты моё, у нас не осталось ничего, что могло бы нам помешать. Верно?

И опять эта гнетущая тишина, а потом голос наполненный извиняющимся нотками:

— Саш, сейчас ночь.

Позволяю дыханию восстановить свой ход. Моё имя… Она не рвет ментальную связь. Хорошо. Остаётся выяснить, в чем дело.

— В прошлый раз тебе это не помешало.

— В прошлый раз я планировала встречу заранее, — ее голос становится ниже, детка, ты чувствуешь тоже что и я! Давай, один шаг на встречу и мы не будем терзать ни этот долбанный эфир, ни наши с тобой души, о телах я вообще помолчу. Ухмыляясь про себя, бросаю взгляд на профессионально установленную каркасную палатку у себя между ног.4f7b7c

— Я буду через час. Час в наших обстоятельствах — это целая вечность. Для меня точно! — ловлю себя на том, что мне до изнеможения хочется вспороть это пространство, погрузить в него руки и просто выдернуть её к себе, закрыться в спальне и всеми известными мне способами избавить от любых сдерживающих мыслей, забивших ее хорошенькую головку.

Вздох на грани всхлипа. Бл. ть!

— Надя, я жду тебя с того момента, как проснулся в отеле. Но могу подождать ещё…

— Я смогу освободиться в среду вечером, — торопливо сообщает она.

Что?..

Мне требуется некоторое время, чтобы осмыслить услышанное. То есть моё "сейчас" против её "через три дня"?

Романтический флер сдувает резким порывом ветра циничности и трезвого рассчета.

Угу… Скольки дням там равна выдержка лоха, по методикам современной стервы, чтобы он был "готов на всё"?

От перевода в этот разряд ее спасают только те самые извиняющиеся нотки. Стервы делают это соблазнительнее…

— Хорошо, Надежда. Среда, вечер. Место? — говорю я, уже взяв эмоции под контроль.

— Саш, — в голосе слышится нервное напряжение и раскаяние, — я, правда, сейчас не могу.

— Я понял. Место, Надя? — я почти готов начать ненавидеть себя за это, но мысль, что весь этот хоровод эмоций только мой, а для неё это обычное проходное знакомство подстегивает раздражение и захлестывает волной непринятия… Для неё три дня — это просто три дня…

— Выбирешь сам? — ну и к чему тогда эта интонация обречённости?

— Хорошо, — соглашаюсь я, — куда за тобой заехать?

Какая — то заминка и она на полном серьёзе сообщает:

— Это необязательно. Я могу добраться сама.

Даже так?.. То есть, вот так сразу выставленные рамки присутствия в её жизни… Неужели всё-таки игра?..

— Договорились, — называю адрес и предпринимаю ещё одну попытку спасения чертова образа никак не выходящего из моей головы. — Надя, к черту три дня, давай встретимся сейчас?!!

Молчание.

Значит, окончательно.

— Тогда до среды, буду ждать.

— Я… — запинается она, а потом: — До среды, Саша… — мастерский удар мне под дых, в котором судя по отдаче сконцентрировались все мои иллюзии.

Надежда ещё остаётся… Но такая же призрачная, как и её хозяйка.