Глава 35

Глава 35

— Впервые на территории страны проведено комплексное проспективное сравнительное клинико-инструментальное и лабораторное открытое исследование по оценке возможностей ранней коррекции когнитивных нарушений ингибиторами — напечатала я, проговорив витиеватую фразу вслух, проверяя ее на благозвучность, после чего заглянула в исписанную забористым почерком тетрадь, — АПФ с различными фармакологическими свойствами и их влияния на биохимические маркеры активности РААС и эндотелии-1 у больных АГ без цереброваскулярных заболеваний в анамнезе.

Текст был сложен и пестрел профессиональными терминами. Но я с интересом взялась за эту работу, несмотря на то что за нее платили вдвое меньше, чем профессиональному переводчику. Я была непрофессионалом, но брала скоростью и, надеюсь, что качеством. Мой кабинет пополнялся новыми «кейсами», а также отзывами благодарных заказчиков. За них я делала скидку, планируя заниматься этим и в будущем.

Жаль, что я не могла узнать мнения ба…

— Не думай об этом — попросила я себя, задрав голову к потолку.

Сейчас я действовала не на зло бабуле, а отталкивалась и плыла в противоположную сторону от нее. Потому что так уже было когда-то. Отец нехотя, но поведал мне о том, что случилось в далеком прошлом. Ба действовала точно таким же способом. Она была настолько против кандидатуры Сергея, что готова была выдать замуж насильно.

— Всё получится.

Мне было интересно до дрожи в пальцах, до нетерпеливого постукивания по столу в ожидании, когда файл поступит на почту, до перелистывания уголков словарей, пока ноут проверял и распаковывал архив. Не замечала этого раньше, однако, языки оказались моей страстью. Поиск слов и нужных выражений был похож на увлекательный квест с одной лишь разницей — я оставалась на месте.

— Ида! Ты дома?

Повторный звонок в дверь, а затем и последующий за ним стук вместе с голосом Краснова заставили меня вздрогнуть, суетливо взглянуть на часы, а там и вовсе подскочить.

— Как дела? — спросил Костя, когда я пропустила его в квартиру.

Краснов нахмурился, взглянув куда-то наверх. Я пошарила пальцами по волосам и нашла давно потерянный карандаш.

— Нормально, — откликнулась я, приблизившись к ноутбуку. — Есть хочешь?

Я не успела закончить к приходу соседа, как думала полтора часа тому назад. Взялась за еще один перевод, пообещала, что сделаю пару страниц, а в итоге зарылась и потеряла счет времени, углубившись в написание текста. Мне было очень важно, чтобы докладчик, вздумай его прочитать вслух, не ударил в грязь лицом перед достопочтимой французской или английской публикой.

— Ну так — протянул сосед по квартире, зашумев сбрасываемыми вещами. — Хотелось бы!

— Подожди пару минут, пожалуйста!

Я присела за журнальный столик, сохранила все и принялась закрывать книги, используя в качестве закладок найденные в саду разноцветные листочки растений.

— Не суетись, — проговорил Костя, зашумев молнией рюкзака. — Я же не тороплю тебя.

— Не-не! Пора заканчивать. Если сяду еще на пару минут, то приду в себя ночью.

Возвращение Константина напомнило о том, что мне нужен отдых, еда, свежий воздух и связь с миром.

— Ид? Ну, Ид?

— Сейчас, — произнесла я, сложив книги на пол.

Туда же я убрала ноутбук, чтобы освободить место для тарелок.

— Ну, Ид! Ты испортишь сюрприз.

Следом за его словами раздалось мяуканье. Тоненькое, жалобное и…

— Котёнок? — спросила я, не поверив своим ушам. — Ты взял котенка?

— Не взял, а подарил.

Я едва ли обратила внимание на его уточнения, захваченная маленьким лохматым чудом с огромным бантом, сидящим на его руках. Он был абсолютно черным, если только исключить белые полосы в районе носа и усов.

— Ты с ума сошел — сказала я, забрав у него животное. — Что скажет миссис Робинсон?

— Главное, чтобы он не драл мебель и не метил углы, — проговорил Краснов возле моего лица. — А так она ничего не скажет — не захочет терять клиента.

Какой же он все-таки! Всех и всё мерит в деньгах!

— Сколько бы вы не запрещали мне, я все забуду и сделаю так, как велит мне мое нутро зверя — проговорила я за взирающего на меня толстячка и отпустила его на диван. — Правда?

Симпатичный комок шерсти прошел несколько шагов, пошатываясь, а потом завалился на бок.

— У него такие же зеленые глаза, как и у тебя. Заметила?

— Да. А еще он будет увальнем, которому уже сейчас не хочется ходить.

— Он поел недавно. Я забрал его прямо из-под кошки.

Я погладила лапки котенка, усмехнулась про себя наивно любопытному взгляду зеленых глаз и подняла взгляд на Краснова. Он выглядел, как говорит Люся, как начищенный самовар. То есть был очень доволен собой. Уверена, что он в очередной раз хвалил себя за проявленную проницательность. Отчего-то ему казалось, что она есть у него. К слову сказать напрасно. Ему просто везло.

— Зачем? Ты ведь знаешь, что я уеду рано или поздно.

Костя показал себе на щеку, скривив губы на бок. Потянувшись, я поцеловала его в щеку, но тот приобнял меня и, покачав головой, показал на вторую.

— Заслуживаю я второго?

Я рассмеялась, обняла его за шею и повторила процедуру благодарности еще раз.

— Хотел, чтобы был кто-то кто повеселит тебя и отвлечет пока меня нет рядом, — объяснил Костя мою требовательно задранную бровь, — напомнит о том, что нужно встать, размяться и сходить в магазин.

Я невольно покраснела. Злопамятный и вредный тип этот Костя. Теперь будет вспоминать мне тот день, когда мы остались без ужина до скончания веков.

— Вдобавок, я налажал с подарком, — добавил тот, потянувшись ко мне. — Считай, что это попытка реабилитироваться.

Я отклонилась. Его проницательность вновь дала сбой.

— Иди мыть руки, — велела я, сделав вид, что пропустила последнее мимо ушей. — Поужинаем и сходим в зоомагазин.

— Ну чего ты, Ид? — Костя обнял меня в тот момент, когда я отвернулась от него. — Забудь уже об этом.

Как у меня должно было получиться сделать это, если он только и делает, что напоминает об этом?

— Как ты назовешь котёнка?

— Пуаро — проговорила я, позволив покачать себя в руках. — Кость, нам и правда надо поторопиться, иначе, магазины закроют и завтра я прокляну тебя вместе с мистером Пуаро.

Я с ума сойду, если пропущу какую-нибудь лужу — обязательно изведусь в поисках запаха.

— Пуаро? Кто это?

— Герой романов Агаты Кристи, — объяснила я, а потом спохватилась. — Всё, Кость!

Краснов смеялся, не отпуская меня. Пуаро исследовал пространство. А я злилась, потому что так надо было, чтобы не чувствовать себя инородным пазлом в этой картине жизни.

— Иди! Пожалуйста!

Как бы я ни торопила Костю, мы все равно опоздали. Магазин оказался закрыт. А я впала в своеобразное отчаяние, силясь придумать, чем можно было бы заменить лоток для кошачьих дел.

— Не переживай, — успокаивал меня Костя. — Можно заказать онлайн.

— Он не станет ходить онлайн, а налудит тебе на одеяло или еще хуже в кроссовки. А еще хуже в фирменные туфли. Пойдешь в таких завтра?

— Поставим таз.

— Которого у нас нет, — откликнулась я, присев на ступеньки нашего дома.

Я разозлилась. Легкомыслие Кости иной раз доводило меня до ручки. С трудом верилось, что когда-то он жил другой жизнью и делал что-то сам. За него теперь все делали другие. Квартиру и ту убирал клининг. Теперь вот кот, за которым должна была следить я. Во всяком случае, вопрос куда он сходит по своим делам волновал одну лишь меня.

— Слушай, а может купить форму для запекания? — предложила я, наблюдая за тем, как Пуаро исследует территорию в кустах возле дома. — В круглосуточном должных быть такие, в отделе все для гриля.

— Запечем его? — проговорил Костик, вытряхнув сигарету из пачки.

Я лишь нахмурилась на это, но вновь отвлеклась на котенка, который залез между цветов, кувыркнулся и вновь поднялся на лапки. Несмотря на то, что подарок очень понравился мне, я вновь подумала о том, что Костя зря сделал его. Я уеду и не смогу взять кота с собой, даже если очень сильно захочу этого. Куда я дену его? В общежитие с животными нельзя. Отдать папе тоже не получится — у него аллергия. Да и не нужен он ему. Что до Кости… Может рано говорить об этом и все изменится. Но он безответственный. О себе позаботиться не может, а что говорить о котенке?

— Они ведь достаточно большие — продолжила я, проигнорировав его шутку. — Уложим на дно бумажные полотенца.

— Неплохая идея, — выдал Костя, задумавшись над моими словами. — Только давай я схожу до магазина? С животными ведь вход воспрещен.

— Хорошо, — согласилась я, продолжая держать Пуаро на поводке из пояса от туники. — Захвати для него корма, пожалуйста.

Пока я ждала Костю, мне позвонила Марина, поинтересовавшись, когда я перестану обижаться и вернусь домой.

— Ид, пора заканчивать.

— Я думаю, что перед тем, как вернуться в Москву — проговорила я невозмутимым голосом.

Словно мы обсуждали вполне себе обыденные вещи. Но они ведь и правда были таковыми?

— Заеду за документами, — продолжила я, поднявшись со своего места. — Вы ведь отдадите их мне?

— Зачем ты так, Ида? Мы ведь не враги тебе. Мы все очень переживаем за тебя. Аделаида Георгиевна… Поговори с ней.

Я уже разговаривала с ней. Вот только ба только первое время кивает и соглашается со мной словно китайский болван, а потом становится на старые рельсы.

— Извини, Марин — усовестилась я, признав, что тетка тут совершенно не причём. — Просто я не могу воспринимать последний поступок бабули не иначе, как вражеский.

— О чем ты?

Я посмотрела по сторонам, чувствуя, что на меня вновь наваливается невероятно тяжелое гнетущее чувство.

— Марин, она заблокировала мою карту, — выпалила я, как на духу. — Скажи, что ты не знала об этой попытке вынудить меня поступать так как ей хочется?

— Я действительно в первый раз слышу об этом.

Настала моя очередь часто-часто кивать в ответ на это. Я не верила в это. Я не видела выхода из этой ситуации кроме одного — ба должна была извиниться передо мной. Но зная ее, я могла быть уверенной в том, что она никогда не пойдет на это. Это она учит всех. Это она всегда права и требует скидок в силу возраста…

— Ид, давай встретимся завтра? — предложила Марина и в ее голосе. — Я привезу тебе вещи, поговорим и обсудим все.

— Захвати мои документы, пожалуйста.

— Ид…

— Мне завтра придет новая карта. Я смогу получить ее только если у меня на руках будет паспорт. Пожалуйста, Марин.

— Давай встретимся сейчас? — продолжала настаивать Марина. — Я привезу тебе деньги и обсудим все в отрыве от Аделаиды.

— Денег не нужно, — поспешила оборвать ее. — Возьми только вещи.

Надо было срочно заканчивать разговор, потому что я почувствовала, что еще немного и разревусь, не то от к жалости к себе, не то от несправедливости этого мира.

— Ты что-то продала?

Нет. Мне удалось избежать этого. Все украшения (а их было немного) были при мне. Хотя, от кое-чего мне стоило избавиться, чтобы уж ничто не напоминало мне о том дне.

— Нет. Давай завтра?

Я быстро проговорила адрес, по которому находилась квартира Кости и повесила трубку. После чего пошла в дом, осознав, что не дождусь Костика в ближайшие минуты. Еще, не хотелось плакать на улице. В Европе очень странное отношение к эмоциям — улыбки приветствуются, а вот слезы — это повод, чтобы заподозрить в ненормальности.

— Ты не дождалась меня, — крикнул Краснов, хлопнув дверью.

— Мы разминулись на несколько минут, — соврала я, выйдя из ванной. — А ты бы мог и поторопиться.

Надеюсь, что ледяная вода и приглушенное освещение помогли скрыть заплаканное лицо.

— Стемнело. Вот я и пошла в дом.

— Встретил знакомого — принялся оправдываться Костя, пока я выкладывала покупки. — Прицепился!

Я слушала рассказ Краснова, выгружала покупки и ухмылялась про себя. Грустно. Без злорадства. Просто отмечала каким же разным может быть этот парень. Вчера он смеялся над чопорностью англичан, а сегодня говорил, что и сам становится таким, заявляя, как же странно смотрятся эти громкие выражения чувств и не способность сдерживать свое никому не нужное мнение.

— Хочешь сказать, что превращаешься в англичанина? — поинтересовалась я, убрав подальше связку алюминиевых банок. — Поэтому купил газету?

Веселиться и пить, празднуя конец недели было рановато. Сегодня было только среда.

— Нет.

Я покачала головой на недовольный взгляд Кости, но тут же расслабилась и дернула плечом. Пусть делает что хочет. Взрослый мальчик и должен понимать, что выпивка такой же плохой друг, как опасные заезды по ночам.

— Ты вроде говорила, что любишь настоящую прессу, — сказал Костя, примостившись на стул рядом со мной. — Так что купил я это не для себя, а для тебя.

Что правда, то правда. Дядя Андрей и ба предпочитали интернет-новостям «живые» газеты. Каждое утро и выходные Андрей проводил в компании новостей от разнообразных издательств, чтобы быть в курсе всего. Этим занималась и ба… А потом заинтересовалась я. Было что-то такое успокаивающее в перелистывании огромных страниц.

— Ид, ты меня любишь?

— Что?

Вопрос Кости ошарашил меня, заставив замереть над новоявленным туалетом мистера Пуаро, который мирно посапывал на диване. Больше этого вопроса меня удивили следующие слова, которые произнес Краснов после того, как заключил в крепкие объятия.

— Знаю, что не любишь по-настоящему. А как друга? А как соседа, который вечно забывает закрыть зубную пасту? А как душку Костю, который отваживает от тебя всяких придурков?

А еще разбрасывает вещи, не моет посуду, ест сладкое тоннами и разбрасывает фантики от конфет. Много чего еще.

— Что значит «отваживаешь всяких придурков»?

— То и значит, что парни привыкли, что бабы все как одна одинаковые — дают всем подряд.

Что-то такое было в его словах. Перед глазами вдруг встала укоризненно смотрящая ба…

— Но нам ведь хорошо вместе, да? Мы заботимся друг о друге. Вместе ходим по магазинам и готовим ужины. Теперь у нас есть кот.

— Предположим, — согласилась я, позволив поцеловать себя в щеку. — Но только этого недостаточно.

Я посмотрела на него сбоку. Что мне действительно нравилось в нашем общении так это то, что Костя не лез мне под юбку. Тот поцелуй был единственным поползновением в мою стороны. А Краснов мог бы. Я видела какой он настойчивый с остальными «бабами». Какое все-таки гадкое слово — бабы! Он плохо влияет на меня.

— Но это многое.

— Кость, — начала я, попытавшись освободиться из его объятий, но тот лишь сильнее сжал их.

То, что Краснов выпил не стало для меня сюрпризом. Им стали вопросы, которые он мне задавал.

— Не заставляй меня включать бабулю и говорить тебе, что у тебя все впереди. Ты рановато опускаешь руки.

— Не-а.

Он вновь чмокнул меня в щеку, сжав в пропавших сигаретами и алкоголем объятиях.

— Я не доверяю никому, Ида-обида.

— Скажи еще, что никому кроме меня? — полюбопытствовала я, продолжив отрывать полотенца и укладывать куски на дно «лотка». — А как же план с поиском наследницы нешуточного состояния?

Он отпустил меня, перед этим недовольно цокнув. Но едва ли обратила на это внимание. Это он об этом заговорил, а не я!

— Ты знаешь, Ид, противно! — Костя обошел стол, с другой стороны, пометался по комнате, поиграв в футбол упавшими на пол декоративными подушками.

Он вдруг вернулся, оперся на стол ладонями и занял собой все пространство. Хорошо, что я уже закончила с «ложем» для крошечных лапок и начала убирать все по местам.

— Чтобы не говорил отец, но я как представлю, что так надо будет прожить всю жизнь. Тоска берет!

Я поставила лоток на пол, осмотрелась по сторонам, прикинула, а не будет ли мешать Пуаро мебель.

— Развестись не смогу, — вещал Костя, так и оставшись у меня за спиной. — Сейчас все умные стали — составляют брачные договора со сложными условиями и нанимают детективов.

Какой же ужасный у него отец. Как можно внушать сыну жить за чужой счет? Почему он не верит в него? Он ведь у него умный. Я видела табели успеваемости.

— Значит придется притворяться всю жизнь или планировать какое-то очень витиеватое убийство.

— Тогда забудь о браке по расчету и просто живи, учись, работай, путешествуй — я пошла мимо дивана, подобрала подушки и уложила их возле подлокотника. — Пройдет время, и ты обязательно повстречаешь ту, которая с радостью станет стирать твои носки и терпеть твое пение по утрам.

Костя встал передо мной. Сделал он это очень неожиданно. Люся бы обязательно сказала: «выскочил, словно чертяка страшный!»

— Может я уже нашел ее? — спросил он, глядя испытывающим взглядом.

На какое-то время я действительно забыла обо всем, что тревожило меня. Сейчас мне стало ужасно неловко.

— Кость, ты пугаешь меня, — призналась я честно. — Ты может быть кого-то другого встретил сегодня? Антероса[1]?

— Нет.

Он не выпускал меня. Я не хотела пятиться, баловаться то есть. В данной ситуации оно было совершенно ни к чему и могло привести к совсем уж нежелательным последствиям.

— Тогда откуда все эти мысли?

— Встретил однокурсника Ромку, а он с женой, Леной, кажется, — произнес Костя после секундного промедления. — Он ведь только на четвертый курс перешел, а уже женат.

— И? Ты вдруг решил что хочешь точно также?

— Ты не понимаешь, — бросил он не без раздражения.

Очень даже понимаю. Никто не женится так рано просто так. За этим "просто" обязательно стоит что-то, о чем обычно деликатно умалчивают.

— Тогда объясни мне.

Я все же села на диван, чтобы освободиться от гнетущего чувства неловкости, погладила спящего Пуаро и взглянула на присевшего у моих ног парня. Он отодвинул журнальный столик в сторону, свалил книги с тетрадями и заглянул мне в глаза.

— Они были как мы с тобой. Она вся такая милая, сдержанная и заботящаяся о нем. Ну и Ромка такой внимательный, не отходящий от нее ни на шаг. Он то дверь перед ней откроет, то стул придвинет…

— Кость, ты к чему все это ведешь?

— Давай поженимся?

Я не отшатнулась от него только потому, что ждала что он рассмеется.

Это должно было быть шуткой. Да?

Только Костя не сделал этого. Он ждал, а я и слова не могла сказать.

— Мы ведь хорошие друзья? — продолжил он, видимо решив подкрепить свое предложение каким-то более-менее значимыми фактами.

— Ты повторяешься.

Я проблеяла. Иначе, эти два слова и свой голос описать не могу. Таким сильным было мое потрясение. Он действительно говорил на полном-полном серьезе.

— Поженимся, будем учиться, делать карьеру. Всегда и везде вместе.

— Кость, ты какой-то очень впечатлительный сегодня.

Я потрогала его лоб на всякий случай. Он был нормальной температуры.

— Мы ведь очень похожи с тобой, — продолжал настаивать Краснов.

Он говорил о схожести, но как по мне, Краснов перегибал палку. Из общего у нас было только прошлое в Зеленоанске, фехтование, одинокие и требовательные родители, стремление учиться в МГИМО… Боже! Не так уже и мало оказывается!

— Так, Кость, хватит, — я поднялась, решившись оборвать балаган, пока он не набрал силу и не превратился в ураган. — Это все несерьезно, а уж как звучит!

Просто не выдерживает никакой критики.

— Ты сам себя не слышишь.

Я встала на стол, спустилась с него на пол с другой стороны и подошла к дивану, забрав Пуаро в новехонькое кресло из Икеа. Тот не проснулся, но принялся посасывать призрачную титьку мамы кошки.

— Ложись спать, — велела я, обернувшись в дверях спальни, — потому что завтра ты пожалеешь о своих словах.

— Ид? Я ведь тебе предложение делаю.

— А, по-моему, ты просто пьян, — ответила я, после закрыла дверь в комнату, но не выдержала и вновь открыла ее, крикнув. — Или не в себе!

Последнее было скорее всего.

Или смеешься надо мной!

На мгновение стало очень страшно. Очень пугало вероятность того, что все эти месяцы дружбы были одним сплошным фарсом. Я, постояв в темноте, решила, что надо менять место жительства. Косте надо возвращаться к привычному образу жизни — цеплять девчонок, развлекаться с ними и тем самым искать свою единственную, а не играть в семью со мной, а мне надо продолжать налаживать взрослую жизнь.

— Карамзина! — принялся стучать в дверь Краснов через несколько секунд. — Открой дверь!

Я ждала что он будет молотить по створке и дальше, дожидаясь, когда нам в стену примутся долбить соседи, но Костик грохнул чем-то напоследок (похоже, что оперся о фанерку лбом) и заговорил.

— Ид, мы правда похожи. Я не говорю про интересы. Я говорю про жизнь и требовательных родителей.

Он заговорил об отце, который никогда, ничего и ни для кого не делал просто так.

— Такие как я и ты не поступают в блатные ВУЗы на одном лишь желании даже если будут самими Стивенами Хокингами. Он не кормил меня баснями о том, что платит за учебу только лишь из-за отцовской любви, а сказал сразу, что придет время и возьмет свое.

Я не открыла дверь, а сползла по ней, усевшись на серый ковролин. На дне желудка прыгала монетка. Она выдавала мое состояние с головой. Мне было тошно и страшно, потому что… Потому что я не могла отрицать то, что была наивна во многих вещах. Теперь не могла.

— Что например? — прошептала я одними губами.

Казалось, что Краснов услышал меня. Но в действительности он просто говорил, не останавливаясь.

— Я думал про деньги. Было бы хорошо, чтобы он взял их. Но у отца с самого начала были другие планы на меня. Он начал издалека. Я только сейчас понял это. Ну не сейчас. Когда съездил домой на новый год. В доме было полно гостей. Все хорошие друзья, а на деле партнеры и сообщники. Он тогда со многими меня познакомил. Я идиот в очередной раз подумал о признании. Все оказалось не просто. Познакомил меня с каким-то очень четким бизнесменом. Я тогда подумал, что по нему видно, с чего начинался его бизнес. Такой острый взгляд и понятия, понятия, понятия, а еще блатной жаргон. Я понимал все и не строил из себя целку. Сам вырос среди таких. Попроще конечно, но мои знакомые пацанчики пересмотрели сериал «Бригада», а вот этот нет… Он больше уходил от этого, но сначала дал понять кто есть кто мне. Я не выдумываю это. Сумел подслушивать их общение с батей.

Костя замолчал. Видимо, он еще раз обдумывал сказанное. А я подумала, как же мне все-таки повезло с семьей? Двулично ли это было? Наверное.

— Заметила, что я теперь часто езжу домой? Каждый мало-мальски значимый праздник и я еду домой?

Конечно, я обратила внимание на это, но не придала тому значения. Я и сама была сначала с семьей, а уж потом уделяла время друзьям. У Кости было иначе. Его мама и отец были дома.

— Я приезжал и ничего не замечал. Ну надежный, ну правильный, ну военный, ну дочь у него. Последние два раза я провел время в компании вот этой… Моноброви.

Я покривила губами, но все не из-за прозвища девушки. Я понимала куда он ведет, ждала этого и желала, чтобы все было иначе.

—Дружба семьями — это ничего. Правда? Только знаешь, что сказал батя в последний раз?

Он так спрашивал. Я молчала и знала, что он скажет потом. Мир ушел от первобытных времен. Но продолжил жить по тем же законам.

— Лейла будет хорошей женой. Понимаешь? Я очень провел параллели и сложил два и два. Ид, он дает мне время нагуляться. Это мило? Это мужская солидарность? Что это? А мне по***. Веришь? Нет? По***! Он должен мне за все, что сделал! Должен, потому что он мой отец и это его долг. Я не хочу так! Не хочу быть пешкой в его делах! Почему я должен платить за его ошибки? Почему?!

* * *

[1] Антерос — бог анти-любви в греческой мифологии