Глава 29

Месяц спустя

Я медленно кручусь перед зеркалом, разглядывая себя со всех сторон. Белое платье сидит идеально — причина кроется в том, что его шили под меня, под мои плечи и талию.

Поэтому оно… идеально.

И безумно дорогое. Его стоимость измеряется сотнями тысяч.

Корсет держит спину ровно, юбка ложится волнами, и если смотреть со стороны — картинка идеальная. Ткань мягко ложится по бедрам, подчеркивая фигуру, и если быть честной, выглядит это… красиво. Слишком красиво для той пустоты, которая у меня внутри.

Я до сих пор не могу поверить, что скоро стану женой Мурада Шаха.

Месяц подготовки пролетел, как один длинный, мутный день. Дата назначена. Мурад не хотел тянуть и принимал почти все решения самостоятельно, а я это все проглотила.

Внутри Мурада обосновалось ясное намерение сделать меня своей.

Во что бы то ни стало.

Свадьба через месяц. И точка.

После перелома ребра я полностью восстановилась. Сказывался уход Мурада. Да, он умел быть заботливым, но эта забота… не убирает пустоту из моего сердца…

Мы просто начали жить в этом новом статусе. Притираться, сталкиваться характерами, конфликтовать, когда разговор заходил слишком далеко, и делать вид, что все под контролем.

Под его контролем, разумеется.

Я снова смотрю в зеркало и чувствую, как внутри пусто. Никакого трепета. Никакого «ах». Ни радости, ни страха — только глухое недоумение.

Как я вообще здесь оказалась?

Я не чувствую ни ожидания, ни предвкушения. Только скоротечность времени, давление Мурада и ощущение, что меня несет течением, а плыть против я уже не умею.

— Черт… — слышу голос за спиной. — Это слишком охренительно! Ты как фарфоровая статуэтка, которую хочется украсть.

Я усмехаюсь, не оборачиваясь.

Ясмин Романо.

Жена старшего брата Мурада.

Она сидит, развалившись на диване, закинув ногу на ногу. Фигура у нее яркая и сочная — широкие бедра, тонкая талия, грудь, которую она никогда не прячет. Темные кудри рассыпаются по плечам, губы накрашены дерзко, взгляд — с огоньком. В ней слишком много жизни, чтобы быть тихой.

К слову о Ясмин Романо — мы странным образом совпали. Характером, ритмом, даже внешне. Только она — темная версия меня.

По ней даже не скажешь, что она мама троих детей и основательница финансовой школы. Последние годы они с мужем Эльманом проживают в Эмиратах, но несколько недель назад прилетели в Петербург по делам, оставив детей дома с нянями. В следующий раз они прилетят уже на нашу свадьбу, а пока…

— Теперь понятно, почему Мурад на тебя так запал, — продолжает она, оглядывая меня без стеснения. — Французская секси, да еще и с такой задницей. Грех не жениться.

— Ясмин, — протягиваю я, — ты вообще фильтруешь, что говоришь?

— Никогда, — фыркает она. — Эльмана это бесит…

— Бесит? И как вы решаете этот вопрос?

Ясмин опускает глаза, рассматривая свой маникюр, и легкомысленно бросает:

— Господи, что там решать? Он же знал, на ком женится, ей богу…

Я не выдерживаю и прыскаю со смеха.

Странно, но мне это нравится — нравится ее прямота, ее энергия. Она врывается в мои серые, вязкие дни, как глоток свежего воздуха. С ней я хотя бы на минуту забываю, что нахожусь в ловушке собственных решений…

И одно из таких решений было — согласиться на свадьбу с Мурадом.

Мы с Ясмин знакомы всего ничего — третья встреча, — а ощущение, будто мы давно на одной волне. Может, дело в том, что она тоже из близких мне краев, только с юга. Итальянка с Сицилии. Может, в том, что мы обе взбалмошные и резкие. А может, просто в том, что рядом с ней можно быть собой, не изображая примерную девочку, потому что Ясмин Романо таковой тоже не являлась.

В отличие от Зои, Ясмин не притворяется и не пытается казаться той, кем никогда не являлась. Именно этот факт и поставил окончательную точку в нашей с девочками дружбе. Некоторое время Лера пыталась разрываться между мной и Зоей, но я поставила в этом точку тоже — сегодня, когда я пошла примерять свадебное платье вместе с Ясмин и даже не позвала Леру.

— Ты странная сегодня, — вдруг говорит Ясмин, прищуриваясь. — Слишком грустная для девушки, которая выходит замуж за одного из самых желанных мужчин города. Хотя, насчет «желанного» я бы поспорила, характер у твоего будущего мужа — отстой…

Я уже уяснила, что Мурад и Ясмин буквально ненавидят друг друга, но подробностей их конфликта никто из них мне не рассказывает. Это договоренность между ними. И это я тоже уяснила.

— Я не грустная. Просто все слишком быстро, — отвечаю я.

Это почти правда. Почти.

Ясмин подходит ближе, встает рядом со мной, мы отражаемся в зеркале вдвоем — светлая и темная версии одной картинки.

— Ты ведь не хочешь за него замуж, да? — спрашивает она внезапно, без подготовки.

Внутри у меня все сжимается.

— Хочу, — отвечаю я слишком быстро. — Я волнуюсь. Не накручивай себя, Ясь.

Ясмин хмыкает, будто принимает ответ, хотя по факту нет.

— В семье Шахов всегда все происходит быстро, — говорит она спокойно. — Если они находят свое — они больше не отпускают. Подумай трижды прежде, чем связаться с ними.

Эта фраза оседает во мне тяжелым грузом.

Они больше не отпускают.

Дело в том, что я не думала трижды. И дважды тоже. Я не думала совсем, когда соглашалась на все это ради отца.

Я отворачиваюсь от зеркала, будто оно может выдать мои мысли, потому что именно этого я и боюсь больше всего.

Не свадьбы.

Не нового статуса.

А того, что выхода потом не будет.

Мы примеряем фату, но я быстро устаю. Белый раздражает, кружево давит и липнет к коже. В итоге я соглашаюсь на платье, которое для меня сшили, и на фату тоже.

— Хорошо, мне все нравится.

Ясмин идет к администратору и расплачивается, не оглядываясь на меня. Я знаю, чьи это деньги, но сейчас это не имеет значения. Все давно решено без моего участия.

Когда мы выходим из магазина, Ясмин достает телефон.

— Позвоним твоему жениху, обрадуем, — поясняет она. — Заодно скажем о девичнике. Мы же сегодня идем на тусовку?

— Да, но может не стоит ему звонить? Он сейчас в Волгограде, может быть занят.

На днях Мурад улетел к родителям, чтобы сообщить о свадьбе.

Еще через неделю у нас состоится знакомство.

А я до сих пор без понятия, как я это выдержу!

— Брось, чем он там занят? — цокает Яся.

Следом я слышу голос Мурада в ее телефоне.

— Мурад, мы купили твоей невесте платье. Пошили — идеально.

Я слышу приглушенный голос Мурада, даже через динамик.

— И да, — добавляет Ясмин, — сегодня у нас девичник. Мы идем в клуб танцевать.

Голос в трубке становится жестче, но Ясмин только смеется.

— Нет, Мурад, — перебивает она. — Не надо мне приказывать и говорить со мной в таком тоне. Или ты забыл, как метко я стреляю?

Я округляю глаза, на что Ясмин весело подмигивает мне.

Она что, стреляла в Мурада? Это и был их конфликт?

— Я забираю твою невестушку. Все, ариведерчи!

Ясмин сбрасывает звонок, даже не дождавшись ответа.

— Ну что, — говорит она, сияя, — поехали отрываться, будущая миссис Шах.