Глава 46

До сих пор не понимаю, почему Артур ржал, когда читал романы? Как он не осознает, что мы абсолютно разные, словно из разных миров. И в то же время мы друг друга дополняем. Женщины нежные, трогательные натуры, витают вечно в мечтах, ну а мы реалисты, иногда грубы и циничны. И в то же время мы без них, как патрон без пороха, как пушка без снаряда, бесполезный метал, который будет ржаветь без заботливых рук.

По себе сужу. До встречи со своей красавицей я этого не осознавал. И уж тем более, никогда не тянуло совершать романтические поступки. Не то, чтобы я враз стал романтиком, нет, конечно. Все, как прежде. Просто моя пантера захотела романтики, почему ей ее не устроить? Мне несложно, задача поставлена, буду исполнять. Даже если от этой романтической хрени я не фанатею. А с другой стороны, справедливо: любишь женщину, будь готов извилинами поработать, чтобы ей угодить. Это тебе не побрякушками откупиться, там все просто и быстро, выбрал, подарил. Тем более, моя была лишена конфетно-буфетного периода, я ее быстро к рукам прибрал, собственно даже на ухаживание не заморачивался.

Наша встреча была судьбоносной в приемной Аверина, только сейчас я это осознал: снаряд, пропитанный любовью, попал точно в цель. И если я раньше считал, что он отравляет мое сознание, то сейчас уверен, он лечит мою почерневшую душу. Прочитав романы, я понял одно: все женщины, по сути, хотят одного и того же, чтобы их любили, заботились, и ценили по достоинству. Зря я их клеймил всех меркантильными стервами, ничего плохого тут нет, что они хотят финансовой стабильности, и всего прочего. Это закон природы, самка выбирает самого лучшего самца для продолжения рода. Разве я не так поступил? Люда красива, сексуальна, неглупая, шикарная хозяйка, и еще ко всему прочему, люблю ее. Бегу с работы домой, чтобы побыть с ней рядом. Она своим появлением, дала то, чего я был лишен с девства, тепло домашнего очага и ощущение надежного тыла. Я не лукавлю, именно тыла. Своей женщине я верю как себе, ценю, что ждала только меня. И пусть я был ранее размытой фантазией, все равно благодарен за веру в свой идеал. Хотя… насчет идеала загнул, я больше похож, на самовлюбленного тирана, который страдает припадками ревности. Причем последнее необоснованно. Если она до двадцати пяти себя сберегла, то сейчас не превратится в похотливую сучку. Если только в мою… И я все сделаю, чтобы при одном моем взгляде она изнывала от желания, смотрела только на меня, как я на нее.

Когда увидел ее в самолете, ошалел от красоты девушки, дыхание перехватило. Смотрю и не верю, что она добровольно согласилась стать моей женой, ведь я еще тот гнус. Свадьба пролетела в одно мгновенье, миг, и Люда уже жена. Попалась красавица моя. Я был счастлив! Правда, отец немного расстроил, но я откинул ненужные мысли, сейчас мир принадлежал только нам с ней. Не просто так ее привез на остров, хотелось, чтобы никто не мешал. Она нервничала, шутками попытался ее отвлечь. Никогда не забуду ее ужас, когда увидела наручники в моих руках. Я собственно и не собирался сейчас их надевать, так настроение хорошее, дай думаю, посмотрю на ее реакцию — испугалась. Ну, ничего мы как-нибудь в другой раз пошалим с ними. Помог ей раздеться, соблазняя, чуть умом не тронулся от желания. Чулок на ней нет, и стоит такая беззащитная, я еще сильнее возбудился. Попросил надеть мою рубашку, не хочу никаких пеньюаров, все должно указывать, что она стала моей. Надела.

Смотрю на нее и слюной исхожу. Люда грациозная как пантера, для меня она ходячий афродизиак, да такой мощный, что самоконтроль трещит по швам. Но я держался, моя задача разогреть красавицу так, что когда я буду брать ее, боль ушла на второй план. Пришлось для этого ей немного подлить возбудителя в вино, ровно столько, чтобы был нужный мне эффект. Это была пытка, и в то же время, я кайфовал от ее стонов, чудом не кончил. Дразнил ее, доводил до исступления, и отступал, ее трясло от перевозбуждения, она хотела меня, так же как и я. Наконец, момент настал. Я ликовал, когда входил в нее тугое в соках лоно! Свершилось, мой боец получил желаемое! Ее сдавленный вскрик меня отрезвил:

— Как ты? — приподнявшись, интересуюсь, сканируя ее эмоции

— Будет плохо, если не продолжишь, садист! — Да, я такой. — Но, я поражена, практически не больно… — все еще не веря, что страшное позади, успокаивает меня ответом.

— Я что, похож на идиота, чтобы тебя рвать? Твой муж аккуратненько приоткрыл дверцу рая, причем основательно подготовил тебя. Сечешь, как я романтично загнул? — Отшутившись, я вышел из нее, чтобы проверить, все ли нормально. Все хорошо, решил и ее успокоить: — Операция практически прошла без кровно. — Она немного смутилась, и мой боец заныл от нетерпения. Действительно, время разговоров и прелюдией кончилось. — Ну что, красавица моя, готова сгореть в огне моей страсти?

— Вот сейчас ты точно загнул, — рассмеялась он, — я же девственница!

— Была, — поправил, любуясь игрой света от костра на ее теле, — Люда, ты опять не слушала меня: я подготовил тебя, — коснулся рукой ее девочки, она вздрогнула. Но не от боли, она возбуждалась, афродизиак делает свое дело. Если бы это у нее был не первый раз, хрен бы я это делал. А так как она натура у меня романтичная, то воспоминания для нее важны, — ты кончишь, и не раз. — Она облизнула губы, и я чуть не зарычал, как же мне хотелось одним движением заполнить ее до краев. Сдержался. Провел еще раз рукой, возбуждая, и Люда затаила дыхание, в ожидании продолжения. — А я, наконец, утолю свой дикий голод. — Произнес чуть слышно, касаясь ее затвердевшего соска.

Задавленный всхлип, был для меня сигналом к действию. Я прикоснулся губами к ее соку, и прикусил, тихий стон сорвался с ее припухших от моих поцелуев губ. Представил, как она берет моего бойца ими, и чуть не ошалел. Все нахрен, хватит, иначе яйца взорвутся! И все же, я осторожно проник в нее, наблюдая за ее эмоциями, продолжая возбуждать.

***

Когда его богатырь оказался во мне, и сделал первое движение, я почувствовала слабый дискомфорт, но это ничто, по сравнению с теми ощущениями, которые я сейчас испытывала. Сначала он двигался осторожно, наблюдая за моей реакцией голодным взглядом. Но, когда он понял, что мне не больно, словно с цепи сорвался. Брал меня жестко, то наращивая темп, то замедляясь, я была словно в бреду, сгорала от страсти, плавясь в его руках. И когда думал, что не выдержу, внизу живота, что-то словно взорвалось и меня затрясло, я закричала не в силах сдерживаться.

— Раз, — слышу, словно издалека голос Глеба, и он делает мощное движение тазом, и полностью погружается в меня, его член начал извергаться. Я буквально чувствовала, как его семя заполняет меня, и это добавило еще больше остроты.

— Что раз? — сипло спрашиваю. Когда мое тело прекратило сотрясается, от мощного оргазма.

— Считаю твои оргазмы, — проводя рукой по моей коже, с жадностью смотря на мое тело. Вижу, что мой мужчина не утолил голод, он жаждет еще, ему мало.

***

Я чувствовал, как мой член, упираясь в ее матку, начал извергать семя. Это охренеть как здорово! Никогда так остро не кончал. Держа в объятьях сотрясающуюся от оргазма Люду, я ловил кайф! В шутку сказал, мол читаю оргазмы, она в ответ пристально посмотрела мне в глаза, и поняла, что это только начало. Да, я хотел еще, мне мало. Видимо, длительное воздержание дало о себе знать. Не обращая внимания на ее смущенье, принялся покрывать ее тело поцелуями, разжигая в ней вновь страсть. Итог, через минут пять-семь она была готова принять меня. Приподнялся, потянул ее на себя, она без лишних слов сделала, что я просил. Поставил ее на колени.

— Прогнись, — надавил ей рукой на поясницу. Подчинилась. Какая же, охраненная у нее задница! Аккуратно ввожу член в ее девочку, и беру мою пантеру за талию. Дал ей немного привыкнуть к вторжению, как это произошло, немножко отстранился. Услышал протяжный ее стон, резко вошел во всю длину. Она охнула. — Больно?

— Нет, хорошо, — шепчет она, — показалось, что посыпались из глаз искры.

Ну, я и устроил своей женщине светопреставление, брал ее неистово, много раз, и в разных позах. Пусть привыкает, теперь я буду ее трахать часто и жестко. Я чувствовал себя варваром, по сути, так оно и есть: звездное небо, отблески костра на наших влажных телах… Чем не дикари? И все-таки я сжалился над своей женой, была моя воля, брал бы ее до потери сил. Но, стоило в небе забрезжить рассвету, моя жена уже была без сил. Пришлось, сделать несколько мощных толчков, излиться в нее, и на этом успокоится. Улегся рядом, с жадностью запоминая ее черты лица, сейчас она была прекрасна как никогда.

— Спасибо. — Произнес я, негромко, нежно касаясь ее припухших губ. Она только улыбнулась в ответ, и тут же уснула. Пока она спала, я оттер с ее бедер, следы нашей страсти, и аккуратно, чтобы не разбудить, отнес в дом. — Не с привычки умаялась, — Чуть слышно произнес, кладя свое сокровище на кровать. Выпрямился, и не смог сдержать улыбки, смотря на спящую пантеру. Ничего скоро втянется.

Быстро привел себя в порядок, и лег с ней рядом, притянув податливое тело жены к себе, с улыбкой на губах стал прокручивать в голове, события минувшей ночи. Да так увлекся, что не заметил, как провалился в сон.

***

Проснулась утром на кровати, хотя точно помню, вырубилась в другом месте. С досадой поняла, что одна, на второй подушке вмятина, но простыня была прохладной. Видимо, он уже давно встал. Нехотя поднялась, и начала осмотр своего тела, после вчерашней сексуально скачки оно приятно ныло, и чувствовался дискомфорт внизу. Тут до меня дошло, нет ни крови, и не было следов семени Глеба.

— Черт! — вырвалось у меня, и я покраснела, понимая, что это его рук дело. Ну и как мне в его глаза смотреть? Тут я вспомнила, что он вытворял вчера, и пришла к выводу, смущение тут не к месту. Он не только видел все там, но еще и целовал. Быстренько умылась, приняла душ, и надев купальник, нерешительно вышла, ища глазами мужа. На суше его не оказалось. Понятно, заплыв решил сделать. Вот откуда у него силы? Я после вчерашнего, совсем не бодра, тело ноет, а ножки, если не трясутся, то чувствуется слабость. Я, конечно, догадывалась, что он ненасытен в сексуальном плане, но не настолько же! В моей голове всплыли картины жаркой ночи, горячая волна обдала низ живота. Черт, нужно срочно остыть, пойду-ка я тоже окунусь в прохладную водичку. Стоило мне подойти к воде, как увидела Глеба, который плыл к берегу, рассекая своим мощным телом воду. Я не могла оторвать глаз, от этой завораживающей картины, а между тем, он подплыл и направился ко мне, прожигая горящим взглядом. Сейчас он был похож бога войны — Ареса, по моему представлению. Черные, как смоль волосы, и его стальной взгляд, от которого душа замирает, вкупе с шикарно развитой мускулатурой, ну точно похож!

— Иди ко мне. — Позвал меня глухим голосом, продолжая поедать глазами, который уже поменял цвет — возбудился. Немного смутившись, я все же пошла к своему мужчине. Он молча наблюдал за мной. Стоило к нему подойти, Глеб резко схватил меня за бедра и притянул к себе. — Отставить смущение! — правильно истолковал мои чувства.

— Был бы ты на моем месте… — начала я, но его строгий взгляд заставил замолчать, — как сажаешь, — кладя руки ему на плечи, поправилась. Я охнуть не успела, как оказалась рез трусиков, бюстгальтера, и только проследила взглядом, как они были отправленный броском Глеба на берег.

— Обхватим меня ножками, сейчас я покажу, где отныне твое место. — Подчинилась. — Болит? — спросил он чуть слышно, касаясь моего лона рукой. Дыхание перехватило, сердце затрепетало, от столь интимного прикосновения. Болело ли там? Было немного, но я готова терпеть, лишь бы вновь все повторилось.

— Терпимо, — на выдохе произношу, чувствуя, как его палец проникает в меня.

— Уверена? — спрашивает, с интимной интонацией в голосе, от которого голова идет кругом.

— Да. — Только это смогла произнести, он резко накрыл мои губы, и его язык словно завоеватель ворвался в мой рот. И все, я опять пропала, его страстные ласки сводили с ума. Очнулась на берегу, он приподнял меня на руках, и принялся играть языком с моими сосками. Боже, это было так остро и волнительно, моя кожа горела огнем, внизу живота все вновь пульсировало. Он начал медленно приникать, продолжая удерживать мое тело руками. Я поморщилась от легкого дискомфорта.

— Что, сильно больно? — услышала сквозь пелену, его взволнованный голос.

— Не очень, — ответила слегка осипшим голосом, и попыталась сама опуститься на его член.

— Угомонись! — властный окрик Глеба меня остановил, — Забыла? Я тут главный, когда посчитаю, что время пришло, тогда и натяну тебя на свой ствол.

Это «натяну», уже не смутило, видать, привыкла к его похабным словечкам. Он начал дразнить меня, не входя полностью, это была пытка! Я уже изнывала от желания, почувствовать его полностью в себе. С моих губ, то и дело срывались всхлипы, наконец, он сжалился. И резко вошел в меня на всю длину, я закричала от восторга и нахлынувших чувств. Приоткрыла глаза, и встретилась с его горящим взглядом, он буквально испепелял. Он начал медленно двигаться.

— Вот тут… — рывок, и он заполнил меня полностью, — твое место! — И вновь стал отстраняться, пристально смотря мне в глаза. От его властного взгляда и голоса, я еще больше возбудилась. Глеб сжал мои бедра сильнее, я охнула, и он вновь резко проник в меня, — поняла.

Не вопрос, а утверждение. Махнула в ответ головой. Он опалил мои губы, властным поцелуем, и отпустил своих демонов. Его движения были резкими, он брал меня, как зверь, рыча от удовольствия. Я уже не видела ничего вокруг, удовольствие на грани боли, гремучая смесь. А когда ты в руках сильного мужчины, который берет властно, утверждая свои права на тебя, это еще больше распаляет. Не заною, сколько это продолжалась, но тогда хотелось, чтобы вечно. Но этому не суждено сбыться, миг и мое тело вновь затряслось мощного оргазма. Послышался, словно издалека рык мужа, и его губы вновь накрыли мои, он ускорился, приближая себя к оргазму, и вдруг сделал три мощный толчка и замер. Я почувствовала пульсацию члена во мне, и его семя стало заполнять меня, и вновь сладкая судорога прокатилась по телу. Когда все кончилось, он медленно пустил меня за землю, и я почувствовала его палец на губах, а второй рукой он нежно гладил меня по спине. Распахнула глаза, и посмотрела на всего сексуального тирана.

— Привет, — произнес он негромко, и наклонившись, подарил мне нежный поцелуй. Прервал его, и он вновь посмотрел мне в глаза.

— С добрым утром, — чуть слышно ответила.

— Охрененное начало дня, — прижав меня к себе, хохотнул он. И тут же выпустил и отошел в сторону. Смотрю на своего шикарного мужчину, и не могу оторвать взгляд, его боец еще находился в приподнятом настроение. — Нравиться? — игриво интересуется, наглец.

— Скажем так, впечатляет, — выдавила из себя.

— Пойдем в душ, впечатлительная моя, — хохотнул он, и подхватил меня на руки.

Вот и правильно, пусть носит, ножки-то мои после интима немного ослабли. Занес меня туда, и опустил на пол, я вновь опустила взгляд на его все еще стоящего по стойке смирно солдата. Глеб включил воду, и встал под струи воды. Охрененное зрелище. Не знаю, сколько бы я так простояла. Но он взял меня за руку и притянул к себе. Итог, мы стоим вместе, а его сильные руки, нежно гладят мою кожу, я вновь начала заводиться. Когда звук льющийся воды прекратился, я медленно повернулась к мужу лицом, и вновь наткнулась на его как муж выражается «ствол».

— Люд, я смотрю мой боец тебе покоя не дает… — посмеиваясь, подколол меня.

— Ну, я немного в замешательстве, потому что он еще не угомонился.

— Ну так, и я еще не насытился. Длительное воздержание, и твое охраненного тело, этому способствуют. Хочешь прикоснуться? — приподнял он игриво бровь.

— Я молча приблизилась и положила руку на его член. На ощупь он оказался очень приятный, мне понравилось, и я решила немного Глеба поддразнить. Он резко перехватил мою руку.

— Потом с ним пообщаешься, можешь даже поцеловать, чтобы он разрыдался от счастья.

Мне бы смутиться, но сейчас у меня совсем другой настрой. Хотелось и ему сделать приятное, как он мне вчера. Заодно и барьеры окончательно снести. Или же скажем так: чертовка во мне проснулась.

— А почему не сейчас, — игриво интересуюсь, и сев перед ним на колени, коснулась языком его головки. Мышцы Глеба напряглись, и я почувствовала его руку у себя в волосах. Дотронулась еще, и подняла на него взгляд, муж сосредоточенно смотрел на меня, потемневшим от страсти взглядом.

— Доводи до конца, раз начала. — От его взгляда и властного голоса, завелась не на шутку.

Посему я начала, вначале робко, а затем все смелей. Вы не поверите, но мне понравилось, особенно осознавая, как ему хорошо, и что теперь он в моей власти. Когда ты любишь и хочешь его подчинить, нет месту стеснению. Не успела я насладиться своим триумфом, как Глеб отстранил меня, и резко поднял.

— Любишь управлять мужиком, играя во взрослые игры? — как-то зловеще он улыбнулся мне в лицо, и тут же впился мне в губы болезненным поцелуем.

Меня чертовски это возбудило, он прервал поцелуй, и едва прикасаясь к моим губам, все таким же властным тоном произнес: — Будь готов к последствиям. — Резко развернул меня к стене, — руки на стену и прогнись, — словно звук хлыста, раздался его приказ в тишине. Подчинилась. Он без предупреждения, резко вошел в меня заполняя собой полностью, я задавлено охнула, от неожиданности, и слегка болезненного вторжения.

— Не нужно играть главенствующую роль в нашем дуэте. Запомни, я приказываю, а ты подчиняешься.

— Так ты же сам дал добро… — немного растерявшись, от его поведения.

— Да, я дал. Но, ты посчитала, что теперь тут рулишь, а вот этого я не позволял… — опаляя горячим дыханием ухо, дал понять, по какому поводу он разозлился.

— Хорошо, больше не буду, — ответила, а сама с досадой поняла, от него ничего не скрыть.

— Конечно, больше не будешь, — прикусил мочку уха, — сейчас я тебя трахну по-настоящему жестко, чтобы помнила, кто у нас глава семьи. — Мне стало трудно дышать, сердце замерло в предвкушении. И тут же почувствовала его руку на шеи. Я прикрыла глаза, и его вторая рука легла мне на талию. И он принялся воплощать свою угрозу в жизнь, мне было страшно, его рука сжала мою шею. И в то же время еще больше возбуждалась, от осознания того, что я и моя жизнь в его власти. Если я раньше считала, что он жестко меня брал, то теперь могу точно сказать, ошибалась. Что сейчас происходило, ни в какое сравнение не идет. Теперь я на действительно испытала, мощь своего мужчины, каждое его проникновение приносило легкую боль, и острое, как никогда удовольствие. Это сравни, как находиться на краю пропасти, она часть тебя ликует от восторга, другая обмирает от страха. Он сжал сильнее руку, в глазах все потемнело. Мне показалось, что душа покидает тело, затем все взорвалось, и я словно начала падать в бездну. Повисла на его руке, ноги не держали, на меня накатывали волны оргазма одна за другой.

— Ты создана для меня, — слышу его довольный голос, — тихо мила, сейчас все пройдет, — целуя в висок, принялся меня успокаивать. Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я успокоилась. Глеб повернул меня лицом к себе, продолжая удерживать рукой. — Ты как? — взяв меня ладонью за подбородок, и принялся сканировать мои эмоции.

— Еще не поняла. Теперь я даже и не знаю, как с тобой вести, еще такого забега мое сердце не выдержит, остановится. — Чуть слышно отвечаю.

— Будь собой, и не смей бояться. Я никогда тебе не наврежу. Тем более, я же знал, что тебе это понравится. Сразу понял, когда твои зрачки от возбуждения расширились, и дыхание стало прерывистым. Вот поэтому я и приказал к стеночке повернуться, если была другая реакция, то ничего бы не было. Но мне охренеть, как понравилось, никогда такого кайфа не испытывал. Брать тебя одно удовольствие.

— Значит, твой грозный вид, часть ролевой игры, — усмехнувшись, попыталась отстраниться, не позволил.

— Не совсем. Мне не понравился ход твоих мыслей…

— А ты откуда знаешь, что я в тот момент думала?

— У тебя все на лице было написано, мол схватила мужика за яйца, теперь я могу им помыкать…

— И не совсем так, — он строго посмотрел на меня, — ладно и это тоже. Но, по большому счету я хотела сделать тебе приятно, и разрушить последние барьеры.

— Сама к стеночке втянешь, и в спинке прогнешься, или помочь?

— Зачем? — тут же насторожилась.

— Будем сносить тебе барьеры…

— Ты издеваешься?! — запаниковав, заорала. В ответ Глеб рассмеялся.

— Видела бы ты свое лицо, — включил он воду, и вновь меня утянул туда. Я попыталась возмутиться. — Не дергайся, до вечера трогать не буду. А тебя прошу, больше о таком не думать. Я сам все дам, только скажи, а вот манипулировать собой не позволю, даже тебе.

— Все, что попрошу?

— Нарываешься. — Тут же поставил меня на место. — Все то, что не противоречит моим правилам.

— Знать бы еще твои правила, — процедила, и тут же прикрыла глаза от удовольствия, Глеб вновь стал ласкать мое тело.

— Узнаешь… — тихо рассмеялся он.

Как и обещал, до вечера Глеб меня не трогал, так ненавязчиво совращал. Зато вечером и утром оторвался. Больше он не злился, а я урок усвоила. И ведь прав, такими методами желаемого не добиться. Да и его в роли подкаблучника, я как-то не представляла. Собственно, что я хотела, когда думала, что буду вертеть им? Он же и так все готов для меня сделать. Захотела романтики, получила. Да, есть замашки тирана. Так я именно этого и хотела. А каков он в постели… Единственное, что огорчало, так он и не сказал, что любит. Я же для себя решила: тоже буду молчать, пусть помучается. Вернее, я скажу это слово, только после него. Где это видано, чтобы женщина первая говорила «люблю»?! А это «вполне», нельзя считать на полноценное признание в любви. Ну вот, я, кажется, опять манипулировать им собралась. Пес с этим, в этом случае это допустимо.