Глава 17. Приносящий плохие вести

Ойра Охота шла успешно. Стая загнала семейство кабанов, и добыча была щедрой. Волки вдоволь набегались и нарезвились в полях, а парочки успели друг за другом поухаживать. Без конфликтов тоже не обошлось. Загоняя главного секача, один из оборотней – Луппи – столкнул Руфа в снег. Они оба пару раз кувыркнулись через голову и опустились на лапы в стороне от основной погони. Ойра чётко расслышала злой гулкий рык и задержалась. Ночь охоты не для ссор в Стае. Луппи она знала хорошо. Молодой, амбициозный оборотень. Он не раз появлялся около их дома. Дружил с супругом Юны, когда тот был жив. Луппи хорошо знал Юну и, кажется, имел на неё виды. Но когда они всем семейством уехали на юг этой весной, за ними не последовал. Ему мама запретила. Кажется, именно из-за таких его поступков Ойра следила за ухаживаниями Луппи за своей дочерью со здоровой примесью скептицизма. Если жених ради любимой волчицы не был готов покинуть дом, – и ведь даже не навсегда, а всего на один сезон – лето, – на что он ещё не будет готов пойти ради неё?.. И уж точно Ойра не удивилась тому, что Луппи «случайно» запнулся о Руфа на охоте. Только одно ей не нравилось больше нарочитого несчастного случая: поступок Луппи мог испортить праздник. Волки стояли друг напротив друга. Шерсть дыбом, глаза горят, у Луппи ещё и грозный рык рвётся из груди. Странно, но Руф совсем не рычал. Ойра не стала вмешиваться, намереваясь проконтролировать, чтобы дело не закончилось дракой. Руф встряхнулся. Видимо, взъерошенная шерсть – следствие погони. Опасность, скорость, риск – всё это заставляло волка чувствовать себя на грани, словно в бою. Но Руф легко сбросил это состояние, и не пытаясь продолжить конфликт. – Доброй охоты, – дружелюбно сказал Руф, и хвост его качнулся. – Продолжим? – Не продолжим, – ответил Луппи. – Ты нарочно сбил меня, чтобы мне помешать! Хвост Руфа продолжал слабо колыхаться из стороны в сторону. – Это была случайность, – ответил он. – Извини меня, если я тебе помешал. – Помешал! Луппи рыкнул громче, напрягся, словно готовился к драке, и Ойре всё-таки пришлось вмешаться. – Волки, – окликнула она обоих оборотней и подбежала ближе. – У вас всё в порядке? – Всё хорошо, волчица Ойра, – вежливо ответил Руф, кланяясь. – Сегодня добрая охота. – Добрая охота, – отозвалась Ойра и повернулась к Луппи. – Дорогой, – начала она, – ты же не хочешь испортить такую хорошую ночь? – Она прошла мимо задиристого волка и шепнула: – А что скажет мама? Луппи мгновенно успокоился, сел на задние лапы и растерянно огляделся. Но его мамы здесь не было, и о его ссоре она ничего не знала. Пока не знала. – Я никому не скажу, – шепнула Ойра и мордой указала ему вслед убежавшей стаи. – Доброй охоты, Луппи. – Доброй охоты, – эхом отозвался он и сорвался с места. Взрослый вроде волк, старше Юны даже. Вот вырос вроде, а до сих вёл себя, как малой щенок. Ойра села и проводила его задумчивым взглядом. Рядом хрустнул снег – Руф. – Кровь молодая, горячая, – сказала Ойра, не оборачиваясь. – Ты уж его не вини. – А я что? Ойра посмотрела на Руфа с удивлением. Неужели он и правда не заметил, как упорно Луппи доводил его до драки. – А если бы вы подрались? Он ведь этого хотел. – Зачем с ним драться? – фыркнул Руф. – Он же свой. Для чего Луппи пытался развязать с ним драку, Ойра говорить не стала, но про себя оценку дала обоим оборотням. И Руф «заработал» куда больше. – Нам надо возвращаться к остальным, – сказала Ойра. – Охота продолжается. Они вместе повернули в ту сторону, куда ушла Стая, и пошли вперёд. – Извините, – вдруг сказал Руф. – За что? – Хотел добыть этого кабана для Юны, но не сумел. Ойра бросила на Руфа внимательный взгляд и ей показалось, что, будь оборотень человеком, он бы в этот миг покраснел. Ойра мысленно улыбнулась. За эту ночь и эту охоту Руф добыл куда больше, чем просто кабана. Внезапно за их спинами раздался тревожный волчий вой: постовые возвещали о прибытии чужака. Ойра остановилась, а вслед за ней и Руф. – Кто-то прибыл? – спросил он. – Да. – Указав оборотню в сторону удаляющейся охоты, Ойра приказала: – Возвращайся к ним, а я схожу, проверю. – Хорошо, – ответил Руф, но обратно повернул вместе с Ойрой. – Я с вами пойду. – А как же кабан для Юны? – усмехнулась она, но спорить не стала. Они сорвались с места и резвой рысью побежали туда, откуда раздался вой постового. – Если сразу не повезло, то уже и не повезёт, – ответил Руф на бегу. Невооружённым взглядом было видно, что об упущенной добыче он сожалеет. – И что же, даже не попытаешься добиться? Не стоит того «добыча»? – с намёком спросил она. – Эта – не стоит. Говорил ли Руф только об упущенном кабане или понял, что за «добычу» имела в виду Ойра, выяснить она уже не успела: они прибыли на место. Около постового волка, которого Ойра знала очень хорошо, стоял чужак. Не возвращающийся на родину северянин, не гость из близлежащих поселений, и даже не Норт, которому пора бы уже было вернуться. Вид оборотня выдавал в нём южанина, и Ойра почуяла неладное. – Волчица Ойра, – обратился к ней постовой. – Это посыльный от вожака Дариена. У него срочное донесение. – Оставьте нас, – приказала Ойра. Тревога внутри неё разрасталась. – Говорите! – Приветствую тебя, Ойра, – начал посыльный, дождавшись, пока их оставят наедине. – Наш вожак Дариен Нордвинд прислал меня передать срочное сообщение. Его сын Литто ни при каких обстоятельствах не должен жениться на той простолюдинке. – А разве брак между ними не требование вожака Дариена, как и требование наших традиций? – спросила Ойра. – Лучше опозорить одного вожака, выкинув на улицу меченую им девку, чем опозорить весь род и Клан, признав её и её щенков равными себе, – сказал посыльный и тут же добавил: – Таковы слова вожака Дариена Нордвинда. Он прислал меня передать их Совету старейшин, а затем вернуться и доложить, что они навсегда изгнали простолюдинку Джессику с земель оборотней. Ойра молчала. Ей трудно было представить, как она объявит Джессике и Литто о приказе его отца. И совсем невозможно представить, как прогнать ту, что спасла её внука и её Стаю. Но и ослушаться вожака оборотней было никак нельзя. – Приказ есть приказ. Наше дело – исполнить его, – тихо сказала она. – Вы выступите на Совете старейшин. Соберём его сразу на рассвете. Незачем откладывать. * * * Внешний вид посыльного не обманул Ойру: он был южанином от кончика носа до самой последней шерстинки в хвосте. А с такими она обращаться умела. Выделив южанину, представившемуся Алландом, почётный караул, Ойра сама проводила его до посёлка – оказала честь высокому гостю. – Может, стоит сразу созвать Совет? – спросил Алланд, как только впереди забрезжили огни костров. – Ночь на дворе, – ответила Ойра задумчиво. – Ещё и не обычная, а Ночь Первой Охоты. Великий праздник! Прямо сейчас мы и половину старейшин в посёлке не сыщем. – Она посмотрела на Алланда и, перехватив его взгляд, подмигнула. – К тому же, разве вам это надо: прервать их празднество ради той вести, что может подождать пару часов до рассвета. – Ну да… А Литто? Где он сейчас? – Кто знает. – Ойра указала в поля. – Где-то там, возможно. Косой взгляд постового волка, сопровождающего их, Ойра проигнорировала. Конечно же она знала, где Литто. Точно там же, где и Джессика. Не могла же она отпустить беременную волчицу и не приглядеть за ней. Оба волка сейчас находились в небольшом лесочке неподалёку. Вероятно, у той норы, что Джессика облюбовала для своих будущих щенят, она как-то рассказывала Ойре о ней. Только вот чужакам об этом знать совсем не обязательно, и Ойра поспешила успокоить посыльного Алланда: – Даю вам слово, к утру все будут на месте. Иначе и быть не может. Все волки вернутся домой. – А на рассвете соберём Совет, – напомнил ей Алланд. – Конечно. Я сразу же при вас отдам все необходимые распоряжения. Ойра ничуть не слукавила. Она проводила важного гостя до своего дома, где расположила на ночлег и приказала подать ужин. Норрога дома не было, он этой ночью должен был встречать рыбаков у пристани. Ойра отправила ему весть с одним из оборотней. Уходя, в дверях тот столкнулся с Юной. Наверняка Руф рассказал ей о неожиданном госте, на что Ойра и рассчитывала, когда отпускала его после встречи посыльного. – Мама, что-то случилось? Я слышала… – Ты-то мне и нужна, Юна! – перебила Ойра дочь, обняла её и представила посыльного. – Знакомься, это Алланд. Он посыльный от вожака Дариена и принёс нам важную весть. – Она указала Алланду на дочь. – А это моя младшая дочь Юна. Самая ловкая волчица Стаи. Посыльный окинул Юну придирчивым взглядом и слегка смягчился. – Приятно познакомиться, – сказал он, слегка поклонившись. – И мне, – ответила Юна, бросая на Ойру испепеляющий взгляд. Но, не зря она была не только самой ловкой, но и проницательной – вся в мать. Возмущаться открыто Юна не стала, а, продолжая беседу, вежливо поинтересовалась: – Вы, наверное, устали с дороги и вам надо отдохнуть? – Если честно, я бы что-нибудь перекусил. Три дня во рту только сухари и сырая вода из ручьёв. Алланд осмотрел комнату, в которой его разместили. Кровать, стол у окна и два стула. Всё как у всех. – Составить вам компанию? – поинтересовалась Юна, хлопая глазками, и опустила взгляд. – Или вы отдыхать будете? – Лучший отдых – отдых в хорошей компании, – возразил Алланд и широко улыбнулся Юне. Теперь Ойра была спокойна за гостя. Всё его внимание переключилось на дочь. – Не буду вам мешать, – сказала она и направилась у двери. – Пойду потороплю с ужином для вас, Алланд, и прикажу собрать к рассвету всех старейшин. – Можете не торопиться, – ответил Алланд. – До рассвета есть время. – Времени предостаточно, – согласно сказала Ойра. – Отдыхайте, набирайтесь сил. В моём доме вы почётный гость. – Около дверей она задержалась. – Может, предложить вам бодрящий напиток от знахарки Уулы? Кто кроме неё сможет создать для вас поистине волшебное зелье? И на ноги поставит, и бодрости и сил придаст. Поможет не уснуть. Хотите, я сама схожу за ним до Уулы? – О да! Это было бы замечательно, а то сон накатывает, как волна, – согласился посыльный, кивая, а всё его внимание было уделено Юне. – Бодрящее зелье от знахарки Уулы точно бы мне помогло. А вам? Ответа дочери Ойра слушать не стала. Самое главное, что посыльный Алланд был занят. Даже приятно увлечён. А что ещё нужно хорошему хозяину, чтобы показать своё гостеприимство, как не довольство гостя? Ужин торопить не пришлось, его уже несли. А ещё вернулся гонец, что бегал к Норрогу. Он передал, что супруг постарается быть как можно скорее. Лодки рыбаков уже показались на горизонте. Ойра поблагодарила волчиц-кухарок и отпустила гонца. Пора было наведаться к Ууле. Раз она пообещала бодрящий напиток, надо исполнить сказанное. Знахарка уже не спала. В последнее время Ойра часто замечала пожилую волчицу Уулу бодрствующей и всё больше беспокоилась за неё. Но сегодня у неё был более важный повод для волнений. Описав знахарке произошедшее, Ойра попросила её приготовить бодрящий напиток для гостя. – Для него очень важно не уснуть, чтобы на рассвете не дать Джессике и Литто сыграть свадьбу. И я думаю, что твой напиток должен непременно помочь! – сказала Ойра. – Ну, если надо помочь, то ты обратилась к нужному волку, Ойра, – скрипучим голосом ответила знахарка. Она вернулась в дом и вышла оттуда с небольшим мешочком. – Здесь травы для бодрости. Кинь щепотку в чай и до следующего утра об отдыхе можешь не волноваться. – Спасибо, Уула! – поблагодарила Ойра и поспешила обратно. Сначала она заглянула на кухню. Чай уже заварили, и Ойра вызвалась сама отнести заварник гостю. Вышла из кухни, достала заветный мешочек с травами и отмерила ровно одну щепотку. Трава быстро погрузилась в горячую воду, и по коридору разнёсся приятный пряный аромат. Ойра задумалась, – А хватит ли? – и добавила в заварник ещё одну щедрую щепотку травы. Дойдя до комнаты гостя, Ойра постучала и тихонько отворила дверь. Алланд и Юна сидели за столом и беседовали. – Ваш чай, Алланд, – сказала Ойра, подошла и начала разливать чай по кружкам. – Со специальными травами от Уулы. Для бодрости. – Спасибо, Ойра, – ответил Алланд. – А мы тут с милой Юной обсуждаем климатические различия наших родных мест. – Замечательно. – Ойра повернулась к дочери. – Юна, тебе спать не пора? – Ещё минуточку, мам, – попросила Юна, протягивая руки за кружкой. – Это чай с травами для посыльного Алланда, – строго сказала Ойра. – Или ты тоже не хочешь спать до рассвета? – А может и не хочу, – кокетливо ответила Юна. – Наливай. Проведём с посыльным Алландом всю ночь. Проговорим о погоде. Ойра спорить с дочерью не стала, налила ей полную кружку ароматного чая, жалея только об одном: этот чай предназначался только Алланду. * * * Не знаю почему, но в норе в негустом лесочке я высыпалась куда лучше, чем дома. Проснувшись, я потянулась и принюхалась. Литто был рядом. Не в норе, но около неё. Я вышла. На улице всё ещё стояла глухая ночь. – Долго я спала? – Совсем недолго, – ответил Литто, к чему-то чутко прислушиваясь. – Домой? – Так спрашиваешь, как будто есть другие варианты, – ответила я, усмехнувшись. Литто не ответил. Он поднял морду по ветру и шумно втягивал морозный ночной воздух. Мне стало беспокойно. Я подошла и встала рядом с ним. Принюхалась. – Что там? – спросила, ничего не учуяв. Литто встряхнулся и поднялся на лапы. – Не знаю, – ответил он, посмотрел на меня и снова взглянул в ту сторону, откуда дул ветер. – Показалось, может быть… Мы с ним повернули в сторону дома и не спеша пошли обратно той же дорогой, что пришли сюда. Через овраг, ельник и по руслу ручья. – А что показалось? – Не знаю, – сказал Литто, мотнув головой. – Чужой запах будто бы. И… – Он замолчал и остановился. Снова встряхнулся, словно стряхивал с себя дурные мысли. – Но не Норт. Мы пошли дальше и совсем скоро выбрались из лесочка. Я оглядела равнину перед нами. Пусто. Если тут и проходил кто-то из посторонних – неважно волков или нет, – то я их почуять уже не могла. Литто молчал. А мне молчать никак не удавалось. Иначе тревога съела бы меня изнутри. – Волнуешься за него? – За кого?.. – За Норта, – пояснила я. – Волнуешься, как он там, у Дариена? Не случилось ли с ним что-нибудь. Он всё же твоему отцу не самые хорошие новости принёс. – Не, – замотал Литто головой. – Норт умный. Он не пропадёт. У него самый изворотливый ум из всех волков, что я знаю. – А ты давно его знаешь? Литто остановился. До посёлка оставалось совсем не много. Уже были видны разожжённые в честь праздника костры и снующие около них празднующие оборотни, как в человеческом обличии, так и в волчьем. – С детства. Моя мать рано нас покинула, и все заботы о моём воспитании пали на отца. Но вожаку Дариену некогда было возиться с ребёнком, и он отдал меня на воспитание к одному наставнику, затем к другому. А когда в посёлок вернулся Норт, сразу поручил меня ему. – Литто хрипло рассмеялся. – Другие наставники не могли за мной уследить. Вечно во что-то влипал. «Магнит для неприятностей», называли они меня. – Так я – твоя очередная «неприятность»? – спросила я, хихикнув. Литто придирчиво осмотрел меня с макушки ушей до кончика хвоста, но в конце не удержался и тоже рассмеялся. – Ты та ещё проблемка, Джессика. Тебя с наскоку не решить. Даже наставник Норт и тот не справился. – Да он и не брался, – ответила я и фыркнула. – И всё равно бы не справился. – Я встала и потянулась, чувствуя в теле приятную усталость после долгого дня и длительной прогулки. – Пошли домой? – Это вопрос? – уточнил Литто. Я покачала головой, уши замотались над мордой туда-сюда. Резко припав на передние лапы, я цапнула Литто за нос – попыталась, но он увернулся и отскочил назад, – а затем бросилась бежать к посёлку. – Кто первый до дома! – крикнула я, отчаянно хохоча. Понимала, что не мне, беременной и толстопузой, бегать наперегонки со взрослым волком, но не смогла удержаться. Слишком уж настроение было хорошее. Но до посёлка мы не добежали. В нашу игру вмешались два волка-оборотня, выбежавшие из посёлка нам наперерез. – Вожак Литто, нам приказано привести Джессику в зал Советов, – грозно сказал один из них, останавливая нас на месте. – Кто отдал приказ? – спросил Литто. – Волчица Ойра. – Ойра? – спросила я. – Но зачем?.. – Нам приказано – мы исполняем, – ответил волк и грузно вздохнул. Сразу было видно, он не горел желанием исполнять приказ. Не хотел идти против нового вожака. Но и нарушить приказ простой служивый не имел права. – Я пойду, – сказала я, заметив, как подобрался Литто: собрался спорить или оспаривать – не важно. Тронула его носом. – Всё в порядке, Литто. Я пойду. Это же Ойра. Значит, непременно что-то важное. Литто кивнул, но от меня не отошёл ни на шаг. – Я с тобой пойду. Волки, которых прислала за мной Ойра, переглянулись, но ничего не сказали. Они встали по обеим сторонам от нас и проводили до дома. Руф и Ойра ждали нас там. Я обернулась человеком, подошла и остановилась у крыльца, не решаясь подняться. Ойра выглядела очень взволнованно, и меня моментально охватила тревога. – Скорее-скорее! – подозвала меня Ойра. – Что происходит? – спросил Литто. – Кто-то прибыл? Это от моего отца? Ойра не ответила. Посмотрела на Литто и тут же подняла голову выше: за горами поднималось солнце. – Рассвет, – выдохнула она, повернулась к Руфу и указала ему на Литто. – Уводи его! Скоро всё начнётся. – Она обратилась к Литто: – Уходи, молодой вожак. Здесь тебе не место. Здесь ждут только Джессику. Иди с Руфом, он всё расскажет тебе. – Ойра повернулась ко мне. – Пошли, красавица. Нам пора. А ну-ка быстро! Она потянула меня за руку, а Руф перегородил дорогу Литто. Он что-то говорил ему, но я этого уже не услышала: за нами закрылась массивная дверь дома. Ойра провела меня коридорами, но не в наши с Литто комнаты. Она подвела меня к залу Совета и остановилась. Только тогда ко мне вернулся Дар речи. – Что происходит? – громко спросила я. – Литто прав. К нам прибыл посыльный от его отца. И у него очень плохие новости. Я собрала всех. И старейшины уже собрались. Скоро рассвет. Тебе пора, красавица. Скорее! Я поняла всё, что сказала Ойра, но я решительным образом вообще ничего не поняла. Даже головой замотала и слегка ущипнула себя, чтобы проверить, не снится ли мне происходящее. – Да что случиться на рассвете-то? Зачем созывать Совет? И что за новости у гонца? Ойра развернула меня к себе и пристально посмотрела в глаза, прежде чем ответить. – Мы с тобой обе подозревали, что вожак Дариен не оставит вас с Литто в покое. И вот время настало. – Из-за дверей послышались голоса и Ойра заторопилась. – Пора! Больше медлить нельзя! Она распахнула тяжёлые двери и подтолкнула меня вперёд, заставляя сделать последний шаг и войти в зал, где собирался Совет Старейшин.