Глава 3

Ну… темные! Ну что же… она прикрыла глаза, пытаясь унять сердце. Что ж. В чём-то он прав. Глупо рассчитывать на любовь до гроба. Нужно брать что дают. Найти своё место в жизни. И выбраться, наконец, из своего укрытия. Родителей оно не спасло.

Пришлось очень сильно постараться, чтобы дожить до вечера, не снеся ничего вокруг от волнения.

В этом помогли мелкие. Тем более, что новость о том, что у Кайли открылся настолько редкий и небезопасный дар медиума и порадовала и огорчила. Да, в жизни он, конечно, принесёт почёт, деньги и славу. Но и множество опасностей как в его использовании, так и от тех, кто захочет себе личного медиума завести. Но не может она испортить это детскую радость — чистую, наивную, своими паническими мыслями. Хотя Дарин вон сидит на ковре рядом с сестрой и смотрит не по-детски серьезно.

Подобрав юбки, уселась рядом с детьми на пол. Как давно они вот так всей семьёй не сидели…

— Дар, ты чего такой серьезный?

И волосы отрастил ниже плеч. Темные, шелковистые. В их обрамлении детское личико казалось слишком взрослым. Темно-серые глаза блеснули.

— Кайли ещё глупенькая. Не понимает, — он упрямо вскинул голову, надув губы и хмуря бровки, — они все так на неё смотрели… эти лорды. Как на добычу. Только твой Дарк удивился, но… как будто ему всё равно. Смотрел на нас, как на обычных детей.

Столько слов от брата-молчуна она уже года два как не слышала. И поразилась — и недетской его серьёзности, и внимательности к деталям, и слишком взрослым рассуждениям.

Кая, заливисто хохоча, покачивалась на игрушечной лошадке, которую ей подарила Айриша. Вот она как раз самый обычный маленький ребёнок. Беспечный и беззаботный. Сердце защемило.

Дарнари наклонилась к брату, беря маленькие ручки в свои.

— Я много пропустила, да? Плохая из меня старшая сестра. Не заметила, каким сильным и ответственным мужчиной растёт мой маленький брат.

— Нет, — неожиданно твердый взгляд. И Дар улыбается — светло, как до гибели родителей, — ты всё для нас делала. Я ведь видел… Дари, ты самая лучшая мама!

В горле встал ком. Мама. Они никогда её так не называли, да она и не пыталась заменить им мать. Сразу, как только они стали постарше, рассказала правду — по мере возможности. О том, что родители заболели в эпидемию и ушли в Небесные Сады.

Они звали её "Дари"… а не…

Оказывается, ей так нужно было услышать эти слова. Не понимать умом, а вот так вот узнать, что всё, что она делает — не напрасно.

Дар, её малоэмоциональный, тихоня Дар, подался вперёд и крепко обвил ручонками за шею. А она посадила его на колени, крепко прижимая пока ещё худощавое, но уже обретающее крепость детское тельце.

— Мой родной!

— Ух, какие вы милые, я правда сейчас расплачусь, — раздался голос Айриша.

Ведьма сегодня обрядилась в темно-синее платье с высоким воротом и длинными рукавами, но весьма соблазнительным вырезом-веером в районе декольте.

Брюнетка подмигнула, тут же запустив несколько бабочек и стрекоз одной рукой.

— Лови!

— Тетя Ай-лиии!

Кая расхохоталась снова — звонко и счастливо, и на сердце стало тепло.

Правда Дарин из объятий поспешно высвободился. Ну да, кто-то же совсем взрослый, ему просто неприлично быть уличенным в этих нежностях.

Айриша потрепал обе темные макушки и неожиданно остро глянула в сторону Дара, который важно прошествовал в сторону камина и улёгся рядом с ним на ковёр с толстенной книгой. И что это он там читает? Как-то на сборник сказок непохоже.

— Первый раз вижу пятилетнего ребёнка, который читает "Некрономику" вместо сказок. Интересный у тебя братишка, Дари, — усмехнулась подруга, бесцеремонно усаживаясь в мягкое кресло без ножек.

Да, глупо отрицать, за эти дни она стала считать леди подругой. Той самой, которой никогда не было. Но дело не в этом, а…

— Какую "Некрономику"? — голос сел.

Название навевало нехорошие ассоциации с мрачным темным склепом и черепами с приветливо горящими глазницами.

— Ну, имеется такой фундаментальный труд в библиотеке Академии. Ничего кровавого и запрещённого в нём нет, всего лишь исторические очерки о зарождении некромантии, выдающихся магах, немного о видах нежити, ритуальном оружии и, вроде бы, рунический алфавит…

Успокоила так успокоила!

— Рунический. Алфавит, — нервный смешок вырвался сам собой. — Это, конечно же, все меняет!

Она понизила голос, пристально наблюдая за увлечённым мелким.

— Он, конечно, уже умеет читать, но что он может там понимать? Откуда у него вообще эта книга?!

Наверное, она выкрикнула это слишком громко. Братик резко обернулся. И Дарна невольно прижала ладонь к губам, чтобы не вскрикнуть снова.

Его глаза мерцали лунным серебром, и было в них что-то, что никак не ожидаешь встретить у ребёнка. Слишком мудрое. Понимающее.

Но вот он отвёл взгляд — и сердце снова забилось в прежнем ритме.

— Айри… надо позвать кого-то. Лорда Аргона или Шайналла… или… — нет, так любезно спасшего её ректора, которым оказался тот странный подросток, она искать точно не рискнёт.

— Так, спокойно, — ведьма оказалась на удивление хладнокровной. На то она и темная ведьма, впрочем, — ничего с ним не случится. Если уж до сих пор жив и здоров, — алые губы девушки чуть сжались, — а твой братец ведь гораздо умнее обычного ребенка? Всё интереснее, кто же в вашем роду потоптался, что такие таланты развелись…

— Мне кажется, да, — призналась, — но он всегда был таким молчаливым, что я этого практически не замечала.

— Вот как, — задумчивое снова, — а что, вполне может быть!

— Айри!.. — почти грозное шипение. — Клянусь любимой шваброй, если ты сейчас же мне внятно не ответишь!..

— Ну, если шваброй, — запустив довольной Кайли ещё несколько черно-зеленоватых и капельку кривоватых (все отсутствие практики) бабочек, вредная ведьма чуть нахмурилась, — думаю, твоему брату стала доступна память Рода. И это говорит о том, что род ваш весьма древний. Может, он и не имел титула или огромных богатств, не могу сказать, но, думаю, был весьма… богат магией. Обычно в таких родах дети получают рано или поздно память Рода. То есть они "вспоминают" его историю, как живую.