Глава 24

С утра пришла Мила, о которой я уже и подзабыть успела. В строгом платье, закрывающем все её прелести, с простой косой, девушка готова была приступить к своим обязанностям.

Я встала раньше всех, и пока в доме было тихо, и очередная проблема не свалилась нам на голову, привела в порядок все бумаги… задумалась, что делать с лордом Мартерийским, а точнее, с его случаем. Записывать или нет? И оплату с него требовать или не рисковать? И в этот момент тяжёлого выбора и сомнений, как раз Мила и пришла.

Тар с Линой на ночь в доме не остались, в «Золотой Цвет» отправились, князь Миртар со своим сопровождением тоже мои гостеприимные стены покинул, да и не предлагал им никто здесь на ночь оставаться, а вот Оруш снова в лаборатории моей закрылся, явно к нашей поездке готовиться начал и зелий впрок запасти старается… когда только спит?

Даже Велдран свой любопытный нос из комнаты не показывал, и я со своей новой помощницей принялась список необходимых продуктов составлять, которые нам в дорогу понадобятся, и покупка которых на её плечи ложится. Да и оставшиеся дни мы тоже голодными не будем сидеть. Пока таким важным делом занимались, Тар с Линой пришли, и очередную корзинку от госпожи Тарх притащили, а потом Лина в оборот Милу взяла, и у неё это куда лучше моего вышло. Лисичка засыпала девушку наставлениями и указаниями, а я без дела осталась… и как-то непривычно это было.

Послонявшись по дому, к уважаемому Орушу отправилась. Я ведь тоже кое-что в зельях понимала, пусть мне и далеко было до знаний лекаря-шамана первой сотни племени Яростных, но ведь заживляющую мазь я смогла усовершенствовать, да и лишняя пара рук не помешает.

Оруш мне, как родной обрадовался, и тут же к делу приставил: травы перебирать, сок из листьев выдавливать, и прочее, что обычно зельевары ученикам своим доверяют…

Лист хмурый ходил, что та туча, готовая дождём затяжным пролиться, а я к нему даже обращаться лишний раз опасалась, лишь взгляды в его сторону постоянно бросала, и внутри волнение за него волнами накатывало. Ясно ведь, что обещанного визита эльфов ждёт, вот и переживает, не зная, зачем они сюда пожаловать решили, и во что это всё выльется… Он же столько запретов нарушил, а у Старейшин с этим строго было.

Ближе к обеду вновь князь Миртар пожаловал со своей свитой, и прямым ходом в комнату к Мартерийскому направился, а вот уважаемый господин Орин, несмотря на свою принадлежность к клану Чёрных Медведей, ясным соколом вокруг Милы виться начал. Своим пристальным вниманием мою помощницу смущая и от дел её отвлекая.

— Господин Орин, — в сторону его отозвала, когда они с торговых рядов вернулись, а у Милы щёчки ярким румянцем горели. — Я, конечно, всё понимаю, но Мила ведь вам в дочери годиться, да и вы её своим напором в краску вогнали, она скоро вас десятой дорогой обходить будет…

Уважаемый господин Орин, начальник княжеской стражи, с самым искренним недоумением на меня уставился, моргнул пару раз непонимающе, седину свою благородную взъерошил, а потом от души расхохотался.

— Это что ж вы такое подумали, госпожа маг? — утирая выступившие слёзы, отсмеявшись Орин произнёс. — Госпожа Мила ведь и в самом деле мне в дочки годится, а у меня два сына в холостяках задержавшихся имеется, вот и присматриваю им жену достойную. А девушка-то хорошая, видная, ладная, да работы не боится, а самое главное, сердце её свободно! Так чего бы Руха с ней не познакомить? Это старшенький мой, выше меня вымахал, а всё никак не остепенится… вот, свести думаю, пусть посмотрят друг на друга, вдруг вязь истинности на их запястьях проявится? А ежели нет, то у меня младшенький есть ещё.

Мне так неловко стало за свои слова… ведь Орин говорил про своих сыновей, ещё мне их сосватать пытался, а я забыла об этом совершенно.

— Простите мне мои необдуманные слова, господин Орин, не хотела вас обидеть…

— Да какая уж обида, бросьте, прекрасная госпожа, забота о своих людях весьма похвальна, — успокоил меня Орин и на кухню помогать пошёл, или дальше Миле о несомненных достоинствах своих сыновей рассказывать… тут уже вопрос большой.

В таких хлопотах почти весь день прошёл. Мы даже с Линой успели в лавку Портных дел Мастера Ивисса наведаться, что на весь Чистолист славился и обновок себе прикупить. Ввиду планируемой поездки новые вещи были просто необходимы, и мы стали счастливыми обладательницами двух дорожных костюмов, штанов, туник, тёплых плащей и безумно удобных сапожек из мягкой кожи. А ещё Лина уговорила меня примерить светлое платье, летящее и струящееся, очень на эльфийские наряды похожее, но из более простой ткани и по более сходной цене… я не смогла от него отказаться. Представила, как загорятся восторгом глаза Листа, когда он увидит меня в этом наряде, и без сожалений рассталась с монетами. Лина тоже прикупила себе платье насыщенного зелёного цвета, чтобы Тара порадовать… но пока радостью от покупки светились её глаза.

Когда последние лучи солнца окна в багряный цвет окрасили, Лист из комнаты вышел, с тщательно собранными волосами, в идеально сидящем на нём форменном камзоле стражника Дивинии, и с сумрачным взглядом ярких зелёных глаз, сейчас потемневших до болотной трясины, что в самых тёмных лесах расположена.

— Лотаниэль весть прислал, — хмуро наёмник сказал, — они шатры под городской стеной разбили… ждут меня.

— Вот и славно, — Велдрана определённо слова Листа обрадовали, а то дракончик заскучать уже успел за целый день, пока все делами занимались, а он не у дел оказался. — Подождут ещё немного! Мы сейчас соберёмся и вместе с тобой пойдём, мы своих на растерзание всяким заносчивым ушастым не отдадим! Грудью на защиту встанем!

— Так я, вроде, тоже ушастый… не раз от тебя это слышал. С чего такая забота вдруг? Чего задумал? — перехватил Лист засуетившегося дракончика и взглядом пытливым в совершенно честные золотые блюдца уставился.

— Да ничего я не задумал, Листочек. Я же от чистого сердца! — трогательно Велдран на Листа посмотрел. — Ну… и мало ли чего, вдруг пригодимся.

— Сдаётся мне, что ты просто послушать хочешь, что Старейшины говорить будут. Ведь неспроста они в такую даль притащились, — прищурился на него наёмник, давая понять, что раскусил тайные мотивы дракончика, которого вело банальное любопытство.

— И это тоже, Листочек, но больше беспокойство за тебя тревожит моё сердце, — и интонации у него такие были честные-пречестные, что не поверить в его искренность было просто невозможно.

— Допустим, я тебе поверил, — сдался и Лист под этим напором. — Собирайтесь. Жду вас.

Дважды повторять нам не надо было. Мы стрелой с Линой по лестнице взлетели и к обновкам бросились. Пред эльфийские взорами абы в чём не годится идти, уж больно они обидчивые и тщеславные, прояви хоть малейшее неуважение к Перворождённым — ждать беды. В академии с эльфами попроще были, там просто все их красотой восхищались и услужить старались, а тут Старейшины… это раз в десять больше высокомерия и величественной отстранённости от нас, простых смертных.

Лорд Мартерийский, пошатываясь, из своей комнаты вышел, оценил наш вид нарядный, недовольно нахмурился… Мы с Линой переглянулись. Чего, спрашивается, хмурится на нас? Выглядели мы наилучшим образом! Я уже и забыть успела, когда наряжалась так! А тут некоторые личности носом недовольно крутят на нас.

— Я не смогу с вами отправится, — прислонился Мартерийский к стене в поисках опоры, — к сожалению, силы восстанавливаются не так быстро, как мне хотелось бы… — в мою сторону полетел убийственный взгляд главы Департамента. Необоснованный, между прочим, взгляд! Я его от Печати освободила и проклятие сняла, свободу действий вернула, а он в меня молнии метает! Как по мне, он вполне бодро на поправку идёт, если учесть, что после того, как он с Листом их портала вывалился, вообще, на последнем издыхании был. — С вами князь Миртар отправится, он в курсе всех стратегических планов…

Плохая идея, очень плохая, потому как эльфы с оборотнями через раз ладили, как и с людьми, впрочем. Но с другой стороны — это же целый князь, да ещё очень дальними родственными узами с ними связан, так что есть шанс, что Старейшины не сразу нас погонят, а сначала выслушают.

— Госпожа Мила, сперва дадите лорду вот это зелье, потом это, — передавал Оруш в руки предельно сосредоточенной Милы склянки с отварами, над которыми целый день трудился, — после лорду плотный ужин подадите, и вот эти два сразу после еды ему выпить нужно.

Мартерийский на эту заботу тоскливым взглядом уставился.

— Ты не скучай, недоверчивый наш, переговоры с эльфами штука сложная и продолжительная, у них одни приветственные речи до утра могут растянуться, — поддержал его Велдран и в нетерпении к двери устремился.

— Не настолько я важная персона, чтобы меня приветствовать, — под нос себе Лист пробурчал, руку мне подавая, и ещё тише добавил: — Ты прекрасна, моя лианэль. Твоя красота затмевает свет солнца, твои глаза сияют ярче звёзд, а твоя улыбка…

— А ты ещё не с ушастыми общаешься, так что на более привычное наречие переходи, — возмутился Велдран на нашу заминку, — можно просто сказать, что Рия твоё самое желанное сокровище, твоя драгоценность и твоя жизнь. Всё! Пошли уже!

Ну… мы и пошли. Такой процессии Чистолист ещё никогда не видел, я в этом совершенно уверена. Первым шёл князь Миртар, в вышитой рубашке, поверх которой плащ из дорогой парчи накинут был и золото волос по меховому воротнику рассыпано… местные красавицы такими взглядами Миртара прожигали, что я только диву давалась, как жив только остаётся… определённо защитный артефакт какой-то имеется. За величественно шествующим князем мы с Листом шли, за нами Оруш с Орином, далее Лина с Таром, и несколько оборотней из Небесных Ястребов шествие завершали.

— Мы должны идти первыми! — недовольно шипел Велдран, устроившись на плече Листа. — Я более важная персона, чем этот… этот щеголь в мехах!

— Ты мелкий, тебя не видно будет, подумают ещё, что какое-то украшение от княжеского наряда отвалилось и впереди катиться, — задорно Лист улыбнулся. — Да и по статусу князю первым положено идти и слово первое за ним.

— Да его, вообще, эльфы не приглашали! — пытался отстоять своё первенство дракончик.

— Так и тебя тоже не приглашали.

— Да им за счастье будет меня лицезреть! Сам Великий Дракон милость проявил и к ним собственной персоной пожаловал!

Плечи впередиидущего князя подозрительно подрагивали… просто Велдран начал-то тихо возмущаться, а потом уже не сдерживался.

— Для меня будет честью подставить своё плечо такому могучему союзнику, — развернулся к нам Миртар и руку в приглашающем жесте протянул, мол, перелазь на более статусное плечо.

Велдран оценивающим взглядом крепкую мужскую руку окинул, на плече Листа потоптался, словно решаясь…

— Ты на фоне сверкающих золотом волос потеряешься, и никто тебя не увидит, — тихонько я нерешительно дракончику прошептала.

— И то правда, — фыркнул Велдран, — иди уже, златокрылый, и помни мою доброту… и я твою не забуду!

— Если честно, мне идти не очень хочется, — пристроился между нами Миртар, всех в правах уравнивая. И этот поступок я высоко оценила. — Эльфы же к нам с лёгкими нотками высокомерия относятся, а мы натуры легкоранимые и чувствительные, то и дело переговоры в тупик заходят… а сейчас привычного для нас развития событий никак допустить нельзя, уж больно дело серьёзное. Нет, мы, конечно, и без их помощи справится можем, но с эльфами всё же попроще будет.

— Теперь я с вами! Так что не переживай, пернатый, помогут, как миленькие, и ещё благодарить будут, что мы им разрешили эту помощь оказать. В этом деле, главное, слова правильные подобрать… А у меня знаете, какой опыт? — на этих словах Велдран настолько величественно крылья распахнул, что умудрился и Листа, и Миртара по заинтересованным лицам задеть, и в руки идущего сзади Оруша свалиться… но дракончика сей факт совершенно не смутил: — Вот, яркий пример, что вокруг моей выдающийся фигуры уже орки, оборотни, и частично эльфы объединились!

За разговорами мы быстро увидели эльфийские шатры, торжественно реющие на фоне тёмной рощи, и окружённые дозорными, застывшими прекрасные изваяния.

Дозорные нас тоже заметили, и пока мы дошли до нашей цели, нас уже встречали: трое Старейшин в тёмно-красных плащах поверх белоснежных туник, несколько эльфов в куда более скромных нарядах стояли на пару шагов позади них… а вот рядом со Старейшинами стоял один из самых прекрасных мужчин, которых я когда-либо видела. Высокий, с идеальными чертами безупречного лица, которое портило присущее всем эльфам выражение надменности и превосходства, с белоснежными волосами, сияющими в лучах заходящего солнца, он выглядел совершенством во плоти, героем древних баллад и сказаний, за чей благосклонный взгляд прекрасных зелёных глаз женщины готовы были пойти на любые безумства… и вот этот лучистый цвет глаз до боли напоминал мне взгляд Листа. Только у моего наёмника он сиял теплотой и любовью, а этот — холодом изумруда и стылым льдом.

— Из наёмников в стражу, Лист? Ты меня поражаешь! — раздался красивый голос обладателя совершенной внешности с издевательски-насмешливыми нотками.

Уровень моего восхищения безупречным эльфом значительно снизился. Да и, вообще, я так, по привычке, восхитилась.

— И тебе долгих лет, наследник Лотаниэль. Мудрости и ясности ума, светлым Старейшинам народа Перворождённых. Да пребудет с вами свет солнца и сияние звёзд, — ровным голосом ответил Лист, и склонился перед теми, кто выкинул его из родного дома и лишил всего.

Торжественность момента требовала от нас того же, то есть одарить этих личностей приветствиями… видят Вечные, как мне не хотелось этого делать! Сама не знаю почему. Воспитание и манеры, предписания этикета, всё это требовало официального поклона, но что-то внутри противилось, не давая моей спине согнуться перед эльфами, пусть я и прекрасно понимала, какая честь нам выпала — эльфийских Старейшин не все и эльфы-то видели!

— Какой-то у вас наследник невоспитанный! — ловко Велдран с плеча Листа спланировал и сразу претензии всем эльфам выкатил, за что я его расцеловать готова была. — Ни слов положенного приветствия, ни радости от встречи, ни уважения к тому, кто выше его по статусу будет… это я про светлого князя Миртара из благороднейшего и сильнейшего рода Золотых грифонов сейчас, который правителем всех оборотней является! Про себя я и вовсе скромно промолчу!