Глава 39

Лорд Вериан Мартерийский сперва одарил тяжёлым взглядом женщину, которая, несмотря на плачевность своего положения, всё равно диктовала свои условия, и лишь потом слегка кивнул, соглашаясь с моими словами.

Леди Риттор вновь рассмеялась, торжествующе так, словно услышала, о чём мы говорили. Может, и в самом деле услышала, кто их знает, этих безумцев?

— Что вы хотите, ваше сиятельство? — скрипнув зубами, спросил Мартерийский, вежливо так спросил, убийственно вежливо.

— Сущий пустяк, Вериан, который никоим образом не бросит на вас тень. Я жажду две смерти — того, кто предал меня и моего сына, и того, кто убил моего Арона! — дёрнулась в магических путах леди Риттор, но они надёжно сдерживали ей ярость и жажду мести. — Убей их, Вериан, убей самым жестоким способом, чтобы они мучились не час и не два, а несколько суток, чувствуя, как жизнь медленно покидает их тела, и зная, что нет спасения! Чтобы они испытали все грани отчаяния!

— Рассказывайте! — не дал своего окончательного согласия лорд Вериан, но для одержимой местью женщины, и этого было достаточно.

— У меня был слабый дар к проклятиям, настолько слабый, что сильнее порчи или сглаза у меня ничего не получалось, но и их мне хватало, чтобы проложить себе дорогу к Его Величеству и убрать всех конкуренток. Так забавно было, когда у одной леди, претендующей на внимание короля, волосы клочьями выпадать начали, у второй, хоть и не ест ничего, а бока растут так, что ни в одно платье не влазит, у третьей зубы начали гнить, а у четвёртой…

— Переходите к сути вопроса, леди Риттор! — рявкнул глава Департамента. — Мне неинтересны ваши бабские склоки!

— Ах, Вериан, Вериан… — с насмешкой покачала она головой, — я думала ты гораздо сообразительнее… тебе ведь прямо сказала эта девица — Совет Магов. Магистр Брайт, лорд Мартерийский, вот тот, чья жизнь мне нужна! Именно он помог мне развить свой дар, именно он дал мне ритуалы, которые помогла сделать из моего мальчика великого мага, именно он стоит во главе «Тёмных Повелителей», именно его усилиями стала реальной угроза переворота и именно он стал причиной гибели моего мальчика!

На Мартерийского страшно было смотреть. Кровь отхлынула от его лица, оставляя лишь горящие грозной синевой глаза… и сейчас я не стала бы утверждать, что Вериан вменяем и способен здраво мыслить… сейчас у него рушился весь его мир, в котором друзья и верные соратники оказались врагами.

Магистр Брайт! Кто бы мог подумать! Кто же не слышал о нём! Когда я училась в Академии, он провёл там одну лекцию, на которой весьма воодушевлённо говорил о том, что для нашего королевства важен каждый человек с искрой дара и магии, а уж мы — наследники аристократических родов и вовсе — опора и надежда не только престола, но и всех жителей Дивинии… магистр много чего говорил, превознося наши силы и возможности, которые мы просто обязаны развивать всеми доступными способами, чтобы стать на службу королевства и приносить пользу… Я прекрасно помню, как воодушевилась после этих слов, но со временем азарт поутих, да и не стремилась я никогда к славе и великим деяниям… это сейчас просто так обстоятельства сложились.

Но ведь были и другие, для которых слова магистра стали путеводной звездой к цели — силе и знаниям. Может ли быть, что некоторые из них вступили в ряды артериаров? Вполне.

Пока лорд Мартерийский переживал сказанное леди Риттор, её слова буквально выбили опору из-под несокрушимого в своей правоте Вериана, я решилась на дальнейшие расспросы:

— Магистр Брайт убил вашего сына?

— Нет, этот ублюдок привёл в мой дом того, кто сделал это! Но это ничуть не умаляет его вины! Он предал меня и Арона, он указал на моего мальчика этому чудовищу, и тот вызвал его на поединок за право называться Избранным, — ненависть исказила черты еë лица. — Арон ещё ребёнок! Да и не претендовал он никогда на этот статус! Кому он нужен? Меня интересовал лишь трон Дивинии, который принадлежит ему по праву! Пока магистр Брайт думал, что мы истово служим Тёмному богу, он сам служил моим целям! Да плевать мне на Артера, и плевать на этого похотливого козла!

— Тем не менее вы послушно выполняли его приказы и ваши действия привели к многочисленным смертям ни в чём неповинных людей! — возмущение кипело внутри меня.

— Мне нет никакого дела до этой серой массы, они были просто ступенькой на моём пути, которая позволила доказать мою преданность культу и проверить свои возможности. Пытаться вызвать во мне чувство вины или увидеть проблески раскаяния — пустая трата времени, — гордо вскинула она подбородок. — Если бы потребовалось уничтожить тысячи людей, я бы сделала это без малейших колебаний и сомнений.

— Какая исключительная жестокость! Я в восхищение. Даже жаль, что ваш коварный план был разрушен без моего на то участия, хотя я так надеялся единолично уничтожить даже тень вашей надежды на власть, — зло усмехнулся Мартерийский. — Так кто же тот счастливчик, который добрался до бастарда раньше меня?

— Не смей его так называть! Арон сын короля! В нём текла та же кровь правящего рода, и он был куда сильнее своего отца!

— У короля есть законные наследники! А ваш Арон набрал силу благодаря кровавым ритуалам, так что даже не заикайтесь об этом! Иначе моё желание свернуть вам шею возьмёт верх над моим любопытством. Я в любом случае всё узнаю, просто это займёт чуть больше времени, — самоуверенно лорд Вериан заявил.

— Смерть этого чудовища — моё вторая просьба. Я не знаю, кто он и откуда взялся, сегодня я видела его впервые. В его глазах — бездна, в его словах — ужас, а в его поступках — неотвратимая смерть… Мой мальчик, мой Арон так храбро противостоял ему, так отчаянно сражался за свою жизнь, но он всего лишь ребёнок, что он мог противопоставить тому, кто сам состоит из тьмы? Это не был человек, это был сам Артер, принявший человеческий облик!

И столько в словах леди Риттор было уверенности, что я сама едва не поверила в досрочное пришествие Тёмного Бога… нет, ну мало ли. Может, у артериаров ещё какой-то ритуал есть, о котором мы просто не знаем.

— Не скажу, что огорчён этим фактом. Особые приметы есть у этой личности, состоящей из тьмы и ужаса? Или прикажете мне ритуал призыва Артера самому привести, чтобы поймать его и на плаху собственноручно проводить? — насмешливо Мартерийский спросил, на которого слова графини не такое яркое впечатление оказали.

— Правильные черты лица, он из аристократов, но я никогда не видела его при дворе. У него высокое положение в обществе, это выдавала его манера общения и речь, то, как он держался — уверенно, с чувством полного превосходства…

— Вы мне сейчас половину придворных описали! Вы издеваетесь? — вспылил глава Департамента, которому больше всего имя хотелось узнать, а не образные эпитеты выслушивать.

— Уничтожь их, уничтожь их всех, Вериан! Обещай мне, обещай! — вновь заладила свою мантру графиня Риттор, будто и не слышу слов синеглазого лорда.

— Бесполезно, Мартерийский, она сейчас начнёт по кругу одно и то же талдычить, еë рассудок не вынес того ужаса, который она пережила, присутствуя при убийстве своего сына, — со знанием дела Велдран тихо сказал, и мне даже сочувствие в его словах послышалось.

— Почему её, вообще, в живых оставили? Мало того что леди Риттор свидетель, они ведь еë на муки страшные обрекли. У неë на глазах единственного сына за грань отправили… она ведь никогда этого не забудет, и эта потеря еë в безумие утопила. Милосерднее было бы просто жизни еë лишить… — этому моменту я не могла найти объяснения.

— Какого милосердия ты хочешь от служителей Тëмного Бога, драгоценная моя? — отозвался Велдран, понаблюдав некоторое время за женщиной. — Да и какой с неë свидетель, если она клятвами связана была? Это ведь ты у нас такая удивительная, любые магические воздействия снять можешь. Так что, в этом моменте лорду Мартерийскому очень повезло, — нарочито вежливо дракончик в сторону Вериана сказал. — А так была бы по факту у него бывшая любовница, невменяемая и буйная, да ещё и мëртвая к тому же. Потому что первое же еë слово о произошедшем, клятвы бы активировало, а так хоть одно имя получили! — для себя Великий Дракон уже всё понял и уверенно к выходу потопал.

Удивительным было то, что Мартерийский вперёд него поспешил и дверь даже перед ним распахнул…

— Астол! Продолжишь допрос! Меня интересуют все имена причастных к культу Артера! С кем Риттор общалась, кого видела, где они собирались. Записи потом мне на стол, и чтобы ни одна душа их не видела! — рявкнул Мартерийский. Ясно, а то я уж подумала, что он мудрость и заслуги Велдрана решил признать. — Я обратно во дворец, нужно у короля приказ на арест Брайта подписать… и отряд собрать, так просто его взять не получится… Леди Риттор потом в подвалы Департамента. Трупы уничтожить, чтобы и следа не осталось. Работайте!

Сотрудники Департамента всполошёнными тенями по дому рассредоточились, а мы под шумок вдоль стеночки к выходу поползли, но от грозовой синевы глаз мы не укрылись:

— Возвращайтесь домой и не покидайте его стен. Если вы мне понадобитесь, я всегда должен знать, где вас искать!

Я хотела было возмутиться, потому что это уже явный перебор, но Велдран ответил вперёд меня:

— Конечно-конечно, ваша светлость, всенепременно.

— Надеюсь на ваше благоразумие, Рия, — кивнул Мартерийский, приняв слова дракончика за чистую монету, и унёсся, подгоняемый ужасными событиями, которые только набирали оборот.

Нашему уходу никто не препятствовал, даже экипаж на месте был, чем мы незамедлительно и воспользовались.

— Это же дель Артрусский был, да? Тот, кто такой ужас на графиню Риттор навёл? — шёпотом у друзей спросила, потому что больше кандидатов на роль Избранного у меня не было.

— А кто же ещё? Упырь наш бледнолицый, — согласно Велдран кивнул.

— Быстро же он сориентировался. В принципе, его появление вполне логично и обосновано. Это подтверждает всё то, о чём в свитке говорилось. Он сейчас своë право силой будет утверждать, — подтвердил Оруш слова дракончика.

— Но как он знал, где именно ему искать артериаров надо было? — по насмешливым взглядам своих спутников я поняла, что глупость сморозила. — Ему ориентиром Малые Алтари послужили…

— Именно так. Возле них в любом случае кто-то был, а там уже дело техники пыток… или полюбовно договорились, кто его знает, этого Артрусского. Весьма деятельная личность. Я думал, ему больше времени понадобится, — недовольно Велдран поморщился.

То есть, ни для дракончика, ни для Оруша такой поворот не был неожиданным.

— Ладно, пусть с этим Мартерийский разбирается, у нас свои заботы, — скрестил руки на широкой груди орк, — что-то мне подсказывает, что не видать ему в кандалах этого магистра, как собственных ушей… расстроится наш глава Департамента.

— И лучше ему на глаза не попадаться, — поддакнул Велдран, — а то он даже на меня неадекватно реагирует, всякого удовольствия от издевательств лишает, — с разочарованным вздохом дракончик подытожил. — Лучше уж к артериарам нагрянем с визитом, всяк повеселее будет.

— Так мы не отказываемся от наших планов? — я была полностью согласна с Орушем, что Мартерийского ждёт неудача. Если уж магистра Брайту удавалось столько времени промышлять своими тёмными делишками под носом у всех, то так просто его не поймаешь. Но очень-очень хотелось, чтобы Вериану каким-то чудом это удалось.

— Ни в коем случае, Рия, — сверкнул клыкастой улыбкой Оруш, — мы же с Диром договорились и слова своего не нарушим.

Весомый аргумент, не поспоришь.

Листиэль. Окрестности озера Дивное.

Последний переход для наёмника выдался самым тяжёлым. Одно дело перемещаться лесными путями в одиночку или провести по ним малый отряд, и совершенно другое — удерживать магический коридор из сотен мощных деревьев для целой армии, когда он трещит и грозно шумит листвой, готовый то и дело схлопнуться и раздавить всех идущих в труху, разметав останки по тысячам вёрст, которые сейчас были сжаты до часа ходьбы.

Упрямства Листу было не занимать, как и желания доказать, что он справиться! Правда сейчас он доказывал это сам себе, но проверка собственных сил и возможностей была для него не менее важной. Теперь он знал, на что способен. Знал, что сможет защитить свою лианэль от любой опасности. Сердце рвалось к льдинке, и зеленоглазый наёмник торопил эльфов, которые величественным строем шли по лесным путям, словно на параде красовались.

Мысленно Лист на все лады костерил своих соотечественников, впервые жалея, что рядом нет мелкой ящерицы, уж он бы придал ускорения этим ушастым своими едкими комментариями.

Когда последние воины прошли через переход, Листиэль с неимоверным облегчением оборвал магические потоки, удерживающие и сжимающие пространство в гармошку. Он смог! Он сделал то, что было подвластно лишь Правителям Изумрудных уделов, и то не всем!

Им навстречу уже спешил князь Миртар, сияя довольной улыбкой и золотом волос.

— Вы вовремя! Драконы уже прибыли. Глазам своим не поверил, веришь? — делился впечатлениями Золотой грифон, словно мальчишка, которому первый раз настоящий меч в руки дали.

Лист верил. А ещё поразился тому количеству шатров и костров, которые перед его взглядом раскинулись. В небе оборотни с драконами дозор несли, над пустошью круги наматывая.

— Здесь огромная территория магическим куполом ограждена. Нам через него не пробиться, и что он скрывает непонятно… — быстро Миртар в курс дела вводил.

Лист травинку сорвал и привычным движением в рот засунул, ему так думалось лучше, пристально пустошь изучая, словно сквозь магический барьер взглядом проникнуть собирался.

— Зато мы его в оцепление взяли, твои эльфы очень кстати будут, лучниками каждый дозор усилим. Те, кто внутри купола сидят и не высовываются, а вот к ним временами пробиться пытаются… так, нечего серьёзного, две стычки было. Видимо, не рассчитывали нас здесь встретить, вот и шли, не скрываясь. Теперь и вовсе затишье.

— Временное затишье, этим гадам всё равно выйти нужно будет, вот тогда и пойдёт потеха, — господин Орин крепко запястье наёмника в приветственном жесте обхватил. — Рад видеть, Лист. Пошли, с главным у драконов поговорим, силы наши распределим. Вы, случаем, телег с продуктами не прихватили? А то воинство у нас славное получается, прожорливое, — по-доброму хохотнул представителей Чёрных Медведей.

— Я ненадолго задержусь, воинов своих под руку князю передам и в Дивлард пойду. И у меня мысль тут есть одна, по поводу Чёрного Алтаря…

— Вот и обсудим, — довольно хлопнул Листа по плечу Орин, да так, что наёмнику пару шагов вперёд прошлось сделать, чтобы носом в землю не уткнуться.

Лист тяжело вздохнул на такой дружеский приём — раньше утра ему в столицу не попасть.