Глава 22. Надежное место

— Г..Глеб, что ты з…задумал? — продрогшим голосом прошептала я, наблюдая за его взглядом, направленным на припаркованную на улице полицейскую машину, внутри которой сидело двое мужчин.

Вот стоило минут пятнадцать двигаться от здания к зданию в поисках непонятно чего, чтобы теперь из-за угла наблюдать за полицией? Мало нам рыщущих по городу агентов Трибунала. Давайте еще человеческих стражей порядка на уши поднимем.

Сжимая и разжимая замерзшие кулаки, я размышляла над тем, чтобы пустить их в ход. Отделаться от психа и вернуться домой. К родителям, к постельке, к мыслям о сегодняшнем перелете.

Елагин, не дав мне окончательно погрузится в грезы, схватил за руку и прижал к себе, согревая исходящим от его тела жаром.

— Видишь тех двоих в машине? — я затихла, присматриваясь.

— Вижу.

— Сейчас я разыграю небольшое представление, чтобы они вышли из тачки. Ты держишься рядом, но молчишь, а по моей команде, начинаешь со всей силы лупить вон того, что сидит справа. У него рожа безобидная. Все поняла?

— Напасть на полицейского? Ты в своем уме? Меня же арестуют? — опешила я, уставившись в его невозмутимое лицо, — зачем тебе вообще их машина, ее быстро найдут. Ни за что!

— Придется, Цветочек. От этого зависят наши жизни. Доверься мне.

— Ты каждый раз повторяешь эту фразу, и каждый раз мы влипаем в какие-то нелепые и опасные ситуации, — проворчала я, послушно следуя за своим мучителем.

Приблизившись к машине, Глеб оставил меня стоять рядом с капотом, а сам обошел ее по кругу и пару раз пнул по колесам. Обомлевшие от такой наглости полицейские вышли не сразу. Открыв рты, они несколько минут наблюдали за действиями придурка, прежде чем отложить стаканы с кофе и пончики, и распахнуть с двух сторон двери.

— Эй, ты! А ну вали отсюда, если проблем не желаешь! — рявкнул тот из них, что был ниже ростом.

— Ребят, а дайте тачку погонять? В первый раз в вашем городе, жену прокатить хочу. С ветерком.

— Ты что, совсем больной? Тебе же сказали — вали, пока мы добрые! — губы Елагина растянулись в зловещей улыбке, от которой на расстоянии веяло неприятностями. При чем для меня, в том числе.

Оставив в покое колеса машины, он подошел к тому из мужчин, что был выше напарника на пол головы, а самого Глеба на целую голову, и коснулся его руки.

— Вам что, жалко? — прошептал он и невинно похлопал глазками, а когда полицейский расслабился, опять пнул по ближайшему колесу.

Вздрогнули все.

Я прижала ладони к сердцу, а полицейские, набросившись на Елагина, заломили ему руки, нацепили наручники, и уложили лицом на капот. С разбитой нижней губы капала кровь, а этот чокнутый продолжал улыбаться, глядя мне в глаза.

Я отказывалась верить в происходящее. Почему он не воспользуется своей темной силой? Почему не спеленает их каким-нибудь слабеньким заклятием? Почему терпит боль? И при этом ржет, как тронувшийся умом маньяк.

— Допрыгался, щенок. Проведешь ночь в камере, может поостынешь. Глаза как у обдолбыша. Наркота?

— Спасибо ребятки, я бы сейчас не отказался, — сплюнул на землю кровью Глеб.

— Лех, проверь его карманы, сдается мне он на чем-то крепком сидит.

Напарник Леха вытащил из заднего кармана джинсов Елагина портмоне с кучей карт, и принялся их внимательно изучать.

— Поддельные удостоверения на разные имена. Поддельные кредитки. Эй, больной, у тебя есть хоть что-то настоящее?

— Ага, сиськи моей жены, — кивнул Елагин в мою сторону.

Заявление застало меня врасплох и привело в ярость, с сопутствующими искрами из глаз и сжатыми, до впившихся в ладони ногтей, кулаками.

— Идиот! — прошипела я, и тут же скрестила руки на груди, закрывая обзор уставившимся на нее полицейским.

— Девушка, шли бы вы, пока и вас за компанию не прихватили, — бросил мне напарник Лехи, запихивая Глеба на заднее сиденье.

Услышав его слова, Елагин дернулся и прохрипел:

— Принцесса, пора, как договаривались, — я не сразу поняла о чем речь, а потом в голове всплыла табличка с неоновой надписью «лупи высокого», и судя по веселой усмешке на лице Глеба, спонсором данного баннера были его колдовские силы.

Чтоб его!

Была бы я умнее, последовала бы совету полицейского и ушла, но похоже сумасшествие заразно, и у меня тоже поехала крыша. Иначе как объяснить мои следующие действия?

Развернулась к тому, на кого указал Глеб, подошла ближе и ткнула пальчиком в грудь.

— Никуда я без мужа не пойду! — и со всей силы стукнула ногой по ботинку.

Дура набитая, совсем забыла, что босая. И от боли чуть ежика не родила.

Мужчина, выпучив глаза, долго смотрел, как я прыгаю на одной ноге, матеря на чем свет стоит Елагина, и все его гребаные идеи, из-за которых моя жизнь полетела в тартарары.

— Идиот, дебил, придурок!

— Ребят, не обращайте внимание, так-то она милейшее создание. За меня переживает просто, — ворвался в мой помутневший разум голос Глеба.

— Переживает, говоришь, — процедил тот самый высокий полицейский, на которого я попыталась напасть, — ну так мы облегчим вам жизнь, и посадим в одну камеру, да Кир?

Его напарник кивнул, схватил меня за руку и толкнул на заднее сиденье, рядом с Елагиным, который повернувшись спиной, нащупал закованной в наручники рукой мое колено и несильно его сжал.

Я хотела вырваться из его хватки, но вдруг почувствовала, как боль в ноге сходит на нет, а вместе с ней и бешеная злость. Потянувшись к его лицу, я прошлась пальцами по его нижней губе, убирая капли крови.

— Ну отделали тебя будь здоров, сейчас еще в камеру посадят. Стоило оно того?

— Между прочим своей цели я достиг, — усмешка на его лице сменилась теплой, касающейся даже его колдовских зеленых глаз улыбкой.

— Это какой же?

— Теперь мы в безопасности, и Трибуналу до нас не добраться. По крайней мере, сегодня, — похвалился ненормальный клоун, — эй, Цветочек, что за удивленный взгляд, словно тебе телек с канала «Культура» на порно переключили? Трибунал нас с лупами ищет. Нам надо было схорониться на ночь.

— Так ты не собирался воровать полицейскую тачку?

— Нет, конечно. Я хотел, чтобы нас забрали в участок и посадили за решетку. Кто в здравом уме будет искать черного ведьмака в человеческой тюрьме? — и хотелось бы сказать, что спятил, но, если быть честной, логика в его словах присутствовала. А потому, я положила голову на плечо Глеба, и всю поездку до участка, клевала носом.