Глава 34

Соседи остались у нас на обед.

Калеб помог мне выбраться из кровати и одеться приличнее. Конечно, я понимала — выгляжу, может, даже и похуже, чем миссис Ненси, но муж и виду не подавал, что что-то не так.

— Мне бы вымыться, — шёпотом произнесла я, смущённо наблюдая, как он застёгивает пуговицы на моём комбинезоне.

Пальцы ещё плохо слушались. Наверное, и правда рано от мази отказываться.

— На реку пока не пущу, — Калеб поднял голову и пригладил за ухо пару выбившихся из моего хвостика прядок. — Если только на кухне вечерком ополоснёшься, но большой лохани, милая, у нас пока нет. По-хорошему, нужно рыть скважину и заводить воду в дом. После установить душевую кабинку.

— Надеюсь, это не затянется на года...

— Ну что ты, Дали. Нет, конечно. Быстро всё сделаю. Я у тебя, считай, безработный. Одна военная пенсия, но на неё не погуляешь. Вряд ли здесь нужен такой спец, как я. Так что вся надежда на то, что земля кормить будет.

— Не наговаривай на себя, — я провела ладонью по его мягкой бородке. — Уверена, не пройдёт и два месяца, как ты развернёшься в полную мощь.

— Например, детка?

— Ну-у, — я задумчиво выглянула в окно. Водная гладь реки сегодня необычно ярко играла в лучах звезды. — Ты ведь повар?! Вот и будешь глушить рыбу и варить тушёнку. Натурпродукт в Солнечной системе расхватают задорого. Там осётр чёрте когда вымер, а здесь стайками плавает.

— Ну и кто у нас мамкин коммерсант? — Калеб широко улыбнулся.

— А она права, — миссис Ненси неуверенно заглянула в спальню. — Простите, детки, но я нечаянно подслушала, комнату для ваших цветочков смотрела. Я много лет проработала в пищевой отрасли, Даллия дело говорит. Стоит попытаться наладить маленькое производство и раскрутить бренд, как элитный натурпродукт. На жизнь точно хватит. И думается мне, многим эта идея в голову придёт. Тут, как говорится, кто первый подсуетиться.

— Да, в шутку же сболтнула, — я смотрела на неё большими глазами и понимала, что и правда предложила неплохую идею.

Калеб молча помог мне подняться и придерживая, повёл на кухню. 

Да, муж мой расстарался с обедом знатно. На неглубокой тарелке горкой лежали котлетки. Рядом печёные толстые лепёшки.

— Как ты их приготовил? — я покрутила одну из них в руках и откусила.

Такая мягкая внутри, а корочка хрустит. Но главное, запах!

— Я несколько лет жил в поселении с такими печами. Она мне как родная, — Калеб легонько постучал по трубе. 

— Повар от скуки, как и мой Петер, — миссис Ненси пригладила мужа по руке. — Он у меня тоже, бывает, такого наготовит. А я так, по-простому: из пачки в кастрюлю...

Разговор завязался легко. Все делились опытом, рассказывали истории из жизни.

Сытно поев, я удобно пристроилась рядом с мужем и наслаждалась такой спокойной и тихой беседой. 

Где-то вдалеке раздался раскат грома.

Снова приближалась гроза.

— Вы купол достроили? — спохватилась я.

— Да, девочка. Всё благодаря твоему своевременному подарку. Даже пара лишних пластин осталась. Теперь ни дождь, ни ветер не страшны. Но всё же нам лучше поехать домой. Ненси ещё плоха, не стоит рисковать. 

В комнате Лапушки и Жири раздался грохот. Словно молотком тарабанили.

— Что они творят? — всполошилась я. 

— Увеличивают высоту ящика, — отмахнулся муж. — Я оставил им доски и гвозди, пусть сами разбираются со всем этим.

Я только тяжело вздохнула.

— Ты обещала нам таких же помощниц, — наполнил мистер Петер.

— Да, — я кивнула, — только обстроимся и я тут же примусь за объявления. Выброшенных растений по заводам утилизации не мало. Главное, я знаю, где искать. Но не обещаю, что вы получите таких же. Все цветы разные, ещё я думаю, от воспитания многое зависит. Лапушка у меня с росточка. Вот, кстати, и ещё одна идея, как немного разжиться деньгами.

Я взглянула на Калеба.

— Здесь ты права, девочка, — сосед задумчиво кивнул. — Спросом такие растения непременно будут пользоваться. И ещё каким...

Так мы просидели ещё час, обсуждая будущий приют для хищных растений.

На улице вовсю грохотало. Непогода не желала отступать.

— Если так и дальше пойдёт, то выпишу ветряк, — мистер Петер взглянул на небо. — От солнечных батарей в такой сезон толку мало.

— Я об этом ещё и не думал, — Калеб нахмурился. — Только о водопроводе и фильтрах. Намучился бегать за водой и кипятить её вёдрами. Стирка, готовка, уборка... везде нужна вода. Даллию ещё искупать как-то надо, не к реке же после болезни её тащить.

— А поехали по-быстрому к нам, — мистер Петер встал из-за стола. — У меня кое-что есть. Предвидел я, что здесь особых удобств не будет и взял с собой две высокие бочки. Будет вам на первое время вместо ванны.

— Дали одну оставить, — муж призадумался.

— Лапушка и Жиря, — напомнила я.

— Зелёная! — тут же позвал Калеб. Мухоловочка шустро высунулась из своей комнаты. — Я к соседям... За главную будешь. Если что, знаешь, как поступать.

Мой милый цветочек, который я растила с росточка, поднял корешок и провёл кончиком под ловушками, жирно намекая, что всем, кто рыпнется, придёт хана...

— Калеб! Чему ты её учишь?

— Навыкам выживания, — он зловеще усмехнулся. — Полчаса, зелёная, и я вернусь. Всё запереть.

— Калеб! Я не беспомощная!

Меня задело такое отношение. Что я сахарная? Или уже позаботиться о себе неспособна?

— Конечно, детка, но мне будет спокойнее, если дома за тобой будет ходить этот цветочный цербер.

— Не называй так Лапушку! Она такой доброй была, пока ты не научил её обратному.

— Дали, — он приподнял бровь, — мне напомнить, кто вырубил охранку на корабле и вернул вашу провизию, запугав стадо матёрых мужиков. Она, конечно, добрая, пока не затронуты её интересы, а ты входишь в их число. Но давай об этом потом, малыш. Ветер усиливается, а мне ещё успеть вернуться. Не люблю мокнуть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Разговор был закончен, и последнее слово осталось не за мной.

Я явно сдавала позиции. Хотя … Я взглянула на свою мухоловочку. Да кого я обманываю, она всегда готова была выдернуть сардельку из рук Томы. Надавать по корпусу Туки и выпотрошить бедный пылесос. 

— Хорошо, — тяжело вздохнув, покосилась на мужа. — Я тогда просто посижу на веранде и подышу воздухом.

Наши гости вышли во двор под куполом. Калеб же подобрался ко мне вплотную и, присев на корточки рядом со стулом, взял мои ладони в свои.

— Ты хмуришься, — тихо произнёс он, заглядывая в глаза.

— Это оказалось немного сложнее. В семье должен быть один глава... Лидер... И кажется, это не я.

— Какая чушь, Дали, — перебил он меня. — В семье должен быть мир и понимание. Ответственность распределена поровну и проблемы касаться всех. А когда один лямку тянет, а второй на его горбу едет — это уже не нормальная семья, а паразитизм.

— Ты решаешь за нас, Калеб.

— Нет, детка, не путай. Я взял на себя ответственность за тебя, пока ты больная. И это нормально. Так и должно быть. Я отобрал у тебя "лямки" и распределил их на всех. И на зелень, в том числе. И мне тревожно оставлять тебя даже на минуту. Ты болеешь, тебя шатает. Но я также понимаю, что ты женщина, и тебе нужно несколько больше, чем мне. Бочка для купания входит в этот список. 

— Да, вымыться на веранде под куполом было бы здорово, — согласилась я.

— И насчёт Лапушки, Даллия... Я, конечно, не батан, но мне сложно относиться к зелёной и пухляшке, как к бестолковым кустам. Я вижу их потенциал. Так что плохого в том, чтобы развивать его.

— Ну не так же! Этот её жест...

— Какая жизнь — такие и жесты, малыш. Ситуация требует жёсткости. Зелёная это понимает. 

Я лишь поджала губы, признавая его правоту по всем пунктам. 

На улице взревел вездеход.

Через пару минут я осталась в доме одна.

Пройдясь по коридору, остановилась посреди спальни.

Тишина. Без Калеба всё вдруг замерло.

Удар молотка..., и я улыбнулась. Нет, не всё…

***

Что-то огромное прижималась к моей спине. Горячее, твёрдое...

Калеб.

Он стискивал меня, словно я куда пропаду. Солнце нестерпимо светило в глаза, но так не хотелось вставать.

— М-м-м… — раздалось хриплое над моим ухом, — надо просыпаться и лечить тебя, детка, с удвоенной силой. Твои супружеские долги растут.

Оперевшись на локоть, он потянулся за баночкой с мазью.

— Чего это? — не поняла я.

— Как это чего?! — его смоляная широкая бровь забавно приподнялась. — Я уже неделю как дома, а всё не добрался до твоих дынек. Где справедливость, женщина? За что такие муки? Я рвался к ним не для того, чтобы просто облизываться!

— А я думала, что ты ко мне, — обиженно протянула, глядя, как он потирает шею.

— Ну да, — быстро пошёл он на попятную, — немного не так выразился. Я всей душой и сердцем к тебе, а вот "дружок" мой — к ним.

— Фу, таким быть! — я перевернулась на живот и обняла подушку. — Пошляк ты!

— Я озабочен своей женой, — навалившись сверху прошептал он мне на ушко, — имею полное право. Дай хотя бы потискать тебя, не будь такой жестокой.

Его рука опасно двинулась по моему бедру вверх, задирая подол длинной футболки.

— Сначала вылечи, помой, причеши… — поддела я этого изголодавшегося пошляка и тут же покосилась на вонючую мазь, которую он пристроил у моего носа. 

— Ага, значит, планы такие — растирания, бочка с водой... Пока плескаешься, я завтрак готовлю, а после тискаю с чистой совестью...

— А как тискать-то собрался?

Вот кто меня за язык дёрнул?!

Он было поднял бочонок, но услышав вопрос, отставил его и плотоядно прошёлся взглядом по моему телу...

— Калеб… Я ничего такого не имела в виду... 

— А вот так, детка, — не дав мне договорить, он, легко перевернув меня на спину, навис горой сверху. Его губы быстро нашли мои. Сминая их, муж времени даром не терял. Футболка на мне резко задралась вверх...

— Рыжие котики на трусиках! — простонал он. — Детка, что за разврат.

— Для тебя старалась, — не осталась я в долгу.

— Я ещё от ромашек не отошёл, а тут такое... Соблазнительница...

Сжимая в своих лапищах моё тело, он губами провёл по щеке и спустился к шее.

— Калеб, — выдохнула, чувствуя, как его рука скользнула под резинку трусиков.

Казалось, я ощущаю его прикосновения везде… Он действовал быстро, но в то же время мягко…

Резкий сигнал планшета свёл на нет всю романтику.

Муж замер, сжимая через ткань в ладонях «дыньку». Дорвался голодающий!

— Кто это? — тихо спросила я.

— Дед... Можно, конечно, не ответить, но всё же лучше не стоит. Он у меня немолод, мало ли что?! Переживать ещё начнёт, потом язвить... 

— Да ты весь в него, — хмыкнула я. — Отвечай, родных людей игнорировать нельзя.

— Ну, характеры у нас схожи... — он подцепил пальцем широкий ворот футболки и потянул вниз.

— Калеб! Ты что делаешь?

— Дай хоть взглянуть одним глазком. На ощупь она такая большая, мягкая... 

Возмущено фыркнув, я ударила его по ладони.

— Жестокая женщина…дыньку зажала. Что жалко, да? А я всё равно до них доберусь!

— Я задолжала тебе пока что только поцелуй, — напомнила я.

— Наивная Дали. Да я мысленно тебе уже второго ребёнка заделал, — захохотал он.

— Отвечай быстрее, — пробурчала я и демонстративно поправила одежду.

Сев, Калеб накинул на мои ноги одеяло и быстро запрыгнул в штаны. И только после этого активировал вызов.

— Внук, отвлекаю?! — на нас сурово смотрел генерал.

Белоснежный мундир, золотые погоны, рядом на столе фуражка. Я как-то невольно расправила плечи, словно не в кровати, а на плацу перед ним.

— Нет, — муж качнул головой, — собирался растереть, Дали.

— А-а-а, поэтому она вся такая взъерошенная, а у тебя пар носом идёт. Ну да, растирания они такие...

— Дед, — голос Калеба сделался жестким.

— Молчу-молчу. Я тут пробил ваше поселение. Странная там история. За последний год без вести пропало около тринадцати семей поселенцев. Есть данные от частных фирм, что люди вылетели, но никаких сведений об их прилёте не было. Вообще. В то же время часть семей прекрасно живёт на Кеплере, в том числе летевших на тех же рейсах.

— Министерские? — выпалила я вопрос.

— Нет, внучка, и от частников.

Генерал прищурился, создавалось впечатление, что знает он куда больше.

— И в чём подвох? — прямо спросил муж.

— Вот и я призадумался, в чём подвох. Собрал все данные, созвал конференцию друзей, и мы устроили мозговой штурм...

— И? — поторопил его Калеб. — Дед, не томи, ты же знаешь — терпение не мой конёк.

— Участки, внук. Все, кто населяет сейчас бесплодные скальные окрестности, живут относительно спокойно. Голодно, но в безопасности. Это по другую сторону Торшопа.  А вот у реки только вы, супружеская пара Руфкоф, градоначальник и ещё четыре семьи. Их дальние родственники. Насколько мне известно, запрос об этом поселение был и со стороны Руфкофа. Так что Марс тоже переполошился и начинает проверку своих переселенцев.

— Да, мистер Петер говорил, что будет пробивать по знакомым.

— Интересные у него знакомые. Все из верхнего состава, — подметил дед. — Может, что ещё странного вы заметили?

— Меня насторожил их магазин, — не стала молчать я.

— И чем именно, девочка?

— Они распродают не новое. Но это ещё ладно. Бывает же, кто лишнего хапнул да избавляется, но странно, что цены там до смешного низкие.

— А должны быть зверски высокими, — пожилой мужчина кивнул. — Ты бы, сынок, взял жену, да прогулялся туда ещё раз.

— Да я по прилёте город миновал. Сразу марш-броском, ориентируясь на координаты сигнала, рванул к Дали. Она же в бреду металась, мне не до города было.

— То есть никто не знает, что у них на одного поселенца больше?! — мистер Янук потёр гладковыбритый подбородок. Совсем как это делает Калеб. — А скатайтесь в аптеку и заодно зайдите к этому начальничку. Поприветствуй сердечно, как ты умеешь. Посмотри на его реакцию. Только особо не нарывайся пока. Припугни, чтобы призадумался.

— У него появятся вопросы...

— А какие? Ты чист, Калеб. Возникла ошибка в базах данных, и им выдали информацию по твоему однофамильцу. Бывает. Вот заодно пусть и у себя изменения внесёт…

— Хочешь, чтобы я разнюхал, — мой любимый гигант хитро прищурился.

— Да, внучок… Если я прав, то твоё появление заставит их засуетиться активнее. У тебя ведь есть чем отбиться? 

— На маленькую войну хватит, — Калеб и вовсе расплылся в хищной улыбке.

— Я был в этом уверен, — заговорщически кивнул генерал. — Ну не буду вам мешать. Если что нужно — заказывай через меня. Нечего там переплачивать.

— Конечно, дед. Но пока всё у нас есть. Не переживай.

— Ты так сильно изменился, Калеб. Смотрю на тебя и не узнаю.

— Я просто повзрослел чуть позже остальных твоих внуков, — взгляд мужа стал острым. Словно дед затронул нечто, о чём он не желал говорить.

Пожилой мужчина кивнул и попрощавшись отключился.

— Ну и что там с этой землёй? — пробасил мой медведь, глядя на чёрный экран. — Не за рыбу же они так радеют...

Я лишь пожала плечами и протянула мужу мазь.