Глава 35

Сидя в высокой бочке, что муж вчера привёз от соседей, наслаждалась тёплой водой. Калеб хмурился и хлопотал по кухне, выпытывая у Люси рецепты приготовления «крокодилов». Мой бедный «умный дом» пыжился из последних сил, пытаясь угодить новому хозяину.

— Да пожарьте мясо и всё, — наконец не выдержала Люси.

— Ты искусственный интеллект, подключённый к вселенской сети, или кто? — съязвил Калеб. —  Давай ищи рецепт курочки, раз это мясо на неё похоже.

— У вас нет специй! — не сдавалась Люси.

— А я их выпишу с Земли. Ты главное — надиктуй что нужно. Вперёд! Оправдывай высокий уровень ай-кью.

Я невольно засопела, недовольная тем, как муж третирует мою электронную домоправительницу.

— Вам нужны древние поварские книги вашей планеты. У меня нет к ним допуска, — выдала Люси, видимо, решив схитрить. Но не тут-то было...

— Ой ли, — Калеб обернулся и недобро взглянул на колонку. — А если я сейчас полезу в сеть и сам найду? Кому будет стыдно?! Скажи, что просто не знаешь, где искать. Или уже не помнишь, как это делается?

Люси яростно зашипела. Развернув трёхмерное окно, она наглядно демонстрировала деспоту, как усиленно старается... 

А мой эксплуататор лишь довольно потирал ручища. 

— Зачем ты её дразнишь? — поинтересовалась, не выдержав такой тирании.

— А чтобы работала, а не прохлаждалась. Ещё никогда не видел столь ленивый «умный дом». Робота запустить? Нет, это сами! Напоминание поставить? Ну нет, память переполнена! Чем? Да ничем! Лень микросхемами шевелить. Я её всего-то попросил напомнить заварить чай. А она мне, что? Смолчала! Видимо, решила, что это мелко для её масштабов.

— Калеб…Ты обиделся на Люси? Серьёзно? 

— Да плевал я на то, что она искусственный интеллект. Мне нужен рецепт курицы. И только! Не выдаст чего дельного — разберу на составляющие. 

— Ты жесток, — я едва сдерживала улыбку, смекнув, что он просто запугивает мою, чего скрывать, ленивую помощницу.

— Я люблю порядок, — муж поднял указательный палец, делая на этом акцент. — Чего-то сложного с неё не требуют, но за домом пусть следит. Её к щиту подключать нужно, а смысл? Если она всё «забудет» открыть или закрыть. Бесполезная болтливая баба с замашками владычицы сей жилплощади.

— Люси всегда была слегка высокомерна, — попыталась я защитить честь и достоинство провинившейся особы, хотя и во многом была согласна со своим мужчиной. Мой «умный дом» порой отличался заносчивостью и словно назло забывал о напоминаниях, считая, что он выше такой бытовой шелухи.

— А со мной эта дама будет покладистым умным домиком... — рыкнул Калеб. — Или я выпишу другой. 

А вот это уже звучало как ультиматум.

— Что ты злой такой? — не выдержала я, понимая — дело не в Люси и не в мясе ящериц.

Калеб замер и отставил в сторону заварник. Задумался.

Сложив руки на край бочки, я поставила на них подбородок, наблюдая, как капельки воды стекают на пол с моих пальцев.

— Прости, — муж тяжело вздохнул и присел за стол. Не глядя на меня, потёр бородку и потянулся за стаканом с водой. — Не люблю чего-то не понимать. Это жутко напрягает. Что с этим местом не так? 

Не сделав и глотка, он снова поставил стакан и запустил пятерню в волосы.

— Земля красивая, горы недалеко, река…, — перечислила я.

— Купайся, Дали, — муж поднялся и подошёл к печи, на которой сиротливо стояла миска с мясом местных зубастых тварей.

— Мы разберёмся, милый, — негромко пробормотала я.

— Конечно, детка. Вот позавтракаем, хотя это уже скорее обед, и прогуляемся по участку. Тебе нужно постепенно расхаживаться. А я засуну свой нос под каждый куст и корягу. Может, соображу, что к чему. И порыбачим! Я вчера Петеру почти всю рыбу отдал. Пока его снасти прилетят... Им тоже есть надо. А жадничать нехорошо. Так что плюхайся активнее, малыш. Впереди ждёт разведка на местности и марш-бросок вдоль периметра наших земель...

— Нашла! — звонко заверещала Люси. Такого противного электронного визга я от неё ещё не слышала. 

— Ну и порадуй меня, — усмехнулся муж.

— Шесть рецептов жаренной в печи курицы, — и столько гордости в этих простых словах.

— Диктуй, — махнул он на неё рукой.

— Курицу ощипать, обмыть...

— Сначала, наверное, убить? — не удержавшись, поддел её Калеб.

— Нет, — Люси подзависла, — здесь сказано ощипать.

— Прямо живую?

«Умный дом» умолк. Послышался тихий электронный шум, скорее всего, активно соображающих «микросхем».

— Калеб! — взмолилась я.

— Такие диалоги помогают ей соображать быстрее, детка. Это для её же блага, а то совсем закостенела.

— Я умная! — взвизгнула Люси.

— Докажи! — мой язвительный медведь приподнял бровь. — Озвучь рецепт… Ты ещё не назвала ингредиенты...

— Курица, фольга... — донеслось неуверенное из колонки.

— Фольгу тоже есть? — зацепился за второе же слово мой повар.

— Калеб, да не морочь ей голову, — прорычала я. — Она ещё родителям принадлежала. Ну что ты с ней так!

Он взглянул на меня и почесал бородку.

— Ладно чёрт с ней, с фольгой, — уголки его губ приподнялись. —  Что там дальше, Люси?

— Лук, паприка, мёд…

— Давай другой рецепт, — оборвал он перечень. —  Мёдом мы разживёмся, конечно, но нескоро. Надеюсь, здесь пчёл с мою ладонь не водится?

— Нет. На Кеплере жалящих насекомых нет, — тут же выдал «умный дом».

— Уже хорошо. Давай, что попроще, Люси...

Я улыбнулась и, потянувшись, взяла мыльную губку. Мне стало так приятно. Калеб сообразил, что эта вредина дорога мне, и даже по имени её назвал. Это о многом говорило.

— Люси, — позвала я свою помощницу, — найди рецепт исходя из перечня продуктов, что давал Калеб ещё на поясе Юпитера.

— Есть такой! — моментально среагировала она. —  Диктовать?

— Диктуй, — ответил за меня муж.

— Курица, соевый соус, масляные капсулы, смесь перцев в таблетках и чеснок. Последний был куплен в местном магазине.

— Это на семена, — спохватилась я.

— Нужен всего зубчик, — заискивающе пояснил «умный дом».

— Не дам, — от возмущения поджала губы и одарила Калеба воинственным взглядом.

— Ну значит, без чеснока, — развёл он руками. — И что там с мясом делать, Люси?

— Натрите всем перечисленным и в печь...

— Всегда знал, что высокая кухня — это просто, — усмехнулся мой гигант. — У тебя там, детка, вода не остыла?

 Я отрицательно покачала головой. Мне сейчас так хорошо было, что глаза слипались.

В комнату неслышно въехал Туки. Увидев Калеба, он затарахтел и убрался подальше, да так шустро, что я сообразить ничего не успела.

— Он тебя боится?! — уличила я супруга в очередной тирании, теперь против моего несчастного пылесоса.

— Туки не желал отдавать взрывчатку, — пробубнил он. 

— Страшный ты мужчина!!!

— Да нет! Это просто девочка у меня добренькая! Жалостливая. Распустила всю электронику. 

Калеб подошёл к бочке и опустил руку в воду.

— Он тоже принадлежал моим родителям, — шепнула я. — Поцелуешь, диктатор?

— М-м-м, детка. Ты играешь в опасные игры, — склонившись, он обхватил мой затылок и жадно впился в губы. Млея от удовольствия, осторожно провела ладонями по его груди. Какое всё твёрдое. Как камень. — Ты ещё слаба, Дали. Не дразни меня, я и так еле держусь. А док сказал — покой, малыш. Тебе нужно много есть, ещё больше пить, гулять, лежать на солнышке и ничего не делать. И никаких озабоченных тобой мужиков рядом.

— Тогда готовь этих зубастых тварей, мужчина, — скомандовала я. — Твоя жена хочет натурального мяса.

— Обожаю девочек с хорошим аппетитом.

Потянувшись, я легонько коснулась его губ.

— Доберусь я до тебя, детка. Неделю из кровати не выпущу.

Такие угрозы мне пришлись по душе.

***

Гоняя по тарелке последний кусочек зубастой речной «курочки», я поедала его глазами. Ну-у, просто в меня уже ничего не лезло. Но так хотелось...

— Дали, детка, я решу твою проблему! — Калеб подкрался ко мне со спины и, ткнув в мою прелесть своей вилкой, без зазрения совести слопал кусок сочного поджаристого мяска.

А я так и осталась сидеть с открытым ртом от возмущения.

— Ну и кто ты после этого? 

— Как кто? Сердечко моё, до мяска жадное, я тот, кто готов жарить для тебя его хоть каждый день. Но переедание, ещё и с непривычки — не есть хорошо, — он наставительно поднял перед моим лицом тупую пластиковую вилку. — Вот хватит у тебя живот, что я буду делать? 

Я поморщилась. Ну, в чём-то он прав. 

— Не пыхти так зло, малыш, — мой мишка, склонившись, поцеловал меня в плечо. — Всё же хорошо. У нас этого мяса... Как проголодаешься — я сразу к печи!

Его слова немного задели.

— Неправильно это как-то. Я думала, что буду баловать рыбкой тебя, а в итоге ты откармливаешь меня.

Он тихо засмеялся.

— Так приятно слышать это от тебя, Даллия. Но признаюсь, думал о том же. Не возьму своей сомнительной харизмой, значит, окружу заботой. И моргнуть пташка не успеет, как окажется в моих сетях.

— Что с мужчинами большой размер груди их жён делает, — словесно ущипнула я его.

— Поверь, я был сражён не этим, — в отместку провокационно шепнул он мне на ушко и, поймав губами мочку, сжал её.

— Калеб...!

— Соблазняешься? И правильно. А вообще, милая, я год провёл в комнатках два на два метра. И в лучшем случае спускался в пещеры. Только представь, как соскучился по обычной жизни. По готовке, стирке и прочих бытовых мелочах. К тому же я старше и опытнее. Ну и мне просто нравится радовать тебя, малыш. Ты временами становишься похожа на колючку, ершишься. Так и хочется обнять тебя и немного потискать, чтобы отмерла.

Он осторожно заключил меня в кольцо своих рук. Так хорошо стало. Прикрыв глаза, я откинулась на его обнажённую грудь.

— Мне непривычно, Калеб. Я с детства одна, подруга не в счёт. Мне нужно учиться…

— Ничего тебе не нужно, — перебил он меня. — Ни учиться, ни прогибаться, и уж тем более не ломаться.  Притрёмся и так. Хочешь готовить — вставай рядом. Видишь стирку, а мне некогда — помоги. Так же и я, увидел, что твои руки до чего-то не дошли — взял и сделал. В семье должно быть только так. 

— Не помню, чтобы отец выполнял работу мамы...

— И это плохо, Дали. У меня перед глазами был иной пример. Дед дорожил бабушкой. Всегда. Он часто готовил, особенно завтраки. Бывало и стирку заряжал. По магазинам только с ней. Они дружно жили, через всю жизнь любовь пронесли. 

Потеревшись о его руку щекой, выглянула на веранду.

Солнце ещё было высоко

— Ты обещал прогулку.

— Как ты себя чувствуешь? Если вымоталась, то отложим.

— Нет. Хочется пройтись.

Я поправила съехавшую лямку от комбинезона на плече. Мне всё чаще стала приходить мысль, что стоило бы одеться чуть наряднее. Продемонстрировать свою женственность. А то я всё в бесформенных штанах да растянутых футболках. 

— Приглашаю тебя, любовь моя, на вечернее свидание на берегу живописной реки с видом на горы, — Калеб галантно, даже слегка пафосно обхватил моё запястье и помог подняться.

— Когда себя так ведут, я теряюсь, — честно призналась, глядя в его тёмные глубокие глаза.

— Да ладно, привыкай, — он осторожно приобнял меня за спину.

Разница в росте у нас была ощутимая, я с трудом доставала макушкой до его плеча.

Спустившись со ступенек веранды, мы отправились прямиком на покатистый песчаный бережок.

— И всё же что ты хочешь здесь найти? — я внимательно осматривала окрестности, будто не видела их раньше. Ну кусты и трава, деревья вдалеке... 

— Ничего, Дали. Просто хочу пройтись с тобой. Посидеть у воды. Устал я, если честно. Морально даже больше, чем физически. 

И всё. Он снова замолчал, а я не решалась задать следующий вопрос. Вокруг нас уже привычно летали жуки. Чуть поодаль вспорхнула с блёклого цветка огромная бабочка с жёлтыми яркими крылышками.

— Интересно, какая здесь зима? — сболтнула я первое что на ум пришло.

— Снежная. Я читал. Нужно будет запастись кауром. И лопатами, чтобы расчищать тропинку от купола.

— Плохо, цветы не любят холод, — я заправила за ухо вечно выбивающиеся прядки волос.

— Не переживай, я уже думал об этом. Сделаем отапливаемые теплицы, запасёмся морожеными насекомыми...

— Ты серьёзно размышлял на эту тему? — я была настолько удивлена, что даже приостановилась.

— Это прибыльно, детка, но любое выгодное дело требует вложений.

Согласно кивнув, я позволила ему довести себя до берега. Бросив на песок тяжёлую тёмную куртку, Калеб усадил меня на неё и пристроился рядом.

Мы снова молчали, наслаждаясь покоем, царившим вокруг. Посредине реки медленно расходились круги. Чуть поодаль выделялся светлой полосой брод. А у дома, там, где пробивались из-под земли ключи, наоборот, чернела глубина. 

— Что-то крупное плавает, — подметил Калеб.

— Будешь ловить?

— Нет, пока я хочу побыть рядом с тобой, и всё.

Обхватив мои плечи огромной ладонью, муж притянул к себе и поцеловал в макушку. Такие приятные ощущения и подсознательное желание чего-то большего. Робко улыбнувшись, я положила руку на его мощное бедро.

— Когда я впервые тебя увидела — подумала: "такой медведь", — облизнув нижнюю губу, подняла на него взгляд. — Угрюмый, но чем-то цепляющий. 

— Наверное, я в этот момент глядел на твои дыньки, крошка, — хохотнул он. — С умным видом прикидывал размер...

— Нет, пошляк. Ты меня видеть ну никак не мог. Это был репортаж о вашей отправке в колонию в иную звёздную систему. Молодая женщина пыталась взять у тебя интервью... Она гналась за тобой бегом, хотя ты шёл простым шагом. Такой суровый, неприступный...

— Репортаж? Серьёзно? — чуть отстранив, он взглянул на меня. Приподнятая бровь выдавала его недоверие.

— Да, дважды за день, причём там было твоё имя. "Калеб Мортен, 32 года". Я очень удивилась, когда уже в министерстве мне показали среди прочих и твоё фото. Я выбирала недолго. Сразу указала на тебя.

Резко обхватив меня, муж перетащил на свои колени. Его руки сомкнулись вокруг прочным кольцом.

Уткнувшись в мою макушку, он молчал. 

— Калеб…

— А если бы там были фото не только маньяков, ты бы выбрала меня? — тихо спросил он.

— Конечно, — даже не раздумывая, выпалила я. — Мой выбор был сделан ещё во время репортажа. Это странное совпадение. Но я тогда весь день о тебе думала, и вдруг прихожу в министерство и твоё изображение. 

— Это судьба, — прошептал он.

— Ты в неё веришь?

— Все подрывники верят, Даллия. Опыт учит слушать интуицию и читать знаки…

— А тебе выбор давали? Или просто показали моё фото? — теперь и меня проняло любопытство.

— Видеозапись твоего выбора, детка, ну и анкета. Наверное, стоит признаться, что всё изначально было подстроено Орком. Нужна была только доверчивая девушка. 

— Ага, то есть дурочка? — моё сердце кольнула обида.

— Нет, малыш. Ты, конечно, наивная в силу возраста и небольшого жизненного опыта, но далеко не дурочка. У тебя мечта. Ты знала, куда и зачем летишь. Быстро просекла все подводные камни, и даже прямо спросила, в чём подвох. Открытая, честная. Это редкие качества среди людей. Мне тогда так стыдно было пусть и косвенно, но втягивать тебя в аферу. 

— А в чём она заключалась? Расскажи, пожалуйста.

— Да и так уже понятно всё. Подмена личности. Вернее, её расщепление. Ты вышла замуж не за осуждённого Калеба Мортена, а за повара, переселенца с Земли. Дубликат моего паспорта с небольшой помощью деда менялся всё то время, что был у тебя.

— Исчезнувшая баба Роза... — смекнула я.

— Да, детка.

— Значит, наш брак ненастоящий? 

Он снова сжал меня в своих объятьях и зарылся носом в волосы.

— Вот теперь он самый настоящий, Дали. Потому как осуждённого Калеба Мортена нет. Он мёртв. Но есть я. 

Между нами повисло лёгкое нераздражающее молчание. Я нежилась в тепле его рук, вслушиваясь в тихое биение наших сердец.

 По воде снова разошлись огромные круги.

— И всё же там что-то крупное, — задумчиво протянула я.