36. Кто молодец? Агурец!

Глеб

Стискиваю зубы, чтобы не рассмеяться. Маленькая хитрая бестия! Ничего от нее не укроется.

— Пойдем, — стараясь казаться равнодушным, пожимаю плечами. — Второй телефон в кабинете на зарядке. Можешь и на него посмотреть. Надеюсь, полегчает, — усмехаюсь я, проводя ладонью по Аниной спине. Девчонка дергается. Хрупкая невинная пташка. Нет в ней этой пресыщенности и продуманности. Вся на виду. Без маски.

— Хорошо, — кивает Аня. — Только ненадолго. Ася может в любой момент проснуться.

— Она вроде недавно легла…

— Днем спит мало, — жалуется Анечка.

— Так это в городе, а здесь, на свежем воздухе, все по-другому. Сама бы прилегла. Или хочешь, вместе?

Наглость, конечно! Но сейчас все средства хороши. Главное, выбить Аню из равновесия. Вызвать недовольство или праведный гнев. Пусть моя умненькая девочка задыхается от раздражения, подыскивает слова. Это отвлечет ее от расследования.

Ишь, надумала! Только я тебя переиграю, кисонька!

На моем рабочем столе действительно заряжается старый самсунг, невесть сколько лет валявшийся в нижнем ящике. Почему я его раньше не выкинул или не отдал кому-нибудь, не знаю. Видать, чувствовал, что понадобится.

Усмехаюсь мысленно и, распахнув перед Аней дверь, слегка подталкиваю будущую жену в кабинет.

— Проверяй, — роняю спокойно. — Давай уже закончим с этой байдой, сосредоточимся на контракте и отпустим юристов. Они еще тут посидят полдня, и я разорюсь.

— А зачем вы их приглашали, если мы еще между собой ни о чем не договорились? — спрашивает она, поднимая на меня зеленые глазища.

Хороший вопрос! Сам понимаю. Вот только тороплюсь я, девочка! Мне бы на тебе жениться поскорее и навсегда забить на поиски. Знать, что ты спишь рядом. Будить тебя полусонную…

— Враг не дремлет, Анечка. Помни об этом! — роняю расхожую фразу и, пройдя к столу, протягиваю девчонке сотовый. — На! Убедись лично!

Анна смотрит на меня вопросительно. И трубку брать в руки не решается.

— Там нет пароля, — улыбаюсь снисходительно. Включаю экран. — Все чисто. Стелле большой привет.

Честным взглядом пригвождаю к месту, будто бабочку пришпиливаю булавкой. И внутренне ликую, как лихо разрулил ситуацию.

Кто молодец? Агурец!

— Извините, — опустив глаза, шепчет Аня. — Вероятно, мы со Стеллой ошиблись.

— Проехали, — великодушно отпускаю грехи и, шагнув почти вплотную, двумя пальцами приподнимаю нежный девичий подбородок. Смотрю в упор в растерянное личико. — Ты должна мне пообещать… — добавляю серьезно.

— Что? — тихонечко лепечет она, но взгляд не отводит.

— Во-первых, давай договоримся, — заявляю вкрадчиво. — Ты зовешь меня на «ты» и по имени. А во-вторых, с любой своей проблемой ты приходишь ко мне, а не к Щербетовым. Это ясно?

— Да, — шепчет Анечка, пытаясь осторожно вырваться из захвата. — Я только не пойму, почему должна выйти за вас… то есть за тебя замуж.

— Нас друг к другу тянет, малыш, — усмехаюсь покровительственно.

— Не думаю, — бурчит она, опуская глаза.

— Сейчас проверим, — рычу я, теряя терпение, и закрываю нахалке рот поцелуем. Обнимаю, чувствуя, как под тонкой кофточкой бьется ее сердечко. Пьянею от восторга, когда ее грудь вминается в мою. Схожу с ума, исследуя ее ротик и прижимая к себе обмякшее тело. Если бы не юристы… Мать их. Ну, ничего. Подождут. Анька сейчас важнее…

— Мама, мама, — доносится испуганный голосок из холла. — Ты где?

Нам хватает сил и рассудка разлепить объятия и отпрянуть в стороны.

— Приди в себя, — легонько толкаю Аню к дивану. А сам выхожу навстречу малышке.

— Мама здесь, Ася, — окликаю с порога. Маленькая ракета влетает в кабинет на всех скоростях. Утыкается головой в колени матери. Плачет и жалуется на своем языке. Удивительно, но Аня ее понимает. Подхватывает на руки, что-то шепчет, утешая. И малышка, прижавшись к матери, начинает улыбаться. Сначала робко, а вскоре — во весь рот.

— Все хорошо, доченька, — уверяет ребенка Аня. — Мы с дядей Глебом разговаривали.

— Нужно няньку нанять, — бросаю тихо. — Чтобы ребенок всегда был под присмотром.

— Я не хочу, — мотает головой моя невеста. — Я не доверяю чужим людям.

— А детский сад? — усмехнувшись, замечаю я. — Там все родные и близкие?

— Детский сад — это муниципальное заведение, — мягко отрезает Аннушка.

— Допустим, — киваю, прекращая спор. Какой смысл сейчас биться лбами над неактуальной проблемой? — Пойдем, юристы ждут, — взмахиваю рукой в сторону гостиной.

— Глеб, — смотрит Аня на меня умоляюще, — давай не будем оформлять брак. Пожалуйста… Я не готова.

Ну, вот как? Как эта женщина может перевернуть все с ног на голову? Млеть в моих объятиях и тут же, через пять минут, сдавать назад. Сказать «да» и взять свои слова обратно.

Что же мне делать, гребаные тузики?! Отпустить? Забыть? Так уже не могу. Аня притягивает меня к себе как магнит. И я сдохну, если отпущу ее.

— Почему? — выдавливаю через силу. — Мы, кажется, договорились…

— Вы вчера действовали грубо, — вздыхает Аня, утыкаясь носом в Аськину макушку. Прячет слезы. — И вы не любите меня.

— Пойми, малыш, — уговариваю мягко. — Ну, что такое любовь? Даже если она у кого-то случается, сколько длится? Год или три… Я же тебе предлагаю сотрудничество. Для меня сейчас важнее обеспечить вам с Асей спокойную жизнь. Не махать битой, когда вас украдут, и не рвать на заднице волосы, а просто дать свою фамилию. Как обещание полной безопасности для вас, и как гарантию огромных неприятностей для наших врагов.

— А они существуют? Их кто-нибудь видел? — роняет она, поджимая губы.

— Конечно, — цежу я. — Их полно. Не хочу тебя пугать, девочка. Но если ты окажешься права насчет Павки, то и о других придется задуматься. Мой отец сел за руль после бессонной ночи, а Марго попутала дверь с окном. Во всем предстоит разобраться и потянуть за нужные ниточки. И мне будет легче, если вы с Асей будете под моей защитой. Оставайся, девочка. Я не обижу тебя. Клянусь.

Беру Аню за руку. Заглядываю в грустное задумчивое лицо.

— Соглашайся, — улыбаюсь в надежде. — Не пожалеешь…

— Вы думаете, все эти смерти связаны? — изумленно интересуется Аня.

— Не исключаю такую вероятность, — киваю я. — Тут пятьдесят на пятьдесят. Слишком высокий риск, девочка.

Смотрю серьезно в испуганное девичье личико. Тут главное — не перегнуть палку. Гибель отца расследовали тщательно. Но так ни до какого криминала не докопались. А Марго… У моей сестры всегда была склонность к суициду.

Вот только Ане это пока знать не полагается. Сейчас задача — мягко надавить на нее. Заставить принять мои условия. Потом разберемся.

— В таком случае я не уверена, что нам стоит жить как обычным супругам, — с сомнением твердит Анечка.

Здрасьте-пожалуйста! То о многочисленных оргазмах мечтает, то идет на попятную! Школа бальных танцев, блин!

Усмехаюсь мысленно такой формулировочке и бросаю в сердцах.

— Только так и стоит. Иначе все впустую. Если будем налево шарахаться, никого не убедим. А нас все должны воспринимать как мужа и жену. Понимаешь?

— Нет, — мотает она головой.

— Потом объясню, — вздыхаю я.

— Тогда давайте установим срок, — настаивает на своем маленькая мышка. — Скажем, год. Если за это время мы не полюбим друг друга, то разведемся…

Любовь! Разводилово для мелких лавочников!

— Три года минимум. А лучше пять, — торгуюсь, как на переговорах.

— Три, — кивает она.

— Заметано, — улыбаясь, пожимаю ей руку.

И пока я мысленно ликую, достает из кармана вибрирующий сотовый. Ошарашенно глядит в высветившееся сообщение и серьезно заявляет.

— Хорошо. Я согласна.

— Отлично, — довольно хмыкаю я и, перехватив Анину ладошку, подношу ее к губам. — Пойдем, объявим нашу волю юристам. А то они замаялись, честное слово.

— А как быть с Асей? — тревожно интересуется Аня.

— Включим ей мультики, — отмахиваюсь я.

И проводив будущую жену в гостиную, выхожу буквально на пять минут по неотложному делу. Перепрыгивая через две ступеньки, поднимаюсь в свою спальню. Ошалело гляжу на знакомую коробку с ботинками и, пройдя в гардеробную, открываю отделение для галстуков и выуживаю оттуда контрафактный самсунг.

Быстро читаю последнее сообщение. Осторожно подбираю с пола упавшую челюсть и усмехаюсь довольно.

Кажется, госпожа удача пока на моей стороне.

Смирись, Анька! Помощи ждать неоткуда!