54. Зачем ты нас искал, Глеб?

Глеб

Первым делом я еду в офис. Вместе с Ордынцевым рассматриваю данные с камер наблюдения. Во всей округе не нашлось ни одной, которая дала бы четкую картинку с места происшествия.

Ну что за хрень!

— Бесполезная трата времени, — морщусь, порывисто поднимаясь с места. — Поеду в больницу. Может, Юрец пришел в себя.

— Пока глухо, — вздыхает Ордынцев. — Я с тобой…

— Сам справлюсь, — отмахиваюсь на ходу. — Никто не нападет среди бела дня.

— Принц тоже так думал…

— Молчи, — рычу раздраженно. — Принни был отморозком. За это и поплатился. Полгорода мечтало с ним разделаться. Кому-то удалось.

— Ты кого-нибудь подозреваешь?

— А должен? — роняю выходя.

Мчусь в больницу и с полчаса слушаю неутешительные прогнозы врачей. Дела у Юрки плохи. И я никак не пойму, кто и зачем его вырубил. Кому мог помешать мой охранник? Только если видел что-нибудь…

Вопрос — что или кого?

Поговорить еще раз с Верой? Посулить ей денег?

И подъехав к знакомому двору, в раздражении бью по рулю. Ну что за день?

Около ворот стоит грузовик с контейнерами. И рабочие лениво их разгружают.

Здрасьте, приехали!

Паркуюсь около банка и замираю на месте. Наверняка все эти камеры должны были запечатлеть Юрку и его врага. Вот только банк принадлежит Вите Заозерному, моему давнему недругу.

Неужели он решил развязать войну? И чем ему мог помешать Юра?

Уже из Порша звоню Феликсу.

— А твои орлы данные с камер наблюдения Озер-банка смотрели? На них точно должно быть видно нападение.

— Не поверишь, — кисло усмехается Феликс. — Прямо сейчас смотрю.

— Ну? И что там? — спрашиваю нетерпеливо.

— Сначала со двора выходишь ты, а следом твой Юрец.

— Я? Точно?

— Я-то знаю, что это другой человек. Но очень похож на тебя. Как брат…

— Принц или Ангел, — бурчу недовольно. — Агурские все словно под копирку. И отец с Филипом были похожи, словно братья-близнецы.

— Да-а, помню! — вздыхает Феликс и добавляет устало. — Ты что-нибудь понимаешь?

— Частично, — коротко бросаю я. — Но не до конца, Феликс.

— Подъезжай, — усмехнувшись, приглашает Сарычев.

— Нет, лучше вы к нам, — огрызаюсь на автомате.

— Вечером жди, — роняет Феликс и быстро отключается.

«Что же получается? — думаю я, возвращаясь домой. — Когда я приезжал к Вере, у нее в спальне ошивался Принц? Или Ангел? Хорошая история. Выходит, моя бывшая любовница наставляла мне рога с моим кузеном? Отличный поворот!»

Морщусь от отвращения, понимая, что Принц ходил по моим тропам.

Как, твою мать, это произошло? И куда смотрела моя охрана? Нужно задать этот вопрос Ордынцеву.

«Что же получается? — думаю, въезжая во двор. — Выходит, и у меня был повод. Интересное кино!»

Поднявшись в личные апартаменты, натыкаюсь на Асеньку и Елену Ивановну. Теща смотрит на меня неприязненно. Отводит взгляд.

Стерва!

Улыбнувшись ребенку, вхожу в спальню. Анечка лежит с закрытыми глазами. Ноги сами несут к кровати. Опускаюсь рядом на колени. Целую руку, надеясь, что моя жена не спит и сможет утешить меня. Хотя бы словом…

Вот только рассказать ей всю правду я не смогу.

Прижимаюсь губами к запястью, вдыхая ставший родным запах и счастливо жмурюсь, словно довольный кот.

— Глеб, — тихим шепотом зовет Аня и, повернувшись ко мне лицом, легко ведет ладошкой по моей башке.

— Что, милая? — спрашиваю хрипло. Целую ее пальцы и пытаюсь решить сложную логическую задачу. Как бы спровадить подальше Асю с бабкой, а самому завалиться к Ане в постель.

Тонкие пальчики еле-еле касаются короткого ежика волос, и от этого незатейливого движения реально сносит башку.

Что же ты делаешь со мной, Анюта?

— Глеб, — снова зовет меня жена и добавляет сокрушенно. — Зачем ты на мне женился?

Подняв голову, смотрю в насупленное серьезное личико. Та разомлевшая женщина, с которой я завтракал вот в этой самой постели, не имеет никакого отношения к маленькой задумчивой пораженке, что смотрит на меня с укором.

Что тут произошло, гребаный паровоз?

— Зачем ты нас искал, Глеб? — вздыхает Анечка, сверля меня недобрым взглядом. — И от кого спрятал?

— Что? — смотрю, не понимая. — Вроде бы уже все решили.

— Зачем ты женился на мне? Чтобы доля Павла не вышла из лап корпорации?

— Откуда такие идеи? — вскидываюсь непонимающе. — Тебе как вдове моего племянника полагалась четверть, а как моей жене — еще пятьдесят процентов. Семьдесят пять — неплохая добыча, не находишь?

Встав с колен, сжимаю руки в кулаки.

— В чем ты меня упрекаешь, милая? — бурчу, давя взглядом.

— Нет, — мотает головой Аня. Не хочет отвечать. По глазам вижу. Снова заползает в свой черепаший панцирь.

— Поспи, — роняю, выходя из комнаты.

«Наверняка Стелла наплела небылиц, — морщусь мысленно и готов открутить башку этой гадской девице.

Если в доме скандал — работай, — так учил меня отец. Открыв на компе нужные файлы, пытаюсь проверить новые статьи расходов, заложенные Морозовым в бюджет. Но все бесполезно. Мысленно разговариваю с Аней. Нахожу доводы, пытаясь вразумить. Хотя, если честно, тут все понятно и так. Я влюбился в жену, когда она была невестой другого.

От злости слепит глаза и сводит желудок. Щербетова. Маленькая дрянь! Доберусь до тебя! Все порываюсь подскочить и броситься наверх к жене. Но останавливаю себя.

Ане лучше сейчас отдохнуть. Потом на свежую голову все обсудим.

Снова впиваюсь взглядом в бюджет и, найдя пару ошибок, звоню Морозову.

— Я твою богадельню разгоню на фиг! — рычу недобро. — Жду объяснений!

И когда поздно вечером приезжает Сарычев, велю накрыть стол к ужину и довольно несусь навстречу.

Небольшой мозговой штурм отвлечет меня от назойливых думок.

А с Анечкой решим все ночью. Самое лучшее время для примирения.