Глава 5

«Что, если Валери не знала, что устроил Адриан? Что, если он наврал мне?» – впервые закрались сомнения в его душу.

- Что же ты хотела мне сказать, милая? - Нехорошо усмехнулся он.

– Только то, что я этого не знала, – хрипло проговорила Валери.

На ее глазах заблестели слезы. Она не соврала. На самом деле Адриан не рассказывал Валери, что случилось после… того, как Джастин исчез. Почему же? Берег свою любимую женщину? Или не хотел слышать обвинений в трусости? Ведь она помнила обрывки… разговоров. Валери и Адриана. Прежняя хозяйка тела настаивала на том, чтобы любовник попросту убил ее мужа.

– Я рада, что Адриан не убил тебя. Не взял греха на душу. Все-таки тебе удалось выжить и сбежать. Это… дорогого стоит.

Джастин нервно сглотнул, переводя взгляд на Валери. Не знал, верить ей или нет.

– Адриан говорил, что ты была только рада избавиться от меня. И мечтала выйти замуж за него, как только… овдовеешь, – он поджал губы. – Потому что конкретно ты была за более надежные варианты сжить меня со свету, но потом появилась эта идея. Более безопасная для Адриана.

Джастин говорил ровно и спокойно, без упрека. На удивление, когда речь не касалась детей и отца, он будто и не винил Валери ни в чем. С тем, что случилось конкретно с ним, уже сумел кое-как смириться.

Валери нервно стиснула пальцы и рвано выдохнула. Очередное обвинение. Очередная правда? И не оправдаться никак.

– Случается, у людей меняется кардинально взгляд на жизнь и на окружающих людей, – спокойно проговорила Валери, не выдержав легкого осуждения во взгляде Джастина.

– Карди… что, прости? – переспросил он.

Она мысленно дала себе по голове. Черт, опять прокололась!

– Мне не хотелось бы, чтобы ты умер. Или умер Адриан. Я за… иное решение вопросов, – Валери облизнула губы, надеясь, что отвлечет Джастина. – Но мне пора снова заняться кар… овощами. Если хочешь, позови Стеллу. Развлеку девочку. А ты побудешь с Эбиной. Скоро сможешь ее покормить. Кстати… а у Райта случайно нет каких-то странных магических способностей?

Она мило улыбнулась. Решив, что пришло время выяснить кое-что из слов птицы-артефакта. Соврала или нет?

– Что? Нет, конечно, – растерянно ответил Джастин. – Магические способности редко проявляются так рано. Ты заметила за ним что-то странное? Или… ты что-то задумала, Валери? Не играй с огнем.

Он схватил Валери за руку, притягивая ближе к себе, и посмотрел прямо в глаза. Когда речь заходила о детях, Джастин был готов сражаться за них, как зверь. Так что не мог проигнорировать ни единое подозрение на этот счет.

Валери перепугалась не на шутку. И вздрогнула всем телом. Выражение ее глаз стало затравленным, как у Стеллы, когда она говорила о мачехе.

– Н-нет, я просто спросила. Я… мало смыслю в магии.

Валери не знала, сочтет Джастин это за вранье или нет. Ведь она должна была знать все о магии, раз родилась в этом мире? Ии все-таки нет? Ведь девушка вроде нее смыслит только в кружевах и драгоценностях? Дыхание стало сбитым. Валери испугалась на самом деле.

Джастин задумчиво приложил ладонь к лицу Валери, поглаживая большим пальцем ее щеку. Кожа на его руках уже не была бархатисто-шероховатой, как у других аристократов, которые просто много тренировались с оружием и гордились затвердевшими пальцами. Они у него огрубели, как у простого бедняка, который от зари до зари трудится до мозолей, лопающихся и набухающих вновь.

– Не знаю, почему ты спросила и что творится у тебя в голове, и как ты уже подумала использовать возможные способности моего сына для своей выгоды, но… Я хотел сказать тебе, почему не отдам тебя под стражу. Потому что это только в твоей недалекой головушке тебе грозит темница. Может, ты и не придумала этот план, но ты подтолкнула Адриана к нему и вполне во всем этом участвовала, была с ним заодно. А ты помнишь, что король очень хорошо ко мне относится. Тебя ждет казнь на главной площади, – он скользнул ладонью на шею Валери, будто примериваясь, слегка сжимая пальцы, как охотничий пес, который придерживает добычу, но не вредит. – Пока я не готов идти на такие крайние меры. Я даю тебе шанс, Валери. Не пусти его по ветру?

Конечно, в прошлой жизни на земле, Валери была не глупой женщиной. Она хорошо учила историю и прекрасно знала, как обращались с женщинами в прошлые века. Да что там с женщинами? И с провинившимися мужчинами тоже. Она помнила казни… страшные, кровавые, и у нее по спине пошла дрожь, когда она услышала об этом из уст Джастина. Он говорил об этом так спокойно… будто все уже давно решено и из великой милости он держит ее при себе, на короткой цепи. А не отдает под стражу.

«Раз он так говорит… то хотел бы сделать это с тобой! Продумывал казнь на площади. А не делает лишь затем, чтобы манипулировать. Играть, как игрушкой. Но стоит оступиться по его мнению, сказать неверное слово или позволить косой взгляд, как он мигом исполнит приговор!» – подумала Валери.

Ужас застлал ей глаза. Валери побледнела, ничего не ответила. Лишь вырвала руку из крепкой ладони Джастина и бросилась наутек, как перепуганный заяц. Где-то рядом с кухней была открытая кладовка. Куда она и заскочила в животном желании спрятаться от этого мужчины. Скрыться и больше не попадаться ему на глаза.

Джастин бросился следом за Валери. Он видел, как она напугана, и ему хотелось смеяться. Горько и надрывно. Наивная пташка! Неужели Валери не думала о том, что ждет ее и Адриана в случае провала? На минуту ему даже стало ее жаль.

– Валери! Об этом я и говорил! – громыхнул Джастин. – Чтобы ты не смела сбегать от меня! И вести какие-то игры за моей спиной!

Он завернул за угол, за которым скрылась Валери, догоняя ее. Ведь, несмотря на все испытания, выпавшие на его долю, Джастин оставался крепким и сильным, выносливым мужчиной.

Валери не закрыла дверь в кладовку. Не подумала об этом. Лишь присела на мешок, обхватила себя руками за плечи, пытаясь сдержать невольную дрожь. И мысленно позвала птицу. Она просила забрать ее отсюда. Мысленно шептала, что не справится. Уже не справляется. Джастин запугал ее до полусмерти. Еще и этот груз ответственности за мальчика… Валери не хотела загубить его чистую душу. Она боялась за этот мир в случае провала. А не за себя.

В этой мысленной мольбе Валери не заметила, как на пороге кладовки возник Джастин. И вид его был… очень угрожающим. Он заглянул в кладовку. Из коридора бил свет, а из-за мешка выглядывал краешек зеленого платья.

– Валери, – произнес Джастин холодно и жестко. – Мне кажется, мы не договорили с тобой.

Он уперся ладонями в оба дверных косяка, чтобы не пропустить Валери, если она решит дать деру по примеру Адриана. Но в этот момент послышался тихий всхлип.

– Я же сказал, – устало и глухо сказал Джастин, – что не собираюсь отдавать тебя под стражу. Даже если ты этого заслуживаешь. Я не могу понять, что у тебя в голове. Я не могу понять, что происходило здесь и происходит до сих пор. Ты не то превосходная актриса, не то сумасшедшая, не то я совсем ничего не понимаю! Но ты до сих пор не в темнице. Если ты не заметила.

Валери нервно облизала пересохшие от страха губы. Как объяснить Джастину, что нынешняя хозяйка тела – попаданка? А не Валери. Еще и предсказание птицы… о том, что его сын будет обладать магией смерти. И возможно, разрушит этот мир?

– Я боюсь, что ты обманываешь меня, – проговорила Валери негромко. – Ты сам знаешь, тебе есть, за что меня ненавидеть. А я… если честно, не думала прежде, что мне грозит. Сейчас же казнь на площади, описанная тобой, кажется мне ужасной.

Валери прерывисто вздохнула. Ей было стыдно так открыто говорить о своих страхах.

– И в чем же мой обман?

– Ну… Поэтому я испугалась, что ты обманываешь меня. И что все-таки сдашь меня страже. А эти несколько часов или дней… это просто небольшая передышка для меня. И ты играешь со мной, как кошка с мышкой.

– Я не обманываю, – серьезно произнес Джастин и взял мягко Валери за плечи, чтобы поднять на ноги. – Хотя не знаю, не обманываешь ли ты. Я будто знаю двух разных Валери. Одна из них давала мне клятву быть со мной в горе и в радости и сейчас стоит передо мной. А вторая – жестоко обходилась с моим отцом и детьми. Но я знаю, что у тебя нет сестер, тем более близнецов. Расскажи мне все… Я хочу тебе поверить. Снова увидеть в тебе не чудовище, а ту девушку, которую позвал замуж. Скажи мне, объясни, хоть как угодно объясни, что могло заставить тебя так поступать?

Джастин не отпустил ее. Даже сильнее сжал пальцы. Это выглядело отчаянно. Он подался вперед, прикрыл глаза, его губы слегка разомкнулись. Дыхание было сбитым. Его тянуло к Валери, как магнитом. Безумно хотелось поцеловать ее, вот такую, нежную, трогательную, светлую… Но он же помнил, что сказала ему сестра и что он сам прочел в глазах детей и отца.

На глазах Валери заблестели слезы. Как она могла сказать Джастину правду? Как могла признаться в попаданчестве, если он не поверит?

– Я изменилась, – охрипшим голосом проговорила Валери очередное вранье. – Такое бывает. Я… не знаю, как объяснить. Но ты можешь не волноваться насчет детей и Адриана. Я не подведу тебя.

В ее глазах по-прежнему светился страх. Валери не доверяла Джастину и боялась. Какой-то частью души… ей было даже жаль его. Он вернулся к запуганным детям. И к не менее запуганной теперь жене. Что за радость ему будет вставать по утрам и идти на завтрак, если его будет встречать такой вот затравленный взгляд от собственной супруги? Но она недолго предавалась философским мыслям. Когда Джастин потянулся к ней, Валери неосознанным движением подалась навстречу к нему и закрыла глаза. Но поцелуя не последовало. Джастин задумчиво провел кончиками пальцев по ее щеке.

– Ты узнала, каково это. Оказаться мышью в мышеловке. В безысходности. В чужой власти. Беспомощной и без надежды на милосердие. Что ж, наверно, ты не безнадежна, Валери, раз ты изменилась так быстро от этого прозрения.

Он не знал, верить ли в такие быстрые перемены, но верить хотел. Иначе лучше бы для него было и правда отдать Валери во власть правосудия! Джастин провел кончиком пальца по ее высокой скуле, стирая одинокую слезинку. Валери и правда выглядела перепуганной до полусмерти загнанной зверушкой.

– Иди к Стелле. Она тянется к тебе. Несмотря ни на что.

Джастин склонил к себе голову Валери, целуя ее в волосы, будто давая свое благословение хозяина дома на то, чтобы она оставалась здесь, в семье. Пока он не знал, что думать, что делать и сможет ли дать второй шанс такому человеку, но принимать поспешных решений не хотел.

Валери отвела взгляд и коротко кивнула. Доверия к Джастину по щелчку пальцев у нее, конечно, не возникло. Но не хотелось демонстрировать свою слабость наедине с ним. Валери твердо знала, что не останется в этом доме рядом с человеком, который ее пугает и, в свою очередь, не верит ей. У нее в голове уже зародились мысли о своем бизнесе. И отступать из-за каких-то там угроз Джастина она не собиралась. Ну и что, что он запретил побег? В его доме Валери еще в большей опасности рядом с ним. А дети… Она уже успела привязаться к ним и почувствовать ответственность за них. Но никто не мешает позже тайком найти с ними контакт. Когда встанет на ноги. Рассказать им правду о том, кто сейчас их мачеха. Не Валери, а попаданка. Попросить прощения за те ужасы, что совершила в отношении них настоящая хозяйка этого тела.

– Я пойду. А ты возвращайся к малышке. Скоро мы покормим Эбину красивыми вкусностями, – с трудом улыбнулась Валери, имитируя нормальность, и проскользнула мимо него в открытую дверь кладовки.