Глава 6

Спустя минут пять на кухню прибежала Стелла. Она сразу повязала аккуратный передник, чтобы не запачкать платье.

– Ух ты! – в восторге подбежала она к столу. – Какое все красивое! Такого наверняка у самого короля на пирах не бывает.

Она осеклась. Ведь настоящая Валери уже сказала бы, что Стелла несет чепуху и, вообще, слишком много болтает.

– У нас будет красивее, чем у самого короля! – сделала Валери большие глаза, чтобы посмешить девочку, и гордо протянула ей розочку из морковки. – Держи. Это не Эбине, а тебе. Я для тебя сделала, Стелла.

Хотелось увидеть радостный огонек в глазах девочки. Валери чувствовала вину за то, что она была такая затравленная… затравленная почти ею.

– Спасибо.

– А какие твои любимые цветочки? – попыталась Валери вовлечь Стеллу в разговор. – Расскажи, и мы с тобой сделаем такой цветочек. Я тебя научу. Смотри, этот огурец – это листики…

– Хризантемы, – неуверенно пискнула Стелла. – Чтобы большие и как шарики… Но это все так красиво, что его жалко есть! Тебе же обидно, наверно, будет!

Она посмотрела робко на Валери. Раньше та всегда требовала, чтобы к любому ее минимальному труду относились не то, что с уважением, а с почитанием практически. И точно не позволила бы хрустеть вырезанной ею фигуркой!

Валери со смехом взъерошила волосы Стелле.

– Так мы еще сделаем! Это же как раз делается для того, чтобы овощи с аппетитом кушали. А не для того, чтобы любовались годами! Ну, что, готова сделать хризантему в подарок Эбине и Райту? Или Райту вырежем в подарок птичку? Что он любит?

Валери улыбнулась воспоминаниям. На Земле на дни рождения мальчиков она вырезала машинки. Здесь же этого еще не было. Валери даже не знала, чем увлекались тут мальчики в возрасте Райта.

Она взяла небольшой ножик и дала его Стелле, предупредив:

– Осторожно, не порежься. Он не слишком острый, но с непривычки все может быть.

– Хорошо… А про Райта – не знаю! – рассмеялась Стелла. – Может, вырезать крокодила из огурца? Он же зеленый! Райт показывал мне крокодилов в книжке на картинке!

Стелла схватилась за свежий огурец, с интересом глядя на Валери. И в то же время немного тревожно, растерянно. Она будто просила взглядом не ругать ее.

Ей очень сильно не хватало мамы. Когда Джастин и Валери поженились, она, конечно, не ждала, что мачеха заменит родную мать. Но все-таки надеялась подружиться, стать одной семьей! Вот только та поначалу была холодной и закрытой, а когда Джастин исчез, то все стало совсем плохо. Стелла постоянно искала причину этого в себе. Ругала себя, что недостаточно хорошая, иначе мачеха точно полюбила ее, как родную дочку!

Валери тяжело вздохнула и присела на корточки. Взяла Стеллу за ручку, посмотрела в глаза.

– Я плохо себя вела, Стелла. И с тобой, и с Райтом. Так не должны вести себя взрослые люди с детьми. Но я исправилась. Давай представим, что я – это другой человек? – предложила Валери. – Совсем другой. От вашей мачехи у меня осталось только имя.

– Это как?!

Она протянула руку Стелле и улыбнулась.

– Что это у меня за такая красивая девочка? Моя дочка. Как тебя зовут? Меня зовут Валери. И я хочу быть твоей мамой. И заботиться о тебе. Например, заплетать красивые косички. Я умею делать очень сложные косички, ты, наверное, такие никогда в жизни ни на одной девочке или девушке не видела. Хочешь, заплету и тебя? Как покормим Эбину. А сейчас нужно помыть руки, сделать крокодила и отправиться в спальню к сестренке?

– Я буду послушной… мама, – нерешительно прошептала Стелла и слегка улыбнулась, будто лучик пробился через тучки на небе. – А ты научишь меня еще какие-нибудь фигурки вырезать? Мне очень хочется… ну, с тобой всякое красивое делать.

Стелла перемялась с ноги на ногу неловко. Все еще боялась, что Валери отругает ее за назойливость. Но на лице у девочки сияла улыбка. Стелла верила, что люди могут меняться к лучшему, а добро побеждает зло, как в книжках! И твердила об этом даже Райту, который мрачно хмыкал, что такую, как Валери, исправит только могила. Так что сейчас Стелла ликовала, что оказалась права!

Валери не сумела сдержать теплых слез на глазах, когда услышала от Стеллыэто: «Мама». Даже пришлось отвернуться и украдкой вытереть глаза рукавом платья. Чтобы девочка не заметила и не испугалась.

– Будем делать всякое-разное красивое, что придумаем. И фигурки из овощей вместе вырезать, и прически друг другу делать. Будем рисовать, я вам книжки с братом вслух читать буду. Или вы с Райтом уже слишком взрослые для такого?

Валери улыбнулась и легонько дернула Стеллу за косичку. Она такое милое дитя, что невозможно было не наслаждаться ее обществом.

«Жаль, что приручить тебе нужно не ее… а старшего ершистого брата, который так просто не поддастся!» – промелькнула мысль в голове.

Когда Валери и Стелла вернулись, Джастин держал Эбину на руках. При виде овощей она потянулась ладошками к тарелке.

– Красивые! – пискнула малышка. – Дай!

В эту секунду она даже забыла о своей болезни. Но через полминуты закашлялась снова.

Райт сидел немного в стороне. Он зло сощурился. Не доверял Валери, как и Джастин. В целом, Райт был похож на него по характеру. Если бы речь шла только о собственных обидах, мальчик мог бы простить Валери и все забыть. Но когда речь шла о его близких, дело приобретало совсем другой поворот.

– Держи, Эбина! Это тебе! – сказала Валери.

Улыбка коснулась ее губ. Какие все-таки чудесные дети были у Джастина! Умные, добрые и послушные. Ну… все, кроме Райта. Их взгляды случайно встретились. И она прочла во взгляде мальчика такую тьму, гнев и обиду, что на мгновение у нее сжалось сердце.

«Как же он меня простит?» – мелькнуло обреченно в голове.

И снова мрачное предсказание птицы-артефакта завертелось перед ней. У Валери есть десять лет. Или меньше. А потом… миру придет конец. Потому что она чувствовала, что невозможно справиться с предубеждением Райта против мачехи. Слишком глубоко оно укоренилось в его детском сердце.

– Покормите Эбину? Я… пойду подышу воздухом, – проговорила она Джастину на ухо и сунула тарелку в его руки.

Валери отошла к окну, чтобы привести эмоции в порядок. Слишком много на нее свалилось за последнее время. Слишком.

Когда Валери вышла из комнаты, к ней подошла служанка. Она выглядела бледной и взволнованной. Ведь все понимали, что теперь, когда вернулся Джастин, верным приспешникам прежней хозяйки дома придется несладко. И скорее всего, они лишатся работы. Так что все старались выполнять приказы вернувшегося Джастина максимально щепетильно и быстро.

– Леди Даррен, как было приказано, Вашего свекра переместили в покои в другом крыле. Он просил позвать Вас. Может, он умирает? – пробормотала служанка и тряхнула головой, видимо, не понимая, зачем еще им говорить. – Пойдемте, я провожу Вас.

Валери побледнела.

– Что? Умирает? – растерянно проговорила она. – Конечно же, я пойду к лорду Эдгару! Отведи меня сейчас же.

Сама Валери выглядела не лучшим образом. Бледное от переживаний лицо будто бы заострилось. Кроме того, она не ела с самого утра, а свои «произведения искусства» даже не попробовала, хотя выглядели они аппетитно. Все оставила детям. Так что от голода слегка кружилась голова. Но Валери было не до того, чтобы заботиться о себе. Не хотелось лишний раз выходить из комнаты, идти на кухню, нарываться на попреки Джастина. Валери поморщилась. Уж лучше потерпеть! Главное, по пути к Эдгару не встретить в коридоре мужа. Иначе настроение испортится окончательно!

– Ну, может, и не умирает, – затараторила поспешно служанка. – Но он же зачем-то позвал Вас к себе!

Она замахала руками и быстро открыла дверь перед Валери, чтобы скрыться с глаз сию же минуту. Эти покои были гораздо теплее. Здесь уже затопили камин. Эдгар лежал на широкой кровати, и под его спиной находилось сразу несколько пышных подушек, чтобы ему было удобнее смотреть перед собой. Когда-то сильные руки беспомощно покоились поверх одеяла.

– Проходи, Валери, – попросил Эдгар. – Я хотел поговорить с тобой. Ты в порядке? Мой сын никогда не опустился бы до того, чтобы поднять руку на беззащитную женщину, да и синяков на тебе нет… Но выглядишь ты нездоровой.

На удивление его голос звучал мягко, без капли злобы. Валери опустила взгляд. Ей по-прежнему было стыдно смотреть в глаза этому немолодому мужчине с таким проницательным взглядом. И было стыдно признаваться в каких-то недугах, когда Эдгар сам наверняка мучился от боли, а прошлая хозяйка тела так и не удосужилась помочь ему и облегчить его страдания. Зачем тогда ей говорить о своих?

– Все хорошо, – беспомощно проговорила Валери. – Просто… мало спала. И немного устала. Мы со Стеллой готовили красивые фигурки из овощей, чтобы покормить малышку. Стелла и вам оставила пару фигурок. Она сделала их своими руками! Они получились очень вкусными.

Она присела у кровати Эдгара и попыталась скрыть свою слабость. Он посмотрел на Валери внимательно, пристально.

– Раньше ты говорила мне: «Ты». И это было самое безобидное из того, что я мог от тебя услышать, – слегка улыбнулся он, качая головой. – Не нужно притворяться, если по-прежнему ненавидишь меня и презираешь. Я не собираюсь докладывать об этом своему сыну. Хорошо? Будь искренней, Валери, это не так уж сложно. К тому же, нам предстоит серьезный разговор. Обойдемся без притворства?

Хотя он был лишь беспомощным больным сейчас, голос его звучал твердо и чеканно. Ложь и лицемерие Эдгар терпеть не собирался!

Валери аж подпрыгнула от того, как Эдгар резко сменил тон, говоря с ней. И подумала, что он обижен за то, что она плохо с ним возвращалась и обзывала его.

– Я… я прошу прощения, что называла Вас по-всякому, – покраснела она, ругая свою предшественницу на все корки. – Это было давно, и я изменилась.

Валери понимала, что Эдгар вряд-ли поверит в чудесное перевоплощение злодейки. Но не извиниться она не могла.

– И я не ненавижу Вас и не презираю, – еще тише сказала Валери, но подняла лицо, смело встречая взгляд Эдгара. – О чем же Вы хотели бы со мной поговорить?

– Давно? Всего пару дней назад? – Эдгар приподнял брови. – Но это неважно. По крайней мере, сейчас. Я вижу, что ты что-то скрываешь. С появлением Джастина ты изменилась. И это что-то большее, чем обычный страх и притворство. Я чувствую. Ты иначе говоришь, улыбаешься, смотришь. Да и слуги проболтались, что ты не притрагивалась к еде. Я видел много женщин, которые внезапно становились мягче, добрее, теплее относились ко всему миру. Которые расцветали, казалось, ни с того, ни с сего, как будто их озарял какой-то свет. И хорошо знаю, что обычно является этому причиной. О чем ты узнала за эти дни, – Эдгар тепло улыбнулся, посмотрев на складки платья на животе Валери. – Скажи мне одно. Я обещаю тебя не выдать. Ребенок от моего сына или от твоего любовника? Ведь Джастина уже не один месяц не было дома…

Валери грустно вздохнула и покачала головой, прошептала про себя: «Я изменилась не с появлением Джастина… просто появление Джастина совпало с моим изменением!» Но услышанные слова от Эдгара вырвали ее из печальных мыслей.

– Что?! Ребенок?! Нет! Что Вы?! Я не беременная. Моего мужа уже не один месяц не было дома!

В доказательство Валери вскочила с кровати и судорожно натянула ткань на животе, демонстрируя тонкую талию и выступающие ребра. Эдгар с недоумением уставился на нее. Она покраснела, понимая, что переборщила с доказательствами.

– А если Вы о моих сегодняшних недомоганиях, то они объясняются легко, – пробормотала Валери.

– И как же?

Валери смущенно улыбнулась и одернула платье. И снова присела на кровать. Голова кружилась, но она надеялась, что это будет незаметно. Все-таки у нее был отягчающий фактор. О котором Эдгар не знал. Хозяйка тела умерла… а она попаданка. И потратила немало жизненных сил и энергии на переход между мирами.

– Вчера я неважно себя чувствовала и легла без ужина. А сегодня случилось… все это. У меня заболела голова, я потеряла сознание и упала. А потом мне было не до того, чтобы поесть. Хотелось позаботиться о Джастине и детях, неловко было напоминать о себе. О том, что я пропустила и завтрак, и обед, и ужин. Но это неважно. Как видите, я проблем никому не доставлю. Это не болезнь, это мелочи.

Валери взмахнула руками, поправляя на Эдгаре одеяло. И понадеялась на то, что после подобного объяснения у него больше не будет к ней вопросов.

Эдгар нахмурился. Ему не понравилось услышанное. Он приподнял максимально лицо, даже слегка вытягивая шею, пытаясь казаться грозным, но из всего тела у него двигались только руки и голова.

– Если ты потеряла сознание только из-за того, что пропустила ужин, то значит, слишком ослаблена. И не должна допускать подобного! И тем более того, чтобы не есть весь последующий день! – он буквально громыхнул, как строгий глава семья, который приглядывает за каждым в доме.

Эдгар украдкой вздохнул. Это раньше он мог чувствовать себя в этом особняке, как вожак в стае. Теперь его жизнь разделилась на две части. И в этой, второй, у него практически исчезло право голоса. В лучшем случае всем заправлял Джастин, сам решая абсолютно каждую возникающую проблему и не утруждая отца ими. А в худшем… когда «у руля» в доме оказалась Валери, иногда об Эдгаре просто забывали даже слуги. Как будто он умер.