Глава 10. Сказочник…

Ася

— Ваш городской номер не ответил… мы пытались связаться…

— Всё в порядке… редкий случай, конечно… приношу свои извинения…

Издалека начали доноситься некоторые обрывки фраз из мужского диалога. Я даже не пыталась в него вникать. В голове всё ещё распространялся тихий гул, а тело оплела слабость, не позволяя мышцам откликаться на движения. Веки налились свинцовой тяжестью. Сознание возвращалось медленно. Невыносимо мучила жажда.

— Дмитрий Александрович, с такими вещами надо обходиться осторожнее. Соседи испугались, вообразив от страха невесть что. Архаровцы Матвея Владимировича, честно говоря, удивили. Это ж надо было не позаботиться убрать патроны в безопасное место. Малютин собирался на этих выходных подстрелить пару уток. Все уши мне прожужжал.

— Уверен, Матвей даст команду поймать живого вепря. Раз уж дробь с порохом закончились, «лосям» на охоте будет полезным заняться спортом. Я лично прослежу, чтобы новые гильзы начинили солью, а там уж пусть включают фантазию и повышают порог максимальной скорости. Заверяю Вас, мы больше соседей не потревожим, — голос Дмитрия прозвучал твёрдо и уверенно. — Благодарю за оперативность. Приятно удостовериться в том, что охрана в посёлке осуществляется на высшем уровне.

— Доброй ночи, господин Воронцов!

— Взаимно.

После того, как входная дверь захлопнулась, сонный, недовольный голосок Ильи прозвучал где-то рядом.

— Папа, а где Ася?

— Илюха? Ты что здесь делаешь, сынок? Почему не спишь?

— Я плоснулся от твоего клика. А кто такой «половой лазбойник»? Ты что, иглал в войнушку с няней? Я тоже хочу гломко постлелять. Можно я буду полицейским, как Дэн, а ты бандитом? Пап, а кто такая Галпия?

— Как ты всё успеваешь запоминать? — переспросил озадаченно, и вздохнув, добавил:

— Это такая маленькая, вредная птичка, малыш.

— Я тоже такую птичку себе хочу.

— Вырастешь и обязательно заведёшь, а сейчас спать!

— Я без Аси не усну, — захныкал Илья. — Она убежала? Да? Вы полугались?

В этот момент хорошо было бы отозваться и попытаться успокоить мальчика, но я предпочла не подавать признаков жизни. Не хотелось снова выслушивать тирады от Дмитрия. Тем более, я намеревалась собраться и уехать при первой возможности. Отношения с работодателем зашли в полнейший тупик. Оставаться в этом доме больше не имело смысла, да и первое место в моей жизни занимал Александр и я это помнила всегда!

— Сынок, взрослые часто ссорятся. Ася немного переволновалась и уснула. Давай отнесём девушку в её комнату. Ты тоже должен лечь в свою кроватку. Договорились?

Дмитрий подошёл к дивану и присел рядом, на край. Принялся прощупывать пульс. Я вздрогнула когда его пальцы коснулись кожи на шее, отодвигая пряди волос. Мужчина удовлетворительно хмыкнул и принялся нежно поглаживать вибрирующую сонную артерию.

— Ты отнесёшь Асю ко мне в детскую? — Илья взял мою руку в свои маленькие ладошки и крепко сжал.

— Илюха, Ася будет отдыхать в гостевой. Ты, ведь, достаточно взрослый мальчик, чтобы спать в отдельной комнате.

— Я не пливык спать один. Я хочу спать лядом с вами! — возмутился обиженным тоном и хлопнул ножкой о пол. — Кил никогда так не говолил!

— Илья! Хватит капризничать! — раздражённо бросил сыну и резко поднялся с дивана. — Кирилл с Катей жених и невеста, поэтому спят вместе. Они Скоро поженятся. Понимаешь? Они пара.

Желание мальчика явно разозлило Диму. Меня же привело в замешательство. Спать в одной комнате с отцом ребёнка я никак не рассчитывала. Нет уж, увольте меня прямо сейчас!

— А почему вы не пала? Ты не любишь Асю?

— Маленькие дети не рулят жизнью взрослых! Ася — твоя няня!

— Я хочу к Лыжей! Киллил лучше тебя! Ты злой! — Илья всхлипнул и принялся жалобно шмыгать носом. Резкие шаги Дмитрия отдалились в сторону кухни. Хозяин дома принялся стучать дверцами шкафчиков и что-то усиленно искать. Явно нервничал.

— Ася, ты спишь? — малыш тихо позвал, пользуясь отсутствием строгого папы. Я протяжно простонала и чуть приоткрыла глаза. Мальчик обрадовался и тут же обнял меня за шею, прошептав:

— Я не хочу спать один. Мама всегда спала лядом со мной.

Погладив мальчика за хрупкие плечи, поцеловала в голову.

— Не зли папу, малыш. Я сейчас попытаюсь подняться и почитаю тебе ещё одну сказку о злом орке и принцессе. Договорились?

— Угу…

— Злой орк против! — прогремел голос Дмитрия совсем рядом. — Вот. Прими лекарство.

— Что это? — уставилась на мужчину, держащего в руках бутылочку с водой и какую-то капсулу белого цвета.

— Ну пап… — малыш отстранился и умоляюще посмотрел на Диму.

— Никаких сказок, пока Ася не примет успокоительное. Спорить не советую! Иначе вызову скорую.

— Не забудь попросить мальчиков прихватить смирительную рубашку… ты же это имел ввиду? — проворчав, попыталась привстать, но голова закружилась и я рухнула обратно на диван. Схватившись за виски обеими руками, жалобно простонала в очередной раз, ощущая бешеный ритм пульса. — Я ведь сумасшедшая для тебя, не так ли?

Дмитрий тихо чертыхнулся, подошёл и вложил капсулу мне в рот. На сегодня достаточно натворили дел и я решила больше не сопротивляться, покорно принимая его помощь. Мужчина бережно приподнял меня за плечи, как будто между нами не было безумных баталий, придержал бутылочку, пока я пила жадно воду.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Как себя чувствуешь? Хочешь, я вызову врача? — его голос приобрёл тёплый оттенок. Ну надо же? Как по мановению волшебной палочки, меняет своё настроение: то злится и кричит, то ластится и переживает за непутёвую девчонку.

— Нет. Не стоит.

— Ну, как знаешь, — поставил пластиковую бутылку на подлокотник дивана и аккуратно подхватил меня на руки, я тут же обмякла в его объятиях, не имея сил сопротивляться. Обнимая перепачканную сажей крепкую мужскую шею, прильнула головой к плечу. Дима застыл на мгновение, прижимаясь губами к моему виску. Вот о чём можно думать, жадно вдыхая запах моих волос? Ещё каких-то полчаса назад был готов выгнать меня за порог, а сейчас держит так, будто я самая важная ноша в его жизни. Илюша своими вопросами о «любви» загнал взрослого мужика в тупик? Разве станет мужчина нервничать просто так?..

— Пап? — Илья напомнил о себе робким голоском. — А сказка о злом олке? Почитаешь нам с Асей?

— С одним условием: ты засыпаешь без лишних вопросов.

— Холошо…

Мои изумлённые глаза поймали загадочную ухмылку Димы. В этот миг он зачем-то сильнее прижал меня к себе.

— Всем спать! И не надо на меня так молчать, Анастасия Батьковна! Я чертовски устал за день… честное слово!

— Па? А почему ты Засланец? И что значит «плисунуть»?

— О, Боже! — в голосе Дмитрия прозвучало смятение. Мы переглянулись с ним — он выразительно закатил глаза.

— Па? А олк не сожлёт плинцессу?

— Нет! — рыкнул, пытаясь хоть на время избавиться от назойливых вопросов ребёнка. — Давай за нами, Илюха. Пора отдыхать, малыш.

— Значит он тоже член? Па? А что такое…

— Илья!!!..

После предупредительного, грозного голосового «выстрела» мы втроём молча направились наверх…

Дмитрий

Маленький Почемучка следовал за нами по пятам, отсчитывая уверенными шагами каждую ступеньку длинной лестницы.

— Илюха, держись крепче за перила!

Неся на руках свою драгоценную ношу, волновался за сына, но старался не думать о плохом. В конце концов он мужчина! В нем заложены гены Воронцовых и я горд тем, что ему всего лишь два года с небольшим хвостиком, а он полон сил и энергии, развит не по годам, храбрый, проницательный и очень хитрый малый, излучающий вокруг себя позитивные эмоции. В глубине души я благодарен судьбе за встречу с Алей, за то, что она подарила жизнь нашему ребёнку.

— Пап, я остоложный! Асю не улони.

Его заботливость — ещё одна причина умилятся родным чадом. Иногда мне кажется, что наша встреча с Анастасией была неизбежной. Ведь благодаря сыну, девушка сама пришла в мой дом. Не взирая на жуткие недоразумения, в моей жизни началась полоса счастливых неслучайностей.

— Я держу крепко твою няню, не беспокойся. Смотри под ноги, малыш!

— Ты плохо ориентируешься в новом доме? — спохватившись, Ася обернулась назад, всматриваясь в начало коридора.

Направляясь уверенным шагом в свою спальню, решаю поинтересоваться её замешательством:

— Почему? Я прекрасно изучил планировку коттеджа перед покупкой. Тебя что-то тревожит?

— Пап, а ты куда? Мы не будем спать в моей машинке-кловатке? — сын окликнул меня позади, приоткрывая двери в детскую.

— Илюха, не задавай лишних вопросов. Иначе ты отправишься спать в свою комнату, но без Аси. Следуй молча за мной.

— Я тоже хочу в свою комнату… Пусти. Илья не может нам указывать… он ребёнок… — девушка шёпотом возмутилась, затронув своими сухими губами край моей ушной раковины. Острые ощущения разрядов тока в позвоночнике спровоцировали новую волну тепла, распространившегося от низа живота к паху, пробуждая в нём сладкое томление. Очередная моя ошибка, которую я себе позволил допустить. Ради спокойствия девчонки упорно стараюсь сдерживать возбуждение. Да и ради сына тоже. В последнее время он, как губка, активно впитывает в себя «взрослые» темы разговоров, окружающие его детский познавательный мир.

— Думаешь, я позволю потакание его требованиям? Ты за кого меня держишь? — сейчас я и сам себе удивляюсь. Ведь иду на поводу у своих собственных желаний. И сын тут ни при чем! Я боялся её очередного побега, поэтому решил нарушить все правила приличия. — Завтра всё будет иначе.

— Ты сумасшедший! Уже ему потакаешь и я не буду спать с тобой в одной кровати. Даже не мечтай об этом… — прошипела моя заноза. Черт! Как же глубоко она успела залезть мне под кожу, вызывая охренительно-приятные раздражения. Её имя мысленно перекатывал на языке, наслаждаясь простотой и звучанием: «Ася, Анастасия, Настенька, Настюша…».

— Можешь не спать, ничего не имею против. Главное, чтобы не дёргалась и позволила мне отдохнуть. Придётся привязать тебя к своей щиколотке, а то ещё надумаешь сбежать из дома. Я и так тебя обыскался. — последнюю фразу шепчу ей на ушко, намеренно касаясь его губами. Зарываюсь носом за ним и, скользя по тонким, пушистым волоскам на хрупкой шее, вдыхаю пьянящий аромат её кожи. Почувствовав, как мышцы девушки мгновенно напряглись, прижимаю ещё крепче к себе, невзначай поиграв пальцами с тонким ребром под соблазнительной грудью. Втянув резко воздух, девчонка не удержалась от комментария:

— Да неужели? — съязвила. — Хам… Заведи себе сторожевую собаку и с ней отрабатывай команды: «Ко мне» и «Лежать»! Я живой человек и никому не принадлежу, чтобы меня держать на привязи как породистую суку, запомни это.

Мы останавливаемся напротив двери в мою спальню.

— Ну, хочешь, я доверю тебе свою жизнь, привязав к шее? Не хочу, чтобы ты удрала, когда меня одолеет глубокий сон.

Выбиваю последние капли спокойствия из Аси, впившись в её голубые, распахнутые от изумления глаза своим испытующим взглядом. Девушка слегка приоткрыла рот, теряясь в догадках. Я практически улавливаю бешеный стук её сердца, доносящийся из горла вместе с потоками напряжённого дыхания. Её полные губы выглядят настолько притягательно, эротично, что мимо воли в голове проскальзывает видение, как они жадно, с наслаждением скользят по моему горячему члену, медленно поглощая каждый сантиметр изнывающей плоти в тёплую влагу женского рта. Нервно сглотнув наваждение, сжимаю плотно челюсти и распахнув ногой дверь, решительно вхожу в свою спальню, где стояла широкая, девственно-чистая кровать, не знавшая стонов удовольствия ни одной женщины в этом доме. В моём доме.

— Пап! И я хочу собаку! — Илья возвращает меня в реальность.

— Собаку нужно заслужить… — всё ещё наслаждаясь красотой её губ, хрипло отвечаю сыну, пытаясь вложить стальные оттенки в голос. — Будешь слушаться, обязательно подарю.

— Привяжи меня к своему сердцу?.. — неожиданно звучит вкрадчивый голос художницы, выбивая почву из-под моих ног. — Сможешь?

Ася лукаво прищурилась и с ехидной ухмылкой, приподняв лишь один уголок рта, добавила, царапнув побольнее где-то в районе желудка по старых зарубцевавшихся шрамах:

— Так, чтобы без боли и на всю жизнь… — после короткой паузы, выдала резкий смешок. — Смотри, не урони от истерики бешеную стерву. У тебя на такое заявление все клетки бунтуют. Может сперва предложишь выйти за тебя замуж? А уж потом станешь разглядывать мой рот настолько увлечённо, с азартом, как об этом красноречиво кричали твои порочные глаза, милый.

— Илья? Ты забыл книжку со сказками. Помнишь, где Ася её оставила? — как можно теплее напоминаю сыну о своём обещании, а сам предвкушаю момент, когда смогу отомстить самоуверенной сучке, которая шальной пулей застряла в моей голове и медленно спускается к сердцу, затуманивая рассудок.

— Ага! — детская непосредственность заставляет меня растаять на секунду и улыбнуться искренне, но лишь собственному сыну, разглядывая своё отражение в холодных пуговках глаз гремучей змеи. Решила укусить, впрыснув порцию своей отравы? Какого черта я должен отгребать за всех херовых мудаков, проездом мелькнувших в её жизни??

— Давай. Одна нога там, вторая тут.

— Я сейчас, па!

— Значит к сердцу, говоришь? — непроницаемый, без намёка на сожаление, на искренность и теплоту, мой голос эхом отскочил от меня, ударяясь о стены комнаты с нависшей тишиной, разбавленной нашим тяжёлым дыханием и топотом детских ножек в длинном коридоре.

— Я пошутила… Я просто… хотела… позлить… за…

Ася

— Хочешь поиграть? — хищный взгляд Дмитрия уколол в самое сердце. Его голос прозвучал холодно, будто кто-то шаркнул железной рейкой о камень. У меня даже скулы свело. Я не выдержала пронизывающий взгляд и молча отвернулась, пытаясь отвлечься на интерьер комнаты хозяина дома. Удерживая меня под мышками, мужчина мгновенно отпустил мои ноги и они ударились о пол пятками. От такой выходки я вскрикнула и тут же ощутила спиной твёрдую поверхность стены. Дмитрий прижал меня за плечи и снова скомандовал. Жёстко. Холодно.

— Посмотри мне в глаза, Анастасия! Или ты уже потеряла свою храбрость? Проглотила вместе с языком?

Я лишь облизала пересохшие губы и неуверенно подняла напуганные глаза. Но тут что-то щёлкнуло во мне. Стальной взгляд приковал моё внимание, выпустил навстречу железные щупальца и вцепился ими в мои потемневшие радужки. Не знаю, сама ли сорвалась не удержавшись, то ли моя злость к этому мужчине взяла верх и я решила дальше испытывать судьбу, то ли страх разбился в дребезги о его напряжённое, твёрдое тело, перерастая в дикое желание подчинить себе эту гору свирепости и умопомрачительного обаяния.

— Поцелуй меня! — прозвучало уверенно в моей голове.

Я отчётливо услышала свой голос. Как будто это сказала не я, а очень сильная и страстная женщина, заключённая во мне, запутанная в сетях недоверия и разочарования. Женщина, которой хочется свободы. Которой хочется быть желанной, любимой и нужной…Чувствую, как нити паутины натягиваются, больно царапая и задевая каждый мой оголенный нерв, каждую живую клеточку, медленно трещат в узлах, разрываясь на части. И мне уже легче дышать. Проще смотреть на жизнь другими глазами. Но я всё ещё думаю о том, что паутина имеет свойство регенерировать и снова дрожу. Теряюсь в догадках, сгорая под его жаркими ладонями. Кто ты?.. Палач или спаситель?.. Кто?..

Пальцы Дмитрия порхнули по ключицам, подкравшись к шее, нежно погладили её и поймали в кольцо, слегка вжимаясь в мышцы мягкими подушечками, опаляя кожу чуть выше впадинки.

— Обещаю тебе… привяжу… — горячее дыхание мужчины нещадно жгло мои губы. — Так крепко, что не сможешь разорвать узел… Ася… — хриплый стон ворвался в мой приоткрытый рот вместе с варварским, наглым языком.

— Ася, пап, любитесь? Волон, ты такой целовательный, как Бес! Вы чтОу… уже пала??? Ух тыж-ка!

— Ччерт… — Дмитрий недовольно прошипел над ухом, упираясь лбом о стену рядом с моей головой. — Быстрый какой… Илюха! Сейчас же в кровать! Тебя это тоже касается, Ася. Можешь принять душ. Футболки в шкафу на средней полке. Разберёшься. Когда я вернусь, хочу видеть обоих под одеялом. Поняла? — рыкнул и, не дожидаясь моего ответа, направился прочь из комнаты.

Я переводила дыхание, наблюдая за довольным ребёнком. Илья, подбежав к кровати, забросил книжку наверх и, вцепившись крепко за покрывало, подтянулся, будто маленькая коала, и взобрался на матрас.

— Ася! Хочу сказку пло олка!

— Дай мне пару минут, малыш. Я сейчас…

После взрыва и обстрела в беседке я выглядела почти как настоящая Золушка. Лицо, слегка испачканное сажей, довольно улыбнулось мне в отражении зеркала. Дима был прав, принять душ, пожалуй, не помешает. Но только, чтобы остудить и унять возбуждение. Сажа волновала меньше всего. Провернув ключ в замке, я сняла с себя грязный халатик и уже не кристально-белую сорочку. За трусиками схожу после того, как искупаюсь, лишь потом лягу в кровать. Пусть шипит, сколько влезет. Футболка Дмитрия свободно прикроет мой голый зад. Заодно переоденусь в свою брючную пижаму.

Составив несложный план, забираюсь под струи горячей воды. Запах цитрусов Дима предпочитал и в геле для душа. Насладившись свежим ароматом, мягкой пеной и острыми струями, я высушила влажное тело пушистым полотенцем и вдохнула сквозь него воздух, в блаженстве прикрывая глаза. Этим мужчиной пропитан каждый уголок его дома, каждая личная вещь. Я даже разочарованно вздохнула, не имея желания снимать с себя только что одетую ароматную футболку.

Вытряхнув из головы лишние отвлекающие мысли, выхожу из ванной и натыкаюсь носом на влажную, умопомрачительную скалу из подтянутой фигуры Воронцова. Дмитрий стоял предо мной в домашних тонких штанах, резинка которых свободно покоилась чуть ниже талии, подчеркивая его плоский живот, открывая взору тёмную дорожку волос, спускающуюся от пупка вниз к паху, параллельно косым мышцам живота, пересеченным двумя толстыми кровеносными венами. Загорелая кожа блестела от капель воды в приглушённом свете бра. Слева под грудью красовалась родимая метка. От вида домашнего «Отпадного» текли слюнки и мозги превращались в кисель. Теперь я понимаю, почему Катя его так назвала. Стоп! Она его видела таким???..

— В кровать, Ася. Не заставляй меня ждать. Я действительно очень устал. — очнувшись от его голоса, подняла взгляд и вполголоса пробубнила:

— Я с… сейчас… мне нужно…

— Ася! — грубо произнёс моё имя, будто я чем-то снова задела его за живое.

Поджав губы, неуверенно топаю куда велел грозный Орк, зажимая в ладони грязную одежду. Вот ведь дура! Почему сразу не сходить в свою комнату и там не переодеться, пока Дмитрий купался в другом санузле?

— Дим?.. — пытаюсь в последний раз отпроситься к себе или хотя бы вернуться в его ванную и одеть старые трусики.

Он не ответил. Лишь вырвал из ладони мои вещи, забросил куда подальше и, задрав край одеяла, жестом дал указание. А я что? Я молчу, сгорая от стыда ложусь, прикрывая как можно тщательнее стратегические места… спать мне придётся без трусов! Твою ж мать!.. Ася!

* * *

Следя боковым зрением за отцом ребёнка, тщательно подбиваю под себя со всех сторон одеяло. Дима хмыкнул, размышляя о чём-то своём, и тут же скорчил непробиваемое, угрюмое лицо. На меня не обращал никакого внимания. Интересно, какую жабу он успел проглотить пока принимал душ? Его злость сейчас носила совсем другой характер. Больше напоминала затаённую нежели быстротечную. Хотя о чём это я? Часто злиться в его стиле…

— Илюха, давай в серединку, — скомандовал сыну и принялся подпирать спинками стульев край кровати с моей стороны.

— Это ещё зачем? — озадачена его действиями, вглядываюсь в хмурое лицо мужчины пятикопеечными глазами.

— Мало ли… Вдруг ты страдаешь лунатизмом.

Развернувшись, подошёл к шкафу, встал на цыпочки и потянулся к верхним полкам, что-то высматривая на них. Мужчина слегка прогнулся в пояснице и я обратила внимание на две круглых впадинки в нижней части спины. От данной анатомической особенности можно зависнуть, погрузившись в женские мечты. Вот она, наследственность! Природа не обделила Дмитрия сексуальностью. Я любовалась его спиной, схожей с той, что у мраморной статуи «Давида». Ямочки Венеры завораживали. Их ещё называют «Треугольником Микеланджело». Ловлю себя на мысли, что уже рисую его нагое тело в своём бесстыжем воображении. Дима достал из шкафа огромный зимний плед и зафиксировал им конструкцию из стульев, чтобы не разъехалась в разные стороны, чем снова меня отвлёк от тайных грёз.

— А… Ну да. Лунатизм… Как же я сразу не сообразила. Знаешь, говорят это заразно. Стоит ночью одному подняться с кровати и выйти из комнаты, как за ним увяжется другой. Ты бы ещё кирпичики сюда водрузил, те, что сзади дома, мало ли… Вдруг умудрюсь скатиться на пол, не смотря на твою баррикаду, или ещё хуже: неосознанно разметаю руками в разные стороны хитроумное сооружение. В последнее время очень неспокойно сплю… — зачем-то произнесла с придыханием три завершающих слова.

— Не бойся… — зафиксировав на моём лице многообещающий взгляд, Дима чуть склонился надо мной, опираясь коленом на сидение стула, убрал лишние пряди за ухо и нежно погладил согнутыми костяшками пальцев кожу от виска вдоль линии скулы к подбородку, чем вызвал в моём теле очередной приступ дрожи. Неужели почувствовал как я его рассматривала?

— Если будешь брыкаться, милая, я тебя прижму своим телом и утихомирю, чтобы ты ненароком не причинила себе боль.

В ответ на его наглое заявление у меня не нашлось слов, потому что в добавок ко всему сказанному, Дмитрий мягко прошёлся кончиком большого пальца по моей нижней губе, затем, бросив беглый взгляд на Илью, бесцеремонно и напористо пробрался пальцем мне в рот погладить ряд нижних острых зубов. Если он решил поиграть со мной на ночь, я тоже могу. Илья увлечённо листал книжку, рассматривая красочные картинки. Выбирал новую сказку. Пользуясь случаем, плачу той же монетой заносчивому заср***цу. Приласкав языком подушечку большого пальца мужчины, несильно закусываю её вместе с ногтем и, затаив дыхание, изучаю реакцию взгляда. Дима решил не искушать судьбу. Выдернув палец из хватки, лениво отстранился от меня. Его поблескивающие радужки тотчас затянуло грозовыми темно-серыми тучами похоти. Отлично, Ася! Мало тебе того, что задница находится на проветривании, так ещё и мужик, мечтающий тебя трахнуть, почти вернул свой член в исходное положение, а в его случае исходная точка для решения стратегической задачи — «долгоиграющий стояк» в полной боевой готовности. Но, видимо, мне мало острых ощущений и я продолжаю в том же духе также измываться над ним, как он надо мной.

— Иии? — вопросительно тяну гласную.

— И буду дальше спокойно спать, — разочарованно брякнул ответ, забираясь под одеяло к сыну.

— Ну да. Как же… только «перфоратор» не забудь отключить, а то ненароком продырявит матрас. Не горю желанием что-нибудь себе поцарапать пружиной. Боже, я уже чувствую себя принцессой на горошине.

— Ой, да ладно тебе причитать. Если попросишь… я найду её в три счета…

— Что найдёшь? — в очередной раз туплю, вытаращив глаза.

— «Горошину», что же ещё? Или ты не хочешь сказку с хорошим «концом»?

Идиот! Еле сдержала порыв, закусив свой язык, чтобы с него не слетело лестное название для Дмитрия. Щёки моментально вспыхнули. Скрестив нарочито ноги, пытаюсь унять пульсацию той самой пресловутой горошины, чтоб его! Наглец растянул чеширскую улыбку и взял книгу из рук ребёнка.

— Ась, мышцы сведёт. Расслабься, детка. Всё зависит от твоего желания.

— Па, а пло олка? — малыш нетерпеливо напомнил о своём присутствии двум перевозбужденным личностям.

— Илюха, я тебе своими словами ужастик расскажу. Уверен, в этом сборнике скучные сказки, для настоящих мужчин не совсем то, что нужно.

Дима отставил книгу на тумбочку и, обняв сына за плечи, притянул к себе, уложив на свою широкую грудь. Они оба выглядят настолько гармонично, что невольно сердце щемит за Сашку. Я бы так же его могла баловать, обнимать и целовать, дарить тепло и заботу. Залюбовавшись заботливостью мужчины, замечталась, рисуя в воображении картинки семейного счастья. Не смотря на несносный характер Дмитрия и его озабоченные замашки, он неудержимо притягивал к себе: не переходил границы дозволенного, завораживал, будоражил во мне кровь настолько сильно, что я даже начала задумываться о «нас». А что было бы… если бы..? Он ведь так не думает? Не мечтает о большем, чем просто секс? Или я ошибаюсь…

Асенька, как же ты влипла, девочка. Неужели вся моя истерика, споры и наши с ним «трения» — защитная реакция организма на любовь?.. «Вакцина» Зарубина прекрасно справляется со своей задачей. Мне становится горько оттого, что я не могу справиться с его отравой. Очень болезненно дался наш разрыв с Вячеславом. Я не успела выдохнуть, как Воронцов стремительно ворвался в мой мир, заполняя собой каждую истерзанную клеточку души.

— Надо было нам себе такую баррикаду построить, — шёпот Димы ворвался в мою голову заманчивым предложением, адресованным сыну. Слегка потрепав Илью за волосы, подмигнул и вдохновлённо добавил:

— Представляешь, как было бы круто!

Илья, окинув заинтересованным взглядом отцовский «Леголенд», хитрым голоском шокировал меня до обморочного состояния.

— Па, ты такой плидумщик! Ася, можно я займу твоё место? Оно мне так нлавится! Ух-тыжка! Папа мастел на все луки! Такой изоблазительный! Па! Ты не олк, ты маг!

Чмокнув Дмитрия в щёку, мигом взобрался на меня поверх одеяла и улёгся пластом, крепко обнимая за шею.

— Изобретательный… — безнадёжно бубню себе под нос.

— Ты же холошая! Пожалуйста… Хочу в твою клепость. Я только полежу и велнусь назад к Волону. Подвинься. Ну, Ася…

Скривив саркастическую улыбку зачинщику бунта, сцепила крепко зубы, и передвинулась на пару сантиметров влево, позволяя мальчику занять желаемое местечко. Вот же ж упырь! Так искусно манипулировать мной с помощью сына! Какого лешего он задумал?

— Ася… Я не укушу. Ты же храбрая девочка? Илья будет на страже.

Ааа! Чтоб тебя и твою хрипотцу! Его «глубокий» и до чёртиков сексуальный голос завораживает, пленит, заставляет кожу покрываться мурашками. Хочу злиться и не могу, потому что больше всего жажду сама забраться к нему под бок, свернуться клубочком и почувствовать сильное плечо. Дима нырнул рукой под одеяло, вырвал его из-под меня и, обхватив мой стан под грудью, притянул в плотную к себе, удобно пристроившись сзади. Я благодарила всех Святых, что на нём были домашние штаны. Возможность оказаться разоблачённой равнялась пятьдесят на пятьдесят. Надежда умирает последней, не так ли?

Властно закинув на меня своё бедро, прислонился щекой к моему виску, не прекращая медленно вырисовывать большим пальцем спирали под грудью через футболку, начал свой рассказ. Если эта пытка не прекратится, я не доживу до утра…

— "Давным-давно, когда на свете обитали добрые феи, сильные рыцари и свирепые драконы, когда в каждом уголке таилось волшебство, в далёком-предалёком царстве жили царь с царицей"…