Глава 23. Истинный Оракул

— Хочешь узнать про заговор, которого не было? — Учитель быстро сообразил, что я не планирую его ни убивать, ни даже отправлять в заключение. Мне показалось или он сейчас похлопает меня по плечу и скажет, что вся история с освобождением Теней — затянувшаяся шутка. Тогда я точно откручу ему голову. Арина меня не простит, но мы ей память подкорректируем и никаких проблем. Идеальное преступление.

— В смысле? — судя по всему, без наводящих и уточняющих вопросов мне ничего рассказывать не собираются.

— Я пошутил, — заметив моё резкое движение, он предостерегающе выставил вперед руки вместе с блоком, — спокойно. Заговор все-таки был. Когда я пригласил тебя в нем участвовать, то искренне хотел освободить Теней. Цель изменилась полгода назад.

В моей голове заскрежетали шестеренки. Полгода назад. Та самая миссия. Покушение. Всё вело на ту самую станцию метро в грохот взрывов и тяжелую оседающую на волосах и теле пыль, возвращало к импульсивности поступков и провалу. Арина, словно чувствуя ту же внутреннюю боль, прижалась лбом к моему плечу. Я был благодарен небу за то, что успел. За то, что мне дали время успеть.

***

Отец то ли специально пытается его довести, то ли проверяет на прочность самоконтроль. В любом случае, это опасная игра со стихией, с которой я связана невероятно крепкими нитями. Сейчас так сильно, как никогда раньше. Чувствую, как нервирует Кирилла этот разговор; внутренняя боль едва заметно отражается на его лице, но я замечаю. Этот слегка отвлеченный взгляд, устремленный внутрь себя. Чуть сильнее сжатые челюсти. Тоненькая морщинка на лбу. Никто не видит, кроме меня. Но как помочь? Что сделать? Все, что я могу, это замыкать полюса. Снова и снова.

— Я чуть не уснул. Ты с сотворения мира рассказывать будешь? — прокашлял кто-то из-за камина. Жуткие шаркающие звуки, как в фильме ужасов при приближении монстра. Но вышло оттуда не чудовище, а уродливый старик в сером многократно заштопанном пиджаке. Я вскрикнула и вцепилась в руку Кирилла.

Это был самый настоящий злой горбун из сказки. Скрюченная спина, крючковатый нос, обожженная кожа. Руки перевязаны множеством грязных бинтов.

***

Я не верил своим глазам, но не мог ошибаться. Этот человек был похож на свое старое фото и не похож одновременно. Время согнуло его спину, а служение огню выжгло тело. Но это был он, без сомнения.

— Дедушка?

— Здравствуй, внук. Удивлен, что ты узнал, — старик закашлялся, — видишь, до чего доводит слепое служение Ассоциации?

Он вышел на свет и устало опустился на один из стульев. Я всматривался в его черты и не мог понять, в чем причина таких трансформаций. Видимо, немой вопрос отразился на моем лице.

— Это огонь. Из него мы получаем послания Творца. Он сжигает наше тело. Никто не может выдержать жар небесного огня. Эта стихия беспощадна ко всем, — существо, некогда бывшее моим дедушкой, закашлялось и сплюнуло кровавую слюну в сторону лежащего на полу Ярослава. — Много веков мы думали, что нет выхода. Но я его нашел. Точнее нашел ошибку и причину мучений.

— И это я с сотворения мира рассказывал? — Учитель сложил руки на груди и иронично приподнял бровь.

— Я все еще Оракул, не дерзи, мальчишка, — проворчал дед скорее для проформы, чем ради усмирения завравшегося Главы Теней. — Так вот, о чем я? Огонь. Став Оракулом, я получил доступ к древним архивам и понял, что Мыслители оказались не лучше людей. Мы презираем их за любовь к власти, деньгам и славе. А сами подчинялись системе, построенной на лжи. Последний Оракул был уничтожен много веков назад, Кирилл…

Пока я пытался как-то переварить сказанное, Эдгар подал голос. Совсем забыл, что друзья были в комнате и молча наблюдали за всем происходящим. Это даже неплохо — потом рассказывать историю в красках им не придется.

— Вы хотите сказать, что все приказы, которые получали мыслители от Творца, были ложными? — мне легко удалось представить, как морщится сейчас лучший друг. Из нас всех он был самым непримиримым борцом с ложью. Не признавал её ни в каком виде. Он стойко терпел сторонние интриги, но если врали ему…ух, гнев Эдгара был страшен.

— Нет, — дед показал свои руки, — мы ценой своей жизни достаем послания из огня. Сгораем за несколько десятилетий, кто сколько продержится, но это не главное. Как я узнал из архивов, Истинные Оракулы были истреблены с одной целью…

— Подделывать послания.

Я вздрогнул и обернулся. Мне показалось или эти слова произнесла Арина? Да, это была она. Совершенно точно. Все присутствующие смотрели на неё с удивлением, и только дед с явным одобрением.

— Умная девочка, — покачал он головой и подмигнул Учителю.

— Подождите, получается, что послания подделывали, и никто ничего не смог сделать? Неужели не было ни одного разумного человека во Главе Ассоциации? — я не понимал и не хотел начинать понимать эту аферу. Все, что я высказал там наверху, возможно, это было несправедливо. Мыслители просто не слушались своего создателя. Погрязли в алчности, коварстве и жажде власти.

— Сначала не было, потом не осталось Истинных Оракулов. Стать таким невероятно сложно, а когда на них начали охотиться — они исчезли совсем. Выбора не было. Главам пришлось нести это бремя. Пока Творец не послал….

Что-то произошло. Треск. В комнате резко стало светло и неимоверно жарко. Огонь в камине точно сошел с ума, высунув наружу разгоревшиеся в разы сильнее языки пламени. Они оставляли следы на полу, стенах и камине. Все присутствующие одновременно сделали шаг назад.

— О нет, опять, — в голосе Оракула звучали слезы, — новое послание Творца.

Как только поднимусь наверх — устрою этому гаду темную. Не мог подождать со своими объектами каких-то жалких полчаса. Видимо, не мог. Горящий свиток вылетел из камина, дедушка вытянул руку и закрыл глаза, приготовившись к боли…но у послания была своя воля. Огненный свиток метнулся в нашу сторону. Я вытянул руку, чтобы поймать его. Смс-ку не мог прислать, а? Зачем спектакль?

***

Я едва успела увернуться от огненного свитка. Кирилл протянул руку, но своенравное послание проигнорировало его. Пришлось обернуться, чтобы понять, к кому же собрался этот кусочек огня, боли, бесконечно ценной информации.

— Это для меня, — мелодичный голос пронзил тишину зала Оракула. Хрупкая блондинка держала в руках заветный свиток. Соня в легком платье на тонких бретелях казалась призраком лета, вошедшим на территорию зимы. Свиток послушно лег в её руку, не оставив ожога.

— Соня? — голос Эдгара сел. Казалось, он пытается одновременно говорить и полоскать горло.

— Истинный Оракул, — обожженный старик упал на одно колено, — вы освободите меня?

— Да, вы свободны. Я готова занять свое место.

Соня проигнорировала удивление Эдгара. Полностью. Словно он ничего и не говорил. Я не могла привыкнуть к звуку её голоса. Для меня Соня была немым свидетелем занятий, тихой и драматичной любовью Эдгара. Сейчас же она обрела голос.

Все присутствующие наблюдали за тем, как Соня медленно развернула свиток. Кажется, никто в комнате сейчас не дышал. Что? Что скажет эта внезапно появившаяся в дверях девушка? Но она молчала. Улыбнулась, обнажив белые зубы, и спрятала бумагу в кулаке.

— Соня, что происходит? — Эдгар подбежал к ней и встал рядом.

— Я отдаю долги, — эхом отозвалась девушка, — прости меня.

Соня обогнула Эдгара, подошла ко мне и протянула свиток. Дрожащей рукой я прикоснулась к теплому шершавому пергаменту и развернула послание.

«Сильнейший должен защищать. Гений — Арина Дмитриева. Достижение: спасение Земли»

Я чувствовала теплое дыхание рядом с правым ухом. Кирилл заглянул в послание и рассмеялся. Мне оставалось только замереть в нерешительности и окончательно запутаться в мыслях. Только что поддельное послание стало настоящим? Как быть с этим? Должна ли я рассказать Наставнику?

— Старый пердун, — хмыкнув, произнес Кирилл. Дышать стало легче. Значит, с меня объяснений не потребуют и эта маленькая тайна о поддельном пророчестве останется со мной. Какое это, в сущности, имеет значение. Теперь это официальное послание. То, что несколько месяцев назад оно было поддельным, значения не имеет. Правда?

***

Где прошел спектакль, на который меня не пригласили? Я видел Соню, видел побледневшего Эдгара, свиток пергамента с этим нелепым пророчеством. Почему я второй раз за вечер чувствую себя так, будто меня полгода водили за нос?

— Соня, что происходит? — стараюсь не быть грубым, но как-то само собой получается достаточно жестко.

— Прояви фантазию, Командир. Я — истинный Оракул. Мне очень неловко, но твой Учитель согласился помочь мне занять свое место и тщательно сплел это заговор. Я не могла выдать себя, простите, — девушка смотрела на всех присутствующих, избегая взгляда Эдгара. Она обманула его. Я понимал, что повлекут за собой её действия и не имел представления, как Соня сможет вымолить прощение. А станет ли она это делать?

— Целители — истинные избранники Творца? — произнесла Арина, удивленно глядя на Соню. — Я думала, это ложная теория.

— Нет, — Соня улыбнулась и, кажется, подмигнула моей Арине, — все верно. Только Целитель может стать Истинным Оракулом. Тебе это не грозит, правда. Ты уже сыграла свою особенную роль. Об этом тебе Кирилл как-нибудь расскажет. Расскажет ведь, а ни как обычно, Комадир?

Я закашлялся. Соня в курсе? Она знает все. Все это время знала и молчала. Сложно удержаться и не свернуть ей шею. Кошусь на Эдгара. Друг растерян, он злится и не знает, что сказать. Столько дней он считал её потерянной, заботился о ней, страдал… а это лишь часть заговора, часть спектакля. Ну и тяжелый же им предстоит разговор.

***

Тепло. Вокруг нас бушевала метель, но я изо всех сил прижималась к Наставнику и не чувствовала холода. Когда вечер откровений в Зале Оракула закончился, Кирилл дал краткие распоряжения касательно Сони и Ярослава, договорился об отдельной комнате для дедушки. Климу поручили проводить домой Жанну, а Эдгар занял стул в зале Оракула и отказался уходить оттуда даже под страхом смертной казни. Возражений не было. Все понимали, что им с Соней нужно о многом поговорить.

Временно управление Ассоциацией взяли на себя мои родители. Я слушала разговоры в пол уха и боролась с накатившей сонливостью.

— Спишь? — тихий шепот над самым ухом привел в чувство.

— Нет, — я не хотела показаться слабой и бодрилась, как могла.

— Пора домой, — Кирилл упорно отказывался говорить со мной нормально. Только шепотом, только на ухо, только нежно обнимая за талию.

Домой было решено добираться на такси марки Кирилл-экспресс. Счастье. Меня охватило какое-то бешенное, ненормальное счастье, когда мы поднялись в воздух. Я крепко держалась за своего Творца, за свою стихию, за самого дорогого мне человека. Наплевать, кем он там на самом деле был. Это не мое дело. Главное, что он со мной, и мы вместе с материей нежно мурчим от удовольствия.

Неужели, когда-то давно я боялась высоты? Сейчас я увлеченно рассматривала пейзаж внизу. Вон она, наша Новая деревня, совсем рядом. Скоро я буду дома. Но что-то пошло не так. Новая деревня и дом нашей команды остались позади.

— Кирилл, мы куда? — я старалась перекричать ветер.

— Домой.