Глава 103

Лицо моё обожгло поцелуем Матери-Солнце. Долина Рамаян, которая снилась по ночам и являлась в мыслях долгими веерами, лежала передо мной, как на ладони. Островки, большие и малые. Гигантские парящие горы и холмистые бугорки размером с дом. Только реки здесь текут вверх, а не вниз, взмывают в небо гигантскими фонтанами, расцвечивая небо радугами… А ещё покатые бока гор обвивают золотистые прерии, и в них водятся бизоны, и гигантские птицы с разноцветными хвостами, и бегающие на задних ногах, ящеры… И есть озёра в светящихся в темноте лилиях, и ничего красивее в мире нет, чем небо, что отражается в одно из таких озёр. Небо по-прежнему кружило голову, манило, крылья трепетали от предвкушения полёта, но оно было слишком пустым. Несмотря на фениксов, кружащих на огненных крыльях в вышине – пустым. И несмотря на обжигающие поцелуи – Солнца – холодным. Что же за штука это такая – Любовь, если без неё даже Небо теряет смысл? Фирузи летала с Тродором и Эштардом. И ещё как летала! Рассказы об их полётах больше всего любили слушать Даур с Арнэем в Комнате Отдохновения… Они кружили парами, и даже втроём в ипостасях драконов и феникса, а ещё Фирузи часто летала верхом на драконах. Это было восхитительно. Они успели разделить небо на троих… А мы только-то приблизились к этому рубикону… И крылья у нас были одни на троих … Понять бы, что значат те, призрачные, шипастые, которые я начинаю видеть за плечами драгхов. Могла ли я видеть то, что чего мне хотелось больше всего на свете, или же с пробуждением симбионтов у драгхов и впрямь появился шанс на возвращение драконьих ипостасей? Проклятье шердов! Я-то знаю, что рогатые змеи из-за меня проснулись, и магия набрала силу тоже из-за нашей связи. Как же они сейчас? Мы не так много провели времени вместе, но и на день, помнится, трудно было расстаться, чего уж говорить о том, что сейчас… никогда ещё так надолго не расставались. Не навредит ли это Тродору и Эштарду? С тех самых пор, как я оказалась невольной свидетельницей их разговора с Хорэем, я больше не слышала близнецов. Они мне больше не снились. Мне вообще ничего не снилось. Острова слишком далеко от земли… И, кроме того, эта способность перемещаться во снах сквозь время и пространство появилась у меня только после встречи с драгхами. А вот их нет рядом и волшебство закончилось. Чудно̀ получилось. С одной стороны, крылья мне вернули, а ощущение, что подрезали. За тот год тысячу лет назад было немало хорошего, не зря же Фирузи так убивалась после, когда вынуждена была улететь. Но… как они могли позволить ей улететь? Почему не удержали? Та же история, что у Шварахи с Хорэем? Но пламя Фирузи не вредило драконам… Как же много вопросов и по-прежнему мало ответов! Так и не поднявшись в небо, я спустилась по узкой тропке в долину. Дома фениксов расположены на деревьях или в пещерах. А вот школа для Вест расположилась под открытым небом. Я приставила руку ребром ладони ко лбу: занятия сегодня ведёт Аюри – будущая шаманка, ещё совсем юная, одна из учениц Шварахи. Аюри сидит, скрестив ноги перед собой, молодые фениксы полукругом расположились вокруг. Я разглядела среди девушек золотистую макушку Луизы. Подруга, как ни странно, совсем не тяготится пленом, ходит в школу, путешествует верхом по прериям, даже трижды перебиралась по подвесным мостам на другие острова – потом призналась, что сама от себя не ожидала подобной смелости. Пребывание в заложниках её совершенно не тяготит. Только вот змей её не появляется, наверное, потому что мать у неё – низшая, то есть потомок виверн, а не драконов. Шерд её знает, почему, – я уже просто устала удивляться, – пребывание среди фениксов не вредит драгхаре. Я бы сказала, что никогда прежде не видела Луизу такой счастливой. Я приблизилась и села неподалёку, вслушиваясь в голос Аюри. Будущая шаманка мне очень нравится. Мы даже дружили в детстве, когда я жила на островах и враждовали из-за внимания Шварахи. Было время, мне ни с кем не хотелось делить прапрабабку… – Не надо ограничивать своё счастье, получая его только лишь через мужчин, – тоненьким голоском вещала Аюри. Я знала, что она повторяет слова Шварахи, сама Аюри слишком юна, чтобы разбираться в подобных вещах, но слова от этого ценности не теряли, и потому я внимательно вслушалась в каждое. – Не стоит отказывать себе в счастье, даже если вы временно одни… Не стоит считать, что пути к счастью закрыты, если прямо сейчас нет того, кто готов подарить вам Дар Жизни. Любовь всегда начинается с Любви к Себе. Наслаждение – с тех мелочей, которыми вы окружаете себя, находясь в одиночестве. С ваших мыслей, эмоций, желаний. С вашего общения с миром, особенно в те моменты, когда вас никто не видит! Тоненький голосок Аюри набирал силу и глубину. На какой-то момент мне даже показалось, что слышу глубокий, грудной голос Шварахи. Всё-таки Аюри молодец. Я и правда ощутила через её пылкую речь мудрость бабушки. Шварахи не ошиблась с ученицей… – Быть счастливой означает любить оставаться наедине с собой. Слушать музыку ветра. Поить сердце эмоциями, а тело – ощущениями. Избавляться без сожаления от всего, что перестаёт радовать. Если ваше счастье зависит от мужчины, знайте, что сейчас вы переживаете опыт души, мечтающей научиться любить… Фениксы древности постигли Гармонию, но утратили память о ней. Фениксы настоящего понемногу расправляют крылья и постигают Свободу. Лекция закончилась, девушки тут же распахнули огненные крылья и разлетелись, кто куда. Луиза, сияя, подошла ко мне. Счастье подруги было таким осязаемым, что я невольно улыбнулась. Вот кто только выиграл от всей этой заварушки… – Будет трудно! – сказала Луиза вместо приветствия и порывисто обняла меня. Прежде, чем я успела уточнить, что именно будет трудным, драгхара сбивчиво пояснила: – Но оно того стоит, Ингури! Правда, стоит… Нам нужно учиться жить в мире друг с другом! Жить в мире… Кто бы спорил, как говорят у людей.