Глава 48

Первое чувство, когда поворачиваю ручку открываю дверь в нашу с Ноной комнату – ошиблась дверью. Ворох разноцветных тряпок чуть ли не до потолка не позволяет разглядеть собственную кровать. Помимо цветного облака, занявшего, кажется, всю пространство, у наводнивших комнату женщин незнакомые лица. Движения их исполнены изящества и грации, что выдаёт в гостях Ноны альв. Но, если это гости Ноны, почему её кровать пуста, если не считать саму Нону, сидящую в позе для медитации спиной к стене и с выражением лица, совершенно медитации не подходящим, в то время, как моя кровать подверглась столь бесцеремонному захламлению-вмешательству?! Мотаю головой. Нет, дверью я всё-таки не ошиблась. Но кто они? И что они здесь делают? Точёные черты лиц, бледная кожа, острые ушки. Только вот передвигаются женщины по комнате с такой скоростью, что в первый момент создаётся впечатление, что их тут целая толпа. Но потом с облечением понимаю – нет, не толпа, их всего трое. Переговариваясь между собой, альвы характерно растягивают слова и повышают интонации к концу фраз, отчего создаётся ощущение, что они не то негодуют, не то удивляются всему, вообще всему. Время от времени альвы бросают косые взгляды на недовольную мордашку Ноны с нахмуренными бровями и плотно сжатыми губами. Подруга первой заметила меня. – Ингури, наконец-то! Может, теперь, наконец, дадут нормально позаниматься! Альвы подхватывают меня под руки, увлекают в центр комнаты, цокают языками, вертят, умудряются за несколько секунд снять мерки. Выясняется, что все эти цветные тряпки на моей кровати – наряды для празднования моего совершеннолетия, из которых нужно выбрать несколько комплектов для сегодняшнего дня. Но зачем так много-то? Мой вопрос ставит альв в тупик. – Вам заказали целый гардероб, – всё же снизошла до ответа одна из женщин. Похоже, она здесь главная. – К сожалению, на сегодняшний день мы можем выбрать только что-то из готового. Остальное будет готово в кратчайшие сроки. – Сумасшедшая, – раздаётся шёпот Ноны. – Ты хоть представляешь, сколько это стоит? Она из девушек фыркнула, мол, куда мне представить. Вторая что-то пробормотала под нос, что в таких условиях ей работать ещё не доводилось. Первая, главная, как я поняла, выдала тихую зубодробительную тираду на неизвестном нам с Ноной языке, после чего обе недовольные не решались поднять глаз ни на меня, ни на Нону. Правда, спорить о том, какой цвет мне больше подходит, не перестали. – Только голубой, под цвет глаз. – Какой ещё голубой? Так её кожа выглядит ещё темнее! Чёрный, только чёрный, это неизменная классика! И волосы уложить в ракушку. – С ума сошла. В чёрном она будет похожа на ворону. Может, лучше, слоновую кость? – Ты ещё красный предложи, она в нём вылитая ситанка! – Ну тогда глубокий синий… – Серый. – Зелёный! – Вас мнение именинницы совсем не волнует? – пробурчала со своей кровати воодушевлённая тем, что хамок всё же периодически ставят на место, Нона. Оказалось, что мои пожелания готовы милостиво выслушать. В том, что касается цвета. «Всё равно с таким оттенком кожи любой цвет будет смотреться вычурно». В остальном им «до̀лжно действовать согласно инструкциям», как мне милостиво объяснили. Я бросила взгляд на несколько красных платьев из струящейся ткани, но потом передумала. – Белый, пожалуйста, – тихо попросила я. Одна из девиц картинно наморщила нос, бросив красноречивый взгляд на разноцветный ворох, каким-то чудом успевший заполонить не только мою кровать, но и всю комнату. Вторая пробормотала что-то о том, что белый – это и не цвет вовсе, а недоразумение. Нона, которая неоднократно слышала от меня о жизни на островах и наших обычаях, и, конечно, прекрасно знала, что белый цвет, цвет пепла у нас символизирует смерть, поджала губы и вопросительно приподняла бровь. Я пожала плечами. Сегодня я умерла для рода Майер. И если это не повод надеть белые одежды, то я и не знаю, что тогда повод. – Ну, белый, так белый, – вздохнула главная альва и выудила из разноцветного вороха несколько белых платьев. Спустя час примерок и подгонок нарядов прямо на мне – те ещё ощущения – решено было остановиться на белом платье в пол, с глухим воротом, от которого идёт диагональный запах до серебряного пояса, по сторонам от сведённых вместе бортов – крохотные серебряные пуговицы в цвет пояса и узоров на манжетах и по подолу. В целом, мне платье даже понравилось, если бы не разрезы по бокам на длинной юбке. Спасибо ещё, Нона деликатно промолчала. Впрочем, староста, казалось, готова была уже одобрить всё на свете, лишь бы альвы покинули оккупированную территорию и дали ей спокойно подготовиться к занятиям. Волосы быстро подняли вверх, закололи несколькими заколками-крабами, пару прядей выпустили по сторонам от лица. Когда мы с Ноной готовы были вздохнуть с облегчением, «главная альва» удовлетворённо кивнула и оглянулась на помощниц: – Теперь нужно выбрать купальный костюм. Белые есть? Не хотелось бы нарушать ансамбль. Карие глаза соседки за линзами очков расширились. Свои я со стороны не видела, могу только предполагать, что чудом не выскочили с орбит. Купальный костюм?! Какой ещё купальный костюм? Это ещё зачем?