Часть 2 · Лекция шестая · О разношерстности команды и салочках с акулами

Лекция шестая · О разношерстности команды и салочках с акулами

Очень сложно договориться с тремя заврами, если самый крупный из них ядовитый жаворонок, второй – ранняя пташка, плюющая огнем, а третий – просто конченый эгоист.

– Мясник, ну пожалуйста, вставай, – молила я, бегая вокруг наглой морды последнего.

Звездокрыл лениво зевал. Звездокрыл жмурился, как довольный кот. Звездокрыл потягивался до характерного хруста (хотя в последнем я была уже не столь уверена – возможно, это крошились мои сжатые зубы или надежды улететь). Звездокрыл делал все, чтобы убить мои нервные клеточки.

Бестия застыла на носу собрата в позе молящегося праведника: лапки сложены перед собой ладонями друг к другу, глаза смотрят просительно.

– Давай, ворчун, нас все уже ждут, – пыхтела я, затягивая на его боку крепление седла.

А нас и правда все ждали. Причем давно.

Весь вчерашний день мы с Кристеном и Эриком носились вокруг Мясника, разминая его перетрудившиеся с непривычки мышцы. Власта старательно делала вид, что все еще плохо себя чувствует, на тот случай, если звездокрыл не оклемается и придется выпрашивать еще один день отдыха. Ронда и Дейман – два адепта в белоснежной форме факультета небовзоров – с минуту понаблюдали за нашими действиями, все поняли и тоже присоединились к реабилитации завра.

Мясник стонал. Мясник молотил хвостом воздух. Мясник ругался и выл от боли, но мы были непреклонны в своем желании поставить его на лапы.

Под конец дня и так не самый дружелюбный и общительный звездокрыл начал коситься в сторону нашей бригады первой помощи с гастрономическим интересом и нарочно щелкать зубами в опасной близости от рук и ног бесстрашных адептов.

– Эй, Нэш, может, самое время для зажигательных спецэффектов?

Хезенхау выразительно глянул на золотую манжету, намекая, что не грех воспользоваться силой этой штуковины повторно, но я покачала головой.

– Лучше не рисковать.

– Но… – запротестовал было Эрик, который ненавидел фразу «Блин, я ошибся», предпочитая заменять ее на «Охренеть! Смотрите все, как прикольно получилось», но его одернул Кристен.

– Это завр Адрианы. Она знает, как о нем позаботиться, – сказал он и посмотрел на меня.

Я не была уверена ни в своих знаниях, ни в своих силах сделать это, но с благодарностью кивнула и продолжила свой нелегкий труд. Однако взгляд нет-нет да падал на руку с одним из самых опасных изобретений нашего мира.

Да, браслет сработал на Власте и помог излечить от внезапной лихорадки, но в то же время я точно помнила, что эта штука сделала со звездокрылами, когда ею воспользовалась Астрид. И что она сделала с самой Астрид.

Кто знает, как поведет себя артефакт в этот раз? Принесет ли он Мяснику облегчение или неизлечимую болячку? И вообще, зависит в этом деле хоть что-то от меня?

Своего мы добились и без лошадки апокалипсиса – Мясник смог встать и сделать несколько кругов над водой, а после забился в закутке и грозно рычал, стоило кому-то приблизиться.

Ночь прошла без происшествий, а утром…

Утром мстительный завр продемонстрировал всю глубину своего паршивого характера! Ну конечно, ведь признать, что без нашей помощи он не справился, завру было так же легко и приятно, как позволить вырвать себе клык без наркоза.

– Рианка, вы еще долго? – крикнул Власта, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

Дурман уже стоял на платформе, готовый к взлету. Рядом чистила белые перышки Огнерык, а Бестия сидела с авоськой в зубах, готовая лететь хоть сейчас. Ребята топтались неподалеку, не решаясь вмешиваться в высокие отношения завра и его наездницы. Я же с причитаниями бегала вокруг потягивающегося дракона, в надежде выпинать эту несговорчивую громадину на свежий воздух. Мясник демонстрировал ну просто сказочное свинство.

Положение спас вышедший на платформу Бушующий. Он окинул взглядом всех присутствующих, мысленно пересчитал собравшихся по головам с хвостами, нашел недостачу и заглянул в закуток.

– Та-а-а-ак… – резюмировал мужчина и сдвинул брови, видимо вспомнив, что является главным в этом балагане и, значит, ему предстоит разбираться с вот этим вот.

И надо отдать мужику должное. Мотивировать он умел!

– Адепт Арктанхау, заберите к себе Бестию, – зычно приказал он и махнул мне. – Эй, Нэш, бросай этого черного доходягу. Не может подняться, ну и хрен с ним! Значит останется, а ты полетишь с Рондой и Дейманом на Огнерыке.

Мясник, подавившийся на слове «доходяга», вскочил на все четыре лапы, долбанулся глупой башкой о конструкцию навеса и целеустремленно двинулся в сторону обидчика. Бушующий усмехнулся, но не стал стоять и ждать претензий звездокрыла.

Уверенным движением он подтянулся и запрыгнул в седло Дурмана, откуда и скомандовал:

– Все по заврам! Взлетаем.

Еще никогда Мясник не стартовал так стремительно. Толчок задними лапами, отчего платформа слегка покачнулась на волнах. Мощный рывок гибкого тела вверх, парочка грациозных взмахов и… И тут Мясник вспомнил, что кое-кого забыл.

– Кхе-кхе! – выразительно прокашлялась я, расставляя ноги шире, чтобы удержаться на покачивающейся платформе.

Звездокрыл вывернул шею, убедился, что я не цепляюсь за крепления седла. Торопливо отыскал меня взглядом и раздраженно рыкнул. Нет, ну как будто это я виновата, что он меня забыл.

– Что он творит? – вслух поинтересовалась Ронда из седла Огнерыка.

К слову, я бы тоже хотела знать, что в башке у этого завра. Вот почему вместо того, чтобы спуститься, он набрал высоту? Почему начал снижение по спирали? А почему вот сейчас вытянул передние лапы, хотя обычно плотно поджимал к брюху для лучшего маневрирования? И почему так выразительно… Ой, блин!

– Нет, нет, нет!!! – завопила я и дернулась назад, уже догадавшись о замысле звездокрыла, но кто ж меня послушает. Вот уж точно не Мясник.

Под громогласно-удивленное «Еп!..», сорвавшееся с языка господина Бушующего, и командный вопль Кристена «Ложись!» Мясник пронесся в опасной близости над платформой и, подобно орлу на охоте, сгреб меня когтистыми лапами.

– Мясник! – выразила я свое категорическое несогласие с подобным способом посадки, и зря.

Звездокрыл, по всей видимости, решил, что раз я такая неблагодарная, то можно вообще не стараться. Он набрал высоту и разжал передние лапы, чтобы тут же поднырнуть под мое визжащее от ужаса тело и рвануть вверх.

Удар о черное чешуйчатое тело выбил из меня воздух и желание быть адептом факультета звездокрылов. К счастью, в этот же момент сработали инстинкты, и руки сами собой сжались на плотном канатике страховочного ремня. Я еще немного полежала с закрытыми глазами, чувствуя, как гулко бьется сердце и медленно отпускает адреналин, а после подняла голову и посмотрела на рогатую голову завра.

– Ну ты и… – Словарный запас отказался найти подходящее сравнение, зато интонация сказала о многом.

Мясник чуть насмешливо рыкнул и, видимо в качестве извинений, выровнялся, давая мне возможность перебраться в седло и дрожащими пальцами прицепить страховочные карабины. Только ощутив себя в безопасности, я смогла повертеть головой и осмотреться.

Все три завра крыло к крылу летели в сотне метров над кажущейся бесконечной морской гладью. Ронда и Дейман в своей белой форме практически сливались с телом Огнерыка. Небовзор была меньше других завров, поэтому оставшаяся часть нашей команды путешествовала к Ио на спине Дурмана.

Кристен сосредоточенно правил, Эрик что-то шептал на ухо сидящей перед ним Власты. Судя по красным пятная на ее щеках, речь шла о чем-то далеком от приличного. Дальше всех сидел Димир Бушующий и брутально прижимал к груди пыхтящую и вырывающуюся Бестию с авоськой на плече.

– Пиу! – пискнула малышка, поймав мой взгляд, и требовательно протянула передние лапки, просясь к нам, но я покачала головой. Судя по карте, изученной мной накануне, второй участок пути до острова северян был чуть длиннее первого. Мяснику понадобятся силы.

«Проверка связи, – раздался в ухе голос Бушующего. – Расчетное время прибытия – семь часов вечера. Старайтесь держать скорость и друг друга в поле зрения. Следите за заврами. Если кто-то устанет настолько, что упадет в воду, мы не сможем снова поднять его в воздух, а плавать умеют далеко не все. Нэш, тебя и твоего засранца это касается в первую очередь. Если вопросов нет, то расходимся и занимаем свои высоты».

Вопросов ни у кого не возникло.

– Кли-кли! – раздалось уже где-то далеко наверху. Я задрала голову, силясь разглядеть среди облаков белоснежное тело с наездниками на спине, но не преуспела.

Небовзоры поднимались выше остальных завров. Природа наделила их острым зрением, а также способностью маневрировать и дышать в условиях разреженного воздуха. Адепты факультета небовзоров такими навыками не владели, поэтому их форма была снабжена не только системой климат-контроля, но и кислородными масками.

В отличие от них сине-желтые ядожалы никогда не летали высоко. Массивные завры отдавали предпочтение такой высоте, чтобы и не больно падать, но и брюхом верхушки елей не срубать.

Что касается звездокрылов, то в полете они держались золотой середины.

Поправка: нормальные звездокрылы!

Мясника же штормило из одной крайности в другую. То он мнил себя гордым орлом и взмывал высоко в небо, где планировал в потоках. То опускался так низко, что до моего лица долетали брызги соленой воды.

«Адептка Нэш, – рычал Бушующий мне в ухо. – Что это за выкрутасы?»

– Это не я, – оправдывалась я в ответ. – Раньше Мясник никогда так не делал!

«Вы хотели сказать: „Раньше он так не выделывался“? – ехидно поправил преподаватель и, на свою беду, руководитель группы. – Учтите, если он устанет и грохнется в воду, то…»

– Господин Бушующий, – перебила я. – Могу ошибаться, но именно этого Мясник, на мой взгляд, и пытается избежать. Возможно, так он экономит силы.

Не знаю, кто в итоге был прав, Бушующий с предположением, что звездокрыл выделывается перед другими заврами команды, или я, считавшая, что эти маневры как-то помогают. А может, право на существование имели сразу обе версии вместе, но в итоге Мясник себя переоценил.

Ближе к двум часам дня он начал сбиваться с ритма. В три – отстал настолько, что остальным заврам тоже пришлось сбросить скорость. В четыре – на нас тревожно поглядывали уже все. А когда до острова Ио, по подсчетам Бушующего, оставалось полтора-два часа, Мясника повело в сторону.

Правое крыло звездокрыла неестественно завернулось. Я вскрикнула, завр удивленно рыкнул, и мы рухнули в воду, подняв огромный фонтан брызг.

– Тише, ворчун, ничего страшного, – бормотала я, отстегивая крепления, чтобы похлопать обессиленного звездокрыла по черной чешуе.

Мясник тяжело дышал, пытаясь восстановить дыхание. Натруженные за день крылья лежали на воде, точно два упавших паруса.

– Ничего, ничего… – успокаивала я то ли себя, то ли завра. – Тут недалеко, в случае чего мы доплывем, а пока отдыхай.

«Адриана, – позвал Кристен. – Эрик и Власта крепят тросы. Мы сделаем поворот и скинем их вниз. Как только поймаешь хотя бы один, постарайся сразу прицепить его к загривку».

Я сразу поняла, что он задумал.

Ядожалы были самыми выносливыми среди других завров, поэтому взять на буксир упавшего в воду товарища для них не составляло труда. В текущий момент вариант дотащить Мясника казался самым уместным, но что будет, если и Дурмана оставят силы? Насколько я помнила из лекций Коди, индекс плавучести ядожалов приближался к отметке «камень», то есть эти большие сине-желтые ребята брутально шли ко дну.

– Кристен, а ты уверен?

Я покрутила головой, отыскивая в небе Дурмана, и почувствовала, как огромное тело подо мной вздрогнуло.

– Гр-р-р! – с некоторым опозданием проревел Мясник.

– Что?! Что случилось?

Я вскочила на ноги, перегнулась через высокую спинку седла и присмотрелась к воде.

В паре метров от нас над поверхностью показался серый треугольный плавник. А потом мелькнул и закружил еще один… и еще… и еще…

* * *

– Кристен! – запаниковала я, но вместо мягких успокаивающих интонаций Арктанхау в ухе раздался ворчливый голос господина Бушующего.

«Нэш, возьми себя в руки, – пристыдил меня преподаватель, заодно напомнив, что все наушники связаны друг с другом. – Мы тоже их видим».

Кружащие вокруг акульи плавники как по команде «В атаку!» скрылись, и Мясник снова взвыл от боли. Он дернулся всем телом и поднял над водой правое крыло. Я быстро глянула на нежные перепонки и зажала рукой рот при виде ужасной картины: нижний край перепончатой части стал напоминать необработанный кусок материи с бахромой из ниток.

– Мясник, сложи крылья! – скомандовала я, и, вот так чудеса, завр послушно прижал их к спине, опасаясь еще одной атаки зубастых хищников.

«Нэш, готовься ловить трос».

Я вскочила на ноги, отцепила страховочные крепления, чтобы не запутаться в веревках в неподходящий момент, и развернулась. Дурман снизился настолько, что три спущенных ребятами каната скользили по поверхности воды.

«Мы не сможем зависнуть над вами, – предупредил Кристен. – Постарайся поймать и прицепить хотя бы один. Иначе нам придется делать еще один заход».

– Поняла! – выкрикнула я, уже бросаясь вперед.

Схватила влажный канат и подтянула к себе край, чтобы зацепить за крепление, но споткнулась и рухнула на четвереньки. Веревка, точно живая, вырвалась из руки и с тихим «вжжух» проскользнула дальше.

«Не страшно, – успокоил голос Кристена в наушнике. – Мы развернемся и зайдем на новый круг».

– Да. Хорошо, – пробормотала я, растирая ушибленные коленки.

И тут Мясник дернулся в сторону. Его голова нырнула под воду, мощные челюсти прирожденного фрукторианца схватили ближайшего хищника и подняли над поверхностью. Точно щенок, треплющий хозяйскую тапку, звездорыл пару раз энергично мотнул головой и по красивой дуге отшвырнул врага.

Обескураженная акула пролетела с десяток метров, словно пущенный над водой камушек. Пару раз задорно черканула брюхом поверхность и с шумным «плюх» погрузилась в океан.

«Адриана, мы почти над вами. Попроси Мясника плыть вперед, тогда у тебя будет больше времени, чтобы…»

Кристен оборвал фразу на середине, и эфир потонул в щелчках и помехах. Я вскочила на ноги и сощурилась, пытаясь понять, что там у них случилось.

«Бестия! Нет, назад!» – раздался внезапный вопль Бушующего, заставив меня вздрогнуть, но похоже, что у маленькой драконицы был врожденный иммунитет к грозным окликам.

Вырвавшаяся из цепкого захвата преподавателя по физическому воспитанию драконица в три скачка пересекла широкую спину ядожала и высоко подпрыгнула.

– Пиу! – успела выпалить она, отчего Мясник непроизвольно развернул голову, и все дальнейшее слилось в один тревожный миг, наполненный адреналином и паникой.

Бестия черной ласточкой взлетела вверх, рассчитывая прийти на помощь старшему завру и не иначе как в хвостовом кунг-фу раскидать всех акул. Эрик и Власта синхронно подскочили, надеясь перехватить проказницу. И в этот же миг отвлекшийся Кристен, а вместе с ним и Дурман сбились с ровного полета, и завр внезапно «провалился» в воздушную яму.

«Попалась», – хмыкнул Бушующий, прямо в воздухе хватая драконенка за хвост.

– Пиу! – возмутилась та, извернулась и с истинно женским коварством принялась царапать лицо обидчика.

– А!.. – коротко взвизгнула Власта.

Взмахнула руками. Перевалилась через край седла. И… полетела вниз.

– Власта! – выкрикнул Эрик, а я…

Иногда на меня накатывает.

Накатывает веселье, и я начинаю хвататься за живот в приступе смеха. Накатывает тоска, и я забираюсь на подоконник с чашкой какао, чтобы окунуться в сплин. Чаще других накатывает робость, и я несмело наблюдаю за тем, как кто-то другой, более решительный, говорит или делает то, на что не осмелилась я.

А иногда, вот как сейчас, растерянная Адриана Нэш уходит в тень, и на ее месте появляется хладнокровная и бесстрашная версия меня.

Власта молча падала, старательно пытаясь извернуться в полете так, чтобы войти в воду правильно и не вышибить ударом сознание. Эрик кричал и порывался броситься следом. Бушующий умудрялся одной рукой держать за шкирку Бестию, другой – за ворот куртки оттаскивать Хезенхау от края. Сцепив зубы, Кристен пытался выровнять Дурмана.

Мне хватило одного удара сердца, чтобы заметить все это, а в следующий я уже бежала по черной спине звездокрыла.

Власта так и не смогла правильно сгруппироваться и упала в воду боком. И все бы ничего, нас ведь учили плавать, но проблема была в том, что не я одна стремилась добраться до Подгорной: к месту падения устремились три серых плавника, притаившихся под водой хищников.

– Хвост! Мясник, подними хвост! – крикнула я, заранее зная, что не успеваю вытащить подругу.

Как бы я ни старалась, как бы быстро ни бежала на помощь, эти зубастые гады окажутся у цели быстрее.

– Власта! – выкрикнула я в отчаянье, и словно в ответ над макушкой послышался пронзительный клекот небовзора.

– Кли! Кли! – выкрикнула Огнерык.

Жаркое пламя обрушилось на воду и прочертило полосу, отрезая путь любителям дармовой закуски от Подгорной.

Два из трех плавников развернулись обратно, предпочтя более легкую и крупную добычу, третий – целеустремленно нырнул, готовясь атаковать. Стараясь не думать о последствиях, зубами стянула с руки черную защитную перчатку, сунула в карман. Надеюсь, те, кто конструировал боевую манжету, знали, что делают и кому доверяют столь жуткий артефакт.

Я промчалась по кончику поднятого Мясником хвоста, как по трамплину, и без всплеска вошла в воду.

Спасибо Бушующему за нашу подготовку.

«Нэш, не дури! Немедленно вернись!» – крайне непедагогично орал мне в ухо преподаватель по той самой физической подготовке, что сейчас мне очень пригодилась.

Вода неприятно холодила лицо и руки. Настырно просачивалась сквозь швы летного комбинезона. Затекала за шиворот. Легкие горели огнем, намекая, что не приспособлены к такой экстремальной эксплуатации, и вообще лучше бы я курила, чем так себя не берегла.

Самая нудная часть меня голосом Гардарики Нэш сетовала на то, что Власта оказалась не пристегнута страховочным креплением к седлу. Все остальное было сосредоточено на том, чтобы добраться до подруги и вытащить на поверхность до того, как до нас доберутся акулы.

Я всегда неплохо плавала и ныряла, но занятия в З.А.В.Р. довели этот навык до совершенства. Самым сложным под водой оказалось вовремя найти Власту, но едва я заметила бесчувственное тело девушки, медленно опускающееся вниз, как боковым зрением увидела еще одну серую тень, движущуюся наперехват Подгорной.

И если пробовать свои новые силы на Мяснике я побоялась, то сейчас решительно рванула вперед и потянулась к серому боку. Кончики пальцев едва мазнули по грубой шкуре хищницы, но и этого оказалось достаточно – манжета на моем предплечье ожила. Вот только в этот раз она сработала не так, как в прошлый.

То ли из-за специфического преломления воды, то ли из-за объекта воздействия, то ли из-за моего подсознательного желания навредить, но сейчас ничего вокруг не светилось ослепительной вспышкой. От руки разрослась темная клякса, похожая на выпущенные осьминогом чернила.

Акула резко вильнула в сторону и ушла на глубину, так и не добравшись до вожделенного тела, а я сделала последнюю парочку гребков, обхватила подругу свободной от манжеты и потому безопасной рукой и потянула наверх.

Оказавшись на поверхности, Власта дернулась и судорожно закашлялась.

«Стой! Не двигайся!» – раздался голос Ронды в наушнике, и над нашими головами мелькнуло белоснежное тело небовзора. Огнерык промчалась у самой воды, выжигая и тесня остальных клыкастых любителей испортить себе аппетит перед обедом.

– Скорее! – потянула я Власту в образовавшийся коридор.

Та понятливо кивнула и уверенным брассом заторопилась к виднеющейся спине звездокрыла. В считаные мгновения девушка добралась до завра и начала карабкаться в седло. Я же приотстала, разглядывая манжету.

Все чешуйки отливали золотом, и сколько бы я ни вглядывалась, сколько бы хаотично ни шарила глазами по ровным рядам – черная чешуйка пропала.

– Гр-ра! – Мясник с воинственным рыком выловил и запустил в полет еще парочку зубастых тушек и наконец обратил внимание на мое отсутствие.

Оглянулся и возмущенно фыркнул, обнаружив мокрую Власту. Испуганная девушка с трудом забралась на спину звездокрыла, нашарила один из свисающих страховочных тросов и прицепила себя к седлу.

Звездокрыл извернулся, аки кобра. Сцапал меня зубами за комбез с заботой кошачьей матери, несущей непоседливое дитя в укрытие. И с непререкаемым порыкиванием закинул на шею: мол, все, сиди здесь и не дергайся.

Тем временем Дурман успел отлететь, развернуться и вновь заходил на новый виток.

– Вла-ста-а-а-а!!! – орал Эрик, подскакивая так, что сам едва не вывалился вниз.

«Адриана, – услышала я голос Кристена, – это последняя попытка, ловите тросы, иначе…»

Он не успел договорить, я – кивнуть, Власта – испугаться. Мясник взвизгнул от боли и нырнул.

Обессиленный и покусанный, он больше не мог сражаться. Не мог лететь. И не мог плыть.

«Держись! Пожалуйста, только держись», – мысленно просила я звездокрыла, плотнее вжимаясь в черную шею Мясника и вытягивая вперед руку с манжетой.

Едва ладонь легла на шершавую шкуру завра, как теплый золотой свет пробежал по каждой чешуйке манжеты, сделался интенсивнее и потек по шкуре звездокрыла. Мясник передернул лопатками, ощущая тонизирующее воздействие магии, но благоразумно не стал отвлекаться на мелочи.

Огромный черный завр, охваченный золотым сиянием, сделал несколько мощных толчков лапами, погружаясь как можно глубже. А когда вода стала такой холодной, что у меня начало сводить мышцы, Мясник кувыркнулся через голову, разворачивая гибкое тело к поверхности и понесся вверх.

Я никогда не видела, как огромные киты выпрыгивают из воды, но уверена, что по красоте и эпичности Мясник затмил их всех, вместе взятых.

Озаренное золотым светом тело звездокрыла вырвалось из воды и развернуло крылья цвета ночи. В несколько неимоверно мощных ударов он поднял себя из океана и взмыл высоко в небо, перепугав и заставив дернуться в стороны Огнерыка и Дурмана.

– Гра-а-а! – победно взревел Мясник и крутнулся вокруг оси, отчего я испуганно пискнула и вцепилась еще крепче.

На черных чешуйках завра медленно гасло магическое золото. За моей спиной тоненько верещала от восторга Власта. С облегчением кричали парни и грозно матерился Бушующий. Меня кто-то громко звал в наушник, но все, на что сейчас хватало Адрианы Нэш, – это прятать мокрое от воды и слез лицо на шее Мясника и шумно дышать.

С трудом успокоившись и разжав сведенные судорогой руки, я села, торопливо стерла признаки слабости с лица, а после с опаской взглянула на манжету: больше половины чешуек утратили золото и налились чернотой.

– Остров! – внезапно заголосила Власта. – Рианка, я вижу остров!

Мясник взревел, и этот рев подхватили летящие следом небовзор, ядожал и их пассажиры. Подняв взгляд, я с жадностью всмотрелась в далекие очертания земли и, впечатленная открывшейся картиной, завороженно выдохнула:

– Ого!..