Глава 48

Иван

Алина была просто возмутительно красива. Настолько, что я буквально задохнулся от ревности. Ещё бы — уехала, без каких-либо объяснений, заставила носом землю рыть. А знаете, как непросто найти человека, который найденным быть не желает и не проживает по месту прописки? Ещё и не работает. Анкету я её на сайте по трудоустройству отыскал, но звонки по-прежнему наглухо не доходили. И отыскалась Алина только когда официально трудоустроилась, в этом самом ресторане, к которому я и подъехал. Ждал я в машине, то и дело нетерпеливо поглядывая на часы. Припарковался у чёрного хода, справедливо полагая, что сотрудники пользуются именно им. Люди входили и выходили, чаще всего выходил смазливый парень лет двадцати, торопливо прятался за колонной из пустых ящиков и жадно курил. Думаю, именно этот паренёк будет первым на увольнение в новом ресторане.

Алина вышла далеко после полуночи. Повторюсь — возмутительно красивая. Пальто нараспашку, осень, но ночь тёплая. Остановилась на крыльце, перекинулась парой фраз с молодым человеком. Тоже смазливым, черт. Затем с удовольствием, запрокинув голову, рассмеялась. У меня снова где-то глубоко внутри мучительная судорога ревности. Я не дождался конца разговора, вышел из машины, громко хлопнув дверью, демонстративно сложил руки на груди, ожидая.

— Иван…Иван Павлович?

— Он самый, — согласился я. Распахнул пассажирскую дверь. — В машину садись.

— Машина не лучшее место для разговора.

— Ок, пошли в твой ресторан, он ещё час работает. Алина бросила затравленный взгляд на ресторан, затем спустилась по ступеням и послушно села в машину. Я тронулся с места, стараясь не смотреть на Алину, хотя тянуло очень — две недели не видел. Наверное, и правда, в машине лучше не говорить, если ей не спокойно. Направил автомобиль к другому ресторану, ещё работающему в это время. Молча вышел, открыл ей дверь. Как и думал, проблем с бронированием столиков в буднюю ночь не возникло. Я сел за стол, потянулся к меню. Новый повар готовила вполне вкусно, но дома я не был уже кучу часов, и не помнил уже, когда ел.

— Садись, — бросил я.

Алина все ещё маячила у столика, не решаясь сесть. В пальто. Хотя к ней дважды уже подошёл официант, предлагая пальто забрать. Я зол был на неё ужасно, но намеревался спокойно, без криков и претензий выяснить, что случилось, разрешить все вопросы и вернуть Алину домой. Себе вернуть. Алина села. В пальто. Официант недоуменно замер у столика, и Алина, не вставая, сняла пальто и передала ему. Странно, хотя если быть честными и вспомнить, как она себя вела в первые дни нашего знакомства, сумасбродной она была всегда, а я все равно на неё запал.

— Ужинать будешь?

— Я на работе поела. Нас кормят…за счёт заведения.

— Прекрасно. Я поем.

Заказ готовили. Я выдержал паузу минут в пять, но меня буквально разрывало от незнания, и я приступил к допросу.

— Почему ты уехала?

Алина немного помялась, подбирая слова.

— Решила не мешать.

— Чему?

— Твоему счастью…

— Какому, черт?

— С Евой.

Я утомлённо закатил глаза — нафантазировала что-то. И ощутил облегчение. Ничего страшного. Ситуация решаемая. Я все объясню и мы поедем домой. Вместе.

— Я выставил Еву из дома в тот же день, при тебе. Один раз она вернулась, с подачи бабушки, но я выставил её вновь, поговорив с бабушкой и для надёжности сменив замки.

Алина замерла. Посмотрела на меня неверяще.

— Значит у вас ничего не было?

— Чего не было?

— В тот день, когда я ушла…я будить тебя пошла, ты мог опоздать на работу. А ты был с ней… спал. На Еве совсем одежды не было.

Я со злости скрипнул зубами и кулаки сжал. Аферизм бабы и злополучной Евы перешёл все границы. Тем вечером бабушка сама сварила мне кофе. Я ещё решил — мило. А она… А если бы я кони двинул от их дозировки?

— Как ты могла догадаться, я был даже не в курсе этой инсценировки, и честь моя не пострадала, так как спал я, как убитый, полагаю, после лошадиной дозы снотворного. Алина улыбнулась и я сразу понял — поверила.

— Хорошо, — кивнула она.

Я все же заказал ей кофе, апельсиновый сок и десерт на свой вкус. К кофе она не притронулась, сок выпила, а десерт расковыряла, наверное, из профессионального любопытства.

— Поедем домой? — с надеждой спросил я.

— Нет, Вань… во-первых, у меня работа. Во-вторых, мне тоже тебе кое-что нужно рассказать. Но не сегодня уже… завтра, ладно?

У неё кто-то есть, точно кого-то успела завести за две недели, понял с болью я. А все Маргарита — дай ей время. Дал, черт!

— Лучше сейчас.

— Нет, поздно уже… ты мне позвони.

— Разблокируешь? — едко спросил я.

— Разблокирую, — спокойно ответила она. Еда была доедена, я оплатил по счету. Алина тревожно заозиралась, не решаясь встать, я обошёл стол и протянул ей руку. Иного выхода, кроме как встать, у неё не оставалось. И она встала.

Я не сразу понял, что она пыталась спрятать от меня под пальто. Выглядела Алина так же, разве только более цветущей, её здоровье пошло на поправку. Скользнул по ней взглядом. На ней была простая белая рубашка и брюки с высокой, почти до рёбер посадкой на мягкой резинке. И брюки эти бережно обтягивали…маленький, но явственный животик, которого раньше точно не было.

Я вернулся на свое место и сел. Молча. Молчал ещё несколько минут. Алина постояла, словно специально демонстрируя беременность, потом снова села.

— Это от него? От того парня, которому ты улыбалась у ресторана?

— Нет… животик не успел бы вырасти. Я беременна ещё с весны.

— То есть все то время, что ты у меня работала, ты была беременна?

— Да.

Шок. Просто шок.

— Ты питаешь к отцу ребёнка тёплые чувства?

— Да, он очень дорог мне.

Удар под дых. Я сам себе не решался признаться в том, как много для меня значила Алина. И что шутливые мысли на тему, что нужно жениться на своём поваре, давно обрели под собой твёрдую почву. Хотел. Жениться на ней. Сделать ей ребёнка, а может двух даже. И жить долго и счастливо, умереть в один день, как в старых сказках.

— Это не муж?

— Нет.

— Зачем тогда ты позволяла мне думать, что между нами есть что-то?

Я первый раз был пострадавшей стороной в любовных отношениях. Ощущения мне не нравились. Я просто не верил в происходящее. Такого быть не может. Нужно быстренько все перемотать назад и переделать. Чтобы Алина никогда не встречала того, от кого забеременела, чтобы по уши влюбилась в меня, а потом уже долго и счастливо.

— Ты, — сказала она. — Будущий отец ты. Я от тебя беременна.

Я даже моргнул пару раз не в силах поверить в услышанное. Затем откинулся на спинку стула и громко расхохотался, привлекая внимание людей с соседних столиков.

— Я сонным веду очень активную жизнь, — выговорил я, успокоив смех. — То с Евой сплю, то тебе вот ребёнка сделал. Зачем эта ложь, Алина? У нас не было с тобой ничего. Если бы ты хотела, то могла бы просто признаться мне во всем, я бы постарался все принять. Ты правда…нужна мне. Я бы постарался принять и полюбить этого ребёнка. Но ты питаешь к его отцу чувства…

— Это очень мило, — напустила иронии в голос Алина. — И твоя готовность принять чужих детей, а их в моем животе два, тоже умиляет. Но это твои дети, лгать я не стала бы.

— Как? — только спросил я.

— Однажды тёмной и холодной ночью я шла пешком за городом. Я тогда только поняла, что любовница моего мужа беременна, причём я сама искренне считала, что не могу иметь детей. И тогда один добрый мужчина подобрал меня и отвёз к себе домой. Не только отвёз. Ещё двух детей сделал. И за это я правда тебе благодарна, как бы жизнь не сложилась.

Я буду сильно их любить.

Мне потребовалось время на осознание. Я глянул на Алину — все то время, что я мечтал о нашей близости и фантазировал о ней…все у нас уже было. Всё что я подумал — блин, сколько времени потеряли. Могли бы все лето раз за разом повторять ту ночь. Потом до меня дошло — черт, я буду отцом! Двух детей сразу!

— У меня реально будут дети?

— Реально, — кивнула Алина.

Я снова замолк. Слишком много событий сразу, да каких.

— Поехали домой? — моляще попросил я.

— Нет, Вань… просто подвези меня. Не все сразу. Я не уверена, что хочу сейчас видеть твою бабушку.

— Ты выйдешь за меня?

— Рано, — осадила Алина.

Я подвез её. Проводил до квартиры, теперь она казалась мне хрупкой невероятно. Страшно было оставлять. И только в дверях решился.

— Можно потрогаю?

— Можно… но их движения пока почти не ощутимы, ты и не заметишь. Пока это просто кругленький живот.

— Пусть.

Это и правда был кругленький живот. Тёплый. И все время по дороге домой мне казалось, я чувствовал ещё это недолгое прикосновение. Холодец стал ещё толще и наглее. Гуляли мы по кустам добрый час, но мне нужно было это время. Я шагал, хрустя ветками, стараясь не потерять из виду толстую собачью попку, и думал, думал.

В холле было накурено, бабушка выражала протесты так, как только умела, но повара пока выживать не осмелилась, только мучила потихоньку. И сейчас не спала, сидела в своём коронном кресле, и смотрела на меня с укоризной.

— Почему не спишь? — устало спросил я.

— Давление. Как можно спать, когда единственного моего потомка ночью черт знает где носит? А вдруг бы ты умер, не успев продолжить наш род?

— Я не умер, — выжимал из себя терпеливость я. — Можешь спать идти.

— Если бы ты женился на Еве, она могла бы быть беременна уже!

— Я не женюсь на Еве никогда, по сотне тысяч причин, одна из которых, попытка отравить меня снотворным, ради нелепой сцены, — бабушка отвела взгляд, а я продолжил. — А дети у меня будут. Похоже, уже к концу зимы. Два сразу. Алина беременна. От меня. Не знаю, зачем я рассказал ей это так сразу.

— Беременна? — шокированная бабушка встала, забыв опираться о свой посох, и тот с гулким грохотом упал на пол. — Алина?

— Да.

— Так почему же ты не привёз её? — запричитала бабушка. — Дети должны расти дома, с папой и бабушкой, в полной семье! Беременность надо у хороших врачей вести, двойня это вам не шутки, зато радость какая, то ни одного внука, то сразу два… Езжай за ней Ваня, немедленно! Я пока молока разогрею ей, с медом, осень на улице!

Я остановил поток её речи жестом.

— Она не желает сюда ехать.

— Да почему? Здесь все условия!

— Не хочет тебя видеть, — с удовольствием ответил я. — Потому что ты едва не отравила отца её детей, подкидывала ей чужие драгоценности и выгнала из дома! И вообще, тут накурено, а это для детей вредно.

Спать я отправился практически совершенно удовлетворенным, только Алины под боком не хватало.