Глава 49

Алина

Дышать стало легко-легко. А жить — гораздо удобнее. Ваня, да, я теперь его Ваней называла, потребовал у меня график рабочих смен, и теперь возил на работу и обратно.

— Беременным полезно гулять пешком, — пыталась возразить я.

— Вот и гуляй. По выходным, в парке. А не с утра пораньше под дождём. Вот и поговорили. Но ездить в теплом автомобиле было и правда приятно. Буквально через пару дней он повёз меня к врачу. К тому же самому, я настояла. Там меня скрупулезно обследовали, измерили буквально каждую косточку младенческую, все записали.

— Восхитительные здоровые младенцы, — похвалила врач. — Пол пока вызывает сомнения, если это не принципиально, лучше подождать.

— Не принципиально, — кивнула я.

Иван эти первые дни ходил немного пришибленный новостями, на меня смотрел с опаской, как на бомбу отсроченного действия. Я так и видела, что он постоянно сравнивает милую домашнюю меня, и ту девушку, что ночью вытворяла такое, что до сих пор вспоминать стыдно. Вспоминать стыдно, а повторить хочется.

Когда Иван вышел с моими документами, я тихонько склонилась к врачу.

— А близость…возможна?

— Да, — улыбнулась она. — Всё вам можно, главное, без фанатизма и помня о своём положении. Не то, чтобы я прям собиралась этим заниматься, но лучше бы знать. Так, на всякий случай… Иван явно гордился своими репродуктивными способностями. Ещё бы, с первого раза, предохраняясь, и сразу двух идеальных детей.

— А если бы кто-то из них, или даже оба были нездоровы, как бы ты отреагировал? Настоял бы на прерывании?

Я бы ни за что не согласилась, наверное, но признаю — это очень сложный моральный вопрос, иногда рожать заведомо мучающееся дитя верх материнского эгоизма. Но думать о том, что двух уже ерзающих детей в моем животе могло вдруг не стать, было больно. Я бы родила, но рожать зная, что отец против — тоже больно.

— Мы бы все равно рожали, — ответил он. — Но знали бы, на что идём, успели бы подготовиться, привлечь лучших специалистов.

Я была счастлива. Я порхала. У меня был самый лучший мужчина в мире, пусть пока и не мой сейчас, но рядом, лучшая в мире работа, и наконец — я была беременна.

— Ты должна переехать ко мне, — настаивал лучший мужчина. — Если уж так не хочешь бросать свою работу, я буду возить тебя на неё, в любом случае.

— Вот ещё, — возмутилась я. — Там бабушка.

По правде, мне её было жаль даже, но я считала, воспитательный процесс не помешает. Пусть немного подумает над своим поведением, не зря же говорят, старики, как дети. А я ещё самым абсурдным образом хотела растянуть это состояние. Когда ещё не замужем. Хотелось того, чего никогда не было. Чтобы ухаживал, цветы дарил. А Ваня…не догадывался. Покупал всякие полезные штуки для беременных, витамины, лучшую еду, даже белье у меня было и то для беременных. Покупал все, что только представить можно, заботился, пылинки сдувал, а цветы подарить так и не додумался. Идиот.

— Чего же ты хочешь? — наконец психанул он, когда я сказала нет на очередное предложение.

— По любви замуж хочу, а не из-за живота беременного! — воскликнула я.

— Да люблю я тебя, дура!

И замер. И сам офигел, и я тоже. Не думала, что ко признанию в любви можно прибавить слово дура, и все равно мило получится.

— Так показывай это, — велела я. — И не обзывайся больше.

И до него дошло. С цветами приехал. В ресторан повёз. В ресторане я и так целыми днями торчала, по работе, а вот цветы умилили. И меня, и Второго. Я их фоткала, отправляла фото Ритке, любовалась, а оставшийся единственным Второй их грыз. Потом снова цветы, снова и снова. В итоге мне стало некуда их ставить, я складывала букеты в ванную, но тогда мыться негде.

— Может, хватит? — робко спросила я.

— Ну нет уж, — отозвался Иван.

На следующий день в магазине на первом этаже купила сразу шесть лёгких пластиковых вёдер и жить стало немного проще.

Каждый выходной мы гуляли. Выходили в осенние парки, шуршали листьями, говорили обо всем. И мне все равно было мало. Поцеловал он меня только через добрых две недели. Я замерла всем телом, потом коленки ослабли так, что ему меня придержать пришлось.

— Раньше надо было, — шепнула я.

— Ты такая беременная… я боялся.

— Мне все можно. Совсем все, только осторожно.

Совсем все случилось прямо той же ночью, крайне осторожно и нежно. Я потом весь день на работе улыбалась ходила, и даже раз пересолила нечаянно блюдо. С тех пор Иван совсем ко мне переселился, хотя у него своя квартира была, в которой мы детей и сделали. Но мне было лень переезжать, тут вещи все, опять же, цветов целая тонна, выбрасываю только по мере увядания, жалко же. Я порхала глупой влюблённой птичкой, и то, что я во грехе живу, меня нисколько не смущало. Я была счастлива.

Когда Иван не мог меня забрать, присылал водителя. Вот и сейчас, я до обеда работала, домой с водителем приехала. Вышла и обомлела — бабушка сидит возле подъезда на лавочке. Дождь моросит, холодно, она сидит.

— Всё, я уже все поняла, — сказала она.

— Что именно? — удивилась я.

— Ты показала мне, сколько у тебя власти над моим внуком. Возвращайтесь домой.7d423c

— Да я про вас даже не думала.

И правда, не думала. Просто так счастлива была, что все остальное куда-то в сторону отодвинулось, померкло, позабылось. А бабушка так жадно на мой живот смотрела… живот теперь рос не по дням, а по часам, двойняшки ерзали в нем так, что это уже не только чувствовалось, видно было невооружённым глазом.

— Идемте чаем напою, — вздохнула я. Но решение по поводу переезда ещё не приняла.

— Вы вернётесь?

— Я скоро родителей привезу, знакомиться, — сказала я. — И вы будете лапочкой.

— Да, — кивнула бабушка.

— Но пока я ещё не переезжаю.

Ритка называла меня дурой — миллионера нужно было брать, даже если слепой и глухой, а уж такого красавца, как Иван, сам бог велел. Я же тянула время. Иногда у меня получалось вырваться из дома одной, без Ивана. Я бродила по тц под присмотром плечистого водителя и выбирала всякие прелести для детей. И здесь меня снова ждала неожиданная встреча. Витя.

Я даже не узнала его сразу. Так похудел, осунулся. В душе шевельнулся зачаток жалости, но я его придавила тут же и без сомнений.

— Алина! — обрадовался он, и бросился ко мне со всех ног.

— Привет, — осторожно поздоровалась я.

— Я все осознал, — выдал Витя. — Дети далеко не цветы жизни. Они орут, целыми днями орут. Никакой личной жизни. Я не помню, когда последний раз ел нормально. Алин, я вернуть все хочу обратно.

— А новую жену с младенцем куда? — удивилась я.

— Пусть к маме едет.

Я поразилась — и с ним я жила, от него детей хотела! Какой ужас!

— Прости, но я уже тоже беременная.

— Глупости, ты же не можешь, — протянул Витя, а потом наконец заметил мой живот, торчащий из расстегнутого пальто. — От кого?

— Замуж выхожу.

Я конечно ещё не выходила, но тут приврать просто святое.

— За этого? — кивнул на водителя.

— Нет, это телохранитель мой. И заодно покупки носит. Просто муж обо мне очень волнуется.

Выражение лица Вити грело мне душу до самого вечера. И ещё осознание того, что господь уберег, не позволил от такого гнилого человека детей рожать. Все, что не происходит — к лучшему. Еле дождалась Ваню с работы.

Он вошёл, с очередным букетом, мне его вручил, по традиции встал на одно колено, достал коробочку с кольцом — этой клоунадой он из принципа каждый вечер занимался. Смешно ему, видите ли, или меня добить решил.

— Алина, — торжественно сказал он. — Выходи за меня замуж. Но сегодня все пошло не по плану.

— Да! — воскликнула я. — Я согласна!

У него такое смешное удивлённое лицо было — до сих пор улыбаюсь, вспоминая.

— Правда? — не поверил Ваня.

— Да, и поехали уже домой, скорее.

Права была Ритка, такими мужиками не разбрасываются, вот и я не буду.