Глава 7

/Виолет/

– Кто ты? – повторила я, вглядываясь в необычные янтарные глаза незнакомца.

Мысли путались, тело болело, к горлу снова подступала тошнота, а волнение усугубляло моё и так расшатанное состояние. Чудилось, лишь полчаса назад я легла спать в свою постель, но вдруг очнулась в холоде, на берегу неизвестной реки рядом с совершенным незнакомцем. Он сильнее меня, явно что-то скрывает, а я не в состоянии защититься. Про неподобающую близость мужчины лучше и вовсе не думать, чтобы не сгореть со стыда.

– Меня зовут Иден, – произнёс он словно через силу.

Я ощущала его колебания и совершенно не понимала причин столь долгих сомнений перед тем, как просто назвать имя. Нет, здесь явно что-то не так. Возможно, меня похитили, опоили, пытаются настроить на нужный лад, чтобы использовать против отца.

– Кто ты, Иден? – хоть зрение с трудом фокусировалось, я огляделась.

Солнце, холод, рядом бурлит река, местами лежит тонкий слой снега, вдали виднеются горные вершины. Меня почти не выпускают из дворца, но это явно не Акрия. Либо мы на границе. Но где тогда ведьмовские стены? И рядом одна бессознательная женщина под тепловым пологом. Кто она?

– Я не знаю, как рассказать правду, чтобы ещё больше тебя не напугать, – признался он.

– Лучше пусть меня пугает правда, чем неизвестность, – отрезала я.

– Хорошо, – выдохнул он, словно неосознанно протянув подрагивающие руки к моему лицу. В его взгляде забурлили тоска и отчаяние, такие явственные, что сердце закололо от боли. – Я оборотень. Двоюродный брат короля Аделмара. Мы находимся в Клоуфасте, где-то в двух десятках километров от Кардиссы – столицы. Ты… семнадцать лет, говоришь? Значит, ты помнишь себя принцессой, но ты теперь королева Акрии, и прибыла в Клоуфаст с целью заключения торговых соглашений.

Он оказался прав, от правды головокружение усилилось. У меня потемнело в глазах.

Королева? Что за глупость?

– Я девочка, младшая. Если с отцом что-то случилось, королём должен был стать мой брат Антоин.

– Твои отец и брат отреклись от рода. Не без давления, конечно. Но это долгий рассказ. Твоя сестра вышла замуж за императора Тринаты, и они поддержали тебя в осуществлении переворота.

– Звучит… неправдоподобно, – заключила я.

– Как же доказать? – Иден задумчиво поджал твёрдые губы и поднялся на ноги.

Был высок, хорошо сложён. Явно сильный воин, когда я не в состоянии поднять руку без боли. Жаклис часто повторяет, что мужчины – подлые создания, способные думать только об удовлетворении своих желаний. Если Иден решит воспользоваться моей беспомощностью, у меня не хватит сил даже на крики, не то что на сопротивление. Но может, так будет даже лучше? Отца хватит удар… Так, нет, судя по всему, отец отказался от трона. Я уже отомстила?

– Идём к реке, – вдруг решил Иден и вновь стремительно присел передо мной.

Я не успел ничего возразить, он бережно подхватил меня на руки и понёс к воде.

– Зачем? Не понимаю.

– Вода – источник твоих сил. Возможно, ты сможешь восстановить свою память.

– Но я не прошла инициа…

Точно, он же говорил, мне двадцать три, а ведьмы проходят инициацию стихиями ровно в двадцать на день своего рождения. Значит, если он не врёт, я – инициированная ведьма? Моя мечта сбылась?

Иден отнёс меня к берегу и посадил на камень у самой воды, осторожно поддерживая под лопатки.

– Ты не чувствуешь реку?

– Голова болит, – пояснила я, опуская пальцы в воду, и мгновенно ощутила отклик стихии.

Сила потекла в меня, отодвигая слабость. Боль отступила. Выходит, Иден не врал? Я взмахнула рукой, и между моих пальцев сформировалось сияющее синим светом перо – моё стило. Иден дёрнулся, словно в страхе. И я впервые присмотрелась к нему без налёта слабости. Золотисто-рыжие волосы до плеч в беспорядке, на квадратной челюсти лёгкая щетина. Молодой, привлекательный, мужественный, но какой-то болезненный. Я по наитию потянулась к его лицу, чтобы проверить состояние, но он отстранился, не позволяя его коснуться.

– На тебе нет перчаток, – пояснил он.

– А… да… точно.

Об оборотнях знала только из книг, но теперь вспомнила, что они определяют истинную пару через прикосновения.

– Ты ранен? И почему так одет? – уточнила, указав на простую рубашку и брюки.

Другой мужской одежды вокруг не наблюдалось.

– Это тоже долгая история. Я обратился и сорвался к тебе из дворца, чтобы предупредить об опасности. Наёмница шла за тобой, – он указал на бессознательную женщину. – Но я не успел предотвратить нападение, лишь сумел прыгнуть за тобой, когда ты упала в реку, и вытянуть тебя на берег.

Он провёл ладонью по моему плечу. В очередной раз. И от этого прикосновения грудь вновь кольнуло болью.

Иден так говорил со мной, так смотрел, будто мы знакомы, будто даже больше, чем знакомы.

– Мы… что нас связывает? – спросила я, ощущая, как дрожит голос.

Сейчас помнила себя лишь семнадцатилетней, потому для меня проходило первое столь тесное общение с посторонним мужчиной. По меркам Акрии мы и вовсе были почти раздеты. Но вряд ли это важно.

– Сложно объяснить, а ты и так с трудом мне веришь. Просто знай, что я погибну за тебя, Виолет. Защищу любой ценой. Хорошо? – произнёс так твёрдо и убеждённо, что не возникло ни толики сомнений в его искренности.

– Хорошо, – сипло отозвалась я, положив руку на грудь.

Сердце сжималось от боли, оно рвалось к Идену, требовало коснуться, поддаться странным желаниям. И я вновь потянулась к его лицу.

– Виолет, – прохрипел он, перехватывая мою руку за запястье, – сжалься, я и так с трудом себя удерживаю от прикосновения.

– Почему?

– Потому что мы истинная пара, – с тяжким вздохом признался он. – Но ты отказалась от меня. И если решишь вновь меня принять, то должна сделать это… взрослой, – усмехнулся, внезапно задорно подмигнув.

– Почему я от тебя отказалась?

Ко мне вновь вернулись подозрения и страхи.

– Тебе назвать повод или главную причину твоего поступка?

– Теперь не уверена, что хочу слышать, – ответила, отводя взгляд.

Уж очень пытливо Иден смотрел в мои глаза, и уж слишком сильно меня тянуло к нему. Может, это приворот? Предположим, потеря памяти имеет место, но я по-прежнему не уверена, что не стала жертвой спектакля. Меня могли опоить и теперь убеждают в том, что кому-то удобно. Либо здесь и вовсе лишь личные цели. Иден не желает отпускать отказавшуюся от него истинную.

Но почему тогда так больно в груди? Почему он кажется таким близким?

– В пяти километрах крепость клана оборотней. Там нам окажут помощь. И оттуда мы сможем связаться с королём Аделмаром и с твоей сестрой Валери. Но придётся ехать верхом.

– Я не вижу здесь лошадей, – возразила удивлённо.

– Верхом на мне.

– Ты – лошадь?

– Лев, – рассмеялся он, но как-то надсадно, болезненно.

Ему же явно плохо. Он будто ранен.

– Ты выдержишь? – я вновь потянулась к нему, на этот раз в стремлении коснуться груди.

Но Иден снова не позволил.

– Конечно, – уверенно улыбнулся он. – Я сделаю всё, чтобы доставить тебя в безопасное место.

Сердце вновь задрожало, на этот раз в замешательстве. Почему я отказалась от столь верного мне мужчины? В чём причина? Нет, здесь наверняка что-то не так.

– Иден, так почему я от тебя отказалась?

– Потому что ты меня любишь, Кувшинка, – подмигнул он мне, вводя в ещё большее замешательство.

Иден отступил от меня и обратился золотистым львом размером с лошадь. И несмотря на слабость, я не смогла удержаться и погладила густую гриву. Янтарные глаза зверя глянули на меня насмешливо, чем нереально смутили. Я фыркнула и отвернулась, но потом пришлось поработать, чтобы погрузить бессознательную наёмницу на спину льва и забраться само́й. Хорошо хоть Иден мог колдовать даже в таком состоянии. Я распласталась на его мощном теле, обняла его шею руками, и меня обвила магическая удавка, не давая упасть.

Кажется, я вновь потеряла сознание от слабости, потому что почти не отметила путь. А очнулась, когда услышала голоса и топот копыт. Наравне с моим львом скакали неизвестные мужчины, тоже рослые с золотистыми волосами и янтарными глазами. Видимо, оборотни-львы.

– Мы можем снять вас, – предложил один из мужчин, когда заметил, что я открыла глаза.

– Нет, я в порядке, – отозвалась, крепче сжимая пальцы на гриве Идена.

Ему-то не доверяла, а незнакомцы и вовсе пугали.

К счастью, перед нами поднялись высокие стены крепости. Вскоре мы миновали ворота, и здесь всё же пришлось позволить мужчинам помочь мне слезть со льва. Иден сразу же обратился, болезненно припал на колено и прижал руку к боку.

– Так и знала, что ты ранен, – возмутилась я.

– Я в порядке, – он тускло улыбнулся мне из-за плеча и поднялся. – Девушку в чёрном запереть. Она наёмница. Моей спутнице нужна срочная помощь лекаря. И свяжитесь с королём, передайте, что мы живы и добрались до крепости.

Вокруг меня засуетились, но Иден не позволил никому меня касаться, сам поднял на руки и понёс в здание. В его объятиях было спокойно, поэтому я в очередной раз задалась вопросом о причинах разрыва истинной связи с ним. Может, королеве не подходит оборотень? Если я действительно королева.

– Это гостевые покои. Они будут полностью в твоём распоряжении, – сообщил он, внося меня в небольшую гостиную с камином.

Мебель выглядела добротно, на полу лежали шкуры. Через узкие бойницы-окошки входил свет солнца.

Иден отнёс меня в спальню и здесь бережно положил на кровать. А стоило ему отойти, как рядом появился другой незнакомец.

– Я лекарь Лейф, – представился суровый на вид мужчина с добрыми глазами. – Позвольте осмотреть вас…

– Просто Ви, – вместо меня ответил Иден.

– Нет, – мотнула я головой. – Меня может осматривать только женщина.

– Я лекарь, – с нажимом повторил мужчина.

– А она акрийка, – в том же тоне ответил Иден. – В крепости нет женщин лекарей?

– Ульри и Хельма уехали принимать роды, – недовольно поджал он губы.

– Я позову маму, она поможет, – решил Иден. – Ты не против, Ви, если я отойду?

– Ты и сам еле стоишь на ногах, Иден, – недовольно отметил Лейф. – Садись рядом. Я проведу магическую проверку и сам позову Бринхилд.

На том и решили. Лейф проявил уважение к моему неприятию, не позволил себе прикосновения даже к одежде, лишь направил в мою грудь несколько заклинаний, расспросил о состоянии, напоил водой, подал тазик для умывания и потом выдал мне баночки с успокоительным и восстанавливающим настоями. После чего те же манипуляции провёл с Иденом.

– Что с ним? – спросила я.

– Ранен. Похоже, мечом, – проворчал лекарь. – И рана не заживёт.

– Почему? – встревожилась я. – Из-за яда?

– Потеря истинной хуже яда, – вздохнул он тоскливо, двинувшись в сторону выхода. – Схожу за Бринхилд.

И он ушёл, оставляя нас с Иденом в напряжённом молчании.

– Почему ты не сказал, что умираешь из-за разрыва связи?

– Не хотел давить на тебя.

– Поэтому мне тоже больно? – я коснулась груди, а Иден возбуждённо развернулся ко мне.

Янтарные глаза впервые запылали, в них поселилась надежда, но снова погасла.

– Видимо, связь между нами успела начать закрепляться, – он прищурился, приглядываясь ко мне. – Да, твоя аура повреждена. Но ты ведьма, сможешь поправить.

– Почему я отказалась от тебя, Иден? – сердито повторила недавний вопрос. – Скажи прямо.

– Ты ищешь короля, а не любовь, – передёрнул он плечами.

– Я точно люблю тебя? – прошелестела, ощущая, как снова болезненно сжимается сердце.

– Просто обожаешь, – задорно усмехнулся Иден.

После громкого стука двери распахнулись, и в помещение влетел мужчина с длинными золотисто-рыжими волосами. Венец на голове, золото и дорогие ткани в оформлении одеяния подсказывали, что он не просто обитатель крепости.

– Королева Виолет, – он стремительно приблизился к кровати и присел на одно колено передо мной, – мне бесконечно жаль. Это моя вина, мне не удалось обеспечивать вашу безопасность.

– Да, возможно, – протянула я, взглянув в поисках поддержки на Идена.

– Аделмар, Виолет ударилась головой и частично лишилась памяти. Ей нужно время на восстановление, – произнёс он осторожно.

– Так это король? – догадалась я.

– Да, я король Аделмар, – он обречённо прикрыл глаза на миг. – Вам обеспечат лучших лекарей и охрану, королева. Отдыхайте, приходите в себя. Возможно, будут пожелания?

– Виолет не уверена в нас. Она бы с большей уверенностью нам поверила, если бы смогла пообщаться с сестрой, – предложил Иден.

– Да, я свяжусь с императрицей, – спохватился король, поднимаясь с колен.

Если это правда, и я королева, он наверняка опасается возможных последствий для своей страны.

– Императрица сама связывается со мной, – усмехнулся король, протягивая мне артефакт связи.

Я приняла его и ответила на вызов. И передо мной проявилась проекция лица моей сестры-близнеца. На миг показалось, что я смотрю в зеркало на свою повзрослевшую версию.

– Не пугайся, Виолет, ты недолго проведёшь в таком состоянии, скоро память восстановится.

– Т-ты откуда знаешь? – подозрительно прищурилась я.

– Я провидица, как наша бабка, – пожала она плечами.

– Хорошо, – медленно кивнула я и поморщилась от прострелившей висок боли. – А предвидеть моё падение в реку ты не могла?

– Мой дар работает избирательно, – развела она руками в стороны. – Отдыхай, Виолет, и ничего не бойся. Моё предсказание тебе сбудется.

– Какое предсказание? – переспросила я, но сестра прервала вызов. – И как это понимать? – проворчала.

– Думаю, вы разберётесь, когда память восстановится, – миролюбиво ответил король, забирая у меня артефакт. – Отдыхайте. Я пошлю к вам лекаря. А ты, Иден, идём. Выглядишь ужасно.

– И я тебе рад, – усмехнулся тот в ответ, с его помощью поднимаясь с кровати.

Аделмар перекинул руку Идена через свои плечи и потянул его прочь из комнаты. И вскоре я осталась одна. Совершенно растерянная, но немного успокоившаяся. Внутреннее чутьё подсказывало, что я в безопасности. Но даже если я ошибаюсь, и это всё обман, то стоит отдохнуть перед возможной борьбой. Впрочем, стоило поддаться успокаивающему отвару и прикрыть глаза, как дверь распахнулась. В комнату влетел новый незнакомец: мужчина с длинными вьющимися чёрными волосами и голубыми глазами. Он был хорош собой и выглядел представительно, несмотря на дорожную одежду.

– О, Виолет, как я рад, что ты в порядке, – он стремительно пересёк комнату, присел на кровать возле меня и крепко сжал мою руку. – Я волновался. Как ты?

– Жива, – отозвалась, присматриваясь к его лицу, но не ощутила ни одного проблеска воспоминаний.

Интересно, что и этот мужчина общался со мной так, будто мы близки.

– Представляешь, мне явился олень, – заявил он, окончательно ввергая меня в растерянность. – Я отправился за ним и увидел вас с Иденом на мосту. Он был так истощён. И следом этот взрыв. Иден без сомнений бросился за тобой в реку. Выходит, вытащил тебя и привёз сюда. А он ведь ранен. Думаю, дух привёл меня, чтобы я увидел, как Иден тебя любит.

– Он спас меня. А ты…

– Я? А что я? – горько усмехнулся я. – Прости, Виолет, я не смогу.

– Что…

– Не перебивай, – попросил он, вытянув руку. – Мне казалось, я хочу быть королём. Это ведь так почётно, даже невероятно для младшего сына рода. Да и как отказаться? Отец и мать настаивают, и ты такая прекрасная, манящая, игривая, уверенная в себе. Я думал, смогу следовать за тобой, подчиняться во всём. Но нет, не могу. Я вижу, как стремятся к тебе Иден и Слоан, как ты важна для них, во мне нет той же горячности стремлений, но как отпустить тебя на смерть? Призна́юсь, я восхищён их отвагой и благородством. Ещё и потому не могу, Виолет, не могу подписать им смертный приговор. Прости, я говорю сумбурно, – вздохнул расстроенно.

– Да, ничего не понимаю, – подтвердила я.

Ещё и Слоан? Сколько у меня мужчин?!

– Я не смогу стать твоим королём, Виолет, – он крепче стиснул мою руку и нагнулся, чтобы оставить на тыльной стороне моей ладони поцелуй. – Надеюсь, ты примешь и простишь, – прошелестел он и подскочил с места.

– Подожди, – позвала я. – Объясни конкретнее.

– Прости, – выдохнул он и так же стремительно, как появился, унёсся прочь.

Судя по всему, меня бросил мужчина. Понять бы, насколько это важно и катастрофично.

Некоторое время я лежала, хлопая глазами в недоумении, но усталость и настои лекаря взяли своё, меня сморил сон. А проснулась я от ощущения чужого взгляда. Осторожно приоткрыла веки и обнаружила сидящего рядом на кровати Идена.

– Что ты здесь делаешь? – пролепетала я, пытаясь проморгаться после сна.

Солнце скрылось, в комнате царила вечерняя полутьма.

– Прости, – вздохнул он. – Мне тяжело вдали от тебя.

– Что-то мужчины постоянно передо мной извиняются, – фыркнула я. – Тоже выдашь страстную речь и унесёшься прочь?

– Вилену не успели сказать, что ты лишилась памяти, – коротко усмехнулся Иден.

– А, так его зовут Вилен, – кивнула я. – И кто он для меня?

– Ты планировала на нём жениться, – хмыкнул он.

– Может, выйти замуж?

– Нет, я верно выразился, – оскалился он, и я приоткрыла рот от возмущения.

На что он намекает?

– Дорогой, я здесь, – раздался бойкий женский голос, и в дверях появилась рыжеволосая женщина лет сорока со стопкой одежды в руках. – Королева, вы очнулись? Я могу войти?

– Знакомься, это моя мама Бринхилд, – проворчал Иден, стреляя в неё сердитыми взглядами.

– Рада знакомству, Бринхилд. Входите, – разрешила я.

– Пока вы не спите, я обработаю ваши раны и помогу переодеться, – женщина приблизилась.

– Нет, – категорично ответила я.

– Что? – удивилась она.

– Я переоденусь сама, без посторонних. Вы обработаете только те раны, что на лице, руках и ногах.

– Ты ещё слаба, – возразил недовольно Иден. – При женщине можно раздеться даже акрийке.

– Я не раздеваюсь при посторонних, – отрезала упрямо. – Если не смогу встать, останусь в этой одежде. Она сухая.

– Значит, тебя раздену я, – махнул он рукой, внезапно широко улыбнувшись. – Выбирай. Либо я, либо моя мама.

– А ты… ты видел меня обнажённой? – ахнула я от возмущения.

– Очень близко, – заверил он меня.

Моё лицо наверняка покраснело от смущения.

– Ты… это правда?

Я на самом деле смогла разделить ложе с мужчиной, не мужем и суметь показать ему своё тело? Верилось с трудом.

– Да, – кивнул он, продолжая лучезарно улыбаться.

– Я переоденусь сама. Оставьте меня, пожалуйста, – попросила сипло, отворачиваясь от него, и коснулась пальцем горящей щеки.

– Ох, королева, я же тоже женщина, – Бринхилд присела передо мной на колено, чтобы заглянуть в глаза. – Нечего меня смущаться. Я столько ран обработала, как мужчин, так и женщин. И мыться помогала, и по нужде водила. Что вас так смущает?

– Я… я не привыкла с посторонними, – соврала, до боли прикусывая нижнюю губу. – Выйдите. Я справлюсь.

– Хорошо. Мама, идём, – Иден тяжело поднялся с кровати, и Бринхилд сразу нырнула под его руку.

Они двинулись прочь из комнаты и вскоре оставили меня одну.

– Что же теперь с тобой будет, сынок? – услышала встревоженный вопрос Бринхилд, прежде чем за ними закрылась дверь.

Мне бы тоже хотелось услышать ответ. Но нельзя поддаваться жалости. Если я пошла на разрыв истинной связи, значит, у меня были причины. Быстрее бы память вернулась.

Раз осталась одна, принялась стягивать с себя одежду. Рубашку расстегнула легко, а вот со штанами справилась с трудом. Пришлось сесть, чтобы сбросить одежду. Но это было опрометчивым решением. Рука соскользнула с края кровати, и я повалилась на пол.

– Вот так и знала, – послышался от входа возмущённый голос Бринхилд.

Она моментально подбежала ко мне, с удивительной для женщины силой подняла меня с пола и посадила на кровать.

– Не надо, – я сжалась под её строгим взглядом.

– Ох, детонька, что же ты там прячешь? – она прищурилась, разглядывая моё плечо. – Шрамы?

– Это не ваше дело, – сердито прошипела я. – Выйдите!

– Я пришла помочь и помогу, – покачала она головой. – Хоть и злюсь на тебя из-за сына. Ты обрекла его на смерть.

– Уверена, не без причин, – ответила понизившимся от внезапного чувства вины голосом.

Нельзя беспокоиться о других, но я не могла справиться со своими чувствами.

– Он сказал так же, – она присела рядом и начала снимать с меня рубашку. – Не прячь шрамы, девочка, а носи с гордостью. Они показывают твою силу.

– Они уродливы и показывают, что я слаба.

– Шрамы зажили, а ты жива и стала королевой. Так где здесь слабость? – фыркнула она, а янтарную радужку пересёк вытянувшийся в прямую линию зрачок. – Не стыдись их. Ну хотя бы передо мной, а то как я тебя помою? – и подмигнула мне.

Совсем как Иден… И от этой мысли голову пронзило воспоминанием.

«Налюбовался? – я посмотрела на Идена из-за плеча. Он замер в проходе гардеробной, а на мне только бельё и пеньюар. – Это тоже акт благотворительности».

«Ты прекрасна, моя ведьма», – ответил он, прежде чем отвернуться.

Он не видел меня без одежды, но соврал, чтобы увидеть! Ещё и заявил, что я его люблю! Вот же наглый котяра!

– А знаете, пусть Иден этим займётся, – прошипела я.

– Вы вспомнили? – догадалась она.

– Разве? – оскалилась я.

– Сейчас позову сына, – она свела полы рубашки на моей груди и бодро рванула на выход.

Видимо, чтобы я не передумала. И не зря, моя злость почти рассеялась, когда в дверях спальни показался бледный, но воодушевлённый Иден.

– Разденешь меня и обмоешь, – сообщила ему строго. – Я не смогу раздеться при постороннем, но раз ты уже видел меня… Или не видел?

– Видел, – улыбнулся он.

Вот же засранец! Решил воспользоваться моим состоянием!

– Тогда неси меня в купальню, – я протянула к нему руку, и он почти мгновенно достиг кровати.

К моему удивлению, на нём были перчатки. Это зачем он их надевал? Чтобы трогать меня, пока я сплю? Извращенец!

– Как прикажешь, моя ведьма, – он нагнулся, аккуратно поднял меня на руки и двинулся в сторону купальни.

Горячее дыхание коснулось вспыхнувшей щеки. Злость совершенно забылась, сменяясь растерянностью. И что я вообще творю?!

Иден внёс меня в купальню и посадил на банкетку.

– Не упадёшь? – спросил, заглядывая в мои глаза.

Янтарный взгляд пылал надеждой, твёрдые губы подрагивали в нервной улыбке. Он что, правда собирается меня раздевать? И не остановится? А я… остановлюсь?

– Смогу, – прошелестела я.

Иден поднялся, прошёл к ванне, включил набираться воду и вернулся ко мне. И снова сел передо мной на колено. Его подрагивающие пальцы скользнули по моей шее, отодвигая ткань рубашки. Стоило плечам обнажиться, как меня объял ужас. Голова закружилась.

И что я вообще делаю?

– Не надо, – я прикрыла глаза, пытаясь пережить момент слабости. – Уйди.

– Кто это сделал? – он провёл пальцем в перчатке по моим плечам.

– Отец. Может, что-то осталось и от Жаклис.

– Мне жаль.

– Уйди, – повторила я.

– О нет, моя ведьма. Ты слаба и не можешь мне сопротивляться. Я намерен воспользоваться твоей беспомощностью, – заявил она так задорно, что я распахнула глаза, присматриваясь к его лучезарному лицу.

– Ты не посмеешь! – я просто задохнулась от возмущения.

Видела, что он больше шутит и не станет насиловать, но и понимала, он не уйдёт. Хотела его подразнить и проучить, а в итоге заперлась в клетке с наглым львом. Явно думала не головой.

– Считаешь? – он сомкнул руки на моём лифе и просто рванул их в стороны.

Послышался треск ткани. Я вскрикнула от неожиданности, попыталась прикрыться, но кто бы мне позволил? Иден отвёл мои руки в стороны и без зазрения совести заскользил жадным взглядом по обнажившимся грудям. Я вырвала руку и замахнулась, чтобы ударить, но Иден сжал моё запястье, не позволяя кулаку достигнуть цели.

– На тебе нет перчаток, Кувшинка, – напомнил он с дерзкой улыбкой на губах. – Или ты решила меня вернуть?

– Выйди… – прорычала я яростно в его лицо. – И больше не приходи!

Мой крик ударился о стены и растворился в журчании воды. Горящий лишь мгновение назад янтарный взгляд потух.

– Ты ведь вспомнила? – прохрипел он.

– Да…

– И прогоняешь меня? Этого ты хочешь?

– Да, – произнесла твёрдо, хотя мыслями владело замешательство, а сердце болело.

– Хорошо, – Иден отпустил меня и неловко поднялся на ноги. – Я отправлю маму.

– Где Ирма?

– Её ударило камнем при взрыве, она во дворце, восстанавливается.

– Тогда никого не надо, – опомнившись, я свела полы рубашки, скрывая грудь, и отвернулась. – Уходи.

– Как скажешь, – произнёс он словно через силу и нетвёрдой походкой двинулся прочь.

Дверь закрылась за ним. А я так и сидела, глядя в сторону, пока взгляд не застлала влажная пелена.

– Да что такое? – всхлипнула гневно, когда по щекам побежали слёзы, и ударила ладонью по банкетке. – И пусть!

Сердито стирая солёные дорожки с щёк, я поднялась и кое-как доковыляла до ванны. В воду просто плюхнулась. Но в родной стихии стало легче. Тепло охватило с ног до головы, по коже побежали щекотные пузырьки. Раны заживали, боль от ушибов исчезала, но сердце продолжало ныть, а душа рваться за наглым оборотнем.

В контакте с родной стихией стало легче. Я спокойно выбралась из ванны, стащила с себя мокрую одежду и подошла к зеркалу. Лицо осунувшееся, бледное, на виске заживает гематома. Повезло, что я выжила после такого падения. Впрочем, в этом заслуга Идена, а не везения. В моей руке появилось стило, я собиралась было создать сигмы для восстановления иллюзии на спине, но в последний момент остановилась.

«Шрамы зажили, а ты жива и стала королевой. Так где здесь слабость?», – вспомнились слова Бринхилд.

Слабость во мне, в моём сердце. Вспомнив себя семнадцатилетней, я признаю́, что внутренне так и не избавилась от вбитого в меня состояния неполноценности. Мой статус высок, мне позволено то, что недоступно другим. И я всё равно не могу пересилить себя в том, в чём убеждал меня отец. Он говорил, я недостойная, грязная изнутри из-за своего происхождения, потенциально порочная, лживая, слабая. Я прячу не шрамы на теле, а в душе, и не в состоянии открыть их даже перед самыми близкими. Ведь боюсь того, что отец был прав.

Закутавшись в полотенце, я покинула купальню. Здесь на стуле у кровати ожидала Бринхилд. Сразу захотелось прикрыться, сбежать, быстрее создать иллюзию. Но маги видят даже через пологи ведьм, это лишь вуаль от суровой правды.

– Я сказала Идену, что справлюсь сама. Или пришли меня отчитать?

– Как я могу отчитывать королеву? – покачала она головой грустно. – Я обещала помочь, обработать раны.

– Видимо, Иден такой упрямый в вас, – я прошла к кровати и присела на её край напротив женщины.

– О, мой муж ещё упрямее, – подмигнула она, но как-то невесело. – Мы здесь, Иден в беде, а где он? Охраняет границы, конечно же. Уверен, сын справится без нас.

– Без вас – да. Без меня – вряд ли. Я намерена отвезти Идена к моей сестре Валери. Хочу, чтобы она посмотрела в его будущее. Уверена, он встретит своё счастье, но не со мной.

– Связь закреплена, он не в состоянии отказаться от тебя… от вас, – поморщилась она. – Простите, королева. Мой сын играл и охотился с будущим королём и принцем, поэтому…

– Понимаю, – я протянула ей руку, позволяя приступить к обработке ран. – А где Слоан? Вилен заходил, почему волк не пришёл?

Судя по всему, в отборе остался только он, пора обрадовать его победой.

– Слоан уехал, – Бринхилд встревоженно нахмурила брови.

– Он тоже отказался от борьбы? – удивилась я. – Почему? Из-за Идена?

– Не знаю. Аделмар сказал, с ним связалась ведьма.

– Валери… – я прикрыла глаза, мысленно обругав сестру.

Она плетёт свои любовные интриги, а мы утопаем в сомнениях. Лучше бы она сосредоточилась на спасении мира вместо устройства моего брака!

– Ещё вчера у меня было три претендента на роль короля Акрии, а сегодня нет ни одного. И это всего за несколько часов, когда я выпустила ситуацию из рук, – отметила иронично. – Боюсь представить, что бы произошло, если бы проспала подольше. Возможно, ваш сын убедил бы меня в любви к нему.

– Убедить в любви невозможно, королева, – понимающе улыбнулась она.

– Расскажете мне про Идена?

– А что про него говорить? Сорванец и упрямец, с детства ничего не изменилось, – рассмеялась она.

– Да, я заметила.

Бринхилд обработала мои ушибы заживляющей мазью, отправила в меня регенерирующее заклинание и помогла одеться. Далее мне следовало бы отдыхать, да только сон не шёл, потому я укуталась в халат и покинула покои. В коридоре дежурили пятеро стражников.

– Отведите меня к Идену, – приказала я, прежде чем они справились с недоумением и задали вопросы.

– Может, его привести, чтобы вы не ходили в таком состоянии, королева Виолет? – робко предложил один из оборотней.

– Нет. Ведите.

Я запретила ему приходить ко мне и пока не собираюсь менять своё решение.