Глава 9

/Иден/

Голова кружилась, сознание медленно обволакивала пелена слабости. Виолет опустилась на пол. Голубые глаза закрылись. И так хотелось лечь рядом с ней, позволить слабости взять верх. Но краем глаза я уловил движение сбоку. Тёмная фигура протиснулась в узкое окно и спрыгнула на пол. Страх за истинную отодвинул слабость, заставил подобраться.

– Виолет, не теряй сознание, – прорычал я, направляя потоки ветра, чтобы отвести пары дурмана.

Убийца двинулась к нам. Судя по фигуре, это была женщина, только какая-то угловатая, вся перекошенная. От неё пахло гноем, гнилью, смертью и ни одной эмоцией. Она припадала на левую ногу, но упрямо шла вперёд, подняв над головой обращённую лезвием руку. Пошатываясь от слабости, я медленно встал с пола, намереваясь защитить Виолет даже ценой жизни. Меня вело, но концентрация дурмана уменьшилась, стало легче дышать.

– Не подходи… – прошипела Виолет.

Она приподнялась с пола и протянула руку к убийце. И женщина остановилась, не в состоянии пошевелиться.

Передо мной соткался астральный свиток, я приготовился спеленать обездвиженную убийцу.

– Иден, в ней что-то странное… Прибор… – прошелестела Виолет, припадая на локоть от слабости. – Он начал работать…

– Прибор?!

Мысли понеслись в неистовстве. Это могло быть что угодно, но в первую очередь я подумал на бомбу, потому взмахнул рукой, соединяя разрозненные потоки ветра, и направил их против врага. Женщина вскрикнула, когда извивающаяся словно змея ветряная воронка ударила её в грудь, пронесла через всю комнату и впечатала в стену. Окна-бойницы были слишком узкими, чтобы выбросить её прочь. Потому следом я метнулся к Виолет, закрыл её спиной от возможной опасности и окружил нас защитным куполом. Грянул грохот. На защиту налетела взрывная волна и осколки стекла. Я оказался прав, в теле убийцы находилась бомба.

– Королева? Иден? – в помещение ворвалась встревоженная охрана.

– Потушите пожар и выведите из помещения дым, – приказал я, продолжая удерживать вокруг нас купол. – Ты как, Виолет?

Мягко отстранив девушку за плечи, я направил в её грудь заклинание диагностики. К счастью, то вернулось с обнадёживающей информацией. Это действительно был только дурман, а не яд.

– В порядке, – тускло улыбнулась она, водя рукой по моей груди.

Кажется, пока я проверял её, она оценивала моё состояние.

– Это была не Жоржина, – сообщила она. – Что-то не совсем живое и словно собранное из разных частей. Похоже, создатель Жоржины после потери своей слуги собрал себе ещё одну.

– Судя по всему, – согласился я. – Он понимал, что столь несовершенное создание сможет разве что преодолеть защиту, потому вшил в её тело бомбу. Но ты говоришь, прибор активировали не сразу?

– Да, он был неактивен, – подтвердила Виолет задумчиво. – Возможно, хозяин Жоржины находился рядом для активации.

– Нужно проверить, – подхватив Виолет на руки, я поднялся с пола.

Слабость ещё довлела над телом, но усиленная регенерация работала, мне становилось лучше с каждым мгновением.

– Что ты задумал? – встревожилась Виолет.

– Отнесу тебя к Аделмару и организую проверку периметра.

– Ты же не отправишься с ними, Иден? – она порывисто схватилась за мои плечи и встревоженно заглянула мне в глаза.

– Он дважды покушался на твою жизнь, я обязан отыскать его.

Хотелось бы и убить за содеянное, но нужно выяснить, кто желает Виолет смерти.

– Иден, нет. Я запрещаю, – сердито заявила она.

– Я не твой подданный, Кувшинка, – напомнил ей, на миг припадая к сердито поджатым губам в поцелуе. – Я твой возлюбленный и самый верный союзник.

Лицо её расслабилось, голубые глаза наполнились слезами. Страх и радость в ней смешались в кисловато-сладкий коктейль.

– Мне страшно за тебя, – призналась она.

– Я обязательно вернусь к тебе, любимая, – заверил её.

Аделмар сам спешил к нам в окружении охраны, чтобы выяснить подробности.

– Какое счастье, что вы целы, – произнёс он с облегчением. – Что произошло?

– К нам послали гладио-бомбу, – пояснил я, вручая ему Виолет. Она охнула от неожиданности, он усмехнулся, но не растерялся, аккуратно подхватил девушку на руки. – Скорее всего, активацию бомбы проводили рядом, я выведу отряд, попробуем его выследить.

– Удачной охоты, – ухмыльнулся он.

– Будь осторожен, – попросила Виолет.

– Буду, – заверил её.

Я спустился во внутренний двор, собрал команду. Мы обратились и покинули крепость.

Снег вылетал из-под лап, пока я нёсся по осеннему лесу. В воздухе кружили снежные искры. Обоняние выхватывало парящие вокруг запахи. И я рыскал, выискивая необычный, напитанный гнилью могил и смрадом гниения.

Прошло не меньше часа, а крепость осталась в десятке километров позади, когда нюх уловил последок неприятного запаха. Я понёсся по следу словно ищейка, и вскоре до слуха донеслось сиплое дыхание и кислый аромат страха. Мой враг находился впереди, он боялся, спешил сбежать, но мы оба знали, что ему теперь не скрыться. Несколько львов неслись параллельно со мной на некотором расстоянии, ещё один принялся обходить врага по дуге. И вот когда впереди показался бегущий сквозь лес мужчина, надо мной пролетела тонкая фигура. Я рыкнул, попытался ускориться, но Жоржина неслась быстрее любого живого существа. Она оббежала своего хозяина и заступила ему дорогу. Он со вскриком налетел на её грудь и нелепо повалился на спину.

– Я вас нашла, хозяин, – сообщила она.

Рука её оставалась на перевязи. Одежда испачкалась, волосы будто подпалило пламенем, на щеке и лбу алели ожоги. Что же с ней случилось?

– Жоржина! Вот и ты, дрянь! – прокричал мужчина. – Немедленно убей моих врагов!

Я резко остановился и обратился. Передо мной соткался астральный свиток и зашелестел, выстраивая цепочки плетений.

– Вы оставили мне бомбу в доме, куда вызвали, – сообщила Жоржина, согнувшись, словно от боли.

Видимо, была обязана сразу подчиниться приказу.

– Убей моих врагов! Немедленно! – закричал мужчина, брызжа слюной от гнева. Он оказался неказистым темноволосым мужчиной лет пятидесяти. – Ты обязана мне подчиняться!

– Обязана, – кивнула она, выпрямляясь.

Лазурный взгляд гладио затуманился, её здоровая рука обратилась лезвием меча. Я подобрался, готовый к атаке. Сопровождающие меня воины тоже обратились, намереваясь принять возможный бой. Вот только я не хотел вредить Жоржине, она действительно была лишь жертвой жестокого человека.

– Убей их! – прокричал мужчина истерично.

– Не атаковать! – одновременно с ним прокричал я, когда ощутил прошедший от Жоржины аромат упрямства.

– Вы плохой человек, хозяин! – отчаянно взвизгнула она и просто прыгнула на него, припечатывая его к земле и вжимая груди в его лицо.

Видимо, была способна лишь на такое сопротивление.

Пользуясь заминкой, я развеял плетения и подбежал к ним. Выхватил меч и опустил эфес на макушку мычащего мужчины. Он обмяк под девушкой. А Жоржина сжалась, закрыла лицо руками и заплакала.

– Мне плохо. Плохо. Мне нельзя вредить хозяину, – запричитала она. – Я плохая… Плохая…

– Нет, Жоржина, ты хороший человек. Потерпи, скоро станет легче, – я подступил к ней и создал заклинание сна. – Когда ты проснёшься, будешь свободна.

Она улыбнулась сквозь слёзы и прикрыла глаза, позволяя мне использовать заклинание. От неё веяло ужасом и отчаянной надеждой. Я направил в неё усыпление, и девушка обмякла. Оставалось доставить обоих к Виолет. И вернуться к своей ведьме.

/Виолет/

– Не молчи, Виолет, – Иден трепетно растёр мои плечи руками. – Расскажи мне, что у тебя на душе.

– Паршиво у меня на душе, – отозвалась я тусклым голосом.

Охота Идена прошла удачно, он принёс в крепость бессознательного экспериментатора и Жоржину. Как оказалось, в убежище, куда она отправилась, девушку ждала бомба. Жоржине удалось избежать смерти, и тогда она ринулась на поиски предавшего её хозяина. Она сразилась за себя и получила свободу. Я оборвала связь шевалье и намеревалась увести Жоржину в Акрию, чтобы она могла начать новую жизнь.

Но прошёл и допрос её хозяина. Как выяснилось, он был траданцем, застрявшим из-за закрытия границ в Акрии. Там он обманул молодую ведьму, с её помощью изучил искусство сигм и убил её, чтобы на основе её тела создать невероятное гладио-шевалье. Бедная девушка стала его слугой и безотказной любовницей. С помощью неё он принялся зарабатывать на жизнь заказами на кражи и убийства. Так на него и вышел… мой отец.

Злобный экспериментатор прибыл в Клоуфаст с двойным заданием. Ему надлежало уронить подозрения на короля, следом убить меня, якобы при случайной путанице вместо одного из участников отбора. Так бы отец избавился от нелюбимой дочери и свалил бы вину на Клоуфаст. И у них бы вышло, использование сигм позволяло обходить защиту дворца и крепости. Но Жоржина пожелала свободы и расстроила планы моих врагов. Вот только это знание не радовало, ведь родной отец пожелал мне смерти. Не скажу, что испытывала к нему любовь или привязанность, но ведь он растил меня, неужели, в нём не осталось хотя бы капли чести?

– Он тебе не отец, Виолет, – неожиданно жёстко произнёс Иден, и я удивлённо подняла взгляд к его посуровевшему лицу. – Не смей называть этого монстра своим отцом. Он ломал тебя всю твою жизнь, следом попытался убить. Теперь он только враг и никто больше. Я буду настаивать на суде и казни.

Дрожь пробежала по моему телу. Мысли спутались. Иден не позволил мне отвести взгляд, крепко сжал пальцами мой подбородок.

– Я возьму это дело на себя. Позволь мне освободить тебя от главного врага твоей жизни.

– Хорошо, – кивнула я, ощущая, как на душу накатывает облегчением.

Иден прав, пора перестать называть этого человека отцом и признать, что он является угрозой не столько для моего правления, сколько для моей жизни и жизней дорогих мне существ. Сама я не смогу и, более того, не должна судить его, поэтому это бремя может взять на себя Иден. Это так странно, чувствовать, что больше не один на один со своими трудностями. Иден будет рядом со мной всегда и уйдёт вместе со мной. Страшно и одновременно так сладко.

– Рад, что ты не споришь, – с облегчением улыбнулся он, погладив пальцем мои губы.

– Ты прав, – просто ответила я. – И прав в том, что я могу позволить себе счастье. Мне страшно забрать тебя с собой, но вместе с тобой я верю, что мы выживем, – прошептала, отодвигая ворот рубашки с плеча.

Янтарные глаза расширились в неверии, но сразу же наполнились нестерпимой жаждой.

– Я никогда не подведу тебя, моя ведьма, – пообещал он сипло, стремительно привлекая меня к своей груди.

Короткий вздох и миг боли, когда острые клыки впились в кожу. Горячий язык пробежался по свежей ране, и по моему телу прошлась волнительная дрожь. Ощущения рассеялись, меня бросило в жар. Сердце забилось у горла.

– Иден… – просипела я, судорожно цепляясь за его плечи.

– Да, Кувшинка? – он отстранился, чтобы заглянуть в мои глаза. – Хочешь меня? – спросил лукаво.

– Хочу, – не стала спорить я, проведя пальцами по его щеке.

– Моя ведьма выбрала меня. Я так счастлив, Виолет, – Иден припал к моим губам в поцелуе.

Внутренности сжало сладким спазмом, и мир отдалился, оставляя меня наедине с моим львом. Мысли наполнились яростным желанием.

Продолжая целовать, Иден подхватил меня на руки и понёс к кровати. Он не торопился, будто смаковал каждый момент. И мне тоже приходилось тушить свои порывы, напоминая, что творится не просто волшебство истинности, но и наша первая ночь любви.

Иден лёг со мной на кровать и обнял. А поцелуй всё длился. Искристый, неспешный и жадный одновременно. Я дрожала в крепких объятиях и изгибалась под властью сильных рук. Страхи и опасения ушли, мы наслаждались присутствием друг друга.

Одежда медленно сползала с наших тел. Иден расстегнул пуговицы моей рубашки и опустил лиф, чтобы припасть губами к обнажившимся грудям. Я простонала, обхватывая его голову руками, и запрокинула голову. В мыслях царил хаос из радости и желания. Спазмы сжимали низ живота. Мурашки гуляли по телу, вспыхивая жаром там, где Иден меня касался. Жадные губы втягивали в рот нежную плоть, язык гладил кожу, словно стремясь вобрать в себя её вкус и запах.

– Моей ведьме нравится? – проурчал Иден, словно настоящий кот, и скользнул языком в мой пупок.

– Очень нравится, – подтвердила я, растягивая губы в шальной улыбке. – Не останавливайся.

– Я и не в состоянии остановиться, – отозвался он со смешком, принявшись расстёгивать мои брюки.

И ещё через миг они заскользили вниз, обнажая мои бёдра и ноги. Прикрыв глаза в приступе мимолётного смущения, я перевернулась на спину и с улыбкой встретила горящий взгляд приподнявшегося надо мной Идена.

– Сними рубашку, – попросила я.

– Как скажешь, Виолет, – порочно улыбнулся он и начал расстёгивать пуговицы.

Снова неторопливо, теперь дразня меня взглядом и видом обнажающейся груди. Но вот, наконец, пуговицы закончились. Иден отвёл руки в стороны, и рубашка соскользнула ему за спину, позволяя мне любоваться игрой тугих мышц под золотистой кожей с росчерками множества шрамов.

– Мне нравится, продолжай, – рассмеялась я, ведь на душе было так солнечно.

– Не представляешь, насколько нравится мне, – ухмыльнулся он, скользнув жадным взглядом по моему телу.

Иден склонился ко мне, его руки прихватили мои панталоны и потянули их вниз. Сжав на миг колени в испуге, я вновь рассмеялась и приподнялась, позволяя ему обнажить самое сокровенное. Прохладный воздух коснулся нежной кожи и пробежался мурашками по телу.

А Иден вновь склонился ко мне. Его губы прихватили вершинку груди, следом побежали по животу, на мгновение приостановились у пупка и спустились к средоточию женственности. Я вскрикнула, когда случился первый поцелуй, и протяжно застонала, стоило Идену втянуть в рот чувствительную плоть. Так началась моя пытка.

Поцелуи продолжались словно вечность, томные, глубокие, жадные, а я металась на кровати, срывая голос в криках. И когда реальность почти исчезла… Иден остановился. Я всхлипнула, отвела затуманенный взгляд в сторону и затрепетала, когда ощутила вес жёсткого тела.

– Больше не могу, Виолет, – прохрипел Иден, прижимаясь губами к моей щеке. – Ты простишь мне поспешность?

– Я не прощу тебе неспешность, – возмутилась с улыбкой и заглянула в потемневшие от желания глаза. – Иден, хочу тебя, – сообщила прямо и сама потянулась за поцелуем.

Наши губы слились в неистовстве. На языке разлился терпкий вкус моего желания. Тела сплелись в жарком объятии и в рваный толчок стали единым целым. Я вскрикнула, выгнулась под сильным телом, впиваясь ногтями в горячую кожу. Реальность вновь затрещала. Внутренности сжало спазмом. А боли не было, она потонула под потоком ощущений.

– Теперь ты моя, Виолет, – заключил Иден, на миг прерывая поцелуй.

– Это ты мой, котяра, – возразила я и вскрикнула, когда моё тело пронзил первый удар проникновения.

Глаза закатились, пальчики на ногах поджались, а Иден затих, отдаляя момент моего экстаза.

– Твой, – прохрипел он счастливо, вновь толкаясь в меня.

И так раз за разом, сменяя неистовство паузами, а стоны хриплыми признаниями. Мучительно, долго, сладко. Пока ощущения не захлестнули с головой. Мир треснул. Нас бросило за край и завертело в водовороте наслаждения.

– Моя жена Виолет. Приятно звучит, – заключил Иден позже, когда мы отдышались и обрели способность оценивать реальность. Его губы прижались к почти зажившей метке. – Что думаешь?

– Думаю, что ты задолжал мне красивое предложение, – прошептала я с улыбкой, запуская пальцы в чуть влажные рыжие волосы.

– Предложение, твоё согласие, прекрасный ужин и новая ночь с тобой. Как от такого отказаться?

– Может, взять время на размышления, чтобы повторять почаще? – предложила я весело.

– Только попробуй, – проворчал он, прикусывая кожу, и я тихо заверещала. – Ты поверишь мне, если скажу, что люблю тебя, Виолет? – и серьёзно заглянул в мои глаза.

Такой прекрасный, с горящими огнём янтарными глазами и улыбкой на припухших от моих поцелуев губах. Моё сердце замирало лишь от этого вида, а признание и вовсе приостановило его бег.

– Если будешь повторять почаще, поверю, – мурлыкнула я, потянув Идена к себе для нового поцелуя. – Но мне кажется, ты мне тоже нравишься.

– Только нравлюсь? – пророкотал притворно грозно.

– Ладно, признаю, я тоже влюбилась, – рассмеялась я, и мои губы в тот же миг запечатал ураганный поцелуй.

/Слоан/

Месяц спустя.

Снег тихо хрустел под подошвами сапог. С неба валили белоснежные хлопья. Холодало, близился вечер. Стоило устраиваться на ночлег, если хочу пережить эту ночь. А я хочу? Судя по всему, да, раз до сих пор жив, раз поверил в возможность счастья для себя.

Месяц, вот уже месяц я упрямо бреду вперёд, с тех пор как мне явился белоснежный дух оленя. Он заглянул в мои глаза, и в этот же миг ожил мой артефакт связи. Сначала я было решил, что мне звонит Виолет, но сразу понял свою ошибку. Со мной связалась императрица Валери.

«Ты ведь уже осознал, что не тебе суждено стать избранником Виолет?», – спросила она тогда вкрадчиво.

«Она расположена к Идену», – признал я сипло.

«Хорошо, что осознал. Значит, сможешь отпустить».

«Придётся. Я желаю Виолет счастья».

«Счастье ждёт и тебя. Иди на север, Слоан, так далеко, как сможешь забраться, борись с каждой тварью, что встретится тебе на пути, не сдавайся, и однажды встретишь свою судьбу», – произнесла она своё предсказание, чётко глядя в мои глаза.

Я поверил ей. Сообщил о своём решении королю, собрал вещи и отправился в путешествие. Вскоре нить связи с Виолет исчезла. Не знаю, из-за моего решения, по её воле или после формирования истинности с Иденом, но мне стало так больно, что желание идти вперёд почти пропало. Только и сдаваться я не хотел, потому устало брёл на север, хоть и не знал, куда в итоге приду.

Утробное рычание прервало вялое течение мыслей. Ко мне из-за ствола дерева выполз слайстер, порождение, похожее на помесь змеи и кошки. Тварь приподнялась на длинном сером хвосте и распахнула пасть, начинённую острыми клыками. Я тихо зарычал в ответ, призывая астральный свиток. С этим монстром нелегко справиться, но мне нельзя сдаваться. Там впереди на севере ждёт моя судьба.

Тварь бросилась ко мне, попеременно ударяя длинными когтями. Я сместился в сторону и направил в неё град пик, но она оказалась быстрее и скрылась за стволом дерева. Лишь несколько снарядов достигли цели и ударили в хвост. Да чудище лишь зашипело и смахнуло их, будто и вовсе не заметив. Но этого времени мне хватило, чтобы соткать плетения сложнее.

И когда монстр приблизился вновь, под ним из-под земли вырвались корни деревьев и принялись обвязывать чешуйчатое тело. Я отпрянул назад, чтобы избежать ударов рвущейся на свободу твари, но провалился в снег по колено. Слайстер вскинул лапу, намереваясь достать меня когтями. Миг опасности растянулся в вечность и рассеялся, когда в его голову ударила сияющая белым светом стрела. Порождение зашипело, забилось в путах. В сторону брызнули капли чёрной крови. Я сумел вырваться из снежного плена, сместиться и активировать следующее плетение. На спину монстра опустился сероватый меч, пронзая его тело насквозь.

Чудище затихло, меня же больше интересовал внезапный помощник. Из-за ствола дерева выскользнула фигура в серо-белом одеянии. Лицо неизвестного скрывала маска, но хрупкость фигуры подсказывала, что передо мной женщина.

Неужели…

– Здравствуй. Спасибо за помощь, – я чуть склонила голову, выражая благодарность.

Незнакомка кивнула в ответ и отвернулась, намеренная уйти.

– Стой, – позвал я. – Куда ты?

Но она не обернулась.

– Мне нужна помощь. Прошу, не уходи, – попросил, двинувшись к ней, и притворно припал на ногу, что провалилась в сугроб.

Незнакомка остановилась.

– Пожалуйста. Уже темно. Мне негде переночевать.

– Зачем ты так далеко забрался, раз такой беспомощный? – спросила она сухим тоном.

– Я здесь по заданию.

– Какому же?

– Ищу кое-кого, – пояснил, продолжая приближаться к ней.

– Кого же?

– Не знаю. Мне сказали идти на север.

– И кто поручил тебе такую глупость?

– Императрица Валери Грамон, – ответил честно, останавливаясь перед незнакомкой.

Вблизи она казалась очень хрупкой, несмотря на вес тёплой одежды. Сквозь просветы маски на меня в растерянности смотрели синие глаза.

– Я… помогу, – просипела она.

– Вы знакомы? – уточнил я, чуть склоняясь к девушке, чтобы лучше прочувствовать её аромат.

От неё пахло невероятно приятно: свежестью морозного утра и кислинкой клюквы.

– Императрица спасла мне жизнь когда-то, – передёрнула она плечами, тоже потянувшись ко мне, чтобы оценить мой запах. – Правда, до сих пор не знаю, к благу ли это.

– Меня зовут Слоан. Слоан из клана Чёрных Волков. Впрочем, можно считать, что я вне клана.

– Луна, – просто ответила она, потянувшись к маске, но в последний момент её пальцы задрожали, и она передумала показывать мне своё лицо. – Когда-то была в клане Белых Волков.

– Волчица, значит? – улыбнулся я. – Приятно познакомиться, Луна.

– Идём, Слоан. Можешь сегодня переночевать в моём лагере, – она отвернулась, махнула рукой и двинулась по узкой тропинке среди сугробов.

Я последовал за ней. И некоторое время мы шли в молчании.

Мысли метались в неистовстве. Могла ли эта девушка быть моей судьбой? Или она лишь рубеж на моём пути? Что она делает так далеко от городов и сёл? За что изгнана?

– Ты здесь одна?

– Да. Охраняю границы, убиваю спускающихся с гор монстров.

– Это опасно, особенно для молодой женщины.

– У меня был выбор: либо тюрьма, либо такая свобода. Я выбрала второе.

– Тюрьма? За что тебя осудили?

– Я убила бывшего императора Империи Трината Лотера Грамона и пыталась убить нынешнего императора Доминика Грамона, – она сурово глянула на меня из-за плеча. – Не обманывайся на мой счёт, Слоан, я умею за себя постоять.

– Подожди, – мотнул я головой. – Ты пыталась убить мужа императрицы Валери, и она в ответ спасла тебе жизнь? Или это произошло раньше?

– Она спасла меня от гнева Доминика, – отозвалась Луна, и в голубых глазах промелькнула боль.

– Ты говоришь об императоре, словно вы хорошо знакомы.

– Мы были друзьями когда-то, – усмехнулась она горько.

– Луна, сними маску, – попросил я. – Зачем ты скрываешь лицо, если прямо говоришь о своей жизни?

– Чтобы не пугать, – поколебавшись миг, она опустила маску с лица.

Мне предстала молодая женщина с белой словно снег вокруг кожей. Большие синие глаза смотрели в мои с вызовов. Пухлые губы были чуть поджаты. Но кто-то покусился на её красоту. Лицо пересекало два тонких давно заживших шрама.

– Кто сделал это? – я невольно потянулся к её лицу.

– Лотер Грамон, – ответила она сипло, отступая от меня. – А что здесь делаешь ты, Слоан? Почему ты изгнан из клана?

– Я лишился истинной пары.

– Сочувствую, – лицо Луны исказилось гримасой боли.

– Спасибо.

Но уверен, что не всё потеряно. По крайней мере, сейчас, общаясь с этой необычной девушкой, я не помню лица Виолет, не испытываю тоски. Мной владеют воодушевление и желание узнать, что творится в душе Луны.

– Расскажешь свою историю, пока идём? – спросил я.

– Я бы не хотела вспоминать, – она отвернулась и двинулась дальше по тропинке. – Но почему-то тебе хочется рассказать, – призналась несмело.

– А я хочу услышать.

– Моя история полна боли и страданий. Это не лучшая сказка на ночь, – рассмеялась она горько. – Когда границы закрылись, мы с братом Олавом остались в Тринате. Императора свергли, и на трон сел жестокий Лотер Грамон. Пользуясь тем, что границы закрыты, он начал охоту на магические расы. Оборотней запирали в клетках, делали из них зверей, чтобы подчинить своей воле. Но мне не повезло больше остальных. Лотер отправил меня на задание, поручил найти его племянника и втереться к нему в доверие, чтобы избежать переворота. В награду обещал пощадить моего брата и меня, но на самом деле не планировал нас отпускать. Я долго металась между любовью к брату и расположением к Доминику, но первое победило. Мне пришлось загнать отряд в ловушку. Но Лотер понял, что я стала дорога Доминику, меня пытали при нём и даже изобразили мою смерть. Но Доминик не сдался, не выдал местонахождение лагерей повстанцев. Он отказался от меня. А позже, когда пришла в себя от пыток, я узнала, что брата давно нет в живых.

– Если бы Доминик сдался, смертей стало бы больше, – осторожно произнёс я.

– Знаю. И тогда знала, но обида и ярость были сильнее здравого смысла. Я потеряла смысл жизни, лишилась всего и нашла свой путь в мести, – отозвалась она надломленным голосом. – Доминик сверг дядю, сел на трон. Я не смогла смириться.

– И устроила покушения?

– Да. Если бы не вмешательство дара предвидения императрицы, не знаю, как далеко бы зашла. Но она защитила меня перед мужем. Доминик… не стал меня судить, передал в Клоуфаст.

– И король Аделмар понял, что ты жертва, а не убийца, потому дал тебе свободу.

– Думаю, он не захотел тратить ценный ресурс. На границе я полезнее, чем в гробу.

– Я знаком с королём Аделмаром лично. Он бы не отпустил на свободу убийцу, ослеплённую жаждой мести.

– Ослеплённую… Да, это было про меня. Но месть мне больше не нужна. В моём распоряжении было много времени, чтобы признать свои ошибки. Теперь я просто живу здесь, убиваю порождений и умертвий, надеясь, что хоть так замолю свои грехи.

– Луна, – я удержал её за запястье и развернул к себе, – можно тебя коснуться?

– Что? – опешила она. Синие глаза широко распахнулись в ошеломлении. – Зачем? Ты же говорил, лишился пары.

– Да. И думаю, императрица отправила меня сюда для встречи с тобой. Поэтому, Луна, можно? – сорвав перчатку, я потянулся к её лицу.

Изумление в синих глазах сменилось обречённостью и затравленностью.

– Зачем тебе я? – она покачала головой. – Ты ведь слышал мою историю. Я убийца и преступница.

– Я слышал твою историю, и она меня не пугает. Женщина, что прошла через столько испытаний и сохранила стойкость духа, может лишь восхищать, – заверил её.

Мои пальцы замерли в миллиметре от пересечённой шрамами кожи. Луна прикрыла глаза и качнулась в мою сторону. И стоило мне ощутить мягкость её щеки, как я почувствовал и формирование новой нити связи. Запах морозного утра с клюквенной кислинкой усилился, тоска покинула сознание. А Луна задохнулась от неожиданности и положила руку поверх моей.

– Неужели это правда? – произнесла она, не открывая глаз. И была так невинно-прекрасна в своём неверии. – Императрица сказала: однажды я обрету семью. Я боялась верить, но всегда тайно надеялась, что и для меня в этом мире найдётся счастье.

– И я боялся верить, но упрямо шёл вперёд, чтобы встретить тебя, – я склонился к Луне и припал губами к её лбу.

Нежные руки обвили мою грудь. Вскинув голову, она улыбнулась: счастливо и свободно. Моя жизнь снова обрела смысл. Я нашёл свою Луну. И она без колебаний выбрала меня.

/Виолет/

Три месяца спустя.

– И слышать ничего не хочу, – отрезал Иден. – Кто родится, того и буду любить. К тому же, когда это произойдёт? Через четыре года?

– Но неужели хоть немного не интересно, кто это будет? – Валери смешно надула губы, ожидая, когда оттает мой принципиальный лев. – А Виолет? Ты хочешь знать? – остановив шнурование моего платья на спине, она умильно заглянула в мои глаза через отражение в зеркале.

– Не соблазняй мою жену, ведьма, – фыркнул он, закрывая наши отражения безумно соблазнительной фигурой.

Рыжие волосы были отведены от лица, белый костюм подчёркивал все достоинства тренированного тела. Мечта, а не мужчина.

– Будет, как решит Иден, – я кивнула, глянув на сестру снизу вверх.

Валери скрестила рука на груди, изобразила обиду, но я видела, как блестят от счастья её глаза. Она радовалась за меня.

– А я решил не знать пол ребёнка, который ещё даже не зачат, – он взмахнул рукой, требуя прекратить соблазнение любопытством.

Прошло три месяца с момента установления метки. В ту ночь мы стали мужем и женой по законам Клоуфаста, но официального закрепления брака это не отменило. Потому следом мой лев организовал предложение руки и сердца. Настолько романтичное и трогательное, что не возникло даже тени мысли шутить на тему отказов. После состоялась наша свадьба в Клоуфасте. Аделмар был счастлив, между нашими странами был подписан договор о мире и сотрудничестве, его брат выжил, как и важный союзник клана. Бринхилд и её супруг Арнкелл теперь были спокойны за сына, хотя и грустили из-за расставания. Впрочем, счастливее всех были мы с Иденом, ведь обрели друг друга и настоящую любовь.

Как только официально закрепили брак по законам Клоуфаста, мы покинули страну оборотней и отправились в Акрию, где начались приготовления к новой свадьбе. Я зря переживала из-за неприятия народа. Некоторые аристократы пороптали, но плюсы союза со страной оборотней пересилили их недовольство. Тем более, Вилен не отвернулся от меня, поддержал, да и сам умудрился привести на родину милую снежную лисицу. Пара планировала закрепить союз сразу после нашей свадьбы.

Да и моя ученица Ирма недалеко ушла от нас двоих, тоже налетела на оборотня, целителя, что проверял её состояние после удара при взрыве на мосту. Как очнулась, она попыталась сорваться мне на помощь, да и влетела лбом в лоб целителя. Строгий чёрный тигр быстро завоевал сердце своей истинной, залюбил её до ребёночка. По крайней мере, по предсказанию Валери.

Дворец постепенно наполнялся оборотнями. В том числе и гостями. На нашу свадьбу прибыли Слоан с Луной. После обретения истинной он вернул место в клане и готовился заменить отца. А Луна стала его верной спутницей и тоже вошла в клан. Если сначала я ворчала из-за выбора пары для своего волка, то увидев их вместе, изменила мнение. Луна смягчилась, будто помолодела душой, став напоминать совсем юную и наивную девочку, а Слоана боготворила настолько, что бросилась к Валери в ноги с благодарностями при первой встрече. Давно я не видела сестру такой смущённой. Волк и его волчица были невероятно счастливы, а мы с Иденом радовались за них.

Сегодня должна была состояться церемония бракосочетания. Иден официально станет моим супругом, и можно будет начать готовиться к коронации. Впрочем, он быстро влился в новую роль, перехватил у меня львиную часть дел, очаровал министров и стал мечтой всех придворных дам, на что я не уставала ворчать. Но лишь шутила, ведь знала, насколько дорога своему наглому котяре. И отвечала ему взаимностью.

Иден принёс в мою жизнь любовь и спокойствие. Я смогла по-настоящему отпустить себя, избавиться от прошлых страхов и начать наслаждаться обретённой через столько лишений свободой. Бремя прошлых установок больше не давило на сердце, отец потерял свою значимость и навсегда покинул мои думы. Суд доказал его вину, да и он не стал отнекиваться, потому ему вынесли смертный приговор. Следом за ним казнили нанятого им экспериментатора. Жоржина полностью освободилась от прошлого и сейчас помогала другу Доминика Себастьену строить столб для закрытия Разлома. По словам Валери, её стоило отправить именно туда. Я доверяла сестре, потому без колебаний предложила Жоржине эту миссию. Она только обрадовалась возможности стать частью чего-то столь значимого для целого мира.

– Валери, мы ведь выживем? – обратилась я к сестре.

– Ничего не меняется, я вижу два исхода, – её взгляд на миг потускнел, но сразу же наполнился упрямством. – Вы выживете, и через год у вас появится зам…

– Валери, не смей называть пол ребёнка! – рявкнул Иден в притворном гневе.

– Какой ты грозный, – рассмеялась она.

Мои сестра и муж становились прекрасными друзьями, что меня бесконечно радовало.

– Верь в себя, Виолет, как я верю в тебя, – она погладила пальцем шрам на моей спине.

Мои глаза наполнились слезами радости. Я зря боялась, что сестра не примет мои страхи и уродства, наоборот, наши отношения стали ещё теплее. И всё благодаря Идену, он научил меня любить и принимать чужую любовь. Я сделаю всё возможное, чтобы выжить и подарить ему ребёнка. Но именно в таком порядке, не хочу, чтобы мой малыш жил без родителей, как я. Он вырастет в полной и любящей семье.

– Как вы, девочки? – в комнату вошли мама с Ирмой.

Каштановые волосы Анэйс волнами спадали на плечи. Зелёные глаза излучали радость. Она поддерживала пока ещё маленький живот и улыбалась. Мама постепенно становилась частью моей жизни. А там, где я спотыкалась на пути восстановления отношений, меня поддерживал Иден и помогал делать новые шаги.

Глядя на неё, и Ирма чуть не погладила свой пока ещё плоский животик. После чего чертыхнулась и покраснела.

– Гости собрались, – сообщила она, похлопав себя по щеке.

Мы с Валери обменялись весёлыми взглядами. Ирма действительно скоро станет мамой, но раньше она стала мне настоящей подругой, а не просто полезной ученицей.

– Почти собрались, – сообщила я.

– Да, готово, – заключила Валери, аккуратно подвязывая ленты корсета, и отступила. – Красотка.

– Да, ты прекрасна, Виолет, – кивнула Ирма, расплываясь в улыбке. – Я рада, что ты больше не скрываешь шрамы.

– Спасибо, – я поднялась и покрутилась перед зеркалом.

Идеальное платье, счастье в душе, рядом со мной любящие родные, замечательная подруга и самый прекрасный мужчина в мире. Разве может быть лучше?

– Идём, Кувшинка? – Иден протянул мне руку.

На твёрдых губах появилась чарующая улыбка. Янтарные глаза лукаво блеснули. И я поняла, что вскоре придётся спешно восстанавливать помаду. Этот лев её всю съест.

– Иду, – вложив руку в его ладонь, я приблизилась и сразу оказалась в нежном капкане любимых рук.

– Какая вкусная помада, – проурчал Иден и впился в мои губы поцелуем.

Обожаю своего льва. Бесконечно и без края.

«И я люблю тебя, моя ведьма», – раздались в мыслях слова Идена.

Истинная связь давно закрепилась. Мы стали продолжением друг друга. Едиными чувствами, мыслями и душами.

– Предупрежу гостей, что начало задержится, – рассмеялась Ирма.

Раздался спешный перестук каблучков, и мы с Иденом остались одни.

– Я запомнил, как Валери надевала на тебя платье, – проурчал этот наглый котяра.

– Только попробуй, – прищурилась я.

– Ладно, корсет оставим на тебе, – решил он и снова поцеловал.