— 12-

— Дамир-

Денис прыгал на кровати, пока я решал свои рабочие вопросы. Некоторые заказчики, живя в другом часовом поясе напрочь забывают о моем времени, звонили, требовали ответа тогда, когда им нужно было. В идеале на момент отпуска нужно выключать телефон, но я сразу начинал паниковать, если в течение дня меня никто не дергал. Работа — мое все. Антидепрессант, кормилица, жена, любовница. По крайне мере наши с ней отношения зависели в большой части от меня. Рука замерла над клавиатурой, когда посмотрел на время… Еще три часа. Три гребанных часа, когда я смогу спокойно зайти к ней в комнату и прикоснуться. Она сама этого захотела. Что именно ее побудило сделать такое предложение, старался не думать.

— Папа! — Денис высоко подпрыгнул и плюхнулся на кровать.

— Хватит баловаться, иди чистить зубы и спать!

— Я не хочу спать!

— Мало чего ты не хочешь!

— Я хочу еще поиграть в телефоне!

— Нет! — строго посмотрел на сына, он надулся, скрестил руки на груди и забился в изголовье среди подушек. Ссориться с ребенком не хотелось, мы итак слишком редко бываем вместе, чтобы портить короткие мгновения. Отложил ноутбук в сторону, поднялся с кресла.

— Денис! — сладко протянул, ложась на кровать, схватил сына за щиколотку и подтянул к себе. Он пытался вырваться и вернуться на место, но я его подмял по себя и начал щекотать в бока, целовать то в шею, то в щеку, то в пузо. Пару минут между нами была видимость борьбы, потом он не сдержался и начал заливисто хохотать от щекотки. Мы бесились около часа, пока не спохватился, что мальчонку надо спать укладывать. Денис мог час-полтора крутиться, ища удобное для себя положение, а это означало, что мог опоздать к Маше. Этого не хотелось бы.

— Пап, — Денис лежал под боком, рассматривая меня в полумраке. — А ты знаешь, что мама ждет еще одну ляльку?

— В смысле? — нахмурился. Инна ничего про свою беременность не говорила. И тут щелкнуло. Значит в нашем мирном соглашении непосредственно участвовал Рики, то я и думал, чего это бывшая жена так неожиданно пошла на соглашение о выезде ребенка из страны. — Ты рад?

— Я? — карие глаза задумались. — Не знаю. Это, наверное, круто. У тебя тоже ведь есть братья и сестра.

— Есть. И это действительно круто.

— Тогда ты тоже женишься на Маше? — непосредственность ребенка убивала наповал. Я смотрел поверх его головы и молчал. Все активно меня подталкивают к этой девушке. А что, если и в правду….

— Папа! — Денис вновь подал голос. — Ты ведь на ней женишься? И у вас тоже будут дети? И тогда у меня будет несколько братьев и сестер?

— Денис, тебе пора спать и взрослые вопросы отложим на потом! — прикрыл глаза, слушая, как сын недовольно засопел.

— Пап! — о, Боги, этот мальчишка заснет когда-нибудь! — А мне нравится Маша! Она хорошая.

— Денис, засыпай! — иначе никаких братиков-сестричек ты не дождешься! — последнюю часть предложения я додумывал. Черт! Вот откуда эти мысли??? А в голове возникла череда картинок идеального счастья: Маша в окружении троих-четверых черноволосых малышей, беременная пятым. Она будет прекрасной матерью, дети ее любят, племянники — племянницы, сам Денис всегда радовались, когда она с ними возилась, играла в какие-то игры. Ее просто невозможно не любить! Стоп! Широко раскрыл глаза. Любить?

— Маша-

Нервы шалили. Нужно было или выпить чего-то крепкого, или успокоительного. Каждый шорох за дверью заставлял вздрагивать, покрываться мурашками.

Посмотрела на часы. Стрелка убийственно медленно передвигалась по циферблату. Вроде полчаса назад смотрела на время, а в итоге это было всего лишь пять минут назад.

Долго думала, как встретить Дамира: в пижаме или голой, но в халате. Весь вечер листала в телефоне странички кому +18 и краснела. За три часа мои познания в теории расширились до самого Китая. Я задыхалась… не от возмущения. Мое тело дрожало в предвкушении. Мне было стыдно самой себе признаться, что очень хотелось некоторые вещи повторить самой с Дамиром. Вопрос только в том, что я осмеливалась прикасаться к нему только в воображении, под кипящей лавой шоколадных глаз максимум на что меня хватало, это глубоко дышать.

Ожидание было невыносимым, поэтому, когда услышала, как открылась дверь, вскочила на ноги. Дамир все так же был в джинсах и в расстегнутой рубашке, которая оказалась местами мятой. Он что спал? Я шокированная этим фактом во все глаза рассматривала мятые линии на синей ткани. Он проследил за моим взглядом, прикрыв дверь, прислонился к ней спиной.

— Денис долго не мог уснуть, поэтому пришлось лечь рядом! — объяснили мне почему вид далеко не парадный. Я облегченно выдохнула, даже не заметила, что все это время сдерживала дыхание. Дамир приподнял один уголок губ.

— Не передумала?

— Нет! — уверенно вскинула подбородок, но сама дрожала от страха, от предвкушения. Снизу живота сладко заныло. Дамир оттолкнулся от двери и направился к креслу, куда лениво сел, закинув ногу на ногу и устремил на меня ничего не выражающий взгляд. Я все так же стояла возле кровати и не знала, что делать. Мы рассматривали друг друга, как при первой встрече. И то мне кажется, что сейчас он рассматривал более тщательнее, словно взвешивал все мои шансы. Шансы на что?

— И? — не выдержала я. Почему-то была уверена, что Дамир с порога набросится на меня и «сожрет», но вместо этого вижу перед собою слегка уставшего мужчину, который соблазнительно потирает свои губы пальцем. Этот жест взвинтил все мои нервы до предела.

-Что?

— Ну…Давай.

— Я ничего делать не буду, все в твоих руках. Сегодня ты ведешь, а я подчиняюсь.

— Это я сегодня доминант, а ты — сабмиссив? — я чувствовала краску стыда на своем лице от того, как взлетели удивленно брови Дамира. Его глаза вспыхнули уже чем-то опасным, такого раньше я не видела в нем. Он медленно опустил взгляд на свои сложенные руки на животе, когда вновь посмотрел на меня той вспышки уже не было, даже тени. Наверное, просто показалось.

— Я смотрю в области близости ты уже подросла… — его голос охрип, а взгляд темнел. Интересно, о чем он думает???

— Это все интернет! — оправдалась, пятясь назад, потому что Дамир медленно встал с кресла и надвигался на меня. Спиною уперлась в стену, вытянулась в струнку, когда между нами осталось расстояние раскрытой ладони. Его запах вмиг мне вскружил голову. Он стоял рядом, дышал на меня, поджигал меня своим горящим взглядом, но при этом не прикасался. Стало трудно дышать, по спине побежали мурашки, ладони вспотели от волнения. Я скользнула взглядом по его ключнице, замирая на выпирающих косточках. Медленно сократила между нами пустоту, прикоснулась губами к прохладной коже, обводя языком те самые косточки. Его кожа была соленой. Поцелуй переместился к шее, Дамир слегка откинул голову назад, открывая себя для ласки. Все еще робея, положила ладони ему на грудь, привставая на носочках, чтобы скользнуть губами по линии подбородка. Пробивающая щетина колола губы, было больно и приятно одновременно.

Все это время Дамир стоял истуканом и не трогал меня, что вызывало беспокойство в правильности своих действий. Его рванное дыхание меня ни в чем не убеждало.

— Дамир? — на меня уставился слегка мутный взгляд, который вместо того, чтобы проясниться, еще больше стал затуманенным. Его язык увлажнил уголки губ, за этим действием я смотрела, как зачарованная.

— Маш… Просто делай все, что взбредет в голову.

— Но ты никак не реагируешь! Я не понимаю, правильно делаю или нет!

— Господи! — выдохнул Дамир, на секунду закрывая глаза. — Маша… — он обхватил ладонями мое лицо и прижал своим телом к стене. Его возбуждение наглядно упиралось мне в область живота. Губы едва касались моих губ. Сглотнула, чаще задышав.

— А что мне делать?

— Все. Все, что прочитала в этом интернете и захотелось попробовать наяву.

— Я боюсь…

— Маш… — он взял мои дрожащие руки, положил на свою грудь, удерживая их в своих ладонях, медленно начал круговые движения, сам склонился к моей шеи и легкими поцелуями покрывал обнажённую кожу, переходя на плечо.

Закрывая глаза, полностью отдалась на волю этого мужчины, который управлял мною, как марионеткой. Лишь напряглась, когда мои руки с его спустились ниже ремня на джинсах. Пальцы подрагивали, а сквозь ширинку его естество двигалось, росло от каждого прикосновения. Это было настолько интимно. Настолько лично. Настолько правильно. Но и страшно.

— Маша, я не умею заниматься сексом, не снимая штанов, у тебя выбор не велик. Или я сейчас ухожу, или ты будешь смелее, — тихо произнес Дамир на ушко, лаская языком мочку уха. Я отстранила голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Они пылали, они горели каким-то диким огнем, который был под жестким контролем.

У меня кружилась голова. От страха, от возбуждения, от нежности. Я прильнула к его губам, проникая языком в его рот. Целоваться с ним мне нравилось, я бы на этом и остановилась. Он взял меня за талию, прижал к себе. Когда обхватила руками его шею, ждала реакцию. Дамир сначала напрягся, поцелуй стал поверхностный, словно прислушивался к себе. Он не отстранился, его ладони нырнули под майку, поглаживали спину. Теперь я напряглась, но ничего отвратительного не почувствовала, не хотелось отстраняться, наоборот, я еще теснее прижалась к нему. Мы целовались до бесконечности, но почему-то у этой бесконечности появился конец и то только из-за того, что в легких перестало хватать воздуха. Дамир подхватил меня за ягодицы, посадил к себе на талию, вновь прильнул к губам, неся меня в сторону кровати. Я обвила его ногами.

Ему немного пришлось преодолеть расстояние, встав одним коленом на кровать, опрокинул меня на нее, придерживая за спину, навис надо мною, прерывая поцелуй. Я смотрела снизу на него и сердце заходилось в радостной агонии, что он мое все, что может предложить этот мир. Моя шоколадная лава меня наконец-то накрыла полностью, согревая до пожара, заставляя ерзать на простынях в жажде вновь соприкоснуться кожей с кожей любимого. Любимого? Да…да… люблю его от самой макушки до пальчиков ног, люблю его скупую улыбку и молчаливую нежность. Просто люблю…

Провела ладонями по его груди, он же подхватил края майки, потянул вверх, выгнулась, позволяя верхней части одежды покинуть меня. Его губы заскользили от плеча, к ложбинке между грудями, язык проложил дорожку вниз к пупку.

При открытом окне мне катастрофически не хватало воздуха, хватала его ртом, Дамир периодически властвовал и там, заставлял задыхаться от поцелуя, от пробуждающего желания принадлежать ему хоть на минутку, хоть на миг бесконечности…

— Теперь ты, — услышала его голос, мой затуманенный мозг отказывался принимать информацию. Он потянул меня за руку, заставляя сесть, приподнял подбородок и вновь завладел губами, но мои руки, накрытые его, двинулись по его груди, по плоскому животу с кубиками пресса, спускаясь ниже. Я тоже спускалась ниже, целовала его соски, слегка прикусывая, над головой глухо застонали. Высвободила свои ладони, сама положила их ему на плечи и прижалась всем телом, трясь им об него, слегка поглаживая ладонями уже напряженные лопатки, прошлась пальчиками вдоль позвоночника, замерев на ямочках. Дамир сжимал руками мою голову на затылке, вторгаясь в мой рот все настойчивее и настойчивее, глубже, по-хозяйски.

Мы отстранились на секунду, тяжело дыша, Дамир опрокинул меня на спину, устраиваясь между ног. Теперь его губы скользили с губ вниз, замирая на каждом участке на пару секунд, оставляя после каждого поцелуя ощущение легкого ожога. Он играл с моими сосками, вбирая каждый по отдельности в рот, нежно посасывая, надкусывая. Я не могла сдерживать рвущиеся стоны, тело извивалось под ним, как лоза, а в самом сокровенном месте в пору было вызывать пожарных.

— Дамир… — с хрипом вымолвила, когда его руки проворно стащили пижамные шортики, которые определенно стали лишними, и склонился там, где было жарко. В сердце сразу же нарушился сердечный ритм, кровь прилила к голове, дыхание сбивалось от каждого движения языка. Реальный мир уходил на задний план, все перестало иметь значение, кроме губ, рук…кроме мыслей о том, что еще чуть-чуть и от меня ничего не останется, я разлечусь на микроэлементы, превращусь в частички. Я уплывала…мое сознание уходило за горизонт, как солнце на закате. Крик срывает с губ, но его тут же перехватывают, и я теряюсь в реальности на его губах.

— Ты как? — тихо прошептал Дамир, слегка целуя меня. Сил отвечать не было.

— Волшебно. Неужели так бывает? — все-таки выдавила из себя.

— Бывает! — чмокнул меня в нос, встал с кровати. Сквозь прикрытые веки наблюдала за мужчиной, который не спеша застегивал рубашку. И тут до меня дошло: пока я тут предавалась своему удовольствию, Дамир за все это время даже рубашку не снял. Приподнялась, позвала его:

— Дамир…Иди ко мне.

— Нет, мне надо вернуться в свою комнату, — осипшим голосом произнес Дамир, но я подозревала, что вряд ли он прям сейчас пойдет к себе. Переборов свое смущение, встала с кровати и подошла к нему почти вплотную, прижалась всем телом к его спине, обняв за талию. Сколько мы так стояли, не знаю, Дамир повернулся ко мне лицом, заглядывая в глаза. Я потянулась к его губам, а руки тем временем сместились к пуговице джинсов и ширинке.

— Тебе не обязательно этого делать.

— Даже если я хочу?

— А ты действительно хочешь? — его черная бровь приподнялась. Во мне были сомнения, еще отголоски страха, решительно посмотрела ему в глаза.

— Да, я хочу! — в доказательство своих слов прижалась еще теснее к его груди, торопливо расстегивая уже маленькие пуговицы рубашки. Теперь я не боялась, смело поцеловала его ключницы, скользя руками по груди, спускаясь ниже, дрогнув на мгновение перед тем, как расстегнуть металлическую пуговицу и залезть к нему в трусы. Это было дерзко. Дамир смотрел на мое лицо сквозь ресницы, улыбаясь уголками губ, он не шевелился, пока я поглаживала его достоинство. Помня теорию из интернета, опустила перед ним на колени.

— Маша? — в его голосе звучало сомнение, я посмотрела снизу-вверх, медленно спуская с бедер одежду. Он чаще задышал, закусил нижнюю губу, меня сразу же пронзил разряд возбуждения от этого жеста. Дамир прикрыл глаза, сжимая руки в кулаки, когда я отрыла шире рот.

— Все хорошо? — с волнением спросила, глядя на него. В мини роликах мужчины стонали, держали руки на голове партнерш, Дамир был словно изваяние, не дрогнул, не шевельнулся, только со свистом выдыхал, костяшки кулаков побелели.

— А? — не сразу отреагировал Дамир, смотря на меня затуманенным взглядом. Мне показалось, что он был в нирване, настолько взгляд был мутным, как наркоман, получивший свою дозу.

— Маша…Я хочу тебя! — рывком поднял меня с пола, впиваясь нетерпеливым поцелуем, я едва успела вздохнуть. Тело сразу отреагировало на его слова, затрепетало, налилось ожиданием.

Мы вновь оказались на кровати, жадно целуясь, его одежда летела в разные стороны, перед тем как скинуть джинсы, вытащил из задних карманов маленькую упаковку в фольге. Догадалась, что презерватив. Он старался максимально медленно действовать, но срывался, то сильно сжимал мои бедра, то неожиданно больно всасывал губы, то ставил засосы на груди. Его шквал напоминал ураган, который сносил все на своем пути.

Он ворвался в меня. Он сжимал мою голову руками, прижимал к матрацу и двигался, двигался с нарастающим темпом, за которым я едва поспевала. Дамир менял позы, менял углы, менял темп. Он словно сошел с ума, я вместе с ним, ибо все что молчаливо мне предлагалось с радостью подхватывалось. Наши потные тела скользили друг на друге, наши пальцы переплетались, наше дыхание было поверхностным, рваным, сердца стучали в унисон.

Уткнулась в подушку, заглушая свои неприличные стоны, ощущая, как сильно Дамир сжимает мои бедра. Новый шквал удовольствия заставил вжаться в его бедра. Я затряслась, стискивая простынь, он догнал меня следом же, больно укусив за плечо, повалил набок, притягивая к себе. Некоторое время мы лежали неподвижно, выравнивая дыхание.

— Это было… потрясно! — прошептал Дамир, целуя то место, куда укусил. Я посмотрела на него и плечо, там была значительная отметина. — Как бы мне хотелось остаться…

— Оставаться предлагать не буду.

— Тебе понравилось?

— Ведешь список своих побед?

— Я о тебе беспокоюсь, балда.

— За балду могу обидеться и в следующий раз отказать в сексе!

— Ооо, ты меня обнадеживаешь! — он приподнялся на локте, нежно завладел моими губами. — Мне надо идти…

— Угу! — разочарованно и одновременно сонно пробормотала, наблюдая, как Дамир грациозно встал с кровати. Да за один вид сзади стоило потерпеть со сном. — У тебя отличный зад!

— Да? — Дамир плутовато улыбнулся, натягивая джинсы на голое тело, — И много ты задниц видела? Учти, я жутко ревнивый, хотя создаю впечатление мирового парня! — сердце подпрыгнуло от его слов. Ревнивый? Он говорит по отношению ко мне? Ревнует, значит любит?

— Ты ревнивый? Никогда бы не подумала! — он прищурился, накинул на плечи рубашку.

— Спокойной ночи! — подошел к кровати, нагнулся, поцеловал, но на вопрос не ответил, я жадно держала его губы, он куснул нижнюю губу, выпрямился. Он еще не ушел, а я уже по нему скучала, а я уже вновь хотела ощутить тепло его ладоней на своей коже.

— Дамир! — окликнула, вскакивая с кровати голышом. Карие глаза вспыхнули, но теперь не спешили погаснуть. Подбежала к нему и прильнула в долгом поцелуе. Он придерживал одной рукой дверь, второй держал меня. Кто-то деликатно кашлянул. Я отпрянула от Дамира вглубь комнаты, побыстрее стянув покрывало с кровати, обернулась им. Закрывая за собой дверь, услышала невозмутимый его голос:

— Доброй ночи, мама!

Боже, что обо мне подумала Тамара??? Какой кошмар! Какой позор! Мозг метался из угла в угол, сгорая от стыда, в то время как подсознание блаженно припоминало произошедшее, начихав на метания мозга с совестью. В конце концов утро вечера мудрее, теперь и ехать никуда не хотелось, мечталось оставшиеся дни провести в объятиях Дамира.