— 10-

— Дамир-

Денис уснул. А Маша осталась в комнате, наверное, тоже отдыхала. Я целенаправленно шел в глубь сада, где была старая беседка, где не раз сидел в задумчивости, по умолчанию это было мое место. Там никого не было. Устало сел на скамейку и, опираясь локтями на колени, закрыл лицо руками. Черт!

Она меня боится, вроде тянется, вроде готова ответит, но в последний момент пасует. Как же трудно оказывается смотреть в зеленые глаза, желать ее до скрежета в зубах и делать вид, что тебе все равно. Эта малышка, эта девочка стала настолько мне нужной, что я не заметил того момента, когда стал постоянно о ней думать, переживать за нее, тревога, как она без меня, съедала изнутри. Только от мысли, что я ей со своей заботой не нужен, сдерживался в постоянных звонках, визитах. Да, не я герой ее любовных грез…не я. Она хоть и не ответила на вопрос к кому бежала, но я знал ответ и без нее. Реакцию на Царева до сих пор не забыл. И даже когда она смотрела на меня влюбленными глазами, червяк ревности, сомнений грыз меня с краю.

— Дамир! — рядом осторожно села мама, положив руку на плечо. От ее легких поглаживаний стало спокойнее. Поднял голову, улыбнулся. — Чего ты спрятался? Опять что-то думаешь в своей умной голове? — она взъерошила волосы, но глаза оставались серьезны.

— Просто устал, а тут хорошо. Словно и не у нас дома, где сейчас толпа народа!

— Ты как всегда не договариваешь. Я же вижу по глазам, что что-то тебя съедает изнутри. Это как-то связано с девушкой, которая приехала с тобою? Роза вас видела вместе в комнате, сказала, что в неоднозначной позе.

— Да? Какой? В зачатии ребенка?

— Дамир!

— Что? Родная мать меня в таком возрасте уже родила.

— Твоя мать — это бестолковое создание, которой не хватила ума, тепла, любви принять своего ребенка, так что не сравнивай. Маша на первый взгляд не такая, а там кто их знает. Хотя Инна мне с первого взгляда не понравилась, слишком высокомерна, слишком холена. Как с обложки журнала. И как тебя угораздило на ней жениться!!! Вот Маша тебе подошла больше, в ней чувствуется домашняя теплота, от нее исходит тепло, доброта. И Диана не стала бы к плохим людям привязываться, а ты знаешь, у твоей сестры на хороших людей нюх! Может присмотришься к девушке? Хотя, о чем это я, ты уже присмотрелся, но видимо не знаешь, как подойти к ней! Девушки любят, когда за ними ухаживают, не обязательно дарить подарки, цветы, это приятно, но главное внимание, забота, поддержка. Вот мы с твоим отцом в гармонии прожили уже столько лет, что не могу вспомнить, когда я себя перестала разделять с Илией.

— Тебя не смущает, что отец в командировке тебе изменил? — и тут же прикусил язык, увидев раненный взгляд матери. — Извини! — обнял ее за плечи, притянул к себе.

— Знаешь Дамир, из той случайной связи, я Богу благодарна за тебя! Он мне подарил чудесного сына, немного дикого до нежности, до принятия любви, но родного, роднее тех, которых сама родила! Вот ты как был колючим ежиком, так и остался!

— С чего это? Вроде позволяю трепать себя по голове и виснуть на шеи!

— Ага, но с каким выражением лица! Как одолжение! — мать положила голову на плечо. — Я очень хочу, чтобы ты был счастлив! Детство, неудачная женитьба, последующий развод — все тебя словно убеждает в том, что ты не достоин любви, но это не так. Как только ты позволишь себе сам любить, без оглядки, без аванса, без страха, ты встретишь ту самую, которая не только с тебя возьмет, но и с троицей отдаст! — в беседке повисло молчание. — Мне кажется, Маша как раз из таких, кто отдает, чем берет!

— Мам, перестань строить из себя сватью! Давай я сам как-нибудь разберусь со своей личной жизнью!

— Он то разберется!!! Знаю я тебя, будешь кругами ходить, но так и не подойдешь!

— Мам, давай этот разговор останется между нами и ты никаких действий в отношении Маши не предпринимаешь! У тебя и так хватает хлопот, поэтому оставь девушку в покое и меня за одно.

— Дамир…

— Цыц! — приложил палец к губам. — Не надо. Просто оставь все, как есть. Не надо насильно толкать человека к другому, если он этого сам не хочет! Не всегда в этой жизни есть взаимность.

— Ты ошибаешься мальчик мой, на любое чувство есть ответ!

— Но, наверное, не от того, от кого ты ждешь! Меня не переубедишь, прошлый опыт убедил, что не все то, что я хочу, является моим.

— Дамир…

— Все, мам, закрыли тему и больше к ней не возвращаемся! Кажется, я слышу, как приехал отец с остальными, иди, встречай! Я пока побуду тут один.

Мама еще хотела мне сказать тысячу слов в том, что я не прав, убедить меня в своей позиции, но я покачал головой, а во дворе уже действительно слышал голос отца, Дани и смех Дианы.

— Ты все равно не прав, Дамир! — она встала со скамейки, отряхнула платье. — И я не знаю, как тебя переубедить!

— Никак. Просто смирись с моей позицией!

Мама ушла. Я остался один, откинувшись на спинку скамьи, скрестив руки на груди. Маша. Вздохнул. Пока есть возможность, буду рядом, а там посмотрим, если уйдет из моей жизни, значит так надо, а удерживать, чего-то обещать не буду. Ведь хотелось любви просто так, без за то, если, почему, и прочих частиц, и местоимений, и наречий.

— Маша-

— Машка, хватит дрыхнуть! — в комнату ворвалась Диана, я даже опешила от ее штурма. Отвыкла от бушующей энергии подруги. Она с разбегу плюхнулась на кровать, порывисто меня обняла, потом отстранилась.

— Красотка! Как будто повзрослела!! Какой-то опыт в глазах, колись, с братцем замутила любовь???

— Ага, все двадцать четыре часа любилась с ним, еле вспомнили о том, что нам нужно было ехать в Грузию!!!

— Ааа, шутишь значит, а я-то думала может между вами действительно возникли какие-то отношения, но видно не судьба, Дамир бука, он погружен в свою работу и мало что видит вокруг! Ну да че это мы о нем, рассказывай, как твои дела!!! Слушай, твои фотки с платьями, это нечто, мы с подругами тут слюни пускали, жаль, что времени совсем мало, так бы мое свадебное платье шила бы именно ты!!! Ну да ладно, в следующий раз сошьешь!

— На следующую свадьбу?

— Если только на твою! Аааа, Машка, какая ты стала!!! Раньше стеснялась, а сейчас и подкалываешь, блин, как я скучала!!! — Диана вновь меня порывисто обняла. — Когда Дамир сказал, что приедет с тобою, я не поверила ушам, ведь ты писала в вайбере, что не сможешь!!!! Блин, все-так мой братец чудо, надо отдельно его поблагодарить за то, что уговорил тебя приехать!

— Это он так преподнес?

— Да нет, я думаю он так сделал. Ну это же Дамир, вечно стремится всем помочь!

— Слушай, Диан, вы похоже в семье все болтливые, кроме Дамира!

— Неее, еще Давид и папа такие же молчуны, как Дамир. Остальные да, но я думаю ты поняла в кого мы такие! Мама тебя еще не заболтала?

— Как ты думаешь почему я прячусь в комнате??? — мы одновременно рассмеялись. Все-таки дома Диана немного другая, раскованная, очень много говорит, улыбается, смеется. Еще ее счастливые глаза могли спокойно заменить солнце-луну, они просто резали глаза своим сиянием.

— Так, ты давай приведи себя в порядок, у нас сегодня куча родственников и среди них есть холостые парни, правда только некоторые знают русский, но для любви язык не помеха!!! Ой, там есть Антон, советую к нему присмотреть, малый просто смак, красивый, работает в международной компании финансистом в Тбилиси, не женат, не разведен и не вдовец. Ну просто мечта, сестры уже на него глаз положили! Но я думаю, если ты ему улыбнешься, то выбор будет в твою пользу!

— Всего лишь за одну улыбку?

— Я верю в тебя! В восемь внизу встретимся! Срази всех наповал, Дамира тоже, пусть знает, что упускает из-под носа! — Диана вскочила с кровати и вихрем унеслась уже в свою комнату. Я приложила руку к голове. Да уж, поражать никого не хотелось, я бы с удовольствием спряталась в объятиях Дамира, и никто не нужен. Только вот ему мои чувства ни к чему, а ради секса не хотелось так мелко размениваться.

Выбрала скромное платье с юбкой — солнце зеленого цвета. Неброский макияж, волосы оставила распущенными, на ноги балетки, шпильки были отложены до свадьбы, до этого насиловать ноги не хотелось.

— Вау! Маш, да ты сногсшибательна! — первый кто сделал мне комплимент был Денис, он с восторгом рассматривал меня, подскочил к лестнице и взял меня за руку. — Пап, смотри, какую нимфу я нашел для тебя!!! — этот чертенок не постеснялся выкрикнуть на весь зал свою фразу, привлекая всех к нам двоим. Я готова была провалиться сквозь землю. Дамир стоял возле мужчины, на которого был похож на все девяносто пять процентов, пять процентов оставив своей родной матери в виде формы носа, разреза глаз. К нам спешил молодой мужчина, похожий на Дамира, но в отличие от него, улыбался широко и приветливо.

— Я Дани, брат Дианы, самый младший из мужчин этой семьи!

— Я Антон! Седьмая вода на кисели! — рядом возник действительно очень слащаво красивый парень, который мог улыбкой вскружить голову, моя стала кружиться, пока не взглянула в сторону Дамира. Он смотрел колюче, недовольно.

— Маша! Подруга Дианы! — хотела подать руку для пожатий, но Денис дернул меня в сторону, как и отец, сердито сопел рядом. Дани рассмеялся вместе с Антоном. Меня подвели к Дамиру.

— Отец познакомься, это Маша подруга Дианы! — Дамир говорил сухо, официально, только уголок рта нервно дергался, в руках постоянно крутил стакан с какой-то жидкостью.

— Илиа, отец Дианы, и этого — Илиа кивнул в сторону Дамира, — и того, — указал головой на Дани. — Надеюсь вам у нас нравится!

— У вас прекрасный дом! Прекрасная страна! Правда, я толком еще ничего не видела, но не сомневаюсь, Грузия влюбит в себя навсегда! — очаровательно улыбнулась, Илиа тоже улыбнулся, довольно кивая головой. Дамир смотрел в окно, закусив нижнюю губу. Я еще для приличий сделала пару комплиментов дому, стране и когда всех позвали к столу, выдохнула. Но зря. Меня усадили рядом с Дамиром, с другой стороны оказался Антон, который сразу же стал ухаживать и проявлять знаки внимания. Если бы не сильно сжатая в руке вилка, я бы подумала, что Дамиру все равно что происходило вокруг меня. На просьбу подать то хлеб, то салат, то блюду, он все передавал с непроницаемым лицом.

Ужин походил на маленькое пиршество, было бесконечное количество людей, все говорили одновременно, кричали, бегали дети вокруг стола, суетились женщины, среди них был мать Дамира и Диана, остальных не знала. Меня кому-то представляли, кто-то мне кивал головой, я пыталась запомнить всех по имени, но Дамир шепнул на ушко:

— Не утруждай себя всех запоминать, это бесполезно.

— А если ко мне обратятся, а я не вспомню имя, как быть?

— Для этого буду рядом я! — вклинился в наш разговор Антон, Дамир натянуто улыбнулся, опуская глаза. Я кожей ощутила исходившую от него тихую ярость, которая полыхнула в глазах, но он не стал грубить, просто отвернулся, проигнорировав возникшую паузу. Дальше старался не обращать внимания ни на меня, ни на Антона.

За столом было шумно, говорили много, говорили на грузинском, поэтому я не понимала, о чем идет речь, иногда перекидывалась словами с соседом слева, сосед справа весь ужин молчал, отвечая только на вопросы, обращенные непосредственно ему. Дани оказался душой компании, он был тамадой стола, говорил шутливой интонацией, гости смеялись, пару раз Антон переводил его шутки, было смешно и я не скрывала своего смеха, только он замирал на губах, когда мои глаза встречались с карими глазами. Он злился. Это было видно в поджатых губах, резких движениях, кратких ответах, вызывая удивление собеседника.

Я думала, что возможно причина была во мне, в ухаживании Антона, но была еще один человек, который нервировал своим видом и, как Дамир, смотрел на всех сердито, недовольно сжимал губы. Они сидели друг напротив друга, и физически была ощутима их неприязнь. Кто додумался их так посадить, видно нервишки свои хотел пощекотать.

— Антон, а кто этот мужчина, который сидит напротив Дамира и буравит того неприязненным взглядом?

— Это старший брат, Давид. Сколько себя помню, они всегда были на ножах. Никто уже не вспомнит из-за чего началась между ними внутренняя борьба, но каждая встреча всегда заканчивалась стычкой. Удивительно, что они до сих пор не поцапались. Давид взглядом провоцирует, а Дамир как всегда предпочитает его не замечать. Знаешь, Дамир никогда не был инициатором драк, всегда первый лез Давид. Как ты поняла, у нас большая семья, все росли вместе, так вот мы, младшие, всегда затаив дыхание наблюдали за их стычками, это были бои без правил. Тамара потом то одного лечила, то второго.

— Они часто дрались?

— Не обходилось ни одного дня, чтобы кто-то из них не зацепил другого. Сейчас, когда оба статусные дяди, у одного солидная борода, руками махать уже не комильфо, предпочитают словесные перепалки, но там тоже всегда жарко! — Антон резко замолчал, потому что вернулся Дамир, он выходил из столовой. Ужин шел своим чередом, дети стали уже ныть, что устали, многих кто-то из родителей уводил домой. Денис не стал исключением, тер глаза, прислонялся к Дамиру, а застолье не кончалось.

— Дамир! — тихо позвала его, он повернул ко мне голову. — Кажется Денис хочет спать! — я кивнула головой ему под бок. Он перевел с меня на сына взгляд, кивнул. Встал вставать, мало кто бы обратил на него вниманием, если бы не Давид.

— Он никакой не грузин! — раздался слегка пьяный голос старшего брата. Я заметила, как напряглась спина Дамира, медленно повернулся. Денис жался к отцу, не понимая, почему какой-то дядя грозно на них смотрит.

— Конечно, он не грузин, в нем грузинской крови еще меньше, чем во мне.

— Полукровка! — выплюнул Давид. Дамир передернул плечами.

— Никогда этого не скрывал и не стыдился, в отличие от некоторых, братишка!

— Дамир! — грозно воскликнул отец. В большой столовой повисло гробовое молчание, Дамир сверлил Давида гневным взглядом.

— Ты можешь задевать меня, сколько душе угодно, но не трогай моего ребенка! Понял? — в его голосе было столько угрозы, предупреждения, что даже те, кто не знал русского языка, по интонации все поняли.

Наверное, если бы они стояли рядом, Давид не постеснялся и врезал Дамиру, слишком сильно сжал вилку, что та согнулась. Они стиснули зубы, буравя друг друга яростными взглядами.

— Дамир, Денис хочет спать! — Тамара уверенно схватила Дамира под локоть, тот позволил себя вместе с сыном увести. Дани бросил шутку, гости рассмеялись, скованно улыбаясь, но потом все сделали вид, что ничего не произошло. Давид тоже ушел.

— Кажется Давид коснулся того, за что Дамир порвет на хрен! Никогда не видел, чтобы он так убийственно смотрел на брата.

— А ты бы перестал все комментировать! — Диана села на место Дамира и улыбнулась мне. — Не обращай на них внимание! Они всегда цапаются по поводу и без, это у них вошло в привычку. Еще не было дня, чтобы не обменялись колкостями. Надеюсь, что на свадьбе у них хватит такта молчать. Ведут себя, как мальчишки, которым едва исполнилось по пять лет!

— Боюсь представить, что будет, если эти «мальчишки» устроят потасовку.

— Малой кровью не обойдемся, но надеюсь до этого не дойдет!

Потом переключились на тему свадьбы, Антон заскучал, влился в разговор парней, которые что-то бурно обсуждали. До конца ужина Дамир так и не появился, как и Давид. Тамара вернулась, но складочка у рта говорила о том, что она расстроена, грусть таилась и в уголках глаз. Илия постоянно ловил взгляд жены, та качала головой, а он хмурился. И наблюдая за ними, я поняла, что мне хотелось бы со своим будущим мужем быть в таких же отношениях, когда слов не надо, когда разговаривают глаза.

Со стола я уже помогала убирать, никто не был против, вскоре мы с Дианой поднялись на второй этаж, ее комната была в дальнем углу, пожелав друг другу доброй ночи, я вошла первой, но перед тем, как закрыть дверь, мельком кинула взгляд на другую дверь, которая была плотно закрыта и из-под нее не было и полоски света.

— Дамир-

Выключив компьютер, потянул руки вверх, ощущая, как тянутся мышцы. Посмотрел на часы, было три часа ночи. Выйдя из кабинета отца, кто-то вскрикнул, после света в темноту мои глаза напрочь отказывались кого-то увидеть. Сориентировавшись в темноте, нашел на комоде бра и включил. На лестнице стояла испуганная Маша, держась за полы халата возле горла, в то время, как снизу был прекрасный вид на обнаженные ноги. Заставил себя отвести взгляд от голых ступней и посмотреть ей в глаза.

— Ты чего не спишь?

— Пить хочу.

— У тебя видно входит в привычку на новом месте просыпаться посреди ночи в жажде пить.

— Наверное, — Маша стеснительно улыбнулась, спустилась с лестницы, подошла ко мне. Я медленно вдохнул ее запах цветочного шампуня, руки так и чесались заключить ее в объятия, а вообще унести в спальню и…

— Так где тут кухня? Пить хочу, умираю! Просто очень душно! В следующий раз возьму с собой стакан воды! — затараторила девушка, заглядывая мне в глаза. Моргнув пару раз, улыбнулся ей, направился на кухню. Маша шла следом, я спиною ощущал ее скользящий по мне взгляд, когда резко обернулся, она налетела на меня, выставив руки вперед. Я тут же рефлекторно обнял ее за талию. Ее губы приоткрылись, а глаза стали большими, зелеными омутами, которые зазывали к себе на дно. Склонился и осторожно провел языком по губам. Не рыпнулась, только чаще задышала, руки сжали рубашку на груди. Осмелившись нырнул во влажную глубину ее рта, прижимая теснее к себе, пусть чувствует, как же я по ней соскучился, как мне хочется ее целовать, ласкать, любить… Маша застонала мне в губы, ответно потерлась телом об меня, распахивая халат. Подхватив ее под ягодицы, усадил на стол, вставая между ног, продолжая целовать уже лицо, спускаясь к шее, ключнице, руки скользили вниз, мягко пододвигая к себе. Ее ладони держались за плечи, выгибалась на каждый поцелуй, тихо постанывая от каждой ласки.

— Кхм! — раздалось веселое со стороны. Я недовольно зарычал, поднимая голову и стиснул в глухом раздражении зубы. В дверях, прислонившись к косяку, стоял ухмыляющийся Давид. Маша в руках напряглась, натянув рубашку на плечах, сидела и не шевелилась.

— Сгинь! — процедил, запахивая халат на груди девушки.

— Почему это? Тут такое интересное зрелище!

— Явно предназначено не для тебя!

— Да? Ожидаются еще зрители? Или это показ только для самих участников? Ай-ай, какие эгоисты, такое скрывать от благодарного зрителя. Что Дамирушка, и ты попался в сети под названием любовь или это просто похоть?

— Давид, прошу тебя, уйди!

— Вау, ты меня о чем-то просишь, как правило просто замахивался, переводя наш разговор на более понятный язык мужчин.

Хватка на плечах ослабла, посмотрел на вниз, Маша улыбнулась, слегка меня отстранила, слезла со стола. Думал, что опустит голову, пряча лицо в волосах и проскользнет мимо брата, как мышка, но вместо этого выпрямилась и вскинула гордо подбородок.

— А вы завидуйте молча, ибо если находитесь в родительском доме, наводит на мысли, что жена выгнала не только из дому, но и из постели! — и неторопливой походкой направилась на выход, но обернулась. — Я все еще жду стакан с водой и продолжение прерванного занятия! — медленно иронично скользнула по Давиду взглядом, ушла окончательно. Прикусив губу от сдерживаемого смеха, отвернулся к графину с водой.

— Маленькая, а зубки есть.

— А правда, Давид, чего ты у родителей ночуешь? Камилла объявила тебе бойкот за какой-нибудь свинство, на которое ты способен не только по отношению ко мне?

— Тебе какое дело! — буркнул Давид, подходя ко мне. Я напрягся, но налил второй стакан воды. Мы стояли рядом, но молчали. Он видимо что-то хотел сказать, но заговорить первому было выше него. Первым не выдержал я.

— Ну что? Ты пыхтишь мне в ухо, хочешь говорить, говори!

— Извини. Я не должен был трогать твоего ребенка. Дети — это святое. Как и женщины. Так что за эту девочку тоже извини.

— Все?

— Да.

— Извиняю. Можешь Камилле сказать, что простил, и жена пустит тебя в супружескую постель, ну а ты там постарайся, чтобы в следующий раз подумала стоит ли тебя так радикально наказывать, лишать себя удовольствия! — усмехаясь, посмотрел на хмурого Давида, взял стакан. Возле двери комнаты Маши замер. Сердце билось, как сумасшедшее. Я понимал, что никакого продолжения не будет, но вдруг…

— Вы не подрались? — зеленые глаза с беспокойством осматривали мое лицо на наличие каких-то синяков, царапин. — Прости, если наболтала лишнего! Просто он меня разозлил своим ехидством!

— Вот твой стакан воды и иди, ложись спать! — Маша смотрела слегка разочарованно, взяла стакан, замерла, когда наши пальцы соприкоснулись и возникло легкое покалывание. — Спокойно ночи, Маша!

— Спокойно ночи, Дамир!

— Маша-

Все последующие дни были суетливыми, я с Дианой была все двадцать четыре часа, решали последние вопросы перед свадьбой, когда приходили домой просто валилась с ног. Даже о Дамире не было сил думать. Он сам куда-то пропал с моих глаз. Давид тоже не напрягал своим присутствием. Да уж…я думала сгорю со стыда перед братом Дамира, когда тот застукал нас на кухне за довольно пикантным делом. Боже, как же я ждала потом продолжения. Ждала и до ужаса боялась, ибо не представляла, как смогу перешагнуть через себя, когда Дамир будет видеть меня всю перед собою. Во мне все еще были отголоски прошлого ужаса чужих губ, рук.

Вечер перед свадьбой прошел тихо, все словно копили силы перед завтрашним днем. Диана ушла рано спать, многие последовали ее примеру. Я, взяв плед, двинулась в сад, нашла тут уединенную беседку, но оказывается она сейчас кем-то была занята. Замерла в нескольких шагов от нее.

— Иди сюда! — сердце от знакомого голоса подпрыгнуло. Неторопливо вошла в беседку, села рядом с Дамиром, он заботливо накрыл меня принесенным пледом. — Как прошел день?

— В хлопотах. У меня голова кругом от того, как многое приходилось решать, и это при условии, что оставались мелкие вопросы. Свадьба это что-то муторное. Когда я буду выходить замуж, только роспись, никакого торжества для незнакомой толпы. Неужели вы всех приглашенных знаете?

— Конечно. Это родные отца, матери, тети, дяди, которых не пригласить было бы признаком неуважения. Здесь культ семьи, когда связями дорожат, каким бы ты братом не приходился. Знаешь, мне было дико первый раз, когда каждый прохожий был или родственником, или кумом, или сватом. И все поголовно знали, что я внебрачный сын. Ощущал себя зверушкой в зоопарке, всем было любопытно, но никто не подходил близко. Со мною и дети то первые дни не играли, запрещали. Потом отец всех поставил на место, плюс Тамара приняла меня, как сына, перестали коситься. Через некоторое время многие и забыли, что я неродной.

— А ты в России по ним не скучаешь? Все-таки приезжать раз в год, как-то до невозможности мало.

— И это мне говорит человек, который до сих пор так и не позвонил своим родителям! — в свете уличного фонаря я увидела, что губы Дамира изогнулись в улыбке. — Что тебя удерживает всего лишь от одного звонка?

— Не знаю! Я как-то уже привыкла думать, что ничего хорошего в свой адрес не услышу. Может позже съезжу домой.

— Когда? Ты первого сентября идешь учиться, у тебя еще работа, когда ты собираешься ехать? Если только после сессии, а это будет в январе. И ты планируешь до этого времени молчать? Не будь эгоисткой, от одного твоего звонка мир не рухнет, ты не изменишь своих планов, но родители будут спать спокойно! Вот на месте твоего отца, по заднице надавал за такое поведение!

— Папа меня никогда не бил!

— А зря, много дури в голове.

— Нас мама била.

— Плохо била! — если бы не улыбка, я подумала, что он на полном серьезе говорит о моем воспитании. — Родители у нас одни, мы их не выбираем. Поэтому, когда приедем в Россию, позвони и скажи, что все у тебя хорошо.

— Тебе повезло больше, у тебя две мамы… Одна многих стоит.

— Ты считаешь это везением? Мне кажется у ребенка должно быть понимание одного родителя. Я бы многое отдал в свое время, чтобы родная мать любила так же, как и Тамара.

— А сейчас ты бы ничего не отдал, чтобы услышать ее, увидеть?

— Нет. Сейчас мне все равно, где находится этот человек. Поезд давно ушел.

— Ты уверен? — я взяла его за теплую ладонь, Дамир посмотрел на наши руки, потом в глаза.

— Надо идти спать, завтра будет долгий день, он, конечно, закончится, но его еще нужно будет пережить! — мы сидели рядом, я еще ближе придвинулась, чтобы было тепло не только руке. — Ты замерзла? — Дамир поправил на мне плед, расцепил наши руки и обнял за плечи. Я грелась его теплом.

— Дамир… — посмотрела на его гордый профиль, потянулась к нему, чтобы поцеловать уже в колючую щечку, как услышала приближающие шаги, сразу же отпрянула.

— Дамир?! — это был Илиа. (3303c)

— Я здесь, отец! — Дамир убрал руку с моего плеча, встал со скамейки, заслоняя меня собою.

— Мне нужна твоя помощь.

— Да, конечно! — он сделал вид, что находился тут одни, не обернулся, не дал своему отцу меня увидеть. Обида встала поперек горла. Как он может быть одновременно таким притягательным и одновременно отталкивающим? И что я сама ждут от него? И да, пора было самой себе признаться, какого развития отношений мне бы хотелось добиться от Дамира! Вечный защитник, друг, любовник, муж, отец моих детей? Но все это потом, после свадьбы Дианы, а сейчас действительно нужно было идти спать, дабы выдержать грузинский темп в праздновании.