Глава 6. Сергей

Половина одиннадцатого вечера, а я всё ещё в кабинете офиса. Не потому, что много работы – с делами я разобрался ещё днём. Просто не хочется возвращаться в пустую квартиру, где единственное живое существо, которое меня там ждёт, встретит радостным лаем и попыткой лизнуть в лицо. Дэн, конечно, хороший пёс, верный, преданный. И всегда готов меня выслушать. Но мне нужно ещё и понимание.

Сам с собой я уже переговорил. Итог разговора неутешительный: я псих, старый дурак и вообще не умею жить.

С Максимом мы до сих пор играем в молчанку. Он не звонит, не приезжает. Хотя мог бы первый сделать шаг, паршивец. Я всё-таки его отец. Но нет, упрямство как у осла. И в кого он такой?

Сегодня позвонил Алексей – Забродин, мой партнёр и, как ни странно, единственный человек, которого я могу назвать другом. Это при том, что мы знакомы всего два года, с тех пор как я переехал в этот город и выкупил долю в сети. Он моложе меня и моя полная противоположность – лёгкий, открытый, коммуникабельный. Поэтому «связь с общественностью», то есть все рабочие контакты отрабатывает сначала он. И делает это не только отлично, но ещё и с удовольствием.

Алексей всегда умеет расположить к себе людей. В этом его сила и моя слабость: мне приходится быть жёстким, чтобы нас боялись, а он просто улыбается – и все готовы за ним идти.

– Слушай, давай в субботу в «Дворянскую усадьбу» сходим? Давно там не были, – предложил Забродин. – Внеплановую проверку проведём, так сказать. Заодно расслабимся после трудовой недели.

– Мог бы просто сказать, что соскучился, – буркнул я, но отказать не смог. Во-первых, у меня нет причин отказываться. Во-вторых, один дома с Дэном и виски я сойду с ума.

– Соскучился, – без тени смущения признался Алексей. – Ты в последнее время сам не свой. Что случилось?

– Ничего, – соврал я. – В субботу так в субботу. Во сколько?

– Давай к семи. Посидим, пока народ не повалил.

Я согласился.

***

Суббота. Выходной даже у меня.

С утра мы с Дэном совершаем привычный маршрут – парк, набережная, кофе из автомата, который я терпеть не могу, но пью, потому что больше негде взять нормальный кофе в шесть утра. Пёс сегодня особенно навязчив: тычется носом в ладонь, требует внимания, даже пытается стащить поводок и убежать в кусты. Я еле удерживаю его, мысленно проклиная всех собак на свете и особенно эту – чёрную, наглую, но такую преданную, что злиться на неё всерьёз невозможно.

До вечера сижу дома в кабинете перед ноутбуком, разбираю предложения поставщиков. Вот черти – два дня не заглядывал в корпоративную почту, накидали хрен знает что. Отдел закупок, конечно, разберётся и без меня, но контроль – превыше всего. Мои рестораны – моя личная империя. Мой Элизиум – символ порядка и эстетики.

Вечером звонит Забродин. Бодрый, как всегда, будто и не было вчерашнего совещания, на котором он едва не уснул под доклад бухгалтера.

– Сергей, ты готов? Я уже выехал. Жду тебя у «Дворянской усадьбы» через полчаса.

– Готов, – бурчу я. – Только объясни ещё раз: зачем нам туда ехать в выходной вечером? У тебя нет дел поважнее?

– Ты же сам говорил, что мы мало внимания уделяем этой точке. Вот и проверим, как они работают, когда не ждут проверки. Неофициально, без предупреждения. Самый эффективный метод.

Я хмыкаю. В его словах есть смысл – за два года работы в этом городе я действительно редко заглядывал в «Дворянскую усадьбу» именно отдохнуть, предпочитая головной «Элизиум» и ещё пару ресторанов из нашей сети. Обычно там – в ресторане с русской кухней – мы проводим деловые ужины. Но чтобы Алексей сам вызвался на проверку в субботу вечером? Это на него не похоже. но, в сущности, какая мне разница? Может, ему тоже некому душу отвести.

– Ладно, – соглашаюсь я. – Встречаемся. Но если я увижу хоть одно нарушение, премии у сотрудников не будет.

– Жестоко, – усмехается Забродин. – Ну да ладно, твоя воля.

Я отключаю звонок и иду собираться.

Выбираю тёмно-серый пиджак и чёрные брюки – ничего особенного, обычный выходной образ человека, который даже в субботу не может позволить себе расслабиться. Дэн провожает меня до двери с угрюмым выражением морды, как будто я ему что-то обещал, но не выполнил. Я чешу его за ухом, обещаю принести лакомство и выхожу.

Ресторан «Дворянская усадьба» находится на набережной у озера – двухэтажное здание из светлого кирпича с большими окнами, из которых открывается вид на воду. Внутри уютно, по-домашнему, без той помпезности, которую я сам же и привил «Элизиуму». Деревянные панели на стенах, мягкий свет бра, уютный запах дома. Место, куда приходят не ради статуса, а ради хорошей кухни.

Я паркуюсь, захожу внутрь. Забродин уже стоит у входа, разговаривает с администратором – молодой женщиной в чёрном платье, которая улыбается ему так, будто он её лучший клиент. Ещё бы не улыбаться руководству!

– Сергей Юрьевич, – администратор переключает внимание на меня, – добрый вечер. Мы вас не ждали.

– В этом и смысл, – отвечаю я, проходя в зал. – Хочу посмотреть, как вы работаете без подготовки.

Она бледнеет, но берёт себя в руки. Хорошая выдержка. Возьму на заметку.

Мы с Алексеем проходим в зал. Народу пока немного – несколько пар за столиками, компания у окна, официанты снуют между столами с подносами. Всё выглядит прилично: чисто, аккуратно, ни криков с кухни, ни разбитой посуды. Я уже начинаю расслабляться, думая, что проверка будет формальной и можно будет спокойно поужинать.

Окидываю взглядом зал и... вижу Ирину.

Она сидит у окна, в компании весёлой брюнетки чуть постарше. Тёмно-вишнёвое платье – я невольно отмечаю, как ей идёт этот цвет, – гордая осанка. Она что-то говорит подруге, улыбается.

Снова Ирина.

Моя первая и последняя любовь. Женщина, которая разбила мне сердце тридцать лет назад. Мать девушки, на которой хочет жениться мой сын.

Что-то болезненное сжимает мне грудь.

Я останавливаюсь как вкопанный, забыв, зачем пришёл. Забродин тоже останавливается, глядя на меня с недоумением.

– Сергей? Ты чего?

– Ничего, – выдавливаю я сквозь зубы. – Выходим.

– Куда? – он хватает меня за рукав. – Мы только зашли.

– Я сказал, выходим, – повторяю я, разворачиваясь к выходу.

Надо уйти. Немедленно. Пока она меня не заметила. Пока не началось то, что случилось в прошлый раз или ещё хуже – сцена со скандалом.

Но поздно.

Она поворачивает голову и смотрит в мою сторону. Её глаза – эти проклятые голубые глаза – расширяются, лицо каменеет. Она узнала меня.

Твою мать!

– Сергей, что происходит? – Алексей не отпускает меня. – Ты знаешь эту женщину?

Он крутит головой и смотрит по направлению моего взгляда.

– Нет, – рявкаю я резко и неожиданно для себя громко.

Официантка, проходившая мимо с подносом, вздрагивает и чуть не роняет тарелки. Я тут же переключаю на неё своё внимание – нужно выплеснуть злость, и она оказывается под рукой.

– Вы что, работу потерять хотите? – шиплю я, глядя на то, как она дрожащими руками ставит тарелки на стол. – Где ваша выправка? Что за неуверенные движения? Если вы не способны работать, оставайтесь дома.

Девушка краснеет до корней волос, открывает рот, но не произносит ни слова. Забродин кладёт руку на моё плечо и мягко, но настойчиво отводит меня в сторону.

– Спокойно, – говорит он тихо. – Ты пугаешь людей. Что случилось? Это из-за неё?

Он кивает в сторону Ирины, которая уже отвернулась к окну и делает вид, что не смотрит на нас. Но я вижу, как напряжены её плечи, как крепко она сжимает бокал с вином.

– Я же сказал: ничего, – цежу я. – Просто вспомнил, что у меня дела.

– Какие дела в субботу вечером? – Забродин усмехается. – Дэн ждёт? Потерпит. Мы пришли поужинать, так что давай садись и не позорься.

Я смотрю на него. В его глазах насмешка и… любопытство. Ему хочется знать, что происходит. И он не отпустит меня, пока не узнает.

– Ты что, специально меня сюда привёз? – спрашиваю я, прищурившись.

– В каком смысле? – он удивлённо смотрит на меня.

Или я параноик, или он хорошо врёт.

– В прямом. Ты знал, что она здесь будет?

– Откуда, Сергей? – он смеётся. – Я даже не знаю, кто это. Ты мне не говорил. Хочешь, представь меня, и я сам спрошу, кто она и почему тебя так колотит от её присутствия.

– Не хочу никому тебя представлять, – отрезаю я. – И вообще, мы уходим.

Но Алексей уже делает шаг в сторону столика Ирины.