ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Во вторник Берт проснулся от настойчивого звонка по браслету связи.

— Да? — простонал он, принимая вызов. Голова демонски болела, и у него было подозрение, что это от сигар Дайда.

— Что с тобой, Берт? — проекция Валлиуса удивлённо подняла брови. — Ты как будто с похмелья.

— Почти. Γектор вчера притащил какие-то сигары…

— А, — Йон оживился, — понятно. Вообще Дайд любитель дурманного курева, ему постоянно все надаривают, чтобы задобрить. Он как накурится, на человека становится похож.

— Он и без этого похож…

— Ну с точки зрения анатомии — да, — хохотнул главврач. — В общем, ты вставай, прими душ и выпей литр воды.

— Зачем?

— Чтобы пописать, — рявкнул Йон, но тут же исправился: — То есть, интоксикацию снять. Если не поможет, в госпитале попроси тебе капельницу сделать. Физраствор, витаминчики. Можешь даже терапевту сказать, что тебе нужен «опохмелун». Тебя поймут.

— Хорошо. Когда будем стимулировать процесс восстановления?

Берт рассказывал Валлиусу и Дайду о своей находке еще в тот день, когда Γектор попросил его сыграть роль «живца», и дознаватель одобрил план по стимуляции, заявив: «Чем скорее вы перестанете быть овощем, тем лучше».

— Ну уж точно не сегодня, — хмыкнул Йон. — А то от тебя один дым и останется. Я по другому поводу к тебе, Берт. Нашёл я для Эн… специалиста.

— Шамана?

— Шаманку. Сегодня после обеда она вас ждёт, я договорился. По поводу пространственного лифта — возьмите с собой одного из охранников Арчибальда, пусть прокатит туда-сюда, заодно и под присмотром будете.

— Деньги?..

— Она скажет. Они никогда не говорят, пока не посмотрят на… клиента.

— Хорошо, я понял. Как зовут-то её?

— Ив Иша. Или Иша Ив… Демоны, забыл правильный порядок. Разберёшься, в общем.

— Куда я денусь…

После окончания разговора с Йоном Арманиус какое-то время лежал и думал — благо, Валлиус разбудил его слишком рано и можно было немного поваляться.

Интересно, что там еще за версии остались у Дайда? Судя по тому, как он сказал «Арен — очень неудобный император» и «конкретно это высочество у меня слабо подозреваемое» — ему приходила в голову мысль о заговоре против правящей династии. И Берт охотно бы в это поверил — в конце концов, подобные вещи были и будут всегда, — но он решительно не мог понять, при чём тут Эн.

Кто-то так не хотел, чтобы она вышла замуж за Арчибальда? Ладно, допустим, так и есть, но зачем же сразу убивать? Скомпрометировать девушку так, чтобы император не позволил своему двоюродному брату на ней жениться, гораздо проще, чем устраивать портальную ловушку. И если тебя поймают, можно отделаться штрафом и лёгким испугом, тогда как в случае убийства придётся сидеть в тюрьме.

Нет, Арчибальд здесь вообще ни при чём. Судя по тому, как Гектор прилип к нему, Арманиусу, дознаватель считает, что при чём как раз Берт. И Эн убрали, чтобы он не вылечился. Промедление в его ситуации было смерти подобно, и только благодаря оставленной тетрадке он выкарабкался.

И кому он мешает?

Арчибальду — завоевать Эн. Но нет, принц убил бы Арманиуса, а не свою возлюбленную.

Совету архимагистров — тем, что предположительно оказывает влияние на Арена. Но в таком случае какая разница, есть у него магия или нет? Никто не помешает им общаться, если Берт перестанет быть магом. Проще было бы убить его самого… а лучше сразу Арена.

Арманиус поморщился. Да, и в который раз в своих рассуждениях — а рассуждал так он не единожды, — он дошёл до устранения императора. И это ему демонски не нравилось.

Надо вернуться назад. В конце концов, покушение было совершено на Эн, а не на Арена.

Вернуться назад…

В голове что-то щелкнуло.

И секундой спустя Берт отбросил в сторону одеяло и вскочил с кровати.

Сердце колотилось, как шальное.

Он только что понял: вернуть память Эн — возможно. Да, возможно! Да, это запрещено, и это, скорее всего, уничтожит его самого — если не физически, то по крайней мере как мага, — но возможно.

Берт улыбнулся, чувствуя себя слегка безумным и уже понимая — это тот самый путь, по которому ему когда-нибудь придётся пойти.

* * *

Во время завтрака Арманиус выглядел почему-то очень бодрым и радостным, и Эн с интересом наблюдала за ним, но спросить, в чём дело, так и не решилась.

— Сначала за тобой зайдёт Арчибальд, — сказал Берт, с энтузиазмом поедая омлет с помидорами. — А потом уже я отправлюсь в госпиталь. Надеюсь, что к обеду он тебя вернёт, потому что сразу после нас кое-где ждут.

— Нас?

— Да, нас с тобой. Попробуем вернуть тебе память.

— Вчера же император пробовал…

— Пробовал. А сегодня попробует уже не император.

Эн задумчиво наколола на вилку кусочек помидора и сказала:

— Мне кажется, если уж у его величества не получилось, то вообще ни у кого не получится.

Берт вдруг посерьёзнел и, отодвинув в сторону опустевшую тарелку, спокойно, но твёрдо сказал:

— Эн, необратимые разрушения магического контура изучали до тебя многие маги. И многие были очень хорошими, одними из лучших. И архимаги, и архимагистры. Но только ты открыла «точку невозврата» — до тебя любой прогресс считался обратимым. Ты — простая аспирантка с уровнем дара в две магоктавы.

Эн почувствовала, что краснеет.

— Я понимаю, о чём ты говоришь, Берт. Но…

— Но мы попробуем, потому что Арен — не панацея, — Арманиус улыбнулся и кивнул на блюдо с булочками. — Ешь скорее, пока не остыли.

— А ты?

— Меня здорово тошнит во время процедуры в госпитале. Боюсь, в себе не удержу. Вот вернусь и съем. Если, конечно, ты мне что-нибудь оставишь.

— Оставлю! — возмутилась Эн и смущённо опустила глаза, когда Берт рассмеялся.

Примерно через час Эн, кутаясь в симпатичную и совершенно новую белую шубку, вышла из дома в сопровождении Арманиуса. Возле крыльца их ждали два магмобиля. Эн — чёрный с символикой правящей династии, чистый и величественный, а Берта — слегка заляпанное такси без всяких символик.

— Жду её назад максимум через три часа, — сказал Арманиус, передавая Эн очень высокому и крупному мужчине в форме охранника. — И, если не возражаете, вы нам понадобитесь. Надо кое-куда перенестись.

— Если его высочество не будет против, — пробасил охранник. — Тогда без проблем.

— Не будет. Передайте ему, пожалуйста, что мы сегодня попробуем нетрадиционную медицину. Брайон Валлиус договорился с шаманкой по имени Ив Иша.

— Хорошо, я передам.

— Приятно тебе провести время, Эн, — Арманиус улыбнулся и побежал к своему магмобилю. Эн проводила его взглядом — чёрное пальто, тёмные короткие волосы с запутавшимися в них снежинками, прямая уверенная спина, — и, чуть слышно вздохнув, села в салон.

— Здравствуй, Энни, — широко улыбнулся оказавшийся там Арчибальд. — Рад тебя видеть.

— И я тебя.

Душой она не покривила — Эн действительно очень нравился его высочество. Не так, как Берт, но всё-таки сильно.

— Слышал, что сказал Арманиус. Надеюсь, от этой шаманки будет результат.

Магмобиль медленно тронулся, и Эн, поняв, что охранник их не побеспокоит — видимо, сел спереди, — спросила:

— А ты не веришь?

— Шаманство — вещь довольно противоречивая, — пояснил Арчибальд. — Я видел людей, которым помогло, но и разочарованных достаточно.

— С официальной медициной то же самое, — возразила Эн. — Я, когда лежала в госпитале, слышала, как Валлиус сказал, что бессмертных не существует.

— Это точно, — принц рассмеялся. — Но если говорить именно о цифрах, Энни, то шарлатанов-шаманов гораздо больше, чем врачей. Однако Брайон знает, кого советует, и я уверен, что он нашёл лучшего…

— Шарлатана?

— Нет, — Арчибальд понимающе усмехнулся, — лучшего специалиста.

Эн закусила губу и отвела глаза.

Честно говоря, с тех пор, как она прочитала несколько страниц в тетради с планом лечения Берта, её разрывало от противоречивых мыслей и рассуждений.

С одной стороны, очень хотелось вернуть себе память и вновь заниматься тем, чем она занималась.

А с другой…

«Архимагистр… Если вы читаете эти строки…»

Вы.

Нет, Эн ничего не сказала Берту о своём открытии — струсила.

И теперь она отчаянно трусила вспоминать о прошлом. Тогда, в той жизни, она называла Арманиуса «архимагистр» и «вы», а значит, не таким уж он хорошим другом ей был. Точнее, он им даже совсем не был, иначе она называла бы его по имени.

И в данный момент Эн не представляла, что ей дороже — собственная память или друг Берт.

Хотя бы друг.

Минут через двадцать кружения по центру Грааги, которое Арчибальд сопровождал интересным рассказом про архитектуру города — Эн ловила каждое его слово, так любопытно ей было, — магмобиль подъехал к странному месту. Вывеска с надписью «Иллюзион» мигала разноцветными огоньками, и это наверняка потрясающе выглядело бы вечером. Да и сейчас было неплохо, если бы не странность — под вывеской располагались резные деревянные ворота, за которыми абсолютно ничего не находилось, кроме белёсого тумана.

— Что это?

Принц улыбнулся, но как-то неуверенно.

— Аттракцион. Называется «Иллюзион». Держи. — Арчибальд вложил в руку Эн маленькую монетку. — Это билет. Иди туда, а я подожду тебя здесь. Побываешь там, а потом ещё попутешествуем по городу, и в кафе какое-нибудь зайдём.

— Знаешь, — Эн с сомнением посмотрела на монетку, — у меня странное чувство… Что-то ты темнишь, мне кажется.

— С чего это ты взяла? — принц сделал невинные глаза.

— Ну… если бы это действительно был аттракцион, ты пошёл бы со мной. А так… очередная попытка вернуть мне память, да?

Арчибальд вздохнул.

— Я не знаю, Энни. Может, и сработает… Ты была здесь недавно, вдруг это имеет значение? Подобную терапию практикуют, и она приносит плоды, но твой случай уникальный. Давай попробуем? Ничего страшного не случится, я обещаю.

— Я понимаю. Просто не расстраивайся, если не получится.

— Постараюсь.

За воротами, которые распахнулись, как только Эн подошла ближе, оказался тот же туман. Она неуверенно огляделась — он был со всех сторон, — и, нервно вздохнув, пошла дальше.

Странно, но туман, казалось, тоже нервничает. Он лизал руки и лицо Эн, прикасался ко лбу, словно пытался что-то понять.

Она тоже пыталась понять. В чём состоит аттракцион?

Наконец туман отступил, чуть рассеялся… и оттуда навстречу Эн шагнул Арманиус.

— Берт?..

— Заблудилась? Давай руку, Энни, — сказал он, улыбнувшись, и сам взял её ладонь.

Она ничего не понимала. Откуда здесь взялся Берт? Он ведь должен быть в госпитале.

— Что ты…

— Мы пройдём этот путь вместе, — продолжил он, глядя на Эн тепло и ласково, — не бойся.

От его взгляда все тревожные мысли в голове растворились, словно впитались в туман. И стало так хорошо и спокойно… С тех пор, как Эн поняла, что потеряла память, ей еще не было настолько хорошо.

А через секунду рассеялся и туман. Теперь вокруг них был лес, над головой — яркое, но нежное солнце, а под ногами — тропинка.

— Я не боюсь, — прошептала Эн, глядя Берту в глаза и ощущая, как колотится сердце. — Пока ты со мной, я не боюсь.

— Я всегда буду с тобой, — сказал он негромко, поднял руку и погладил её по щеке. — Всегда. Обещаю.

Эн широко улыбнулась и прижалась щекой к его ладони.

* * *

Когда Арманиус вернулся домой после процедур, Эн еще не было, и он старался не думать об этом. Арчибальд говорил накануне им с Ареном и Дайдом, что если у императора не получится помочь с возвращением памяти, он хочет попробовать свозить её в «Иллюзион», и просил особого разрешения сделать это. Ведь Эн уже была в этом году в «Иллюзионе», а ходить туда можно только раз в год. Арен своё разрешение дал, правда, сказал, что если у него не получится, то у «Иллюзиона» тем более, но попробовать можно.

Берт совершенно не верил в успех этого предприятия. «Иллюзион», конечно, место уникальное, но память Эн заперта слишком надёжно, и открыть сокровенные желания девушки не сможет. Да, это одна из сильнейших родовых магий, однако «Иллюзион» всего лишь создаёт иллюзию исполнения желаний, а не исполняет их в реальности. И даже если Эн хочет вернуть себе память — вернуть её по-настоящему артефакт-аттракцион не сможет. Возможно, у Эн появится ощущение, что она всё помнит, но это пройдёт, как только она выйдет оттуда.

В любом случае, часть магии «Иллюзиона» — это отсутствие душевных мук от невозможности исполнения желаний, именно поэтому Берт не стал противиться идее Арчибальда. Риска всё равно никакого. Да и вдруг случится чудо?

Арманиус усмехнулся. В чудеса он не слишком верил. Особенно в подобные иллюзорные чудеса.

Другое дело — шаманка. Вот тут он не знал, чего ожидать, потому что практически не сталкивался с такими людьми сам. Разговоров вокруг и около было много, и Берт слышал о нескольких чудесных исцелениях — правда, не в случае со сломанным энергетическим контуром, — но правдивы ли эти разговоры или там, как это обычно бывает, вымысла больше, чем истины?

Хотелось верить в то, что шаманка сможет помочь Эн, ведь это была по сути их последняя надежда, не считая идеи Берта. Но его идея настолько рискованна, насколько вообще может быть рискованна чья-то идея, и не факт, что её возможно осуществить. Даже получить разрешение у Арена на подобное — практически невероятно. Теоретически, впрочем, тоже. Император никогда в жизни не позволит Берту сделать это, и прежде, чем идти к нему, нужно понять, чем Арена можно подкупить. Он человек практичный и будет оценивать не эмоции Арманиуса, а реальные предложения. Словом «пожалуйста» его точно не впечатлить.

В дверь позвонили, и Берт вздрогнул, отвлекаясь от напряжённых мыслей. Посмотрел на часы — да, пора бы принцу вернуть Эн, прошло как раз около трёх часов.

Арманиус вышел из библиотеки и пошёл вниз, навстречу Эн, рядом с которой стоял и охранник. Арчибальда с ними не было.

Увидев Берта, девушка радостно улыбнулась. Она выглядела довольной, и сердце кольнуло волнением.

— Ты?..

— Я всё ещё ничего не помню, если тебя это интересует, — сказала Эн спокойно. — Арчибальд признал своё поражение и бесполезность «Иллюзиона». Но… было неплохо. — Это уже она произнесла, чуть покраснев. — А потом мы ездили по городу, зашли в Центральный музей и в кафе при нём. Так что я совсем не хочу есть.

— Зато я хочу, — вздохнул Берт, ощущая, как в очередной раз разбились его надежды. Пусть они были призрачны, но всё же. — Зверски. А вы?.. — Он вопросительно посмотрел на охранника. — Кстати, как вас зовут?

— Грег, — пробасил мужчина, столь же сильно напоминающий гору, как Дайд — дерево. — Ну, если я вам еще понадоблюсь, как вы говорили, то было бы неплохо пообедать.

— Тогда сейчас устроим.

Через час, когда все были сыты — даже Эн всё-таки съела второе, не выдержав аппетитного запаха заказанной в «Омаро» еды, — охранник построил в прихожей пространственный лифт по координатам, присланным Валлиусом по браслету связи, и они втроём перенеслись в Тиару — небольшой городок на севере Альганны.

Узкая улочка, вымощенная светло-серым камнем, плотно стоящие — словно маленькие крепости — дома, и горы снега на черепичных крышах, увитых вечнозеленым плющом. Ничего особенного, обычный маленький городок, и здесь в воздухе тоже пахло пряниками и ещё чем-то праздничным, сладким.

Прямо перед ними находилась калитка, но Берт вначале по привычке огляделся, ища Γеенну. Она была позади — огромный огненный столб, уходящий далеко в небо, от которого несло жаром и смертью.

— Ох… Это Геенна? — спросила Эн негромко, и Арманиус кивнул. Давненько он её не видел… и не мог сказать, что сильно соскучился. — А как она выглядит, когда пробуждается? Так же?

— Нет. Сейчас она оранжево-жёлтая, видишь? Значит, спит. А прежде, чем выпустить из себя очередную дрянь, она становится гораздо краснее. Часа за два обычно… Патрульные следят, и если такое случается — докладывают в Центр, и мы уже за это время должны привести себя в полную боевую готовность.

— Наверное, это очень страшно… — прошептала Эн и явно удивилась, когда Берт сказал:

— Страшно. Но это не самое страшное, что бывает в жизни. Страшнее всего — беспомощность. Когда рядом погибают твои товарищи, или ты видишь, что не успеваешь помочь людям, и они умирают у тебя на глазах. — Арманиус отвернулся от Геенны и посмотрел на дом шаманки. — Ладно, сейчас это всё не к месту. Где тут звонок?

— Нету, — усмехнулся охранник и кивнул на большое чугунное кольцо, впаянное в дверь. — Видимо, «звонить» предполагается этим. У шаманов вообще много странностей, насколько я знаю.

Берт взялся за кольцо и стукнул им в дверь. Гул внутри стоящего перед ними домика раздался такой, что сразу стало понятно — кольцо не обычное, а магическое.

А потом дверь открылась.

* * *

Прямо посреди небольшого заснеженного двора находился колодец, откуда набирала воду в два больших ведра безумно странная женщина.

Она выглядела действительно безумной — высокая и до безобразия худая, почти как Гектор Дайд, одетая в тёмно-коричневое платье из плотной ткани, напоминающей материал для мешков из-под картошки. На шее висело длинное ожерелье из каких-то бусин, камней и птичьих перьев, в ушах качались огромные серьги, достающие до плеч, в комплект к ожерелью — тоже из камней и перьев. Абсолютно седые волосы были заплетены в косу до пояса, по всей длине которой змеилась ярко-красная лента.

Кожа женщины была смуглой, будто бы прокуренной, губы — тонкими, а нос крючковатым и длинным, словно у хищной птицы.

Но больше всего Эн поразили глаза шаманки. Ярко-синие, как небо в летний день, и очень добрые — казалось, что они принадлежат другому человеку, потому что эти глаза не могли иметь ничего общего с образом тощей ведьмы из детских сказок.

— Добро пожаловать, — сказала женщина, оглядев Эн, Берта и охранника с головы до ног. — Идите в дом, я сейчас подойду.

— Вам помочь, может? — спросил Арманиус, кивнув на вёдра с водой.

— Ну помогите.

Грег с Бертом подхватили ведра и последовали за шаманкой, которая повела их внутрь. Эн пристроилась в хвосте, с любопытством оглядываясь. Летом в этом дворе наверняка росло множество разнообразных цветов и трав, но сейчас кроме снега и расчищенных вымощенных камушками дорожек между сугробами ничего не было видно.

— Куда отнести воду? — услышала Эн голос Берта, как только они вошли в дом.

— Вперёд, в гостиную. Только разуйтесь сначала. Держите тапочки.

Эн улыбнулась, наблюдая, как Арманиус и охранник засовывают ноги в мягкие розовые тапочки с помпонами. Ей шаманка дала точно такие же.

— Гостевой набор, — пояснила женщина, увидев, как кривятся посетители. — Другого цвета не держу.

У неё самой тапочки были обычные, коричневые, но тоже с бусинами и перьями.

Минутой спустя, оказавшись в гостиной, Эн замерла, с интересом рассматривая шкафы с книгами, банками, коробочками, птичьими чучелами, деревянными шкатулками и даже какими-то черепами. Ещё здесь были пушистый тёмно-зелёный узорчатый ковёр под ногами, большой камин, в котором громко потрескивал огонь, два старых бежевых дивана в голубой цветочек и журнальный столик. Столик был совершенно чистым — ни оставленных чашек, ни бумаг, ни скатерти.

— Садитесь, — шаманка кивнула на один из диванов, сама опускаясь на второй. — Вёдра поставьте на пол. И рассказывайте, что привело вас ко мне.

Эн села на диван, вопросительно посмотрела на Берта — кому рассказывать? — он поймал её взгляд и, ободряюще улыбнувшись, начал:

— Уважаемая Ив Иша… — Ведро глухо стукнулось об пол. — Надеюсь, я правильно запомнил ваше имя?

— Да, всё верно. Вы сами можете не представляться. Имена не имеют никакого значения.

Арманиус на секунду запнулся, явно удивлённый этой мыслью, но быстро справился с эмоциями и продолжил:

— Проблема у нашей спутницы. Она потеряла память. Официальная медицина не смогла помочь. И…

— Понятно, — перебила его шаманка, махнув рукой. — Остальное можно не уточнять. Посидите минутку.

Женщина встала с дивана и подошла к одному из шкафов. Там, на полке, стояла большая глиняная чаша. Её-то Ив Иша и взяла. Отнесла к столику, поставила, наклонилась, подхватила ведро и налила полную чашу воды.

Обычные действия на этом закончились, потому что через секунду шаманка туда плюнула, хлопнула по поверхности воды ладонью, вызвав тучу брызг, что-то проговорила-пропела и поманила пальцем Эн:

— Ну-ка, милая, посмотрись в воду. А потом скажи, что ты видишь.

Эн послушно приподнялась и заглянула в чашу.

— Ой…

Слева от неё взволнованно зашевелился Берт.

— Ну? Что видишь?

— Вода чёрная. Абсолютно. Я даже дна чаши не вижу…

— Так-так… — Шаманка наклонила голову, рассматривая Эн. — Интересно. Ну-ка дай ладошку.

Эн протянула ладонь и поморщилась, когда Ив Иша уколола ей палец невесть откуда взявшейся в руке иглой. Выдавила каплю крови в воду и сказала:

— Теперь посмотри и скажи, что видишь.

— Ничего, — пробормотала Эн, вновь заглянув в чашу. — Вода чёрная-чёрная, как будто вы туда чёрную краску добавили.

Шаманка кивнула и опять отлучилась к шкафу. Но на этот раз она достала изнутри одной из шкатулок маленькое зеркало. Подошла к Эн, поводила её проколотым пальцем по поверхности и попросила:

— Посмотрись.

Эн послушалась и парой секунд спустя удивлённо пробормотала:

— Ничего… Там чернота. Даже отражения моего нет.

— Так-так…

И вновь — к шкафу. С верхней полки шаманка достала нечто, накрытое фиолетовой тканью, и понесла предмет к столику. Аккуратно поставила, сняла ткань — под ней оказался стеклянный шар, внутри которого клубился туман. Он на самом деле клубился — закручивался в спирали, волновался, двигался…

— Что ты видишь внутри шара?

— Туман…

Ив Иша покачала головой, накрыла шар и опустилась на диван.

— Скажу вам сразу, — еще раз качнув головой, вздохнула женщина. — Скорее всего, не получится ничего. Пустота у неё вместо памяти, а из пустоты ничего не вытянешь. Было бы хоть что-то, хоть ниточка, я бы ухватилась и вытянула. А тут…

— Совсем безнадёжно? — негромко спросил Берт, и наверное, что-то в его голосе заставило шаманку объяснить:

— С пустотой сложно работать, в неё проваливаешься. Надо форму принять, и из этой формы что-то вытащить, а как сформировать пустоту? Но я попробую ещё кое-что. Только время нужно будет.

— Сколько угодно, — сказал Берт с такой страстью, что у Эн даже мурашки по телу пошли, — сколько угодно времени. И денег.

Ив Иша улыбнулась. Зубы у неё, в отличие от загорелой кожи, были белые, и улыбка — доброй.

— Это я понимаю. Но деньги я беру за результат, а пока его нет, то и денег не нужно, не впрок они будут. А вот кое-что другое будет впрок… — Шаманка достала из кармана платья ножницы и протянула их Эн. — Отрежь-ка мне, милая, прядь своих волос.

— Маленькую или побольше?

— Да сколько не жалко.

* * *

Из дома шаманки Берт вернулся в состоянии полнейшей разбитости.

Ив Иша, конечно, сказала, что попробует, но он видел по её глазам, что она сама не особенно верит в результат.

— Приходите в четверг, — сказала женщина, когда сплела из волос Эн пополам с какой-то травой куколку, засунув внутрь перемазанный кровью осколок зеркала. Того самого, в которое Эн смотрелась. Шаманка разбила его прямо о столик и взяла один кусочек. — В четверг скажу точно, смогу ли что-нибудь сделать.

Охранник перенёс их обратно в дом Берта и сразу ушёл, пробормотав, что отчитается принцу. Сам Арманиус быстро связался с Валлиусом, огорчил и его, и уже хотел заказывать ужин в «Омаро», как браслет вновь завибрировал.

— Есть успехи? — заинтересованно спросила проекция Гектора Дайда. — Что там с шаманкой?

Берт был так эмоционально вымотан, что даже не стал спрашивать, зачем это Гектору и какое отношение имеет к расследованию.

— Пока ничего хорошего. Пустота, говорит, не вытянуть… Но она ещё до четверга что-то будет делать, тогда поточнее скажет.

— Ясно, — Гектор поморщился и, к удивлению Арманиуса, выругался. — Демоны, так я и думал. Ладно… Я обсуждал сегодня с Брайоном твоё восстановление, точнее, его стимуляцию. На завтра договорились. Я сам тоже приду.

— Зачем? — тут Берт уже не смог скрыть удивления. — Это же простая медицинская процедура.

— Не такая уж и простая. И вообще, — Дайд скептически усмехнулся, — неужели мне не может быть любопытно?

Арманиус промолчал, про себя подумав, что Гектор с этим раскуриванием непонятных трав и внезапным любопытством будет поживее многих его знакомых.

— Хорошо. Тогда до завтра.

— До завтра, Берт.

* * *

Перед сном Эн долго вспоминала о том, что случилось в «Иллюзионе».

Нет, там не было ничего особенного — они с ненастоящим Бертом просто гуляли по лесу, разговаривали о какой-то ерунде, устроили пикник — Эн до сих пор помнила вкус сладких ягод на губах, — а в конце… обнимались.

Конечно, она ничего не рассказала Арчибальду о том, что было внутри «аттракциона», только сообщила, что по-прежнему ничего не помнит. И хоть он обещал, что не будет расстраиваться — всё равно расстроился.

Забавно. Принц объяснил, что «Иллюзион» исполняет три заветных желания — получается, Эн хотела, чтобы рядом с ней был Берт? И из этого желания вытекали остальные — гулять по лесу скорее значило «идти вместе по жизни», а объятия… взаимность.

Удивительно, что поцелуя не случилось.

Подумав так, Эн покраснела и от смущения накрылась одеялом с головой. Нет, нет и еще раз нет! Никаких иллюзорных поцелуев.

Поцелуи должны быть только настоящими!