Глава 23. Падшая

– Что? – охаю в таком шоке, что моя челюсть близка к тому, чтобы со звоном брякнуться на пол. – Кто-то из адептов видел, как ты ранним утром прилетела на драконе Арса, вот и судачат, – сообщает Лаура. Так вот, значит, что сегодня на повестке дня. Но «прилетели вместе» – это же не «ночь провели». Хотя с них станется додумать и переврать все в жутком свете! – Кто и что именно говорит? – допытываю подругу, а сама уже готова лезть на стену от мысли, что милые адепты могли там напридумывать. – Только то, что я сказала. Многие в недоумении. А большинство попросту не верит, – докладывает девушка, а затем вновь измеряет меня взглядом и застывает. – Так это правда? Ты летала на драконе Арса? – начинает тараторить так, будто собралась статью в академическом вестнике писать. В целом, ее шок понятен. Драконы – не ездовые лошадки, пассажиров обычно не берут, если ты не драконья всадница, но таких давно уже в мире нет. А у нас с Арсом, позволю заметить, был не тот случай, чтобы выбирать. Хотя… драконы обычно тащат “пассажиров” в лапах в безвыходных ситуациях. Как-то я об этом не подумала, да и что уж там – на лапы бы не согласилась. Лучше умереть на острове, чем от падения с высоты драконьего полета. Но стоит ли это объяснять Лауре? Окидываю подругу взглядом и понимаю, что обманывать ее не хочется, но и в детали вдаваться не стоит. – Просто так вышло. Но не говори об этом никому. Пусть слухи останутся слухами, – прошу я. Подруга охотно кивает, но не унимается. – А как так получилось? Вы что, правда были вместе? – Ничего подобного. Просто так совпало, что нам было по пути. – Точно? – Лаура, ты сейчас серьезно меня в чем-то подозреваешь? – Я? Нет! – машет она руками как ребенок. – Просто все это в уме не укладывается. Ты и… Арс? – Мы попали в небольшую передрягу, и только. Ничего не изменилось. Как были врагами, так и остались. Так что ты поосторожней на людях. А сейчас прости, мне нужно идти, – аккуратно, чтобы не обидеть, ссылаюсь на срочные дела и спешу уйти. Вот и он, дурацкий колодец, будь он неладен. Кто же оставляет такие опасные порталы открытыми? И мало ли что там Арс сказал про «запечатали», его вообще забором стоит обнести. Или что? Это исторический памятник? Тело пробирает дрожь от одной мысли, что тут произошло. Горячий взгляд Арса, его жаркие прикосновения, мои губы… О нет! Хватит! Я так свихнусь! Отворачиваюсь, сжимаю кулаки и стараюсь дышать ровно. Я сюда книги вообще-то искать пришла. Ага, вот и они. Стоят аккуратной стопочкой, будто кто специально собрал. Тянусь к фолиантам и замираю. А если ловушка? Тут никто просто так добро мне бы делать не стал. Хотя откуда им знать, что это мои книги? На всякий случай оглядываю со всех сторон и даже принюхиваюсь на наличие какого-нибудь слезного порошка. Вроде чисто. Беру в руки и убеждаюсь: ловушки нет. Надо же. Впервые за все время в академии мне так везет. Но расслабляться рано. Сейчас посмотрим, что будет на занятиях. На удивление и здесь все мирно. Даже слишком. Адепты лишь косятся, обсуждая новый слух. Наверное, им дико интересно узнать, что же такого могло произойти, чтобы нерадивая я удостоилась чести полетать на драконе Арса. В принципе находятся и смельчаки, готовые задать мне этот самый вопрос в лоб – те самые соседки по зельеварению. – Не знаю, о чем вы говорите, – отмахиваюсь я и занимаю свое место, демонстрируя, что разговор продолжать не намерена. За время искрометной практики осознаю, что день стоило начать с завтрака, так как под конец занятия желудок прилипает к позвоночнику от голода. Поскольку обстановка «в миру» вроде как относительно спокойная, в столовую иду смелее. Хотя я сейчас такая голодная, что меня и рота стражей не остановит, не то что приклеенные намертво взгляды адептов. О них стараюсь не думать, сосредотачиваюсь на подносе и беседе с той самой розовощекой и улыбчивой женщиной за раздаточным столом. Она вновь дает мне лишний пирожок, приговаривая, что слишком уж я худая. Забираю поднос и решаю сесть подальше, вон за ту колонну, чтобы любопытные шеи свои поворачивали, раз так хочется наблюдать за мной. Откусываю кончик того самого пирожка и попросту таю от наслаждения, будто вечность не ела. Будто даже не жила, а вот сейчас каждая венка набирается сил и энергии. Допиваю остывший чай и чувствую себя самой счастливой. А почему бы и нет? Косые взгляды – ерунда. Главное, Арса не видно. И его королевы тоже. Ах да, ректор ведь сказал, что виновных накажут. Значит, он вычислил, что это она? Или я зря радуюсь, и они все еще где-то здесь, а мне везет, и не пересекаюсь с ними? Подумав об этом, решаю не искушать судьбу и заканчиваю присест. – М-да, ни стыда ни совести, – тянет блондинка, стоя у стола с грязной посудой, куда я отношу поднос. – Другая бы на ее месте и носа не показала, а она живет припеваючи и щеки набивает. Ничего не стыдится. – Что с нее взять? Нищенка. Никакого воспитания, – цокает язычком вторая, пуская в меня осуждающий взгляд. – Ага, голодранцы только и умеют свои проблемы через постель решать. Ни капли гордости, – поддакивает первая, а меня от этих слов будто молнией бьет. Они ведь обо мне! Точно обо мне! Или я себя накручиваю после слов Лауры? – Интересно, что она сделала, чтобы Арс на нее внимание обратил? – Она? – вот теперь блондинка смотрит прямо на меня. – Не знаю. Разделась, наверное, и сама прыгнула. – Чего смотришь? Неприятно слышать правду о себе? – Обо мне? – хмурюсь я. Зато теперь не придется выглядеть дурочкой, уточняя, не в мой ли огород летели камни. – Я думала, вы о себе говорите. Решила не вмешиваться. Вы, к слову, отличное место для себя нашли. Грязная посуда. Грязные рты. – Что? – вспыхивает блондинка так, что даже ее волосы встают дыбом. – Ты что себе позволяешь? – А что тут позволять? Констатирую факты. – Т-ты! – брызжет слюной девушка, хочет мне что-то сказать, но от возмущения и двух слов связать не получается. Поворачивается к подруге. – Ты слышала? Какая наглость! Эта подстилка еще и рот тут раскрывает! Последняя фраза вылетает из ее перекошенного рта так громко, что привлекает еще больше внимания. Блондинка краснеет от злости, а я сжимаю кулаки. Подстилка, значит? М-да, а я успела порадоваться, что слухи угаснут так же быстро, как и появились. А они вот во что вылились… – Знаешь, что за клевету я могу подать на тебя жалобу магистрату? – шиплю я ей в тот момент, когда хочется взять поднос и отходить им ее как следует. – За подобное и исключить могут. Так что настоятельно рекомендую засунуть свою фантазию туда, где ей самое место, и не марать мое честное имя. – Фантазию? Клевету? – подключается брюнетка и задирает нос. Сверлит меня таким взглядом, будто убить хочет. Увы, я жажду вымыть ей с мылом рот ни капли не меньше. – Сама всем разболтала, как затащила Арса порталом на остров и там соблазнила, а теперь невинную из себя строишь? – Что? – хмурюсь я. Остров. Они сказали «остров», а я ведь никому ни словом не обмолвилась. Даже Лауре. Тогда как они узнали? – Что слышала! Или уши песком после любовной ночи засыпало?! Думаешь, раз получила благосклонность Арса на одну ночь, то что-то изменится? Ты лишь подстилка. Одноразовая грязная вещь! – выпаливает девчонка. Меня оглушает такая обида, что не успеваю сообразить, как рука взмывает вверх и проходится по ее щеке так, что в ушах начинает звенеть. Рука болит… – Сумасшедшая! – вопят подруги.– Ты за это ответишь, дрянь! Прыгают так, что вот-вот из собственной одежды выскочат, а я, оцепенев, гляжу в пустоту. Не хочу сейчас никого видеть, хочу исчезнуть, но снова и снова ловлю на себе взгляды. Шепчутся, обмусоливая это представление. “Остров. Остров. Остров.” Это проклятое слово звучит сейчас из каждого рта. “Соблазнила. Подстилка. Нет гордости.” “Падшая…” Я читаю все это во взглядах и тону в лютой ненависти, в непроглядном, холодном и вязком отчаянии. – Это не так! Это все ложь! – выпаливаю что есть силы, но понимаю, что моим словам сейчас никто не поверит. А зачем мне их вера? Какое мне дело до их одобрения или осуждения? Они всегда ненавидели меня. Им нужен лишь повод. Новый повод каждый день. Я это знаю, но почему мне так больно сейчас? Почему так невыносимо? Невыносимо настолько, что я не могу сдержать слез, и пока они не потопили глаза, выбегаю из столовой. Лечу прочь сломя голову, не имея даже малейшего представления, что с этим делать. Меня словно облепили грязью с ног до головы, я задыхаюсь, я погибаю… Смахиваю с глаз слезы, сворачиваю за угол в надежде спрятаться, как последняя трусиха, но врезаюсь в то, чего не должно быть на моем пути. Отлетаю от преграды, как мяч от стены, но «преграда» ловит меня за талию, нагло притягивая к себе. – Боги, так соскучилась, что летишь ко мне со всех ног? – раздается над ухом голос, вырывая меня из прострации и заставляя поднять взгляд. Прищур этих синих глаз, эта самодовольная ухмылка. Проклятый Арс! Это все из-за него! Если не он, то как все узнали про остров?