Глава 41. Наживка для принца

Мужчины останавливаются на пороге, окидывают взглядами помещение и останавливаются на мне, привязанной к стулу по рукам и ногам. Это зрелище их, к счастью, не радует. – Она увидела Лору, папа! – спешит доложить Тина. – Я в курсе, – рычит профессор Ронг. Он дико злой. Переводит ярый взгляд с меня на мою маму. Она вздрагивает, но не сутулится, не сжимается. Она лишилась памяти, но не своего характера. Она та, кто всю жизнь боролся с несправедливостью. Она та, кто, невзирая на страх, шел вперед. И хоть мама этого и не помнит, но истина все равно еще живет в ней. Пусть даже где-то очень глубоко. – Не вовремя, – хрипит Ронг и кидает в меня такой взгляд, что спина покрывается ледяным потом. – Видят боги, у меня на тебя были другие планы, девочка, но ты не оставила выбора. На его пальцах начинает искриться темное плетение. Застываю. Тело цепенеет от ужаса. Меня сейчас убьют? – Погоди, отец! – вмешивается наследный принц, который все это время всматривался в мое лицо под разными углами. – Эта безродная была сегодня во дворце. Арс объявил ее невестой. – Даже так? Ронг бледнеет, убирает плетение с пальцев. Вновь окидывает взглядом, а затем в несколько секунд настигает меня. Срывает путы и тянет мою руку вверх. – Вы что, не осмотрели ее?! – злится Ронг, впиваясь яростным взглядом в золотой браслет с красными камнями. – Идиоты! Этому я вас учил?! Тина вздрагивает и кидает испуганный и одновременно упрекающий взгляд на Лаоса. – Я активировал печати! – клянется он. – Блокаторы не пропустят сигнал! Профессор немного усмиряет свой гнев. – Славно. Хоть у кого-то есть голова. – хвалит Ронг, а затем вновь оборачивается ко мне и смотрит так пристально, что сердце уходит в пятки. – Этот браслет, Мира. Откуда он у тебя? – Арс, – отвечает вместо меня Лаос. Чтоб его! Откуда он знает? Хотя он и про туфли тогда не ошибся. Видимо, отлично помнит вкусы друга детства. – Что ж. Раз обстоятельства сложились именно так, то тянуть нет смысла. Убьем двух зайцев разом, – решает профессор. – О чем ты, отец? – спрашивает наследный принц. И мне это тоже очень хочется знать! Даже уже не так интересно, как именно вышло, что наследный принц оказался сыном профессора Ронга. – А что подсказывает тебе твой изощренный ум, будущий король? Арс наступает нам на пятки. Разве это не отличный шанс заманить его в ловушку и убить? – озвучивает свой план профессор. – И как мы это скроем от короля? Нас поймают! – пугается Тина. Здравая мысль! Правильная! Послушайте Тину, господа! – А ловить будут не нас, – усмехается профессор, поглядывая на принца. – Старая история повторится, но в этот раз с печальным концом? – подхватывает его мысль Тэрас. – Именно так, сын мой. Шпионка, которую искали всем королевством, вновь объявилась. Она подослала свою дочь сначала на площадь, чтобы создать прецедент, который позволил бы попасть в академию, где инкогнито учился младший принц. Мира следила за ним, соблазнила и заманила в ловушку своей безумной матери. А дальше… – Они пали в битве друг с другом, – продолжает мысль принц, а у меня сердце холодеет от ужаса. – Именно так, Тэрас. Никогда не сомневался в твоем уме, – хвалит профессор. – Но делать мы это будем не здесь, разумеется. Отведем в старый храм провидцев! Он достает из кармана портальный артефакт, хватает меня за грудки и поднимает со стула. В глазах начинает рябить. Стены исчезают. Мы оказываемся среди густой зелени какого-то жуткого сумеречного леса. Всюду деревья и полуразваленный храм. К нему и толкает профессор, держа меня за шиворот, как собачонку. Пытаюсь вырваться, но делаю лишь хуже. Он хватает меня за волосы, заставляя взвыть от боли. – Не рекомендую сопротивляться, – рычит мне в лицо. Открывает ударом ноги деревянную дверь и ведет по каменному темному коридору в самую глубь здания. Заводит в зал без окон, но тусклый свет проникает сквозь дыры в крыше, и толкает на пол поверх ломаных досок, выпавших из кровли. Тут же помещение заполняют и другие приспешники Ронга. Кроме Тины и мамы. – Ты, – зовет Ронг Лаоса, – расставь печати стягивания портала по внешним стенам. Арс не идиот. Почувствовав опасность, он придет не один, но будет в числе первых, раз дело касается этой девчонки. И как только он тут окажется, мы захлопнем портал. – Понял, – кивает Лаос и исчезает в коридоре. – Уже вижу, как этот идиот истекает кровью из-за тебя. – косится на меня Тэрас со злорадной усмешкой. – Надо же. Кто бы мог подумать, что у бездушного появится слабость? Это прям подарок богов. Или издевка. – Это ошибка, – выдвигаю господам свою версию. Пытаюсь заставить голос звучать ровно, несмотря на клокочущий в груди страх. – Вы сильно заблуждаетесь, если думаете, что Арс явится за мной! Я не представляю для него ценности. – Да ты что? А браслетик он тебе из скуки подарил? – ерничает Тэрас. – Браслет – лишь безделушка. Попытка кинуть пыль в глаза бедной девочке, чтобы с ней поиграть. И это вовсе не значит, что Арс станет рисковать собой, тем более ради меня! – В таком случае, тебе стоит молить богов, чтобы он все-таки пришел. Иначе умрешь тут в одиночестве, – угрожает Тэрас, а затем в его глазах вспыхивает пугающий огонь. – Даже жаль губить такую красоту, не опробовав. Не переживай, я не дам умереть тебе девственницей, в случае, если этот бездушный не явится. От его слов тошнота подкатывает к горлу, а тело обдает яростным пламенем. – Пошел ты! – рычу ему, за что отхватываю такую пощечину, что в ушах звенит. Но его гнусавый голос я слышу. – Забыла, с кем говоришь, безродная?! Тэрас хватает меня за шею, сдавливая ее так, что в глазах темнеет. Воздух! Мне нужен воздух! – Тэрас! Рано! – рявкает профессор Ронг. – Я говорю, хватит! Она нужна нам живой! – Но не обязательно в сознании, – едва различаю последние слова. Воздуха не хватает. В ушах шумит кровь. В глазах рябит, а после и вовсе темнеет. *** Когда прихожу в чувства, в помещении уже темно и нет никого, кроме меня. Примотанной по рукам и ногам к опоре, поддерживающей дряхлую крышу. Свет луны проникает сквозь дыры, разгоняя мрак. В горле першит, дико хочется пить, и воротит от запаха сырости и плесени. А пугающую тишину разрезает чье-то тяжелое дыхание. – Лаос? – окликаю человека, стоящего в темном углу. Его лица толком не вижу, но дико хочу, чтобы стражем был именно он. Единственный относительно нормальный из этой семейки. – Сиди тихо, не то засуну в рот кляп, – сухо в ответ. Но голос точно принадлежит Лаосу. А значит, еще не все потеряно. – Зачем ты на это идешь, Лаос? – спрашиваю вовсе не из любопытства. Если в нем есть хоть капля того Лаоса, которым он себя показывал мне, это может стать тем единственным шансом на спасение, который сейчас так нужен. – Ты ведь выше этого, Лаос, – продолжаю, пока он молчит. – Пусть они заставляли тебя шпионить, но я знаю, что тебе это все не по душе! Я это вижу. Ты не такой, как они! Ты другой, Лаос! И ты это знаешь! – Заткнись, Мира! – рычит парень, высовывается из угла, и лунный свет падает на его перекошенное от гнева лицо. – Злишься, потому что я говорю правду? – Ты не услышала про кляп? – Прекрасно слышала, но не могу упустить шанс спасти нас обоих. – Спасти? – пугающий оскал искажает некогда приветливое лицо Лаоса, а в глазах плещется отчаяние с искрами безумия. – Ты знаешь, что все это неправильно! Но все можно исправить, Лаос. – Да ты что? И как же? Хочешь, чтобы я тебя развязал? Я не собираюсь умирать вместо вас с Арсом! – рычит, плюясь ненавистью. И в этот самый момент злость к нему, которая горела в сердце, отступает. Мне его жаль. Искренне жаль. Заложник собственной семьи и чужих идей. – И как долго ты живешь в этом кошмаре, Лаос? Это, по-твоему, жизнь? – спрашиваю искренне. – Давай уйдем вдвоем, или втроем с Арсом, и ты начнешь с начала, как сам пожелаешь. – И сколько продлится это начало? День, час? Минута до того, как Арс меня убьет? – Не убьет. Обещаю. Я найду слова, чтобы его убедить. Если надо, свою голову за тебя поставлю! Ты меня знаешь, Лаос! – клянусь ему и смотрю в глаза так пристально, как только могу. Ну же, поверь… Поверь, или мы все тут умрем. – Думаешь, с тобой эта семья поступит иначе, когда ты им перестанешь быть полезным? – решаю нанести последний отрезвляющий удар, который точно сработает, но в этот самый момент раздаются шаги. С грохотом открывается дверь. – Что за болтовня? Снимай блокировку сигнала с браслета и иди к отцу, Лаос. Дальше я сам, – командует Тэрас, едва войдя в зал. От одного взгляда на него горло сжимается от страха. Лаос, в глазах которого только что загорелась надежда, понуро опускает голову и подчиняется приказу. А ведь шанс на спасение был близок. Но растаял как дымка по утру. – Ну что? Зови своего принца, безродная, – велит мне Тэрас. Он медленно приближается ко мне. Холодная сталь ножа в его руках отражает лунный свет. – Не будешь покладистой, накормлю его твоей кровью, – угрожает принц. Касается ледяным лезвием кожи возле запястья и ведет вверх вдоль руки. Дергаюсь сначала от страха, а затем от опаляющей боли, когда лезвие вспарывает кожу. Гоблины! Слезы фонтаном вылетают из глаз. – Я предупреждал. Зови! – рявкает бешеный наследник. Вою от боли, но Арса не зову. Вновь пытаюсь нащупать магию, но проклятые путы подавляют все силы. – Ладно! А если так? – усмехается Тэрас и гаркает. – Приведите умалишенную! – Нет! – спохватываюсь я, понимая, к чему все идет, но поздно. Маму силой заталкивают в зал. Она пытается отбиться, спастись, но застывает, когда замечает в руках Тэраса нож и кровь на моем платье и теле. Что-то в ее лице меняется, но разглядеть не успеваю. Тэрас срывается в ее сторону. – Нет! Стой! – выкрикиваю, но поздно. Тэрас хватает маму за волосы и подносит нож к ее горлу. – Намек понят? – спрашивает меня. – Или тебе нужно больше мотивации? Вот же мерзавец! Как земля таких носит! Угрожать самым ценным?! – Я сказал, зови, или… – рявкает гад. Прижимает лезвие к маминой кожи, и я выкрикиваю, что есть силы: – Арс! И повисаю на путах, обособившаяся, вымученная, почти убитая. Сломалась. Подчинилась. Позвала… – Еще! Я сказал, зови еще! – не унимается придурок, шею которому я с удовольствием бы открутила собственными руками. – Хватит, Тэрас, – Хвала всем богам, в зал входит Ронг. – Не увлекайся. Арс должен был услышать, значит, скоро будет здесь. По местам! Едва он отдает приказ, как мне в рот суют платок, а затем зал стремительно пустеет. И в душе моей тоже пусто. Там сквозняк. Сквозняк и ненависть. Ко всей этой семейке психопатов. К себе. Секунда, вторая, третья. Время тянется как вечность. Сердце бьется как бешеное. А в голове бьется лишь одна мысль: «Арс, не приходи! Это ловушка!» Ловушка, в которую я все-таки его пригласила. Только подумать, сколько я зла ему желала, пока мы воевали, а теперь виню себя. Неважно, враги мы или друзья, он – единственный истинный наследник короны. Он не должен пострадать. “Не приходи! Не приходи! Не приходи, Арс! Боги, помогите!” Но боги не слышат. Порыв ветра бьет в лицо, вспышка портала разрезает полумрак, и в помещении появляется фигура. Белая рубашка, темные штаны – совсем не боевая форма. Волосы взлохмачены, – спешил. Арс в долю секунды оглядывает помещение и, увидев меня, примотанную к столбу, спешит на помощь. – М-м-м! – мычу Арсу, и едва он вынимает кляп, кричу. – Это ловушка! Уходи! Он слышит! Прекрасно слышит, но и не думает бежать. Еще и смотрит так, будто я глупость сказала. А у нас ведь секунды на счету. В эти секунды в зале вновь срабатывает портал, появляется один стражник в королевской форме. Затем еще один, и все! Время кончилось! Стены начинают светиться, блокируя портал. А в зал влетает дюжина громил в черных масках.