Глава 21

Крыса смотрит на меня, я смотрю на Лютова.

— Какого черта?! — произносит Влад.

— Попрошу не выражаться, молодой человек! — сверкает очками декан. — Крымский, приступайте, пожалуйста, побыстрей.

Лицо Крысы покрывается алыми пятнами. Он выглядит почти так же, как и когда орал на нас с Владом, только выражение у него теперь испуганное. Я мельком вспоминаю про то, что Лютов на короткой ноге с кем-то из власти. Да что он такого до нашего появления в деканате сказал?

Думая об этом, я пропускаю мимо ушей почти всю тираду препода. Не хочу прислушиваться, потому что его слова звучат жалко. Ну кем бы там Лютов ни был, нельзя же так унижаться перед ним! Крыса что-то блеет про то какая я талантливая студентка и что он меня недооценил. В это время мы с Денисом меряемся взглядами.

Я одними глазами хочу спросить у него следующее: «Что ты тут забыл?»

Лютов мне все еще нравится, он в моем вкусе: красивый, задира с темным прошлым, но вчера я твердо решила — нет, нет и нет. Он слишком испорченный этим самым прошлым, из-за которого страдает. Он мне не пара. Так зачем он притащился?

— И про ваше предложение тоже, — прерывает препода Денис.

Крыса выглядит так, словно ему удавку на шею накинули, а я отчетливо понимаю, что не хочу ничего слышать о том, что случилось. Это меня же очернит. И тут в разговор вступает Влад.

— Я, кстати, тут по тому же самому поводу, — он кладет подписанные листы декану на стол. — Крымский уже очень давно пристает к студенткам. Я считаю, пора это остановить.

Препод одной рукой растягивает галстук. Декан кивает, сохраняя непроницаемое лицо.

— Совершенно с вами согласен, — чеканит он, сгребая бумаги. — Геннадий Владимирович, с завтрашнего дня вы здесь больше не работаете. Прямо сейчас пишите заявление и несите в кадры.

Я улыбаюсь против воли. Как же это все-таки здорово, что восторжествовала справедливость!

— Соколова, — декан смотрит мне в глаза, — я так понял, что вы отлично сдали зачет преподавателю, так что на экзамен…

— Нет-нет! — я четко понимаю, что не хочу принимать подачек от Лютова. — Я обязательно приду на экзамен! Спасибо, что урегулировали э-э-э… наше недопонимание с преподавателем.

Я пячусь к двери и тут понимаю, что вообще-то просила Лютова не за себя. Останавливаюсь, не коснувшись ручки и смотрю Денису в глаза.

— А Влад?

Он прикрывает веки, поднимается с кресла и выдает на одном дыхании:

— Завтра же восстановят. Мы разобрались почему произошла драка.

С этими словами Денис выходит из кабинета.

— Э-э-э! — выдает Влад, сверля глазами спину Лютова. — Мне не нужны подачки от тебя!

Крыса тихонечко смывается вслед за Денисом. А я хватаю одногруппника за рукав.

— Не кипятись!

— Советую вам хорошо подумать над своими словами, молодой человек, — произносит декан.

Я тащу Влада к дверям.

— Он восстановится! — кричу я декану. — Сейчас мы переговорим, и он зайдет обратно!

Когда мы оказываемся в коридоре, мажор вырывает у меня рукав.

— Нет!

— Дело в Лютове? — я прижимаю его к стене и становлюсь так близко, что мы почти соприкасается лбами. — Он дал мне слово чести…

Одногруппник нехорошо усмехается.

— У него нет чести, — мажор смотрит мне в глаза. — Мил, я же сказал: это к лучшему.

— В смысле?

Влад улыбается.

— Начну все сначала. Высшая школа милиции. Я мечтал в органах работать.

— Очень сильно сомневаюсь, что тебе туда дорога открыта, — я почти что дышу ему в лицо, — ты разозлил отца. Думаешь тебе там рады будут, в этой структуре?

Влад прикрывает глаза, и я понимаю, что угадала верно. Может, и не все менты продажные. Но если отец мажора захочет, не даст ему служить, а зная о том, что у них настолько разный взгляд на вещи, он точно не подпустит сына к высшей школе милиции просто чтобы наказать.

Во взгляде одногруппника я читаю тоску.

— Пойду в армию, — говорит он устало.

— Не надо, — я улыбаюсь. — Ты станешь адвокатом.

Мажор выдыхает.

— Я тупой, Мил.

— Нет.

Он смотрит в сторону.

— Весь семестр я телок трахал и по клубам бухал. Я не готов к экзамену. Пусть лучше пройдет два года. Вся эта история немножко забудется.

— Я тебя подготовлю, — говорю это настолько серьезно, насколько могу.

Он довольно долго глядит мне в глаза.

— Не дай плохим людям себя потопить, — легонько бью его в плечо. — Справедливость должна восторжествовать, ясно?

Влад вдруг улыбается.

— Я на твоей стороне, помнишь?

— Окей, — выдает он и хватается за ручку двери кабинета декана.

Перед тем как зайти внутрь, Влад оборачивается и кричит куда-то в коридор:

— Это не потому, что я принял твою подачку! Еще выясним, кто кого!

Я смотрю в том же направлении, ожидая увидеть Крысу, но там Лютов.

В этот миг дверь хлопает у меня за спиной. Мы с Денисом остаемся в коридоре одни. Подходит к концу зачетная сессия — в институте почти безлюдно. Мы смотрим друг другу в глаза, и я чувствую, как сердце начинает чаще биться, а ноги становятся ватными. Но мне все еще больно от тех слов, что он сказал мне вчера. И я не собираюсь больше показывать ему слабости.

— Зачем ты приехал?

— Слово чести, — хмыкает Лютов.

— Спасибо. Но я бы и без тебя справилась. Благодаря Владу.

Его лицо на миг темнеет.

— Встречаешься с ним? — говорит он как будто безразличным тоном, но я вижу, что губы у него подрагивают. От злости?

— Лютов, я тебе сказала, что не продаюсь, поэтому какая тебе разница?

Денис какое-то время молчит, и я с искренним удовольствием ощущаю, что поставила его в тупик. В этот миг меня обдает жаром осознание: он приехал не потому, что пекся о своей чести или о других возвышенных вещах. Я его зацепила. В первое мгновение я чувствую торжество, а потом меня разбирает злость.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Значит, он считает, что имел право поступить со мной как со шлюхой, а теперь передумал и полагает достаточно щелкнуть пальцами, чтобы снова затащить меня в постель? Я чувствую, что это признание стоит у Дениса костью в горле.

Кривлюсь. Он считает себя таким крутым, а на самом деле ведет себя как слон, которого напугала мышь. Огромный сильный мужик, который заставил встать на задние лапки известного прокурора, сдрейфил перед девочкой, потому что побоялся влюбиться…

Я понимаю, что усмехаюсь ему в лицо. У тебя кишка тонка, Денис!

И тут он набирает в грудь воздух.

— Мил, пойдем прогуляемся.