Глава 22

— Нет.

— В смысле «нет»?

— Не один ты имеешь право устраивать тест-драйвы! — я чувствую, что меня несет, но не могу остановиться.

Лютов сильно меня задел. Со вчерашнего дня я старалась не думать об этом: что доброта и честность не всегда побеждают осторожность и расчет, что искренность не дороже страха. Я действительно была готова предложить ему самое главное — свою жизнь, а он оценил все это в денежном эквиваленте. Я не умею играть в женские игры. Ему нужны только гарантии безопасности. Мы слишком разные.

— Опять предложишь мне что-нибудь в обмен на постель? — смотрю ему в глаза.

Он хмыкает и опускает взгляд. Я понимаю, что угадала.

— Если ты не готов пустить в свою жизнь новую женщину, то лучше и не пытаться.

Тут открывается дверь и на пороге кабинета декана появляется Влад.

— Он к тебе приставал?

— Нет.

Лютов зло зыркает на Влада, тогда я хватаю одногруппника за руку и разворачиваю к Денису спиной.

— Я просто сказала ему спасибо за помощь.

— Да ла-а-адно, — скалится Влад, но мы уже спешим прочь.

Он не идет следом. Я одновременно чувствую облегчение и пустоту. «Так лучше», — твержу я себе: «Гораздо лучше, чем если бы я успела в него по-настоящему влюбиться, привязаться и он однажды уничтожил бы мою веру в людей». Лучше сейчас вырвать Дениса из сердца, пока мои чувства к нему — просто заноза, а не когда они разрастутся до настоящего хищного растения.

— Чет ты грустная, — верно подмечает Влад. — Что там наговорил Лютов? Не угрожал никому?

— Нет.

Мы выходим из корпуса. Влад смотрит в мою сторону.

— На счет подготовки к экзамену это ты серьезно?

Киваю.

— Тогда наверное надо начинать.

Это очень хорошая идея. Я радуюсь возможности занять голову чем-то кроме мыслей о Денисе. Влад тем временем чешет затылок.

— Честно говоря, я с первого сентября ничего не учил. А в институт меня вообще по блату взяли. Задачу ты выбрала так себе.

— Слышь, мажор, — отзываюсь я, — я не дам тебя отчислить! Ты главное сам потрудись!

Он со вздохом смотрит вперед.

— Заметано.

Я тихо забираю из общаги учебники, стараясь не вызывать лишних вопросов у соседок, и мы едем в центр. Я понимаю, почему одногруппник не хочет вести меня домой — не хватало только привлечь лишнее внимание его отца. А может ему просто противно. В общаге же пропускной режим.

Поэтому мы сидим в торговом центре в ресторанном дворике и целый день напролет зубрим вопросы по праву. К счастью, жителям столицы обычно нет дела до окружающих. Поэтому люди за столиками вокруг нас сменяются, но нам вопросов никто не задает.

Влад угрюмо пережевывает картошку из Макдоналдса, в который раз осознав масштаб собственных пробелов в знаниях, но не сдаваясь продолжает черкать здоровой рукой конспект. Мне нравится его упорство. Я ощущаю, что, кажется, под Новый Год мажор открыл в себе нечто, что делает его хорошим человеком. А мог бы ведь стать такой же продажной крысой, как и его отец.

Пока Влад пыхтит над тетрадкой, я снова думаю о Денисе. Вот Лютов наоборот. Интересно, когда он перевоплотился из смелого и верящего в любовь парня в такого циника?

В этот миг я ловлю на себе взгляд Влада.

— Слышь, Мил, у меня мозги уже кипят, — говорит он, закрывая учебник.

— Ты не тупой, — спешу обрадовать его. — Мы разобрали три самых сложных темы. Ты отлично справился.

— А ты — не ботанша, — он вальяжно разваливается на стуле. — Прости, что вначале повел себя как скотина.

— Зато ты потом прилично влип, — говорю я, протягивая ему кулачок.

— Ага. Карма, мать ее!

Мы по-братски встречаемся костяшками пальцев над столом. Потом Влад встает и пока я думаю о карме, которая могла бы ждать Лютова, одногруппник выдает:

— Идем на каток?

— Чего?

Влад кивает на увешанную новогодними украшениями улицу, которую видно из окон торгового центра.

— В Парк Горького. Развеемся. Тут недалеко.

— А как же твоя рука?

— Я че, руками кататься буду? — он смеется.

— А коньки?

— Там есть прокат.

У меня после зубрежки тоже созревает желание разгрузить голову.

На катке царит атмосфера праздника, которая довольно быстро пробивается под мою броню. Скоро Новый Год! Новые надежды, радости — все будет хорошо. Все плохое я обязательно оставлю в прошлом.

Влад не дает мне заплатить за снаряжение, мы переодеваемся и он учит меня скользить по льду. В родном городе катки почти не заливали, так что я в первый раз стою на коньках. Это почти так же сложно как и сноуборд, так что я все время держусь у бортика, с завистью поглядывая на тех, кто носится на полной скорости. Влад, к слову, катается отлично.

Но я все время ловлю себя на мысли, что ищу глазами Лютова. Мне так хочется, чтобы он появился и признал, что был неправ, но я понимаю, что это глупости. Если бы Денис хотел этого, то сразу бы еще сегодня признался.

— Че, устала, Мил? — Влад безошибочно улавливает мое настроение.

— Да.

— Ладно, ща попить притащу, — одногруппник направляется к одному из кафе в парке.

Туда пускают на коньках. А с мастерством Влада сгонять туда-обратно не проблема.

Я все ее держусь за бортик, стоя прямо под деревом, украшенным гирляндами из сияющих светодиодных ламп, и рассматриваю огоньки. Праздничный свет играет на моих волосах, припорошенных снегом. Я все никак не могу совладать с разочарованием и четко принимаю решение: пожалуй, больше никаких парней. Хотя бы полгода. Ведь это так здорово быть свободной женщиной! И почему все в мире гоняются за любовью как сумасшедшие?

Вдруг лед подо мной начинает скользить, и я совершаю позорное падение, успевая в последний момент ухватиться за бортик рукой. Поэтому падаю на деревянные перила грудью и дополнительно ударяюсь локтем.

— Ш-ш-ш… — вырывается у меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Шапка сползает на лоб, свободной рукой я сдвигаю ее обратно и тут замечаю, что совсем рядом, если пройти прямо по засыпанному снегу газону, туалет, около которого мнется староста потока с подружками. А там и кафе, из которого вышел Влад, держа в руке бутылку минералки. Девчонки смотрят на мажора как племя африканских охотников на опасного, но очень вкусного буйвола.

Меня разбирает веселье от этой сценки. Вот уж и правда, прайд пантер, и каждая из них мечтает захомутать красивого одногруппника, про искусство любви которого по всему универу ходят слухи. А я так и не попробовала! Но мне не обидно. Я беру тайм-аут. Все!

Я наблюдаю за этой дикой охотой в режиме исследователя. Я не слышу их слов, но жесты весьма красноречивые. Девчонки крутятся перед Владом, как будто исполняя ритуальный брачный танец. Одногруппник предсказуемо мрачнеет и отвечает односложными рубленными фразами, пару раз порывается уйти, но какая-нибудь из красоток все время закрывает ему дорогу.

Он ведь за полгода так и не завел себе официальной девушки, поэтому среди первых фиф курса сейчас идет натуральное соревнование.

«Ахах! Сделай из Влад!» — я чувствую себя болельщицей.

Наконец одногруппник поднимает глаза к небу и озвучивает нечто, что бьет девушек наповал. Они враз теряют весь свой кураж и выпускают мажора.

Студентки сбиваются в стайку и злобно зыркая глазами по сторонам о чем-то возбужденно переговариваются. Я разворачиваюсь к бортику спиной. Шоу закончилось. Я и не сомневалась, что женщины самые коварные существа в мире. Они теперь наверняка обсуждают Влада.

И тут меня обдает фонтаном ледяных брызг. Влад, раскрасневшийся от быстрой езды, протягивает мне минералку.

— Ну что, уделал племя амазонок? — подмигиваю ему я.

— Видела? — он поправляет шапку здоровой рукой.

— Ты мужественно сражался, — киваю.

— Я сказал им, что ты моя девушка, — он щелкает меня по носу.

И тут я замираю. Вот черт! Это так некстати, потому что я уже втрескалась в другого мужчину и мне нужно пережить свое разочарование…