Глава 22. Син Юэ/Сяо Фэн

Я не успела. До часа Петуха и так оставалось всего ничего, а мой побег лишь меня замедлил.

Еще издали над крепостью поднимался густой черный дым. Он застилал небо, превращая закат в кровавое зарево. Земля дрожала под копытами, словно сама пыталась сбросить с себя людей, обезумевших от ненависти.

Я ударила пятками в бока лошади. Перед глазами уже выросли распахнутые ворота крепости. Вернее, то, что от них осталось.

Одну створку сорвало с петель, вторая горела. Повсюду лежали тела, сломанные копья, разбитые щиты, перевернутые повозки.

Кони без всадников с диким ржанием носились между людьми. Воздух был пропитан дымом и кровью. Я спрыгнула с лошади еще до того, как она окончательно остановилась. Услышала, как обращаются к Чжан Чэну.

— Генерал!

— Держать строй!

— Лучники!

— Вперед!

Крики смешаливались в один сплошной рев.

Я бросилась вперед, и меня сразу же чуть не сбил с ног чей-то конь, следом над самой головой просвистел меч.

Я инстинктивно пригнулась, лезвие срезало несколько прядей волос. Воин даже не понял, кого едва не убил. В одежде армии Син я была для него всего лишь очередным врагом.

Здесь уже никто никого не различал. Свои рубили своих. Императорские знамена, войска Чжэн сталкивались со знаменами армии Син. Люди, еще вчера служившие одному государю, теперь убивали друг друга.

Земля стала красной, мои босые ноги скользили по крови.

Я не разбирала дороги, то расталкивала раненых, то перепрыгивала через мертвых. Неожиданно я остановилась. Вторая створка догорела и рухнула на несчастных. Вновь раздались болезненные вопли.

Я помнила этот день до мельчайших подробностей и помнила именно это мгновение. Совсем скоро.

Рванув влево, я побежала на место, где в моей прошлой жизни погиб отец. В прошлой жизни я лишь смотрела, в этой обязана была остановить судьбу. Должна!

Впереди мелькнули знакомые доспехи. Захотелось к нему обратиться, но я одернула себя.

Отец, нет, сейчас он для меня генерал Син. Он сражался сразу против нескольких противников. Его копье описывало широкие дуги. Удары сбивали людей с ног. Вокруг него валялись очередные тела. Но слишком много врагов желали ему смерти.

Когда появился очередной храбрец, пожелавший себе славы, я подумала, что это нестрашно, не он, точно, сразил великого генерала Син, но... Он был одет в цвета канцлера, а я знатно перекроила свое прошлое.

Он не бросался в бой и не искал честной схватки. Стоял чуть поодаль, держа тяжелое боевое копье, словно только этого мгновения и ждал.

— Отец! — не выдержала я.

Он не услышал. Воин сделал шаг вперед и размахнулся. Копье со свистом рассекло воздух.

Я побежала, так быстро, как никогда в жизни, но расстояние оказалось сильнее меня.

Острие ударило в нагрудную пластину, послышался глухой треск. Металл не выдержал . Копье пробило броню насквозь.

Мой отец остановился, посмотрел вниз, как несколько часов до этого сделал Шаохэн, будто сам не понял, что произошло, потом медленно опустился.

— Отец! — Я подхватила его раньше, чем он рухнул на землю. — Нет... — Голос сорвался. — Нет... пожалуйста...

Мы оба опустились на колени.

Кровь мгновенно пропитала мои рукава, смешиваясь с уже засохшей кровью Шаохэна. Син Вэньцзе тяжело дышал. Воины, что заметили нас, встали рядом, а того храбреца моментально застрелили арбалетом.

Я больше ничего не замечала, прислушивалась к Син Вэньцзэ. Каждый его вдох сопровождался хрипом. Его кровь стекала по подбородку.

— Не двигайся, прошу. Лекаря! — плакала я. — Есть здесь лекарь?

К кому я обращалась, непонятно. Но я так не хотела верить, что мой отец погибнет.

Он же медленно поднял взгляд и схватил меня за запястье. Хватка была некрепкой.

— Дочь...

Я замерла. Он... узнал, понял? Или...что еще хуже, не осознает, кто перед ним? Впрочем, разбираться я не стала.

— Отец... — Слезы застилали глаза. Я больше не могла их сдерживать, да и не хотела. — Простите... — Я захлебывалась словами. — Простите... я пыталась, правда, пыталась. — Дрожащими руками полезла под плащ. — Смотрите... — Свиток никак не хотел доставаться. — Император...-- Я наконец вытащила указ.— Он не приказывал... — Слезы капали прямо на бумагу. — Он не хотел вас казнить, я принесла, я успела... я...

Син Вэньцзе сжал, на сколько мог, мою ладонь.

— Это уже неважно, Син Юэ.

Я отчаянно затрясла головой.

— Важно, посмотрите! Это приказ о помиловании. Вас простили. Вы должны жить. Мы уйдем отсюда. Я помогу вам..

Он так тепло улыбнулся, совсем по-отечески, что сердце окончательно разорвалось.

— Поздно, моя милая Син Юэ. — Кровь снова выступила на его губах. — Я иду к своему сыну.

Я громко всхлипнула.

— Нет...

— Не плачь... — Он уже почти не мог говорить. Каждое слово давалось ему невероятным усилием. — Юэ-эр, а ты должна жить, долго и счастливо. Забудь, что произошло здесь. Выбери другое имя, но помни наше.

Я крепче прижала его к себе, продолжая твердить, что он не умрет. Отец же потянул руку к себе.

— Поклянись.

Я плакала так сильно, что почти не могла говорить.

— Клянусь...

Он облегченно выдохнул, будто только этого и ждал. На губах появилась легкая улыбка.

А потом...

Его рука медленно соскользнула с моего запястья, и глаза закрылись навсегда.

Я закричала, и сама не узнала собственного голоса. Мне казалось, кричало все мое прошлое, все мои ошибки, все мои жизни. Я прижимала его к себе и вопила, словно могла удержать уходящую душу, но смерть не знает жалости.

Вспомнив о данном обещании, я подняла голову и увидела вдалеке Син Юэ в голубом платье. В той жизни я тоже стояла так, а ко мне никто не смел подходить. Я тогда стояла и видела, как мой отец умирает. И там случилось...

Син Юэ смотрела на тело отца, и на то, как я провожаю его в последний путь. Она не плакала, была собранной. А за ней стоял мой давний заклятый друг. Мо Юань.

Сложив руки за спиной, он чуть наклонился к ее уху и что-то тихо, почти ласково, говорил.

Син Юэ не сводила глаз с мертвого отца. А демон улыбался. Он получил свое.

Мо Юань смотрел прямо на меня.

В его золотистых глазах плясали отблески пожара. Он выглядел так, словно прогуливался по цветущему саду, а не стоял посреди поля, где только что погибло несколько сотен человек. Он насмехался надо мной. Потом он едва заметно и издевательски поклонился.

— До скорой встречи, Цзинь Юэ, — произнес он одними губами, а я все поняла.

Мне хотелось вскочить и остановить его, но было поздно. Полы его плаща взметнулись, и Мо Юань и Син Юэ исчезли в черном мареве.

Когда я моргнула, передо мной уже никого не было.

Син Юэ исчезла, как когда-то исчезла я. Мне известно, что ее ждет. Мо Юань ее натренирует и в искусстве обольщения, и в искусстве лжи. Он и боротся ее научит. Как я буду противостоять ему и ей, если мое собственное тело слабо? Как я выполню обещание, что дала отцу?

Пальцы машинально поправили прядь волос отца. Я стерла кровь с его висков, погладила ладонью по застывшей в ухмылке щеке.

Вокруг постепенно становилось тише. Крики не исчезли совсем, но менялись. Боевые возгласы превращались в стоны раненых. Лязг оружия стихал, битва закончилась. Главный противник пал. Армия Син потеряла своего генерала. Воины стали отступать и сдаваться.

Я этого почти не замечала, сидела рядом, не двигаясь.

Наверное, прошло совсем немного времени, а может, и целая вечность. Внезапно возле меня остановились чьи-то сапоги.

Я подняла голову и обнаружила Гуань Фэна. Ему уже донесли о смерти генерала, но все равно в его взгляде мелькнуло удивление. Наверное, он до сих пор не понимал, как мне удалось обмануть стражников, сопровождавших меня.

К его чести, с расспросами он не торопился. Сейчас они были неуместны.

Он медленно опустился на одно колено, положил ладонь на запястье Син Вэньцзе, словно надеялся найти пуль, потом так же медленно убрал руку.

— Забрать тело генерала Син, — повелел он властным голосом. — Никого к нему не подпускать Ни людей канцлера, ни его воинов.

Несколько солдат немедленно поклонились.

— Да, господин.

— Тело генерала Сина отвезут в столицу. Я лично передам его Его Величеству, и лично прослежу, чтобы он был похоронен со всеми почестями, достойными великого полководца.

По-моему, объяснял он это для меня. Но и никто не осмелился ему возразить.

Дальше он распорядился насчет меня.

— Поднимите барышню. О том, что она была здесь, никому ни слова. Начнутся сплетни, знаю, с кого спросить. Отведите ее в шатер.

Я не сопротивлялась. У меня не осталось сил, меня почти вынесли с поля боя.

В последний раз я оглянулась на место, где исчезла Син Юэ. Мне показалось, будто вместе с ней исчезла и последняя часть той жизни, которую я так отчаянно пыталась вернуть.

Когда меня снова оставили одну, вокруг уже стояла глубокая ночь. Гуань Фэн не приходил, чему я, признаться честно, радовалась.

Я сидела неподвижно и смотрела на свои руки. Рукава высохли, но я помнила в чьей крови я буквально искупалась. Я думала, если закрою глаза, то снова стану ощущать тепло этой крови.

Не так ведут себя поверженные, не так ведут себя люди в глубоком горе, но я уже потеряла всех своих близких. Я зло рассмеялась.

Какая же я была глупая и недалекая. Все это время я пыталась предотвратить результаты заговора, знала, что он существует, знала, что кто-то ведет мою семью к гибели.

Все это время я пыталась остановить только меч, и ни разу не попыталась найти руку, которая его занесла.

Я боролась с ветвями, а нужно было рубить корень.

До окончания сделки оставалось совсем немного. Сяо Фэн отмерено не более двух лет, а может и меньше .Головная боль возвращалась все чаще, иногда казалось, будто кто-то медленно раскалывает мой череп изнутри.

Полгода уже прошли.

Я коснулась виска. Вспомнив о болезни, я будто запустила ее. Боль запульсировала.

Пусть, она не имеет значения. Я больше не собиралась бегать за чужими ошибками и не собиралась исправлять последствия. Поздно исправлять.

Я найду начало, попаду во дворец. Буду такой же изворотливой и хитрой, как была под обличьем Цзинь Юэ.

Я доберусь до всех: до канцлера, до его сына, до лживых свидетелей, до каждого человека, который хотя бы раз произнес имя семьи Син, желая ей гибели. Я узнаю, почему захотели уничтожить мой клан. И каждый из них заплатит.

Я сжала свою ладонь.

Но прежде... мне нужно дождаться Син Юэ.

Я обещала, что она будет жить долго и счастливо. Когда она покажется, я буду готова.