Глава 32

 Даня

Я больной. Одержимый. Помешанный. Не думал, что любовь такая. Мне все нутро выворачивало, корежило сердце и рвало душу. Иногда утихало, и я выдыхал: становилось легче, значит, иду на поправку? Но стоило Алине появится на пороге моего кабинета – резьба слетела, и меня несло по кочкам. Больно било. Жесткие приходы ловил и убийственные отходняки. Я едва контролировать себя мог.

Мне было физически плохо, когда Алина ушла и еще хуже, когда вернулась. Я не мог ее отпустить, а быть рядом, но не вместе, на разрыв просто. Дикий цугцванг.

– Даниил Сергеевич, – в кабинет робко вошла Юля, – привезли новое зеркало. Мастера могут установить его? – секретарша, кажется, начала бояться меня…

– Да, я ухожу. Сегодня меня уже не будет. Все звонки записывай, а встречи на завтра перебрось.

– Хорошо, Даниил Сергеевич.

– И узнай у мастеров: абонемент фирма дает? – пошутил над собственной несдержанностью. Второе зеркало разбиваю.

– Обязательно, – Юля шутку не поняла или считала меня психованным придурком, с которым лучше соглашаться.

Сегодня я категорически не мог сосредоточиться на работе, поэтому решил свалить. Если бы остался, то поперся бы к юристам. К Алине бы опять полез. Мне с ней либо ругать, либо любиться. Иначе невозможно! Игнор вероятен только если мы на разных орбитах, не иначе.

– Я уже еду, – включил громкую связь. Синдеевы в такую жару перебрались на дачу. Заманивали меня на выходные: шашлык, коктейли, бассейн. Маленькой Лере на воздухе тоже лучше, чем в душной Москве. Только у них уикенд начался с четверга, я рассчитывал присоединиться к ним в пятницу вечером, но сейчас мало по МКАДу подальше от Ковальской. Нам в Москве тесно.

– Даня, – навстречу спешила Алиса в лёгком сарафане, практически не скрывавшем купальник, – молодец, что приехал! Водичка супер. Леся уже здесь, – это произнесла со значением.

После крестин мы стали плотно общаться. Нет, романа между нами не случилось, но дружеская симпатия появилась. Олеся была красивой интересной девушкой, сексуально привлекательной, но я не хотел переспать с ней, а потом испытать разочарование. Одноразовый секс хорош только со случайными женщинами. Олеся кума, я не хотел избегать ее, потому что не мог дать того, что она заслуживала.

– Привет, – Олеся помахала и подняла виски и колу. – Будешь?

Я подошел и поцеловал ее в щеку. Ей было приятно. Я чувствовал, что симпатичен Олесе. Не знаю, может, со временем что-то получится? С Алиной все началось с безудержной страсти и закончилось ничем, разве что развороченным нутром. Возможно, из дружбы родится что-то более созидательное.

– У меня нет плавок, – принял из рук Олеси коктейль.

– Пойдем, – Марк за собой поманил, укачивая мелкую. – У меня запасные есть.

– Проперженные? – шутливо поинтересовался. Марк ткнул кулаком мне в плечо, а потом:

– Держи, – Леру на руки пристроил. – Тренируйся.

– Я пока не планировал, – проговорил, а сам с интересом рассматривал голубые бусины на маленьком личике, хотя щеки Лера наелась, будь здоров!

– А с Леськой, м? На свадьбе погулять охота!

– Это вряд ли. Жениться точно не собираюсь.

– На Олесе или вообще? – Марк стал абсолютно серьезен.

– Знаешь, я как-то разочаровался в институте брака.

– Знаешь, – друг сжал мое плечо, – какой будет твоя семья, зависит от тебя. Помни это.

Я попытался выключиться и тусить на полную: мы купались, пили, жарили мясо. Я обнимал Олесю, пытался отвлечься и что-то почувствовать. Но алкоголь не брал, а в голове одна Алина. Красивая, бесстрастная, жестокая женщина с печальными глазами. Ледяная бессердечная королева.

– Ты реально хочешь на работу завтра? – изумилась Алиса. – Не-еет! Мы тебя не отпустим. У нас остаетесь оба!

Я согласно кивнул. А почему, собственно, и нет? В городе мне плохо. Здесь чуть лучше.

– А речка теплая? – поинтересовался я, когда уже порядочно стемнело. На природу потянуло.

– Ага, щас! – воскликнул Стас. – Что называется свежая.

Я усмехнулся и пошел через участок к реке. Душно стало. Невыносимо как-то. Простора и одиночества захотелось. Когда на душе скребет, сложно без передышки быть веселым.

Я шел вдоль зеленого берега и смотрел на узкую ленту реки: русло расширялось выше. Одиннадцать вечера, никого не было, только месяц в небе и далекие звезды. Много их, большая компания, а все равно одиноко.

Метров в пятидесяти увидел женскую фигуру, обнимавшую колени. Я подошел ближе и услышал сдавленные рыдания. Внутри скрутило от узнавания. Хрупкая фигурка, вздрагивающие плечи, темные волосы. И аромат диких ягод. Легкий, но яркий. Он столько раз был на моих губах. Такая маленькая, беззащитная, настоящая. Ледяная королева стала живой?

– Алина… – шепотом позвал.

Она медленно подняла голову: с широко распахнутыми мокрыми глазами и ошеломленным прекрасным лицом. Красивая. Никогда не думал, что рыдающая женщина может быть настолько прекрасной. А еще никогда не думал, что конкретно эта умела плакать.

– Следишь за мной? – спросила едва слышно.

– Или ты за мной.

Буквально встреча на Эльбе. Восток нашел запад. Мужчина женщину.

Алина медленно поднялась. В развивающемся белом платье, домашнем, абсолютно простом, но поразительно тонко подчеркивающем очень непростую суть своей хозяйки. Сложная женщина, с которой очень тяжело.

– Даня! – услышал голос Олеси. – Ну ты куда ушел? Я тебя потеряла.

На мгновение отвел взгляд от туманных глаз, оглядываясь за спину, и Алины не было. Она убегала. Это было что-то нереальное: призрачная дева на берегу реки исчезает в полночь.

– Даня… – услышал пораженное, когда рванул вслед за Алиной.

Я догнал ее во дворе: дрожащую, разгоряченную, безумную. С алыми губами и растрепанными волосами.

– Пусти, – выдохнула, вырываясь из моих объятий. Алина еще никогда не была так прекрасна. А я еще никогда настолько не нуждался в другом человеке.

– Не могу… – ответил прямо в губы, целуя их жадно и нежно одновременно. Через боль и страдания, что причинил ей, а она мне. Я любил Алину. Неидеальную, но совершенную женщину. Таких не бывает, но она сейчас в моих руках. С невыносимой жаждой отвечает на мои поцелуи, но стоило мне ослабить хватку, как Алина исчезала. Снова бежала, а я опять бился головой о глухую закрытую дверь.

– Открой! – стукнул кулаком по гладкому дереву, затем устало прижался к нему лбом. – Алина, нам нужно поговорить, – нутром чуял, что она там, также жмется к двери, дышит, слушает. – Ничего не конченно. Ты ведь тоже ощущаешь это?

– Даня, не сегодня. Пожалуйста… – услышал срывающийся шепот. – Дай мне время… Пожалуйста…

Я хлопнул плашмя по двери и оттолкнулся, уходя в ночь. А чего я ждал? Что бросится мне на шею? Скажет, что только я нужен? Я зло усмехнулся и остановился у низкого забора, отделявшего участок от берега реки. Оглянулся на темные окна, только в одном слабо теплился свет. Схватился за деревянные зубья, сжал крепко, борясь с желанием вернуться, снести к чертям дверь и наконец встряхнуть Алину от этого безумного сна. Сколько можно жить в этом вязком коконе?! Пусть не со мной жить, но себя сколько можно мучить?! Счастливая женщина не льет слезы ночью!

– Даня… – Олеся сидела на берегу, лицом к дому. Меня ждала. Вероятно, что-то видела и даже слышала. И все равно осталась. Это очень весомо и преданно.

Я остановился и присел прямо напротив. Вот женщина, за которой не нужно гнаться и вечно не успевать. Конечно, я любил завоевывать и побеждать, охотиться и попадать в цель, но от этого быстро устаешь. Иногда просто необходимо остановиться и пойти легким шагом, взявшись за руки. Я тоже этого хотел. Долгие годы откладывал, будучи уверенным, что мне это не нужно. Сейчас понимаю, что хочу вместе. Но не с Олесей.

– Не жди меня, – сказал тихо. – Я уже давно пропал, – подал руку и помог подняться. В дом к Синдеевым вернулись в полном молчании. Они уже уложили малышку и нежно обнимались в шезлонгах.

– Вы долго гуляли… – многозначительно заметила Алиса, но вглядевшись в наши лица, обреченно поникла.

– Я домой, – предупредил и пошел переодеваться в свое. Вызвал такси. Тачку заберу завтра. Я не могу оставаться рядом с Алиной. Просто с ума сойду. Либо все же вышибу дверь. Быть рядом, но не вместе – не могу.

Утром приехал в офис практически без похмелья. В десять назначена встреча с главами отделов. И с Алиной тоже. Она не уволена, значит, должна быть. Как же я ошибался! Ковальская делает только то, что хочет.

– Анастасия, останьтесь – велел, отпустив всех остальных.

Она осталась стоять, глядя на меня с особой неприязнью. После моих фальшивых ухаживаний общения между нами как такового не было, но работа обязывала: тут уж нравится, не нравится, а дело делаться не будет. Ну или на выход. Настя хороший специалист, но личная неприязнь мешает работает. Любовь тоже. А все вместе – полный занздец, по себе знал.

– Почему вы представляли отдел? Где Ковальская? Не припомню, чтобы назначил на ее должность вас.

– Пока нет нового начальника юридической службы, я остаюсь исполняющим обязанности, – ответила ровно.

– Это было до того, как Ковальская вышла из отпуска. Она не явилась на работу?

– Вы вчера не подписывали документы? – ее бровь насмешливо изогнулась.

Я нажал на кнопку селектора и вызвал секретаря. Неужели Алина ушла?

– Вот, – Юля дрожащей рукой протянула лист бумаги, а на нем…

Я, Ковальская Алина Юрьевна, прошу уволить меня по собственному желанию…

– Сука, – сжал зубы и посмотрел на дрожащую Юлю и агрессивно недовольную Настю. Я демонстративно порвал заявление. – Свободны.

Первая ушла. Вторая стреляли в меня недоброе взглядом, а потом не выдержала:

– Вы можете меня уволить, но я все равно скажу: ведете себя, Даниил Сергеевич, как говно.

Я медленно поднялся и пробивая ее наглый настрой жестким взглядом.

– Что ты сказала? – даже не пытался скрыть угрозы. Настя вздернула подбородок и повторила:

– Вы ведете себя как говно. Как в постель женщину тянуть, так все молодцы, а как последствия разгребать, так вали и мне больше неинтересно, – выплюнула в лицо и круто развернулась на каблуках.

– О чем ты?!

Я реально нихрена не понимал!

– Уже из головы вылетело, что возможно папочкой станете! – фыркнула в дверях.

Я поймал ее и затащил обратно, сейчас не до деликатности вообще!

– Что ты имеешь в виду? – сжал плечи. – Алина?

Настя неожиданно с лица сошла. Поняла, что я не знал. Что лишнего взболтнула.

– Я не…

– Даже не пытайся мне врать, – едва сдерживался. Неужели правда?

Настя обреченно кивнула. Меня буквально током шарахнуло и ледяным потом прошибло. И все это одновременно. Алина беременна. Я в ахуе…