Глава 13

На следующий день, сидя за столом, Эстер пришлось объясняться перед отцом за неожиданный отъезд. Барнеби Дэвис хоть и беспокоился о ее здоровье, но в тоже время переживал, что она не смогла скрыть от жениха проблемы со здоровьем.

Вчера он собственными глазами видел, как Лавкрафт побелел и потерял дар речи, когда услышал, что она покинула его дом. Барнеби старался успокоить его и заверить, что нет повода для беспокойства, и с его дочерью не случилось ничего страшного, но герцог был чрезвычайно расстроен и безутешен. До конца вечера на нем не было лица и он мало с кем общался.

То, какими словами отец описывал состояние Лавкрафта, заставило Эстер испытать чувство вины. Все таки она дала герцогу согласие на брак и он был вправе ожидать от нее хоть какой-то взаимности. Хоть малейшего поощрения.

Да она и сама знала, как хочется получить заветный поцелуй от того, кого любишь, но придётся герцогу немного подождать и пострадать. Или она найдет шар и отправит в прошлое прежнюю Эстер, или завоюет сердце нового Адама и перестанет мучить его друга. Третий же вариант, что она останется здесь и выйдет замуж за Седрика, ей даже не рассматривался.

Вспомнив о шаре, Эстер обратилась к отцу:

— Я хотела у вас спросить. Может вы видели в доме, или на улице, или еще где-нибудь вот такой деревянный шар? — она показала, какого размера он должен быть. — У него еще есть откидная крышка, а под ней выемка для пальца.

Мистер Дэвис опустил вилку и с тревогой принялся ее расспрашивать:

— Ты потеряла подарок герцога Лавкрафта? Какова его стоимость? Где ты видела его в последний раз? Может это кто-то из наших слуг позарился на дорогое изделие? Я сейчас же прикажу перевернуть дом вверх дном!

Эстер поняла, о чем подумал ее отец, и сразу же поспешила его успокоить:

— Нет, нет. Это не его подарок. Он мне только кольцо подарил. А шар… Шар — это деревяшка, которая ничего не стоит. Может мне, вообще, приснилось, что я его где-то видела. Вам не нужно слишком беспокоиться. Все это неважно.

— Ты ничего от меня не скрываешь? — пытливо смотрел на нее отец.

— Нет, — с невинным видом ответила она. — Мне нечего от вас скрывать. Наверно все это мои фантазии.

К счастью, отец ей поверил и больше не задавал вопросов. Он взялся читать газету, а Эстер сделала вывод, что искать шар ей придется тайком от него, а иначе он заподозрит, что она обманула его и устроит разборки.

После завтрака Эстер позвала к себе в комнату Бет и обратилась к ней с еще одной необычной просьбой:

— Ты знаешь, как правильно танцевать?

У молодой женщины вытянулось лицо.

— Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, мисс?

Эстер заранее придумала, что на это ответить.

— Вчера на балу я обнаружила, что забыла все танцы. После падения, оказывается, я не все помню. Я боюсь говорить отцу о провалах в памяти, он и так слишком переживает обо мне, но и все время отказывать жениху я тоже не могу. Как невеста герцога я обязана танцевать с ним, но я не помню ни одного танца! Ты же знаешь, как в моем положении опасно кому-то говорить, что у меня есть проблемы со здоровьем. Бет, ты поможешь мне? Ты спасешь меня от позора?

В приступе притворного отчаянии Эстер схватила ее руки и умоляюще посмотрела ей в лицо. Бет с готовностью закивала головой.

— Конечно, мисс Эстер! Я вас всему обучу! Раз вы умели танцевать, то второй раз это будет сделать намного легче! Когда бы вы хотели начать?

— Прямо сейчас. У меня совсем мало времени. Вечером мы идем к какой-то маркизе, вдруг она тоже устроит танцы.

— Тогда давайте спустимся в гостиную. Там больше места для уроков. А вашему отцу скажем, что вы хотите повторить движения. Раньше на балах вам не часто удавалось попрактиковаться в танцах, но сейчас у вас не будет недостатка в партнерах и вы всегда будете в центре внимания. Мистер Дэвис ничего не заподозрит и только обрадуется, что вы со всей серьезностью относитесь к своим обязанностям.

Теперь с готовностью кивнула Эстер.

Словно заговорщицы, они спустились на первый этаж и скрылись в гостиной.

Через несколько минут там же появился мистер Дэвис и поинтересовался, чем его дочь тут занимается, на что услышал из ее уст легенду о желании повторить танцы. Его устроил ее ответ, и он без возражений оставил её и служанку в покое.

Эстер хотела научиться танцам ничуть не меньше, чем найти шар. Она не сможет все время отказывать Седрику. Это будет выглядеть странно и подозрительно, тем более, что другая Эстер умела танцевать. Но также ее прельщала мысль, что танцы открывали перед ней возможность сблизиться с Адамом. Вдруг он тоже пригласит ее. Нет, он точно пригласит ее. Тогда она не упустит случай и сделает все, чтобы понравиться ему!

Любовь к музыке и танцам помогла Эстер быстро разучить и запомнить полонез. Бет списывала ее успехи на память, которая сама подсказывала ей как нужно двигаться, но Эстер была уверена, что дело было именно в ее природных способностях. В ее чувстве ритма и такта.

Еще быстрее она разучила контрданс и через час без подсказок служанки смогла безошибочно его исполнить.

Перед третьим танцем Бет покинула гостиную, чтобы справить нужду, а Эстер подошла к напольному зеркалу и, напевая любимую песню, принялась перед ним двигаться. Ей стало интересно понять, изменилась ли ее пластика или осталась прежней. Отчего она, вообще, зависела, от работы тела или способностей мозга?

Покачивая бедрами, она приподняла над головой руки и, отдаваясь во власть внутреннему ритму, танцевала так, как не должна была танцевать девушка девятнадцатого века.

В ее движениях было много чувственности и соблазна. Руки, плечи, грудь, талия, бедра — все передавало пластику прежней Эстер, что не могло ни радовать ее. Она не потеряла свою особенность и прекрасно двигалась. Тело слушалось ее и выглядело великолепно!

Продолжая петь, Эстер запустила пальцы в волосы, вытащила несколько шпилек и встряхнула головой, позволяя волосам свободно рассыпаться по плечам и спине, а затем собрала их и играя ими, задвигалась еще более соблазнительно. В ход пошла юбка, которая то приподнималась, полностью оголяя ее ножки в чулках, то опускалась, обтягивая их.

Эстер напрочь забыла о скромности и приличии, и о том, что в любой момент может кто-нибудь появиться.

Она никого не видела, но интуитивно почувствовала на себе чей-то взгляд. В тот момент, когда одна ее рука держала юбку выше колен, а другая была запущена в волосы, она резко обернулась и мгновенно столкнулась с пораженным взглядом Лавкрафта, который стоял в дверях с коробкой в руках и безотрывно смотрел на нее.

Со своего места он мог видеть не только ее спину, но и отражение в зеркале. Он походил на застывший истукан, который не дышал и не моргал. И исходя из его идеально круглых глаз, открытого рта и напряженного тела, наблюдал он за ней не одну секунду.

Эстер смотрела на него, а он на нее.

Каждый ждал, кто первым нарушит молчание и сгладит ситуацию, но никто ничего не произносил и не предпринимал. Единственное, что Эстер сделала, так это опустила руку и юбку, придав себе хоть немного приличный вид, чем только привлекла внимание Седрика, который проследил за ее движениями, а потом вновь вернулся к ее лицу. В его глазах пропало изумление, уступив место любопытному взгляду.