Глава 14

Вирса же это, в отличие от меня, кажется, ничуть не смутило. Он незаметно достал из кармана несколько золотых и вложил их в руку слуге со словами:

— Мы с супругой забыли билеты дома.

Сметливый парень лишь мельком глянул в свою ладонь, скорее определив по весу размер взятки, нежели пересчитав монеты, и лучезарно улыбнулся:

— Конечно, проходите, лорд.

Я про себя хмыкнула на это «лорд». Похоже, мой напарничек накинул юнцу еще и за уважение.

Меж тем мы прошли через высокие двери и оказались в огромном вестибюле. Воздух здесь был прохладным и пах старым камнем, воском для паркета и духами — цветочными, пряными, ягодными. Гул голосов стоял такой, что отдельные слова тонули в нем, сливаясь в праздный шум.

Вирсент уверенно вел меня дальше, в главный зал. Здесь, под высокими сводчатыми потолками, расположилась экспозиция «Сокровища дивных лесов» — к ее-то открытию и был приурочен сегодняшний вечер.

Витрины с древними эльфийскими артефактами, оружием, украшениями соседствовали со статуями из бледного мрамора и темного дерева. Но главным украшением зала оказались картины.

Полотна, созданные рукой древних эльфийских мастеров, изображали пейзажи, которых больше не существовало: долы с серебряными листьями, реки, текущие по воздуху, города, парящие среди облаков.

Впрочем, не только на полотне дивных было много, но и в зале. По обрывкам разговора удалось узнать, что эта выставка — жест доброй воли остроухих: эльфийское посольство согласилось привезти свои реликвии для показа в музее. Но не в дар! Наши соседи были практичны, и их щедрость была строго ограничена скорее даже не госбюджетом, а собственной скаредностью.

Меж тем публика толпилась перед картиной. То и дело раздавались восхищенные вздохи. Дамы прикладывали к глазам лорнеты, кавалеры что-то умное и важное обсуждали шепотом.

Вирсент ловко вел меня сквозь эту толпу, его взгляд скользил по лицам, кому-то он даже пару раз кивнул, чтобы не выделяться из толпы. Я шла подле напарника и делала вид, что больше интересуюсь нарядами других дам, чем древностями.

— Пока ничего подозрительного, — тихо, губами, произнес Вирсент, наклоняясь ко мне, будто делясь комплиментом. — Все слишком увлечены собой и искусством, и ни одна сволочь — нами!

— Может, заказчик еще не здесь? — так же тихо ответила я, улыбаясь в пространство.

— Или он здесь, но присматривается, — палец Вирсента невзначай коснулся платка в нагрудном кармане. — Так что пару минут постоим здесь и пойдем на второй круг по залу.

Задумано — сделано.

Мы двинулись дальше, мимо витрин с изящными кинжалами, оправленными в самоцветы, мимо статуй богинь с загадочными улыбками. Я чувствовала, как у меня затекает спина от напряжения, а улыбка вот-вот превратится в оскал. Каждый мужчина во фраке казался потенциальным убийцей, каждая дама — его сообщницей.

И вот, когда мы завершали второй круг по залу, я заметила странного типа, который, как и мы, был далек от эльфийского искусства.

Он стоял чуть в стороне от толпы, у небольшой бронзовой статуи какого-то дивного героя.

Высокий, худощавый мужчина в темно-зеленом сюртуке, с непроницаемым лицом — этот тип буквально сканировал толпу.

— Кажется, это наш клиент, — произнесла я и взглядом указала на подозрительного молодчика.

— А нам как под этими внимательными взорами работать и преступников ловить? — фыркнула я.

— Как обычно, не выделяясь из толпы…

И мы пошли на третий круг, когда к нам вроде бы случайно подошел какой-то мужчина. С виду — такой лощеный аристократ. Он приветливо, как со знакомцем, поздоровался с некромантом:

— Стэфан? Ты ли? Ба! Какая встреча! Бруковски, сколько лет, сколько зим… — и поспешил обнять брюнета, что-то прошептав тому на ухо.

Мне потребовалось немало усилий, чтобы удержать лицо. Назвать Вирса именем артефактора мог лишь тот, кто не знал моего коллегу в лицо.

Напарник на миг изобразил удивление, а потом — понимание и даже радушие.

«Это и есть заказчик?» — меж тем, глядя на талантливую игру типа, про себя гадала я.

Интересно, кто под личиной этого «знакомца» Бруковски. То, что на подошедшем к нам был морок, я даже не сомневалась.

Меж тем словоохотливый джентльмен пригласил подсадного Стэфана отойти с ним, поговорить, в стороне: дескать, здесь слишком шумно…

Та-а-ак, а вот нас технично уводят в тихий угол, чтоб без шума прибить…

Под ложечкой предательски засосало, а тело напряглось, готовое разом и бежать, и сражаться — это уж как придется. А я мысленно приготовила матрицу атакующего аркана.

Меж тем «приятель Стэфана» повел нас не к выходу, а вглубь залов, прочь от нарядной толпы и льющихся звуков приглушенного в честь открытия выставки малого струнного оркестра. Мы миновали еще несколько менее людных галерей, а после и вовсе скользнули в неприметную дверь в стене, замаскированную под панель из темного дерева.

Провожатый ловко нажал на скрытую пружину, створка бесшумно отъехала, впуская нас в узкий, слабо освещенный служебный коридор.

Воздух здесь уже оказался далек от нот парфюма, что витали в выставочных залах. Скорее он сменился пылью и затхлостью, к которым примешивались краска и дерево.

С обеих сторон коридора громоздились ящики, затянутые холстом, и свертки — еще не распакованные экспонаты или уже отправленные на покой и не прикрытые холстиной.

— Мой повелитель уже ждет вас, — «друг» обернулся к нам, и его улыбка наконец сползла с лица, обнажив холодную маску безразличия. — Надеюсь, вы принесли то, что ему нужно…

— А я надеюсь, что у вас есть нужное мне, — негромко ответил напарник, глядя в упор на нашего провожатого.

— Если вы о деньгах, то за нами не заржавеет. Тем более золото, в отличие от железа, не подвержено коррозии, — отозвался тип и усмехнулся собственному каламбуру, и мы дальше пошли за ним по коридору, чтобы оказаться в помещении, больше всего напоминавшем склад антиквариата.

Скорее всего, здесь, в зале с невысоким сводчатым потолком, находились поднятые из музейного хранилища, но еще не распакованные экспонаты, ожидавшие своего выхода в зал.

И среди картин и статуй обнаружился еще один тип.

— Я уже заждался вас, — раздался голос из густой тени, которую отбрасывал один из ящиков.

Увы, увидеть говорившего я не смогла. Вот ведь паразит! Даже тут прячется.

— Вы принесли последнюю часть документов? — меж тем вопросил голос из тени.

— Да, она у меня с собой, — похлопав себя по груди, безмятежно отозвался Вирс. — А я бы хотел видеть деньги, и вместе с ними — лицо того, кому продаю частичку своей родины.

— Вы слишком многого хотите, господин Бруковски, — вновь протянул голос, и мне в нем послышался легкий, едва уловимый акцент.

— Ну, попробовать стоило. А то, знаете ли, любопытство разбирает… — усмехнулся напарник.

— Любопытство губит не только кошек, — произнес этот любитель теней и требовательно добавил: — Документы!

Вирс достал папку, которую до этого скрывали полы его пиджака.

«Ого! Да напарничек хорошо подготовился!» — промелькнуло в моей голове, и едва некромант протянул папку нашему провожатому, который подскочил к нему, как Вирс рявкнул мне:

— Ложись!

И толкнул меня в сторону, сам отпрянул и схватил нашего провожатого, дернув его так, чтобы прикрыться им как щитом. Тотчас же в место, где мы стояли долю мига назад, а сейчас очутился «дружище Стэфана», ударило заклинание.

Не будь такой реакции напарника, оно бы врезалось в нас, и мы бы застыли соляными статуями. Последнее — отнюдь не метафора.

Правда, о коварстве чар я узнала пару мгновений спустя, когда уже отползла под прикрытие одного из ящиков и глянула на нашего провожатого — еще вот-вот, две секунды назад, живого человека.

Сейчас его черты стремительно изменялись, превращаясь в эльфийские, чтобы по итогу посреди зала застыла очередная дивная статуя. Остроухий в мраморе в полный рост. Только не с копьем, как на экспозиции, а с папкой документов в руках.

«Так вот где по правилам шпионажа принято прятать трупы — в статуях. Удобненько: так и улик нет, зато есть подарок для музея!» — промелькнула мысль. А за ней следом и вторая: «Интересно, а не эльфийские ли уши торчат из расследования Вирса? Уж больно все сходится один к одному: и прибывшая в столицу дивная делегация, и выставка эта, опять же их…»

На краю сознания вдруг всплыла услышанная недавно фраза: если в нашу столицу дивные послы опять прибыли — у людей убытки! Права народная молва, ой права!

Развить мысль не успела. Потому как в ящики, за которыми я пряталась, ударило боевым арканом, и дерево брызнуло щепой. Я взвизгнула и под прикрытием огня (меценатом оного стал напарничек, спасибо ему!) на четвереньках шустро поперебирала ногами дальше, в место побезопаснее.

Вирс же огрызался атакующими плетениями вовсю. Только, судя по тому, как его поливали в ответ, силы были неравны.

Минимум двое противников на одного некроманта. И оба преступника, что прискорбно, живые! Причем очень.

На миг выглянула из своего нового укрытия, отпрянула назад и прислонилась спиной к какой-то статуе. Кажется, это была мраморная композиция сражавшихся гномов. На счастье мне, подгорники бились, тесно сомкнув ряды. Жаль, что каменные изваяния были в натуральную величину и потому невысоки.

Присев на корточки и прислонившись спиной к фигурам, я вытянула руку, материализуя матрицу, которую держала в голове.

Воздух передо мной вспыхнул магией, и я высунулась, чтобы прицелиться и пальнуть прямо вперед. Но тут откуда-то сбоку выскочил дивный, в руке он держал аркан, готовясь метнуть его в некроманта. Я не думая швырнула свое заклинание в остроухого.

Чары врезались в него, ударив в грудь так, что сын леса разом потерял и равновесие, и сознание. Упс… Кажется, я подстрелила эльфа. А еще говорят, что они самые меткие. Похоже, и мишени из них тоже самые лучшие.

Вот только и мне тут же прилетело в ответ, доказав, что цели из артефакторов ничуть не хуже. Гномов размозжило на раз. И меня бы саму наверняка тоже, если бы не кольцо, подаренное некромантом. Оно ожгло палец болью, чтобы тут же передо мной все вспыхнуло ослепительно-белым светом, и на мгновение возник сияющий щит. Он спас мне жизнь, но от мощного удара волны силы уже не уберег. Волна сшибла меня с ног, и я упала навзничь. И тут же кольцо на руке осыпалось пеплом…

Вот гадство!

Я тут же вскочила, но… время было упущено. За те секунды, что я поднималась, атаковавший меня эльф успел сплести еще один аркан. И мало того — кинуть в одну нерасторопную девицу.

Заклинание полетело прямо мне, оставшейся без защиты (плевать, что я о ней до момента активации кольца и забыть успела!), в грудь и… того, что случилось дальше, не ожидали ни я, ни мой противник. Вирс, каким-то чудом увидевший это, швырнув в последний момент аркан, перебил тем летевшие в меня смертельные чары. Плетение некроманта врезалось в дивное на полном ходу и…

Взрывом меня снова опрокинуло на пол, благо успела на этот раз сгруппироваться и прикрыть локтем глаза.

И когда проморгалась от яркой вспышки, увидела, что и любитель пострелять в невинных девиц (хоть те и с пульсаром на изготовку) тоже прилег и уснул. Какая-то кровожадная часть меня захотела, чтобы навечно…

Только напарнику дорого пришлось заплатить за эти несколько секунд, на которые он отвлекся: второй противник Вирса и не думал постоять, деликатно подождать, пока некромант занят моим спасением.

В некроманта полетел град смертоносных воздушных игл. Ого! Заклинание такого уровня мог себе позволить лишь очень сильный маг. А значит — и опасный.

У брюнета не было времени выставить хоть какой-нибудь щит. Он лишь успел дернуться в сторону, уходя от прямого удара и в ответ швыряя волну сырой силы, чтобы сбить траекторию.

Я не успела сообразить, мое тело среагировало быстрее разума, откатившись в сторону. И тут же я увидела, как в пол рядом со мной впиваются три магических шипа.

— Эй, а поаккуратнее убивать нельзя? — вырвалось у меня нервное.

— Прости, промахнулся. — выдохнул напарничек, отступая за какой-то контейнер и выставляя блок от шквального огня, которым поливал его последний, оставшийся целым из шпионского квартета, дивный гад.

«Угу, только очень метко», — пронеслось в моей голове, а над ней самой — пульсар. Я повернулась, чтобы увидеть, как в зал вбегает еще один дивный.

Да что ж они не кончаются-то?

Пришлось срочно перекатываться еще дальше. На этот раз за полный боевой доспех. Рыцарь эпохи Великого объединения был повыше гномов, да и бронирован куда лучше. А главное, у него был щит. И отлично! Ибо магический заслон я создать не успевала. Так что прикрылась тем, что есть…

В дуб, окованный железом, ударило заклинание.

Так опытным путем я выяснила: оружие у этого воина древности, кем бы он ни был, оказалось зачарованным. Только и отдача — куда выше. Но мы с рыцарским доспехом устояли. А вот картина, в которую отрикошетил пульсар, увы, — нет.

Она занялась. Дивные на полотне полыхали. Огнем.

Мой остроухий противник тоже полыхал. Но гневом. Не знаю, то ли от своей косорукости, то ли от моей живучести, то ли от урона, нанесенного только что эльфийской культуре в подсобке музея. Хотя формально ущерб причиняла не я. Пульсар, срикошетивший в полотно, был же не мой.

А вот тот, который прямиком, секунду спустя, врезался в дивного — уже мой. Ибо нечего глазеть на пламя, когда у тебя тут противник еще не побежденный.

Так что я, можно сказать, вырубила еще одного дивного на бис.

«Если так дальше пойдет, то и вовсе поднаторею — и буду грозой целого посольства…» — почти возгордилась я.

Только, пока отвлеклась на своего остроухого, упустила из виду Вирса и его врага. А те успели скрыться за контейнером.

Я рванула напарнику на подмогу, но не успела отбежать и пары шагов от доспеха, как сначала ощутила мощный выброс магии некроманта, который отчего-то отозвался в моем теле болью, и тут же пол подо мной содрогнулся.

Из-за контейнера, за которым были Вирс и его противник, ударила ослепительная вспышка, на мгновение озарившая все вокруг жутковатым зеленым светом, и сам огромный ящик, выше меня раза в два, подкинуло в воздухе и перевернуло, а взрывная волна, вырвавшаяся из-за него, отбросила меня назад, как щепку. Я перелетела через груду ящиков, больно ударилась спиной обо что-то твердое и замерла, оглушенная, пытаясь сделать вдох. В ушах звенело, в глазах плавали пурпурные пятна.

Казалось, прошла вечность, прежде чем в мою грудь ворвался воздух. Усилием воли заставила себя открыть глаза. Казалось, что вокруг кто-то враз украл все звуки. Стояла оглушительная тишина. Хотя на картинах полыхало пламя, какой-то серебряный поднос катился по каменному полу и упал… С края ящика сорвалась ваза и разбилась об пол. В тишине. Абсолютной.

Только здесь я поняла: звуки есть. Это у меня просто нет слуха. Зато имеется адская боль в голове и… кажется, по шее течет что-то теплое.

Но мне на это все было плевать. С усилием, словно разрывая мышцы и сухожилия, ломая собственные кости, я поднялась и, спотыкаясь, кинулась туда, где был напарник.

Сердце колотилось, казалось, прямо в горле, нехорошее предчувствие, родившееся где-то в животе, пустило свои холодные щупальца в мое тело, сковывая его, не давая двигаться… или это от того, что глаза уже увидели напарника, лежавшего на спине и раскинувшего руки. А главное — смотревшего на мир стеклянным взглядом.

Его безупречный фрак был в клочья, так что можно было увидеть мужскую кожу, покрытую страшными, дымящимися ожогами. Из носа и рта напарника тонкой струйкой стекала алая кровь.

Ноги тут же подкосились, и я на полном ходу упала на колени.

Нет! Нет! Нет! Этого не может быть!!!

Остатки магии во мне говорили: напарник мертв. Но я не хотела верить и с силой ударила его по груди. Еще раз. Еще. Ну же, сердце, давай, запускайся!!! Ты не можешь уйти просто так…

А рядом с некромантом, всего в паре шагов, лежал его противник. Эльф. Бледное лицо. Бескровные губы… Кажется, тоже мертвый. Но на сканирование его тела я и не подумала тратить силы. Как и помогать. Пусть катится за грань, сволочь…

Я израсходовала весь резерв, пытаясь запустить сердце Вирса, но… он так и не очнулся. А когда моя магия иссякла, полились слезы…

Я смотрела на того, кого успела полюбить, и чувствовала, как вместе с влагой, что лилась из глаз, из меня каплями уходит жизнь…

А вот звуки — возвращаются… Правда, словно сквозь вату… Вдруг я услышала тихое:

— Не двигаться! Руки за голову! — раздалось откуда-то из-за спины.

Я, стоявшая на коленях перед мертвым мужским телом, повернула голову и увидела искаженное от крика лицо того самого агента безопасности, в зеленом сюртуке… Рядом с ним были еще люди… Все с арканами на изготовку.