Глава 18

– Иди к чёрту! – прошипела я, ускоряя шаг.

– Дина-Дина, заметь: это не я предложил. Я только поддерживаю твою идею. Как самый настоящий муж!

– Но ты не настоящий муж! – Резко остановившись, я развернулась и ткнула пальчиком в грудь застывшего рядом Винсента. Очень хотелось орать, но из-за возможных свидетелей приходилось ругаться вполголоса. – Мы разорвём связь, и всё закончится!

– Разве тебе хочется её разрывать? – Винс вздёрнул бровь. – Только представь: будешь графиней. Местные тебя уже обожают. Так что с этим проблем не возникнет.

– Ты на что это намекаешь? – прищурилась я.

– Ни на что не намекаю. Просто факты. – И Винс снова вскинул ладони с обезоруживающей улыбкой.

У-у, бесит!

– Ах, факты! Ну тогда держи факты! – Я была безжалостна. – Через две недели, в полнолуние, мы разорвём связь. И с этого момента больше не встретимся. Так что свои шутки про графиню оставь при себе.

– Ты кое-что забыла, дор-рогая, – оскалился Винс, склоняясь к моему лицу. Мамочки, когда он успел оказаться настолько близко? Но хоть клыки больше не выглядели так устрашающе, как пять минут назад. Они вообще могут уменьшиться? – У нас ещё остаются те странные консультации. А ещё необходимость освободить твой очаровательный пальчик от колечка.

Пока я заворожённо вглядывалась в его глаза, где снова играли жёлтые всполохи, Винс поймал мою ладонь. Поднял выше. Погладил пальцы. Поднёс к губам, обжигая дыханием…

– Да прекрати ты! – взвизгнула я, отскакивая как ошпаренная. – Не подходи ко мне, понял!

И рванула к дому на двойной скорости.

– А как же переезд в замок? – донеслось мне вслед.

Я выругалась сквозь зубы. Потому что, судя по звуку, Винс не отставал. И моя скорость для него проблемой вовсе не была.

– Шиш тебе, а не замок, – огрызнулась я, не поворачивая головы. Говорила вполголоса, но что-то подсказывало, что Винс услышит, даже если буду шептать.

И действительно:

– Тогда поселимся у тебя?

Вот же неуёмный оптимизм у человека!

– Даже не думай. У меня всего одна кровать! – И ещё одна со скелетом Айрис, но её я двигать точно не стану.

– Так это же замечательно! – обрадовался Винс. – Так даже лучше. Только представь: будем обниматься перед сном, рассказывать друг другу страшилки…

– Перед сном я читаю учебник по некромантии…

– Здорово! Рад, что ты поделилась! Теперь я знаю тебя чуточку лучше…

– А-а-ар-р!!! – Ну, просто членораздельных звуков у меня больше не осталось. Куда подевался спокойный и рассудительный Винс, который был против брака? Вот что с ним не так?

Не могу сказать, что эта новая грань его личности мне не нравилась… Скорее, я просто не понимала подобных метаморфоз. А когда я чего-то не понимала, мне становилось не по себе.

– Иди к чёрту, – выдохнула ещё раз, взлетев на крыльцо. – Я с тобой спать не буду.

– Так я же и не настаиваю, – расплылся в улыбке Винс. – Хотя…

– И в одном доме жить не буду!

– Но тогда никто не поверит, что мы женаты. Ты ведь сама сказала…

– А теперь передумала! – рявкнула я. – Я женщина, мне можно! Я… Я… Нестабильная и истеричная, вот!

– Ну что ты, дорогая. Ты вовсе не…

– Не ходи за мной! – взвизгнула я и, влетев в дом, привалилась к двери с внутренней стороны.

– Ы?

На меня изумлённо смотрел появившийся из кухни Зигмунд. Я поджала губы и возвела глаза к потолку.

– Хорошо, милая, – донеслось из-за двери. – Я подожду, когда ты оттаешь и передумаешь. И кстати… Ты обещала мне ужин.

Ага, ужин… Фигушки ему, а не ужин.

Приложив ухо к двери, я прислушалась. Надеялась услышать скрип снега под удаляющимися шагами. Но его не было.

Жестом подманив кружившую по комнате Айрис, попросила девочку выглянуть. Она подлетела к стене, просочилась… И тут же отпрянула.

– Ждёт, – одними губами проговорила девочка.

Я застонала и трижды легонько побилась лбом о дверь.

– Дорогая, у тебя всё хорошо? – раздался заботливый голос.

Зажав рот ладонью, я на цыпочках отошла от двери. Беззвучно выругалась на скрипнувшую половицу. И скрылась на кухне. Залпом выпила стакан воды. Прошерстив запасы, нашла сухари и вяленое мясо. Сойдёт. Ничего, обойдусь денёк без ужина. Для фигуры полезно.

В душе поднималось негодование. Интересно, кому можно нажаловаться на бессовестного сталкера? Хотя, если подумать, жаловаться надо местному графу. А граф у нас… Тот самый сталкер и есть, ага.

Да и можно ли вообще назвать сталкером собственного мужа? Он же по сути всё верно говорит: раз поженились, должны жить вместе. А то, что по факту это не совсем так… Так местные-то об этом не знают.

Да и неправильно он себя как-то ведёт. Не сказать что преследует и следит из укрытия. Нет, просто проводил до дома и сидит на крыльце. Сидит же?

Быстрая проверка от Айрис дала неутешительный ответ: сидит. И явно никуда уходить не собирается. Словно ему там и не минус десять.

Тем временем на улице смеркалось. Попытка отвлечься на чтение учебника провалилась с треском. Айрис летала к двери раз в пять минут и каждый раз возвращалась с весьма однозначным ответом. Винсент не уходил. Вот же упёртый…

А вместе с тем возникло ещё одно неудобство. Минус туалета, находящегося на улице, в том, что для того, чтобы им воспользоваться, тебе сначала придётся на эту самую улицу выйти.

А у меня там граф дверь подпирает.

Отбросив учебник, я ещё минут тридцать кружила по комнате… А потом разозлилась. В конце концов: я у себя дома. С чего это вдруг я должна бояться выйти во двор?

Сжав кулаки, я распахнула дверь и шагнула на крыльцо. Повернула голову и столкнулась с ехидным взглядом.

– А в замке все удобства прямо в спальнях… – оскалился он.

Я покраснела. И рванула к дальнему сарайчику. Да пропади оно всё пропадом.

Возвращалась с диким желанием прибить одного излишне назойливого графа. Люди себя так не ведут! Это ненормально!

Вот только Винс человеком и не был. Как там он сказал? «У оборотней невероятные нормы морали»? Что я вообще знала о психологии оборотней? Возможно, то, что сейчас делает Винс, – как раз норма.

В конце концов, ведёт он себя прилично… почти. Общество своё не навязывает… практически. Личных границ не переходит… Ну нет, тут всё-таки мимо. Тот поцелуй был…

Приятным. И дико горячим. Чёрт, я даже не помню, когда меня кто-нибудь так же целовал.

Ой, всё.

Остановившись на крыльце, уставилась сверху вниз на застывшего Винсента. Во всех отношениях застывшего: на тёмных волосах сединой блестел иней.

– Не переживай, мне не холодно, – хмыкнул он, не поворачивая головы.

– Поскольку ты так и не сказал, в кого ты там превращаешься, предположу, что ты баран, – буркнула я.

– Красивые волосы? – Винс улыбнулся и всё-таки посмотрел на меня.

– Больно упёртый, – вздохнула я. – Ладно, заходи.

Винсент

Легко поднявшись, я стряхнул с брюк напа́давший снег и воспользовался приглашением. Вид насупившейся Дины почему-то невероятно радовал. На самом деле в последние пару дней меня вообще много что радовало. Ощущение было странным – словно с глаз упала пелена. Все нормы и приличия, державшие столько лет, вдруг перестали что-либо значить. Какая в сущности разница, что подумают люди?

Откровенно говоря, соблюдение внешней видимости брака меня ни капли не волновало. Но Дина сказала про «жить вместе», и я уцепился за возможность. Разумеется, дело не в объятиях перед сном и не в страшилках: очевидно же, что она не согласится спать со мной вместе… По крайней мере, сначала.

Но мне уж очень не понравилось то, что устроили местные.

От того, что я увидел и услышал, до сих пор волосы на загривке вставали дыбом, а губы сами собой изгибались в оскале. Выдать замуж решили. Чтобы мне не досталась, надо же… Да они там вконец с ума посходили, что ли?

В голове всплыл образ того парня, Томаса Кельсена. Глуповатое лицо, огромные кулаки и рост под два метра. И вот этой вот горе мяса – Дину? Мою Дину? От одной мысли захотелось рычать. И, кажется, из груди действительно вырвался глухой рык.

– Винс, ты в порядке? – озабоченный голос из-за спины. Волнуется.

– В полном, – широко улыбнулся я, разворачиваясь к жене.

К жене… Хадон, как же потрясающе это звучит! Нет, тема брака у меня до сих пор вызывала отторжение… Но почему-то не в случае с Диной. С Диной всё было правильно. И плевать, что всё подстроил отец.

В конце концов, вот оно – моё счастье. После падения амулета я ощущал это всем своим существом – телом, мыслями и ещё чем-то, что пока неясно ворочалось внутри. Неужели я действительно продолжу стоять на своём и отрицать возможность брака назло отцу? Только потому что он провернул это, никого не спросив?

Совершенно точно, нет.

Понимал ли я, что веду себя странно? Однозначно. С момента, когда произошло запечатление, в теле поселилась невероятная лёгкость. Она гнала вперёд, дразнила и побуждала действовать более раскованно. При этом я всё ещё полностью себя контролировал, разумеется.

И успокаивал себя тем, что могу остановиться в любой момент.

А сколько в моём теле было энергии! Я словно горел изнутри. Каждую секунду. Кажется, я вполне мог бы ходить вовсе без одежды и не мёрзнуть. Так что Дине я не соврал: сидя на крыльце, я не мёрз. Наоборот, мне было жарко.

– У тебя глаза странно блестят, – пробормотала Дина, вглядываясь в моё лицо.

Потерев ладони, она встала на цыпочки и приложила тыльную сторону запястья к моему виску. Нахмурилась. Ухватила за воротник и потянула вниз. Я изумлённо вскинул брови и приготовился было к поцелую, но вместо этого Дина прижалась щекой к моему виску. Задержалась на секунду и отпрянула.

– Да у тебя же температура! – возмущённо выдохнула она, тыкая в меня пальчиком. – Ты весь горишь!

Я нахмурился. Вероятно, она вкладывала в это какой-то смысл, но я никак не мог его уловить. Впрочем, фраза о том, что я горю, мне понравилась. Я расплылся в ленивой улыбке.

– О да, присоединишься?

– Дурак! – выкрикнула она и стукнула ладошкой по груди. – Живо в постель!

Честно говоря, здесь даже я опешил. Вот и поди пойми этих женщин. То спать не буду, то марш в постель. Знал бы – давно бы предложил ей потрогать мой лоб. Пусть тут и не прослеживалось никакой логической связи.

– Я что-то неясно сказала? – прошипела Дина, и я, вскинув ладони, попятился к спальне.

Открыл дверь, оценил две кровати и сундук. Хм…

– Ты же говорила, у тебя всего одна кровать?

– На второй Айрис, – хмуро отозвалась она и подтолкнула в спину. – Наша та, что прямо.

– Наша? – обернувшись, я подвигал бровями.

Дина сердито прищурилась. Вышло невероятно мило. Я улыбнулся. Девушка вспыхнула и, шагнув к той кровати, что стояла справа, резким движением отдёрнула одеяло.

Резко втянув воздух, я уставился на лежащий на кровати скелет без головы. Миг – и воздух вокруг костей сгустился, приобретая очертания…

– Бу! – выкрикнула Айрис и села, сгибаясь от хохота. – А-а, Дина, он такой смешной!!!

Да уж, обхохочешься.

Презрительно фыркнув, я занял место на второй кровати и выжидательно уставился на Дину.

– Что теперь?

– Теперь – постельный режим и горячее питьё, – рявкнула она. – Буду тебя лечить!

– Лечить? – ошарашенно выдохнул я.

Это что же, Дина решила, что я болен? Но почему? Не из-за температуры же – у оборотней температура тела всегда выше, чем у людей… Но Дина об этом не знала. Конечно не знала – она же из другого мира.

Набрав в лёгкие воздуха, хотел ей об этом сказать… Но в последний момент передумал. Болен, надо же… Это ведь столько возможностей. И я даже знал, как могу это использовать.

Недолго, разумеется – это будет нечестно. Буквально до утра.

Дина

Чёрт, чёрт, чёрт!!!

Как я могла оставить Винса на улице на несколько часов?

Но ведь он мог уйти в любой момент…

Но я могла пустить его внутрь. Не будь я такой упёртой…

Ты ни в чём не виновата! Ты ведь не могла отвечать за его действия!

Он заболел из-за меня!!!

Метания по кухне в приступе чувства вины и паники привели к тому, что я случайно расколотила ещё одну чашку, после чего Зигмунд попросту взял меня за плечи и выставил за дверь. Ещё и негодующе пальцем погрозил – как же так, из семи предметов сервиза за каких-то пару дней осталось всего три.

Дальше я металась по гостиной. Наматывала круги, пока Зигмунд заваривал целебный напиток из того, что было на кухне. К моменту, как зомби вынес мне поднос с чашкой для Винса, я уже чуть ли не на стену лезла.

– Тут точно никаких неожиданных добавок? – спросила, принюхиваясь к содержимому.

– Ы… – проговорил Зигмунд. «Обижаешь».

– Ну прости-прости, – вздохнула я, следя за поднимающимся от напитка паром. – Просто после последнего раза…

Зигмунд тяжело вздохнул и погладил по руке. Я с благодарностью улыбнулась и ушла в спальню.

И с порога наткнулась на настороженный взгляд.

– Ты переживаешь, – отметил Винс. – За меня?

– Вот ещё, – фыркнула я. – Ничего подобного. Просто… Как ты себя чувствуешь?

На лице Винсента отразилась работа мысли. Он словно колебался, не решаясь что-то сказать. Но быстро сдался.

– Вообще-то хорошо, – проговорил он нехотя. – Знаешь, наверное, я лучше пойду… – И попытался сесть.

Ну уж нет. С такой температурой я его на улицу не выпущу.

Усевшись на край кровати, я решительно надавила ладонью ему на грудь, укладывая обратно. Кажется, он такого не ожидал, потому что подчинился без сопротивления.

– Ну вот и отлично. А теперь выпей.

Винс смерил меня хмурым взглядом исподлобья. После чего едва уловимо пожал плечами и, приподнявшись на локте, опрокинул в себя содержимое чашки.

– Умница, – похвалила я. – А теперь отдыхай.

На этих словах я попыталась подняться, но Винс ухватил за запястье.

– Ты куда?

– Схожу, поищу Ирвина. Он же, кажется, целитель. Думаю, он быстро тебя вылечит…

Брови Винса взлетели вверх. А потом на лице возник натуральный оскал, и он резко сел.

– Не надо Ирвина. Ты прекрасно меня лечишь. Продолжай в том же духе – и к утру я буду как новенький.

– Нет, не будешь… Винс, я не врач. Только и могу что уложить тебя в кровать и организовать тёплое питьё.

– Этого вполне достаточно.

– Нет, не достаточно! Это ведь не лечение – так, ерунда! И вообще, ты ведь не совсем человек, ты оборотень. Я понятия не имею, как лечить оборотней. А Ирвин…

– Ирвин, Ирвин… Забудь! – сверкнул глазами Винс. – Если собираешься идти одна через город, я иду с тобой.

– Но тебе нельзя…

– Тебе тоже нельзя! Ты маленькая хрупкая девушка. Сейчас ночь. А что касается лечения оборотней… – Он задержал дыхание, окидывая меня жадным взглядом. – В девяносто девяти случаях из ста помогает нахождение рядом истинной.

Не поняла… Это меня, что ли? Шарлатанство какое-то.

– И как это работает? Просто побыть рядом?

– Просто побыть… Чем ближе, тем лучше.

И не успела я опомниться, как мою талию обвила мужская рука… А следом меня попросту утянули на кровать. Несколько секунд я лежала в полнейшем шоке, глядя прямо перед собой. А потом внутренне возмутилась и попыталась выпутаться.

– Тшш, тише, – горячий шёпот в висок. – Ты ведь не хочешь, чтобы мне стало хуже?

Винс совершенно по-кошачьи потёрся щекой о мою макушку и зарылся лицом в волосы. Я застыла, боясь пошевелиться.

– Не хочу, – призналась доверительно. И спросила: – А что мне нужно делать?

– Просто лежать рядом. И скоро мне станет лучше. Намного.

Последние слова вышли почти мурлыканьем. И я неожиданно для себя расслабилась. В конце концов, ни к чему неприличному меня не принуждают. А полежать рядом… Ну, подумаешь. Не знаю уж, какие там невероятные нормы морали у оборотней… Но явно не хуже, чем у студентов на вписке, где все спят вповалку прямо там, где упали.

Поэтому я не глядя скинула ботинки и подтянула ноги, устраиваясь поудобнее. Винс тут же на ощупь накрыл меня одеялом и затих. Вернее, это сначала мне так показалось. Но стоило комнате погрузиться в тишину…

– Ты что, хрипишь? – ахнула я. Потому что из груди Винсента доносился мерный рокот. Словно кто-то запустил моторчик. Или вентилятор.

– Я за Ирвином, – объявила я и попыталась вскочить, но меня тут же притянули назад.

– Через пятнадцать минут, – попросил Винс, не прекращая блаженно улыбаться.

И я сдалась. Потому что – ну что такое в сущности пятнадцать минут. Тем более что здесь, в мужских объятиях, так тепло и уютно. А ещё – безумно вкусно пахнет.

Аромат Винса опутывал с головы до ног, погружая в сладкую дрёму. И уже не хотелось никуда бежать. Может, ну его. Может, и правда близость истинной пары поможет, и утром он поправится? Да, скорее всего так и будет. Почти уверена в этом…