Глава 11: Неожиданная встреча в борделе.

Я постояла посредине своей комнаты, пережевывая все эти воспоминания, и поняла, что не хочу находиться здесь ни минуты.

Писать научную работу в данный момент я не собиралась. Не тот настрой. А просто сидеть в четырёх стенах было сродни пытке.

Мысли о том, что я ничего не делаю для поимки убийцы родителей, и воспоминания терзали не хуже умелого инквизитора. И всё это вместе с мыслями об убитой юрсэ только усугубляло ситуацию.

Нужно было срочно что-то делать. Моё тревожное сознание требовало хоть каких-нибудь действий.

Я отыскала свой жетончик действующего некроманта, схватила плащ, кинжал и фляжку, и отправилась туда, где, по моей логике, можно было найти хоть какую-то информацию.

Я помнила о «просьбе» Васлида Милтона сидеть в школе, но слушаться была не намерена. Не сейчас.

У входа стояли два высоких амбала. Меня они осмотрели, не смея прикасаться, увидев значок некроманта. Но всё же предупредили, когда увидели кинжал, что в здании есть свой боевой маг и со мной не станут церемониться в случае чего.

Я понятливо кивнула и со всей честностью соврала, что здесь я не по работе, а исключительно как гость.

Мужчины пропустили меня легко, и я окунулась в томную атмосферу разврата и удовольствий. Я знала об этом заведении исключительно по слухам, и сама здесь была один-единственный раз, когда меня вызвал господин Милтон.

Здание «Бархатной ночи» было трёхэтажным, один этаж был цокольным и служил исключительно для купален. Первый представлял собой большой зал, где в блаженных влажных сумерках ходили танцовщицы. Они соблазнительно двигались под расслабляющую музыку, словно змеи изгибаясь и оголяя особо волнующие участки тела.

Углубляясь в залу, подальше от входа, по полу были раскиданы ковры и множество подушек. Стояло несколько диванов кру́гом, в центре которого стояли кальяны.

В воздухе витали экзотические запахи и дым от табака. Гостей было мало. Несколько одиночек довольствовались компанией молоденьких девушек по разным углам, тиская их в потёмках. И на диванах расслаблялись двое мужчин. С ними сидело несколько девушек, которые делали массаж.

Справа от входа была лестница на второй этаж, который не был разделён потолком с первым. С коридорчика второго этажа через перила можно было наблюдать за гостями внизу.

Этим и занимался маг.

Я сразу подметила его присутствие. Он был одет как гражданский, в лёгкую свободную одежду серого цвета, но он цепким взглядом всматривался в гостей, просто сидя в удобном кресле. Вдоль стен второго этажа шли двери в комнаты уединения.

Ко мне вальяжно подошла женщина с тонкой талией, затянутой в корсет, и пышными формами. Она напоминала песочные часы. Жгуче рыжие прямые волосы были распущены и гладким шёлком спускались по спине до самой поясницы.

Женщина держалась поистине с императорским видом, словно заведовала музеем Ваалаярви, а не борделем. Я узнала её: хозяйка, с которой разговаривал полицейский в прошлый раз.

И только помня её суровое лицо, мне удалось не поддастся её обаянию сию минуту.

— Приветствую прекрасную госпожу в нашей скромной обители, — её голос был таким мягким и глубоким, что, казалось, тебя укутывали в бархатное покрывало.

Она приблизилась, едва коснувшись моего локтя. Её красивые яркие, почти прозрачные голубые глаза мазнули по значку некроманта, заметили кинжал. Она сразу всё поняла, вспомнила меня, но её лицо никак не изменилось.

Она приветливо улыбнулась мягкими пухлыми губами, которые хотелось попробовать на вкус. Даже мне. Я поймала себя на такой мысли и отвернулась поморгав.

— Чем я могу помочь прекрасной представительнице благородной профессии? У нас уже провели все необходимые процедуры…

— Да я тут не по работе, — снова соврала я. Теперь я делала это куда умелее, чем в далёкой юности. — Я бы хотела… Отдохнуть и расслабиться.

Женщина ростом была пониже меня, она прильнула грудью ко мне, понятливо кивнула и мягко повела в сторону лестницы, вокруг зоны с подушками, диванами и танцовщицами.

Она завела меня под лестницу, потянула вдоль стены к спуску, что вёл к купальням. Она провела меня за дверь, в коридор, что вёл непосредственно в раздевалки. Здесь, в этой кишке, освещённой искусственным светом пары лампочек, их никто не смог бы подслушать, поэтому я остановила женщину.

— Что такое?

Я прочистила горло, которое с непривычки першило от дыма, витавшего в воздухе.

— На самом деле, я пришла сюда не развлекаться, — хозяйка борделя оглядела меня с ног до головы так, словно не сделала этого ещё в гостевом зале, хмыкнула.

— И зачем же вы пришли?

— Хочу взглянуть на комнату, где умерла девушка.

— Зачем? Там уже вдоль и поперёк все излазали. Юту увезли, кровь замыли, заменили мебель и ковры. Там не на что смотреть.

— Я всё же настаиваю.

— А разрешение у вас есть? — прищурилась Инда, растеряв толику соблазнительного лоска.

— Я действующий некромант. Чьё ещё разрешение вам нужно? — я щёлкнула по своему значку, что был прицеплен к плащу.

Женщина молчала, буравя взглядом мой значок.

— Вы же вчера там все осмотрели, — наконец выдала она.

— А теперь хочу осмотреть повторно. Я не понимаю, что вас так смущает? Это в ваших же интересах, чтобы убийцу вашей… хм… сотрудницы нашли как можно быстрее.

— В моих интересах, чтобы в моём заведении как можно меньше мелькали служивые люди и светили своими значками, — женщина взглядом указала на мою грудь, где он и висел, — так что не обессудьте. У меня, итак, поток клиентов упал в три раза.

Я тяжело вздохнула, покивала.

— Хорошо. Я вас поняла. Если я переоденусь, вы меня пустите осмотреть комнату? У меня нет планов мешать вашей работе, я просто хочу сделать свою.

Хозяйка борделя, поиграв задумчиво накрашенными губами, всё же что-то решила для себя.

— Меня зовут Инда.

— Пешет.

— Интересное имя для девушки, — хмыкнула, дёрнув подбородком и улыбнувшись.

— Это фамилия.

— Что ж, Пешет. Хорошо, я провожу вас в ту комнату, если вы переоденетесь и не станете привлекать внимания.

— Мне это не нужно.

— Тогда идёмте.

Инда отворила широкую массивную дверь, из которой дохнуло влажным паром с приятными ненавязчивыми цветочными нотками. За ней оказалась просторная комната для переодевания с лавками, ширмами и несколькими стеллажами для вещей и полотенец.

Стены, пол и потолок были выложены мелкой светло-зелёной мозаикой в различных узорах. Там уже находились две юные девушки.

Инда звонко щёлкнула пальцами. Они мгновенно подошли к хозяйке.

— Подайте госпоже сменную одежду, а её вещи отнесите в комнату восемь. И проводите её туда.

Юрсэ синхронно подняли голову. На их лицах проступило изумление, но они тут же опустили взгляд обратно в пол.

Они были босы, волосы замотаны в шишку на затылке, а из одежды на них был короткий топ, оголяющий живот и плечи. И юбки, что завязывались узлом на бёдрах. Длинный разрез при каждом шаге оголял ногу. Нижнего белья на них не было.

Инде не требовалось ни повышать голос, ни переспрашивать, поняли ли они её. Девушки беспрекословно повиновались. Я лишь молча подивилась их натасканной преданности. У них либо не было выбора, либо им очень хорошо платили.

Я не знала, а потому постаралась выбросить эти мысли из головы. Я была здесь не затем, чтобы выяснять чужие мотивы.

— Я пойду, девочки позаботятся о вас, — Инда прошла за одну из ширм, откуда донёсся звук открытой и закрытой двери.

Она ушла.

Одна юрсэ достала комплект светлой просторной одежды из хлопка. Брюки и рубаху с широкими длинными рукавами. Это порадовало меня. Я зашла за одну из ширм, что здесь стояли, и переоделась.

Последними я положила на стопку одежды перчатки и пояс с прицепленной к нему фляжкой. Я смотрела на неё долгие секунды, вспоминая, сколько уже не пила настой. Выходило, что с самого утра, как инквизиторы забрали меня с занятий. Просто не было удачного момента припасть к спасительной гадости.

Сейчас у меня чесались руки сделать хоть глоток, чтобы прекратить ту какофонию звуков и голосов, что звенела вокруг всё время и настойчиво проникала в голову, но я не могла себе этого позволить. Не сейчас.

Я взяла свои вещи и вышла из-за ширмы. Юрсэ забрала одежду у меня из рук и направилась вон из этой комнаты.

— Идёмте, госпожа, я провожу вас в вашу комнату.

Юрсэ выскользнула в неприметную дверь, находящуюся за той самой ширмой, за которой недавно скрылась Инда. Там была винтовая лестница, что вела прямо наверх. С неё мы попали на второй этаж в длинный коридор, который выходил на пролёт с перилами, откуда открывался вид на зал первого этажа.

Я увидела впереди, где-то посередине коридора, как Инда выслушивала недовольную девицу. Дверь в покои была открыта. По мере приближения разговор становился всё отчётливее.

— …но не хочу с ним. Он изрисованный и вообще странный. По-нашему ни слова не говорит.

Инда с благородным выражением на спокойном лице, молча, выслушивала недовольства юрсэ.

— Тебе платят не за разговоры, Тария. Кермич проверил его, он безвредный. Так что хватит ныть и работай, иначе лишу сверхурочных.

Юрсэ, что вела меня, юркнула мимо Инды, не поднимая глаз, я последовала за ней, но любопытство перевесило, и я мимолётом кинула взгляд в комнату. Дверь всё равно была распахнута.

Я чуть не споткнулась, когда увидела Мару, что сидел, привалившись к спинке кровати, засыпанной мягкими большими подушками.

Он был раздет лишь наполовину. На нём были брюки того же типа, в которых сейчас шла я сама.

Заложив руки за голову, он лениво наблюдал за разборками юрсэ и её госпожи, которые понятия не имели, что он всё понимает. Это его забавляло, судя по его выражению лица.

На его теле действительно были рисунки. Они делили грудь пополам. От левой груди по ключицам к плечу и дальше по всей руке вплоть до запястья шли извивающиеся грубые узоры яркой расцветки, а на правой половине груди были такие же, но однотонные, тёмные, зеленоватого оттенка.

Я потратила на разглядывание буквально мгновение. Мару тоже невольно мазнул взглядом по проходящей мимо юрсэ и мне, что шла следом за ней.

Мы пересеклись взглядами.

И если моё лицо утратило на несколько мгновений своё расслабленное выражение, стремительно сменяясь на удивление, то Мару лучше держал себя в руках. Он никак не выдал своего замешательства. Только едва заметно дёрнул рукой, словно сначала хотел что-то сделать, но быстро передумал.

Я отвернулась, ощущая, как щёки споро начинают гореть, и ускорила шаг. Инда заметила мои эмоции, но никак не отреагировала, шлёпнув по заду юрсэ по имени Тария, втолкнула её в комнату и захлопнула дверь.

— Госпожа Пешет, — Инда лоснящейся кошкой обернулась и последовала за мной, снова переходя на «вы». — А не хотели бы вы всё же совместить приятное с полезным? Может, у госпожи есть пожелания насчёт рэна?

Я сдвинула брови – естественное их положение в последнее время – и взглянула исподлобья на хозяйку борделя. Та явно неспроста задала этот вопрос, но я так и не поняла, что она этим хотела добиться.

— Нет. Я здесь не за этим.

— И всё же, вы ведь не бесконечно работаете, верно? Расслабляться тоже нужно.

— На оплату ваших услуг моего жалованья не хватит, — буркнула я, надеясь, что хотя бы финансовая сторона вопроса отвадит Инду, которая вроде бы до этого не желала со мной говорить и ушла. Но вот она снова шла рядом и пыталась навязать мне одного из своих мальчиков.

Хотя я и до этого её предложения ни за что бы не стала пользоваться местным сервисом, а теперь, увидев в одной из комнат Мару, желала оказаться как можно дальше отсюда.

Я готова была провалиться от стыда сквозь землю. Надеюсь, по моему хмурому лицу этого нельзя было сказать. Хотя я чувствовала, как жар приливает к щекам. Наверняка я вся покраснела.

Что он подумает обо мне?

Хотя я наверняка знала, что именно он подумает…

Что тут можно подумать?!

Простор дел, которыми тут занимаются, не такой уж и большой. Но не бежать же сейчас к нему в комнату с воплями «Я здесь не за этим!»