Глава 69: Прости, Имельда...

— Прости, пожалуйста… — интонация Рэма была далеко от извиняющейся. Он скривился так, словно умертвие срыгнуло прямо перед ним, — но какого демона он увязался за нами?

— Ему в одну с нами сторону, на юго-запад в степи за горами. И хочет помочь. Путь не близкий.

— Да, да, да, — Рэм обернулся и кинул уничижительный взгляд на Мару, что ехал рядом с Митришем. — Так я и поверил в его сказочку.

Я удобнее перехватила поводья, оглядываясь вокруг внимательным взглядом. Дорога была пустынна. Круго́м не было ни одного дерева, только чахлый кустарник то тут, то там торчал из воды.

Мы давно сошли с центрального тракта, но всё равно здесь было слишком тихо. Где-то далеко среди бесконечной водной долины я видела постройки рыбных ферм, но это было слишком далеко. И вряд ли мы нужны были этим фермерам, так что о них я не беспокоилась.

Мы двигались на юго-запад, чтобы обогнуть Зубы Земли по самому простому горному маршруту. Мы решили поменяться местами с Граном и его матерью. Изначально к Северному морю планировала поехать я с Митришем. Но теперь, когда туда пришлось отправить его мачеху и брата, пришлось поменять маршрут. Слишком большая толпа привлекла бы внимание. Так что в опасных южных местах мы планировали затеряться сами, а Турцел отправился провожать госпожу Валению и Грана.

— Рэм, хватит…

— Это не ревность, — процедил Рэм резко, вперивая в меня раздражённый взгляд. — Я ему не верю. Скользкий тип.

— Он тебе просто не нравится, вот и всё.

— Не просто, Пешет. Это не «просто». Я о нём совершенно ничего не знаю. И ты тоже!

— Ну, не совсем.

— Ну, и что ты о нём знаешь? Кто он? Откуда? Куда едет? А главное, зачем, демон бы его задрал? Что ему надо?

Я тяжело вздохнула, подавляя в себе желание обернуться и посмотреть на Мару. Неловкое оправдание «я просто ему нравлюсь» я даже не планировала озвучивать вслух. Рэм и так был на взводе.

— Он сканди, — дёрнула нервно плечами, перечисляя очевидные факты для Рэма. — Он друг Абрахана Вельта. И он много раз помогал мне, Рэм. Перестань, пожалуйста, видеть в нём врага. Будь это так, стал бы он помогать?

— И в чём же он помог? — сощурился Рэм. — В том, что занёс над тобой кинжал? Или когда по башке бил?

— А тебя не волнует, что он это делал не просто так?

— Вот именно, — Рэм раздражённо дёрнул повод и устремился вперёд. Я удручённо поджала губы, ощущая ужасную неловкость. Я оглянулась. Митриш о чём-то переговаривался с Мару, и тот ему отвечал.

Интересно, что повлияло на него, что он вдруг заговорил на вааларском? Он ведь так долго придерживался своего принципа. Я старательно отметала мысль «из-за меня». Должно было быть какое-то другое объяснение. Более приземлённое и логичное.

Но сколько бы я ни думала, так и не придумала.

К полудню мы добрались до плотины. Мы остановились на ней на несколько минут, чтобы осмотреться и перевести дух. Солнце припекало, было жутко влажно и душно. Все вспотели и желали скорее выбраться из долины, чтобы обсохнуть.

Плотина была зажата среди скал. По левую руку от нас бесконечным зеркалом блестела водная гладь долины, а по правую руку открывался вид на каньон, который раньше был дном реки.

Сейчас на дне тёк лишь небольшой ручей по илистому дну. Плотина была старой и не такой уж большой, метров двадцать в высоту и деревянная. Скалы каньона были занесены почвой и поросли деревьями, лопухами и травой.

То там, то тут из щелей в брусьях били тонкие струйки воды. Мы смотрели вперёд. Спуск на дно начинался у плотины и плавно уходил вдоль ущелья вниз. Всё дальше и дальше скалы становились меньше и постепенно сменялись лесом и обычными холмами, среди которых и терялся ручей.

— Надо аккуратно спуститься и преодолеть каньон до наступления ночи. Не хочу оставаться слишком близко к плотине. Мы тут будем как на ладони, а в лесу хотя бы можно скрыться от глаз, — проговорил Рэм.

— Согласен. Мне тоже не по душе торчать тут. Не дай бог, рухнет эта махина…

— Просто так не рухнет, её больше трёх сотен лет назад зачаровали.

— Ну, спасибо, успокоил, — буркнул Митриш, глянув Мару. Тот был расслаблен и как будто спокоен даже. Казалось, его вообще ничем пронять нельзя.

Рэм и Митриш тронули бока своих коней и спокойно поехали вперёд, а Мару поравнялся со мной и заглянул в глаза.

— Чувствуешь что-нибудь?

Я отрицательно мотнула головой. Мару поджал губы и кивнул.

— Тебя что-то беспокоит?

— Слишком легко, — он тоже тронул бока своего коня. Я поспешила его догнать, слушая, как копыта выбивают из досок глухой звук.

— Из Геновера мы тоже сбежали довольно легко.

— И чем это обернулось?

Я прикусила щеку изнутри и снова посмотрела на каньон. В обозримом пространстве всё было безмятежно...

Дорога прошла в относительном спокойствии, если не обращать внимания на то, что Митриш всё время нервно ёрзал в седле и глядел вниз, на дно, отчего его конь тоже шёл по тропе не очень уверенно.

Я уловила его нервозность и лёгкую панику в мыслях. Как оказалось, Митриш не очень любит высоту. И он сам это осознал впервые для себя. Этот спуск дался ему ой, как непросто.

Когда мы оказались в низине, стало прохладнее, дорога из каменной превратилась в иловую, и лошадям стало проще идти. Все выдохнули от облегчения. Все, кроме меня.

Слова Мару меня и так напрягли, а как только мы оказались на дне каньона, и плотина возвысилась над нами, закрывая горизонт и полнеба, моё беспокойство стало ещё больше. По пути вниз на опасной каменной тропе я чувствовала себя намного увереннее и спокойнее, чем сейчас в этой, казалось бы, тишине и безопасности.

— Не нравится мне здесь, — я хмуро оглядела склоны, валуны и густой кустарник, которым порос бывший берег, а заодно и скалы. Плотина виднелась вдалеке, но уже не выглядела такой большой.

— Почему? Здесь тебе не грозит сломать шею, — Митриш оглянулся на меня, довольно щеря зубы в улыбке.

— Не зна…

Конец слова заглушил свист, и Мару сверзился с коня, повиснув в стременах. Конь заржал и ринулся вперёд.

— Мару!

Мы завертелись, заозирались, пытаясь понять, откуда выстрелили. Больше стрел не было, но опешивший Митриш пригнулся в седле, не зная, как действовать. Зато сообразил Рэм.

— Пшла! — он со всего маха заехал ладонью по крупу коня Митриша, и я ринулась за ними.

Мы проскакали недолго. Я чуть не наткнулась на коня Рэма, что застыл рядом с Митришем. Животное подо мной и так нервничало из-за меня, а тут оно встало на дыбы, истошно заржав. Я вывалилась из седла, загремев в сухую корку ила.

— Имельда! — я не обратила внимания на возглас Рэма, уворачиваясь от копыт своего же коня. Отбитый бок отозвался болью, но я всё же вскочила и тут же вытащила кинжал из ножен.

Нас окружали.

— Откуда они взялись?! — Митриш истошно крутился на месте.

Нам перекрыли путь и впереди, и позади. Множество всадников.

— Уже не важно, — буркнула я, заметив краем глаза коня Мару в кустах. Самого сканди видно не было. Моё сердце на секунду сжалось от сожаления, но куда большая проблема тут же забрала моё внимание.

Потом будет время его оплакать.

— Слезай, — скомандовал Рэм Митришу.

— Зачем?! — я кинулась к лошадям, которых Рэм хлопком по крупу послал подальше. Животные испуганно рванули обратно к плотине, и всадники, что нас окружали, не стали их задерживать. — Как мы теперь сбежим?!

— Шанс мал, но если тебя придавит вдруг подстреленный конь, то шансов не останется совсем! — в глазах Рэма я увидела ту решимость, которой мне в этот самый миг так недоставало.

Я ещё не сражалась с таким количеством живых убийц! В школе я едва победила одного!

Нас взяли в круг довольно быстро. Человек двадцать, не меньше. Все безликие, одетые в одинаковые серо-коричневые одежды. Лица прикрыты тканью. Только глаза влажно поблёскивали и следили за нами.

— Откуда они знали, что мы отправимся именно этой дорогой? Кто нас выдал? — Рэм стиснул зубы.

Я не думала о том, как они здесь появились. Я думала о том, что безликих убивать легче, чем людей с открытыми лицами…

Я не видела лиц, но среди толпы заметила знакомую фигуру. Я всмотрелась в этого человека и узнала взгляд.

— Увидели будущее.

— Что? — Рэм ошарашенно на меня уставился, на секунду потеряв самообладание.

— Эстрич, — я дёрнула головой в сторону нужного всадника.

Эстрич понял, что его узнали, и стянул ткань с лица. Короткий ёжик волос вздыбился из-за ткани, на скуле и лбу был виден ожог. Он больше не улыбался, был хмур и просто смотрел прямо на меня. Я не могла понять его настроения и мыслей.

— Митриш, — одними губами прошептал Рэм, но я не обратила на него внимания. Я смотрела лишь на Эстрича, пытаясь уловить его мысли, чувства, настрой… Хоть что-нибудь!

— Что? — также тихо отозвался Митриш.

— Помнишь, как в школе я тебе говорил, никогда больше так не делать?

— Да, — настороженно отозвался Митриш.

— Нужно сделать.

— Но мы же?..

— Мы должны это повторить. Давай.

— Боже… Ладно, я попробую.

— Имельда, когда я скажу, падай на землю.

Я не отозвалась. Эстрич поднял руку, отдавая безмолвную команду своим людям. Они слезли с коней и двинулись в нашу сторону, держа в руках клинки. Маги тоже среди них были, я ощущала их более яркие ауры.

Абсолютно каждый осознавал, зачем он здесь. Никаких переговоров. Забрать Митриша, Рэма в расход. Меня…

Я стиснула рукоять кинжала. Просто так не дамся больше.

Я потянулась к Мороку осознанно, и он с радостью откликнулся на мой зов, словно только этого и ждал. Эстрич увидел мой взгляд и едва дёрнул уголком губ.

— Ну, давай, — шепнула она одними губами. Эстрич лишь кивнул и спешился. Он принял мой вызов.

— Вниз, — только и шепнул Рэм.

Я резко обернулась к нему и тут же упала на землю, едва успев. Над моей головой разнеслась горячая ярко-розовая волна. И хоть я и прикрыла голову руками, меня всё равно накрыло ореолом огромной силы, вдавило в ил, перехватило дыхание. Голову словно сдавило в тисках, и глаза заслезились.

Сознание поплыло от яркой вспышки, которой озарилась ауры Митриша и Рэма, но Митриша в значительной мере сильнее…

На несколько секунд мир как будто накрыли крышкой и перевернули. Я потерялась в пространстве, хотя лежала. Я помогла себе грязными руками открыть глаза, потому что веки не слушались.

— Митриш! — возглас Рэма ворвался в уши сквозь жёсткий писк.

Я, наконец, открыла глаза и увидела, что Рэм пытается привести Митриша в чувства.

— Что это было? Куда все подевались? — простонала, поднимаясь на колени и оглядываясь сквозь муть сознания.

Спустя несколько секунд до меня дошло, что это не моё сознание помутилось, а это в воздухе вокруг плавает иловая взвесь, что поднялась со дна каньона. Она не давала разглядеть ничего на расстоянии нескольких шагов вокруг.

Земля задрожала. Откуда-то со стороны плотины раздался тягучий стон. Я уловила ногами вибрацию.

— Вот дерьмо, — процедил Рэм, подхватывая Митриша на руки. — Митриш перестарался.

— Что с ним?

— Некогда. Уходим!

Я кое-как поднялась на ноги и почувствовала затылком опасность. Я едва успела выставить руки, чтобы выставить энергетический щит. Мощный импульс едва не завалил меня обратно.

— Пешет!

Я стиснула зубы. Эстрич шёл прямо на меня. Он смотрел на меня бешеным взглядом, его лицо было окровавлено. Он рявкнул заклинание и вскинул руки.

Огненная вспышка. Боль.

Меня оторвало от земли и пронесло по воздуху несколько метров. Я рухнула на землю и что-то мягкое, но при этом удар оказался достаточно твёрдым, чтобы из меня вышибло весь дух.

Я потерялась на долгие секунды, но всё же открыла глаза и тряхнула головой, которая гудела как котелок. Я не понимала, чем это меня приложил Эстрич, что даже сил Морока не хватило, чтобы остаться на ногах.

Я не понимала, чем пользуется Эстрич. Я уступала ему в знаниях и умениях. Он же про́клятый универсал! На его стороне знания…

Роза была права.

И только Морок позволил мне выжить. Я взглянула на свои руки. Они выглядели паршиво…

— Огонь… — прошипела я сквозь зубы и кое-как перевернулась. То-то мне было так плохо… Эстрич швырнул огонь против меня. Против Морока…

Но эта мысль отошла на второй план, когда я поняла, что лежала всё это время на трупе с оторванными ногами. Я отшатнулась, не ожидав увидеть такую картину. Вокруг валялись куски человеческих тел и оторванные конечности.

— Дерьмо… — я поднялась, огляделась. Повсюду были мертвецы. Так вот что сделал Митриш…

Я пошатнулась, стиснув агонизирующие от ожогов руки в кулаки. Кинжала, конечно, не было. Я выронила его наверно, когда приняла на себя удар незнакомого заклинания.

Я услышала шуршание шагов и вскинула руки, но тут же остановила сама себя. Я увидела, как ко мне на полусогнутых подбегает Мару. У него на лбу было рассечение и из плеча торчала обломанная стрела, но он был…

— Жив, — выдохнула я.

Я услышала громкий треск, и сквозь иловую взвесь разлетелась световая волна.

— Тварь! — я узнала голос Эстрича.

Мы кинулись с Мару прямо туда.

Вокруг двух дерущихся универсалов ил в воздухе давно разлетелся по сторонам, открывая картину жёсткой бойни. Нам с Мару там не было места. Рэм явно отбрасывал Эстрича подальше от Митриша, но ему удавалось это непросто.

Я побоялась его окликать, чтобы не помешать. Вместо этого кинулась к Митришу. Я упала рядом с ним на колени. Его аура уже не пылала, как раньше. Да что ж они такое сотворили с Рэмом?!

Земля продолжала вибрировать.

— Нам нужно убираться отсюда! — Мару тоже опустился на колено у Митриша и попытался перекричать жуткий треск заклинаний. Мы словно оказались в эпицентре бури, где в землю били молнии.

— Я их не брошу!

— Их обоих и не надо, — Мару кинул короткий взгляд на Рэма, а потом посмотрел на Митриша.

— Нет! — я осознала, что он мне предлагал.

Раздался особо жуткий звук, похожий на лопнувшую струну, а потом грохнул взрыв. Мы пригнулись, я вцепилась в гобон Митриша, прикрывая его, но не почувствовала ничего, кроме боли в руках.

Я вскинулась и увидела сквозь зеленоватую муть, как Рэм пытается подняться с земли. Эстрич шёл за ним, вскинув руки.

— Рэм…

— Уходим, — Мару схватил Митриша за грудки, желая поднять его на руки.

— Нет, нам не уйти! Нужно убить Эстрича! Вместе мы сможем!

Мару всмотрелся в то, как Рэм из последних сил отбивается от Эстрича. Я рывком поднялась, когда Мару опустил Митриша обратно на землю.

Я поймала решительный взгляд Мару и сама зарядилась этой силой. Сжала кулаки, встала из последних сил и развернулась лицом к бойне.

— Прости, Имельда…

Боль пронзила мою голову, а в глазах потемнело.