ГЛАВА 29 — БЕСЕДЫ

— Правда? — в голосе брата были радость и недоверие, — Изабель, это ведь не шутки! Тебя не вовлекали, не трогали из-за твоего явного неодобрения. Все заметили твое отношение к нашей борьбе. Но если ты сейчас вступишь в наши ряды — переиграть не получится. Понимаешь? Этого тебе не простят…

— Брось, я же сказала — я полностью на вашей стороне! — заявила я и уткнулась брату в шею, пряча лицо, — Ты был прав. Мне все это надоело и я хочу другой жизни… Ты скажешь Брану или мне это сделать?

— Я сам скажу…

— Только вот что, братец: я не хочу, чтобы меня использовали втемную! Если я с вами — я должна быть в курсе всех событий, — сказала я Филу, подняв голову с его плеча.

Брат с нежностью провел ладонью по моей голове и произнес:

— Надеюсь, ты не пожалеешь!

Я была уверена, что не пожалею. Уверена, как никогда! И я ответила Филу улыбкой, а затем снова положила голову на его плечо и приобняла брата. Так мы и сидели — обнявшись, как в детстве.

Жаль, что я не сразу решилась на такое решение. Хотела удержаться в стороне. Быть может, у меня бы получилось — брат близок Брану. Если бы я как следует попросила, думаю, что меня бы отпустили. Я ведь дала клятву. Мне, Майте и всей нашей семье разрешили бы уехать… Вполне возможно. И только окончательно поняв себя, свою эгоистичную натуру, я решилась на этот шаг. Ведь, как бы меня не ужасали беспорядки, невинные жертвы и прочее, больше всего я боялась именно за своих близких. За Адриана, отца, Микаэлу, Майте, Фила… Особенно за брата. Если он убивает по собственной инициативе, чтобы не потерять доверие — это страшно.

И я решилась на обман. Пусть Бран и остальные думают, что я принадлежу им. Пусть доверяют мне, допускают до своих планов. Пусть даже поручают мне какие угодно задания… Сейчас для меня самое главное — знать! И тогда я найду способ спасти их. Тем более, что я поняла еще кое что…

— Фил, скажи мне, только честно… Бран, правда, не собирается убивать короля с королевой и своих братьев? — тихо спросила я, — Неужели он оставит в живых законных короля и наследника, заперев их в дальнем имении? Или в храме, или в тюрьме? Даже если король официально отречется от трона, не побоится ли Бран оставить их всех в живых?

Брат ничего не ответил на этот мой вопрос. Он лишь крепче сжал мое плечо и легонько поцеловал. Ответ мне был и не нужен, но молчание меня убедило в догадках: королевскую семью убьют. Бран не будет рисковать. И Фернанд Второй, и Уго, и Адриан всегда будут угрозой для его власти. Адриан — третий в очереди на трон, и, как говорил сам Бран, отца он не предаст. Значит, убьют и его!

— Понятно, — со вздохом произнесла я, — Расскажи хоть, где ты был… В Байи ведь, да? Там, где сейчас погромы?

— Да, догадливая моя, в Байи, — ответил мне брат, — Нужно было все устроить, проследить за ходом действий…

По Байи недавняя война ударила очень сильно. Большой город, чуть меньше столицы, находится близко к границе с Карсой. И самое печальное заключается в том, что пострадал город не от карсийцев. А от своих же жителей и от властей. Дело в том, что в Байи практически половина населения — карсийцы либо их потомки. И, если до войны никому не было до этого дела, то во время войны представителям карсийской диаспоры припомнили их происхождение. Их обвиняли во всех грехах, грабили их кварталы, убивали… И все это происходило при полной поддержке властей.

Разумеется, столь недавние события не остались без последствий. Некоторые уехали в Карсу, другие затаили обиду. Именно поэтому с Байи было легче всего глобальные действия по смене власти.

— … Нужен был лишь маленький толчок, — радовался брат, — И теперь город наш, Иза! Скоро Бран выйдет из тени, совсем скоро! Заявит о своих правах, а мы все будем стоять рядом с ним!

«Фанатик! — с ужасом подумала я, заставляя себя улыбаться, — Хуже сектанта. Хуже маньяка!»

Прошла уже неделя с момента отъезда Адриана. Я не видела его больше недели и соскучилась так, как никогда в жизни ни по кому не скучала. От него не было вестей и я, полностью соответствуя новой себе, решила взять судьбу в свои руки и отправиться во дворец.

«Наверное, он в Байи. Был, или уже вернулся, — подумала я, стараясь сдержать панику и сохранять спокойствие, — И король, и Адриан прекрасно знают о настроениях среди жителей этого города… Даже я, провинциалка из дикой глухомани, знаю об этом. Адриан должен был поехать в Байи, чтобы постараться стабилизировать обстановку в городе.»

Я старалась не допускать плохие мысли: Адриан — принц, его бы не стали убивать. В плен бы взяли, да, но убивать бы не торопились. И Адриан далеко не слабак, с ним не так легко справиться. Об этом я и думала, идя в казармы гвардейцев. Об этом и о том, что крепко полюбила Адриана. Быстро полюбила, а ведь он мне, по сути, не знаком. Ни его привычек я не знаю, ни его характера… И все же — полюбила.

— Господин, — обратилась я к садовнику, — Его Высочество, Адриан де Артилия, вернулся, не знаете ли?

— Вернулся, леди, — ответил мне садовник, — Крепко ему досталось, но выкарабкается. Королевская кровь — не водица…

— Досталось? Принц ранен? — спросила я дрожащим от волнения голосом и тяжело сглотнула.

— Сам видел, как Его Высочество из кареты доставали. Он ранен. В госпитале лежит, не стали его во дворец нести, — тихо сказал садовник и, поклонившись мне, продолжил работу.

Слуги, как обычно, знали обо всем происходящем. Я, сцепив дрожащие руки в замок, направилась к королевскому госпиталю, который находился в другой стороне парка — ближе ко дворцу. Если Адриана решили лечить не во дворце, значит ранен он серьезно.

Госпиталь охраняли смутно знакомые мне гвардейцы. Одного из них я, кажется, видела в своем доме… Хотя, Бран и Рауль говорили мне, что вся гвардия участвует в перевороте. Любого другого бы не впустили, но я, дождавшись легкого кивка от мужчин, вошла внутрь одноэтажного здания лечебницы, не встретив препятствий на своем пути.

Внутри было пусто — я прошла по одному коридору, не встретив никого из персонала. Двери в палаты были закрыты. В самом начале следующего коридора я увидела охраняющих вход в палату гвардейцев, среди которых был и Рауль, и поняла, что Адриан находится за дверью.

— Я могу войти? — спросила я друга.

— Не сейчас, — тихо ответил мне Рауль, — С капитаном работает целитель. Подожди, пока он выйдет.

Я встала напротив Рауля, облокотившись спиной о стену, и спросила:

— Он серьезно ранен? Что вообще произошло? Байи?

Друг кивнул и подошел ко мне ближе, наклонив голову к моему лицу.

— Байи. Несколько наших сопровождали его, — еле слышно начал рассказывать мне Рауль, — Ты ведь знаешь, что произошло? Бунт должен был быть ликвидирован внутренними силами, потому капитан взял с собой лишь четверых из нас. Население бы негативно отреагировало на полк гвардейцев. Как и на военных, вот и положился твой принц на стражу города.

«Видимо, зря он положился на стражу!» — подумала я мрачно.

— Корпус внутренней стражи Байи перешел на нашу сторону, — продолжил Рауль, оглядываясь по сторонам, — Было не так уж сложно перетянуть их на нашу сторону. У многих жены — карсийки по происхождению, как и дети… Капитана вытащили из города, когда все уже было кончено.

— Могли бы и бросить его там, — произнесла я, но Рауль отрицательно покачал головой.

— Нет, не могли. Без капитана гвардейцы не имели права возвращаться в столицу. А открываться пока не время, — ответил друг, — И капитан нам нужен.

— Зачем?

Рауль пожал плечами и вернулся к двери, показав, что разговор наш окончен.

Целитель — полный, высокий мужчина, похожий на монументальную статую, долго не хотел меня впускать.

— Леди, мне не давали распоряжений на ваш счет! Его Высочеству нужен отдых, — кипятился целитель. Ни заступничество Рауля, ни мои слезные и униженные просьбы не поколебали мужчину.

— Я — помощница Его Высочества! — выдала я последний аргумент в свою пользу, на что целитель — Арьен Суарес — лишь закатил глаза.

— Леди, в нашем королевстве не так много принцев. Не тысячи и не сотни, — со снисходительной издевкой произнес целитель, — Я не могу так рисковать и впускать вас! Это — принц, а не свинопас какой-нибудь, чтобы к нему впускать…

Целитель смутился и замолчал.

«Впускать кого попало!» — договорила я про себя. На целителя я не обижалась — он был циничным и вредным, как и все представители его профессии. И осторожным, так как работал при дворце. Я бы тоже не рискнула на его месте — мало ли кто я: дурная поклонница, мечтающая о компрометирующей ситуации; шпионка, надеющаяся что больной мужчина выдаст все секреты; психопатка…

Из палаты донесся шум, словно что-то тяжелое упало на пол. Арьен Суарес резво забежал обратно в палату, и вышел через минуту с крайне недовольным выражением на лице.

— Вы можете войти!

Я вошла в палату, которая больше походила на дворцовые покои. Разве что кровать была излишне высокой, что было не принято в нашей жаркой стране. Спать ближе к земле предпочитали и аристократы и крестьяне — так было гораздо прохладнее.

Адриан лежал на кровати — бледный и похудевший. Торс мужчины был перевязан белой тканью, пропитанной целебными снадобьями, если судить по травяному запаху, исходящему от Адриана.

— Привет! — улыбнулась я и, сев рядом с мужчиной, взяла его за руку. Приветствие было фамильярным и интимным, но Адриана оно, кажется, обрадовало.

— Привет! Ты здесь…

— Где же мне еще быть?! — тихо сказала я.

Мы разговаривали о какой-то ерунде. Перебрасывались ничего не значащими фразами. Даже погоду обсудили, кажется. Я не следила за тем, что говорила, рассматривая любимого мужчину.

— Тебя скоро отпустят из госпиталя?

— Скоро. Меня ранили в Байи, но не так уж сильно, — ответил Адриан и рассмеялся.

Но смех его прервал болезненный стон. Мужчина замолчал на несколько мгновений, выравнивая дыхание, и продолжил:

— Рану я перевязал еще в Байи, думал, что ерунда. Ерундой она и была, но ехать обратно пришлось не на поезде. Добирались лошадями, и мне стало хуже. Рану я прижег… Зря! Рядом со столицей началось сильное кровотечение. Арьен, как всегда, не церемонясь, заявил, что я сам себе — злейший враг и сделал неправильно все, что только можно.

— И он прав! — горячо поддержала я этого умного мужчину, дивясь безголовости Адриана, — Между Байи и Порт-Марисом есть города с целителями, к которым можно было обратиться…

— Мы торопились… Я понял, что был дураком! Целитель мне доходчиво это объяснил. Я осознал, проникся и постараюсь исправиться!

«Вот шут!» — подумала я и, неожиданно для себя, рассмеялась.

— Изабель, я хочу попросить тебя кое о чем, — серьезным тоном сказал Адриан, сжав мою ладонь, — Только не воспринимай мою просьбу в штыки, я не пытаюсь тобой командовать… И все же, я настоятельно тебя прошу уволиться из участка!