Глава 15

ГЛАВА 15

Открыла глаза и обнаружила себя на коленях Олстона. Его рубашка была расстегнута. Мое платье лишилось пары пуговиц. Мы не отпрыгнули друг от друга, как подростки впервые поддавшиеся чувству, но некоторое время оба пребывали в замешательстве. Это зародило в душе ненужные надежды. Совершенно ненужные.

— Уже поздно. Закончу карту сама, — сказала я, наконец взяв эмоции под контроль.

— Уверена? — спросил Олстон, отведя от моего лица выбившийся из прически локон.

Черт, почему я до сих пор сижу у него на коленях?!

Стараясь не встречаться с Олстоном взглядом, я быстро поднялась на ноги и отошла к окну.

— Я тебя обидел? — осторожно спросил дракон.

Я кожей чувствовала его взгляд, но не обернулась.

— Нет. Спокойной ночи, Олстон, — произнесла я холоднее, чем собиралась.

Он поднялся с места, но вместо того, чтобы направиться к двери, тоже подошел к окну. Я ожидала, что Олстон заговорит, потребует объяснений, но мы просто несколько минут простояли молча. Его присутствие рядом ощущалось так явственно и правильно, что продлись оно чуточку дольше, я бы не совладала с собой. Ведь так хотелось снова оказаться в его объятиях. Забыться в поцелуе. Или хотя бы коснуться руки. Но ничего из этого я не сделала.

Олстон молча вышел из комнаты.

Услышав, как тихо скрипнула за ним дверь, я зажмурилась, пытаясь сдержать слезы. Два года назад пообещала себе, что больше не пойду на поводу у чувств. И вот...

До боли закусив губу, я оторвалась от созерцания ночного неба и подошла к шкафу. В нижнем ящике, под черновиком дипломной работы, лежало помолвочное кольцо. Ральф часто расспрашивал о традициях моего родного мира. Он сделал предложение, опустившись на одно колено.

Бархатная коробочка, в которой лежало кольцо, не сохранилась. Я испепелила ее, когда поняла, что жених меня бросил. Кольцо перекочевало в жестянку из-под мятных леденцов. Вырученные за него деньги могли бы покрыть часть долга банку, но я так и не решилась на продажу.

Поверьте, иметь возможность время от времени смотреть на предмет, символизирующий цепочку решений, разрушивших вашу жизнь, бесценно.

Рубин в изящной оправе знакомо блеснул. С минуту подержав кольцо на ладони, я вернула его в коробку, но убирать в шкаф не стала. Кажется, напоминать себе об ошибке прошлого теперь придется чаще. Жестянка переместилась на прикроватную тумбочку, а я села за стол дорисовывать карту подземелья.

— Еще? — спросила Сантия, пододвинув тарелку с ароматной горкой блинчиков.

— Только один, — сдалась я.

— А у меня есть черничный джем, — тоном искусительницы пропела подруга.

— Если мне придется сесть на диету, в этом будешь виновата ты, — обличительно погрозила я вилкой. Сантия рассмеялась и отправилась в кладовую. Вернулась она оттуда с маленькой баночкой, к содержимому которой я питала слабость еще в родном мире.

Спала я плохо, то и дело воскрешала в памяти поцелуй Олстона. Едва дождавшись рассвета, отправилась в столовую. На подступах к холодильному шкафу меня застала подруга. Попытка по-тихому сделать бутерброд провалилась. Зато спустя полчаса мы уселись за один из студенческих столиков с горой вкусностей на подносе.

Нам не часто выдавалась возможность позавтракать вдвоем. Но и сейчас, вместо того чтобы наслаждаться свежесваренным кофе и умопомрачительной выпечкой, мы принялись болтать.

— Кажется, ты изменила свое мнение о драконе, — словно невзначай обронила Сантия.

— С чего ты взяла? — едва не поперхнулась я.

— Сначала он тебе не понравился, — сказала подруга и, заметив, что я собираюсь возразить, покачала головой: — Не спорь! Это было заметно. Но теперь вас все чаще видят вместе. Вы поладили, я права?

— Ну, можно и так сказать, — пробубнила я с набитым ртом.

Не уверена, что смогу удержаться от смущения, если Сантия начнет расспрашивать про Олстона. А из-за поручений ректора нельзя рассказать, почему мы постоянно оказываемся вместе.

— Значит, овсяная диета отменяется? — проницательная подруга хитро прищурилась, наблюдая за тем, как я с повышенной аккуратностью размазываю джем по блинчику.

Пришлось чистосердечно покаяться и скорчить самую скорбную мину, на которую была способна.

— Обещаю, — рассмеялась Сантия. — Твой новый приятель не узнает, кто скорректировал на первых порах его рацион в академии.

Откреститься от дружбы с Олстоном не получилось. В столовую вошла преподавательница прорицательства, а следом за ней трое студентов. Сантии пришлось отправиться на кухню, а я поспешила пересесть за преподавательский стол.

— Многообещающий день, - вместо приветствия произнесла Арделла.

Я кивнула в знак согласия.

Через несколько минут столовая начала быстро заполняться голодными парнями и девушками. Преподаватели тоже довольно бодро подтягивались на аппетитные запахи. Я с облегчением обнаружила, что Валери Гринсток вполне оправилась после происшествия с угусом — к преподавательнице бытовой магии вернулся аппетит, она снова ослепительно улыбалась окружающим. Джильда Хорс, взглянув на бытовичку, поморщилась и предпочла сесть подальше от нее. К сожалению, это «подальше» оказалось по правую руку от меня.

Явившийся на завтрак Олстон сдержанно поприветствовал коллег. Вернувшись от раздаточного стола, он занял оставшееся свободным место слева от меня.

— Кажется, сегодня я вытащил счастливый билет, — прокомментировал дракон изобилие, которым сменилась для него овсянка.

Сантия не поскупилась. Тосты, омлет с овощами и беконом, творожный мусс с ягодами, блинчики. Олстон с аппетитом принялся за еду.

— Обильные завтраки — тяжелый груз для пищеварения, — назидательным тоном произнесла Джильда Хорс. Сама она по утрам неизменно ограничивалась скромной порцией овощного салата.

Дракон едва не подавился тостом под ее взглядом, но возразить не успел, потому что в столовую вошли Люсильда и Горан. Их появление не привлекло бы всеобщего внимания, если бы не одно интересное обстоятельство — они держались за руки. Пытаясь выглядеть непринужденно, эта парочка поздоровалась со всеми, а затем Горан, немного робея, произнес:

— Нам с Люси нужно вам кое-что сказать. Вчера я сделал ей предложение. Люси станет моей женой.

По понятным причинам мы с Олстоном оказались лучше коллег подготовлены к этой новости. Пришлось изображать радостное удивление. Благо, продлился этот неловкий момент недолго. Валери Гринсток с детской непосредственностью захлопала в ладоши, а потом принялась поздравлять новоявленных жениха и невесту. Остальные преподаватели поспешили к ней присоединиться. Позже всех отреагировала Джильда. И, разумеется, нашла повод возмутиться.

— Ты не посоветовалась со мной, — обратилась она к раскрасневшейся и смущенной Люсильде.

— Ох, Джилли. Ты же сама сказала, что мы больше не подруги. Пожалуй, я и впредь постараюсь обходиться без твоих бесценных советов, — ответила зельеварка с некоторой долей торжества в голосе.

Не ожидавшая столь вопиющего пренебрежения, Джильда в изумлении открыла рот и округлила глаза. Она бы непременно ответила на дерзкие слова всегда покладистой Люсильды и, вполне возможно, испортила бы всем завтрак, но ситуацию спас Олстон.

— Госпожа Хорс, вынужден признать, что вы были правы, — произнес дракон. — Я переоценил силы своего пищеварения. Позволите поделиться с вами парой ломтиков бекона?

Глаза Джильды негодующе сверкнули, а за столом воцарилась гробовая тишина. Я пожалела, что сижу между ними и несколько секунд всерьез обдумывала перспективу спрятаться под столом.

— Бекон — это мясо, господин Олстон, — громоподобно объявила Джильда.

— Вкусное, питательное, отлично прожаренное, — закивал еще не осознавший величину своего проступка Олстон.

Лицо преподавательницы истории магии покрылось красными пятнами.

— Есть невинно убиенных живых существ — преступление, — прошипела Джильда, когда Олстон пододвинул к ней тарелку с беконом.

— Возможно, по животным законам этот бычок был отъявленным негодяем, — невозмутимо пожал плечами Олстон.

— Например, притеснял соплеменников в стаде, — предположила Арделла. Ловко подцепив ломтик бекона из злополучной тарелки, она подмигнула Олстону.

— Или затоптал собаку, — включился в разговор Горан, повторив маневр прорицательницы.

Глядя, как зоомаг начал поглощать бекон, Джильда брезгливо поморщилась. Скомкав салфетку, она вскочила с места и надменно произнесла:

— Очень жаль, что ты не нашла в себе мужества преодолеть гордыню, Люсильда. Мои советы — единственное, что удерживало тебя от жизненных ошибок!

Как только, гордо задрав нос, Джильда Хорс удалилась из столовой, Люси многозначительно закатила глаза. Перепалка с Джильдой, похоже, ее совсем не расстроила. Встретившись взглядом с женихом, зельеварка просияла улыбкой. Я с тоской подумала о том, что два года назад, вероятно, со стороны выглядела такой же счастливой.

Из задумчивости меня вывел вопрос Горана.

— Кстати, а где вы двое вчера так перепачкались? — спросил он, переводя любопытный взгляд с меня на Олстона.

Последние пять минут коллеги наседали на зоомага с вопросами относительно предстоящей свадьбы. Горан не нашёл ничего лучше, как сменить тему, вспомнив про вчерашнюю встречу возле кабинета ректора.

— Господин Олстон ходил со мной на кладбище. Возле одного склепа земля обвалилась. Помощь стихийника оказалась очень кстати, — выдала я вполне правдоподобное объяснение.

— Но ведь ты тоже испачкалась, Миранда, — искренне удивилась невеста зоомага.

Надо же! Я думала, Люси вчера нас не заметила. А она оказывается даже успела рассмотреть, как я выглядела.

— К сожалению, я не рассчитал силы, — присоединился к моему вранью Олстон.

— Но вы без труда остановили огромный грязевой вихрь, — произнес зоомаг, намекая на недавнее происшествие возле пруда.

По лицу дракона скользнула тень недовольства, однако он сдержался и вполне миролюбиво произнес:

— С четырьмя стихиями бывает сложно.

На это никто возразить не смог. Почувствовав, что за столом атмосфера стала на пару градусов холоднее, решила поскорее покончить с завтраком. Студенты еще не обучены, карта ректору не отдана, жабы не найдены...

Как только я поднялась с места, Олстон сделал тоже самое, чем привлек внимание коллег. Я одарила его негодующим взглядом, но дракон не проникся, и столовую мы покинули вместе.