Глава 15

О самой крутой вечеринке некромантов говорили все, кому не лень. Все больше небылиц, конечно. Но настоящие участники помалкивали, связанные нерушимой клятвой о неразглашении. Для собственного спокойствия и не без нытья Кассии, взяла ее со всех присутствующих. Хотя немногие поняли, что на самом деле случилось в гостиной. Среди них некромантки-старшекурсницы, да Ишен Коррен. Как истинный дорриец, он разбирался в ритуалах некромантов, тесно переплетающихся с родовой магией крови вампиров. Ишена, кстати, даже не пришлось просить. Он первый произнес необходимые слова. А некроманткам я не оставила выбора. Либо клятва, либо клеймо рабства. Девушки после полного физического щита не смогли бы оказать мне сопротивление. Подчинение чужой воли — запрещенный прием из черной некромантии. Живое существо даже дышать не сможет без моего разрешения. Бесчеловечно. Необратимо. Но я бы пошла на это, чтобы не раскрыть свою тайну.

Я не всепрощающая светлая Дей, а черный некромант. Пока меня сдерживают лишь обещания, данные Лераю ди Стреламу. Однако мою сущность уже не изменить. Если мне будет угрожать опасность, убью без сожалений. Конечно, в бессмысленных жертвах не вижу смысла, но никто больше не посмеет встать у меня на пути. Как оказалось, уже сейчас я сильней любого адепта в академии. Никому, даже наставнику, неизвестно, как возросла моя сила после источника. И раньше времени я не собиралась заявлять об этом. Благо излишки силы с преогромным удовольствием поглощала Касси. Такого сильного духа-хранителя не было еще ни у одного марга.

К слову, целительниц после вечеринки как подменили. Они стали тихими и скромными, к Дей не лезли (а это главное!), соблюдали подчеркнуто вежливую дистанцию, и на посиделки к некромантам ходить зареклись. Кассия пару раз прозрачно об этом намекнула девушкам.

У Эльтера сложилась сходная ситуация. Открыто эльфы его не избегали, но от подчеркнуто отстраненной вежливости даже меня тошнило. Стоит ли говорить, что у ушастых стало постоянно что-то пропадать, ломаться и выходить из строя? Кассия, как оказалась, чрезвычайно трепетно относилась ко всему, что затрагивало мои интересы. И хоть Эльту я бы ни за что не призналась, но он, как и Дей, стал для меня своим.

К нашей компании с радостью присоединился Мэлок Лаэрр. Не знаю, что там у него произошло с Дейрой, но парочка встречалась каждый день.

К лучшему! — радовалась за подругу, хотя само присутствие оборотня в гостиной напрягало, — Мэлок не такой закостенелый на традициях оборотень, как тот же Рихтер или Кейдан. Быть может, оттого, что его мать была человеком? Маргом! Стала бы такая теперь неуважение мужчины? Вряд ли. Даже ради великой любви.

Рихтер, зараза, так и не изменился. Дважды умерев, мог бы переосмыслить хоть что-то. Осознать, что судьба не просто так подарила еще один шанс. Но нет. Уяснив (слава Некрону!), что лезть напрямую чревато последствиями, переключился на Дей и Мэлока. Задевало, видишь ли, его чужое счастье. Вот всячески портил друзьям жизнь. Я не вмешивалась и Касси запретила это делать. Лаэрр все же будущий альфа, должен сам защитить свою женщину, семью.

Занятия с красноволосым сдвинулись с мертвой точки. Он приписывал мои успехи себе, но я-то знала, кого благодарить. Моего несносного духа-защитника Кассию. Эта язва каким-то образом нашла с волчицей общий язык раньше меня и бессовестно этим пользовалась. Перекидываться, конечно, я пока не научилась, но вот выпускать когти по своему желанию могла.

— Ты осознаешь себя некромантом, — пояснила бесплотная девушка, — а волков же ненавидишь.

— Верно. Считаешь, у меня нет повода? — беседы с Касси стали привычным делом, — берк отнял у меня все, надругался над телом, душой. Забрал жизнь, семью. За что мне любить оборотней?

— Во всей Беркании твой убийца единственный отморозок. Это значит, весь народ достоин ненависти?

— Нет, я же общаюсь с Мэлоком, Кейданом и даже Рихтером. Не поверишь, как иной раз руки чешутся наслать какое-нибудь проклятие.

— А Кейдан красавчик, правда? — вдруг мечтательно произнесла Кассия, — признайся, он тебе нравится.

— Вот еще! — вспыхнула, как спичка, — глупости. Да я постоянно борюсь с желанием его придушить!

— А я, о чем? Нра-авится. Он такой, ммм. А как смотрит на тебя, когда ты не видишь!

— Развею! — прорычала, выпуская когти.

— Ты в курсе, что у него сейчас нет подружки?

— Касси, ты что, следишь за ним? — возмутилась нахальному поведению духа. Но червячок любопытства оказался сильнее. — Ну? Так, следишь?

— Есть немного, — призналось несносное привидение.

— И чем же он занимается? — не смогла удержаться от вопроса. Отрицать очевидное, да еще перед той, кто знал мои мысли, как свои, глупо.

— Ничем. Если не учит уроки, и не тренируется, то лежит и смотрит в потолок. Иногда мечтательно вздыхает. У меня аж сердце болит, на него глядя.

— Не ври! Сердце у тебя болеть не может по причине его отсутствия, — осадила дух, — а так, мало ли, о чем он думает. Уж точно не о бледной моли с некромантского.

— И вовсе нет! Пусть физического тела у меня нет, но ощущения я помню. А они именно такие. Нам очень нравится Кейдан.

— Нам? — скептически изогнула бровь.

— Ну да, нам! И мне, и тебе, и волчице. В общем, мы будем только за, если вы надумаете стать парой.

— Еще чего, никто мне не нужен! Разве забыла, что некроманты — одиночки?

— Забудешь тут, — пробурчала Кассия, — ты ведь не дашь. Я от твоих тоскливых эмоций скоро загнусь. Хоть бы какая страстишка промелькнула. Живу объедками.

— Чего-о? — чуть не захлебнулась от вопля возмущения, — да я! Да своей кровью! Силой! Кормлю. А ты… неблагодарная! Как есть, развею!

— Да пожалуйста! — вспыхнуло гневом привидение, — только пока ты своего счастья не найдешь, мне моего не видать! Упс! — девушка прикрыла рот прозрачной ладошкой.

— Говори, приказываю! — просить в данном случае было глупо, нахальное привидение, в противном случае, бессовестно огрызалось и не отвечало на вопросы.

— Я точно не знаю, — нарочито горько вздохнув, начала рассказ Кассия, — ты ведь в курсе, что я «ло»? То есть, прямой потомок правящей ветви морского народа? А морские всегда славились сильнейшим ментальным даром. Но у царствующего рода была еще одно особенность: дар предвидения. Полагаю, при жизни я была предсказательницей. Не знаю, почему, но не могу себя вспомнить с того момента, как шагнула за ворота академии. Ни как училась тут, ни как умерла. В памяти лишь обрывки. Знаю только то, что мне суждено было откликнуться на призыв и стать твоим духом-хранителем тоже. У меня нет связного объяснения, почему это происходит, но полагаю, это отголоски дара.

— Хм, занятно. О тебе можно узнать у кого-то из преподавателей. Или попробовать отыскать твоих сокурсников. А вот о духах и их способностях мало знаю. Ты одним своим существованием опровергаешь все, что написано в книжках. Возможно, стоит поискать более подробную информацию в библиотеке?

— Нет, там я все переворошила. Те сведения, что есть, скудны и по большей части лживы, — поведала Кассия, — возможно, есть шанс найти сведения в чьей-нибудь частной библиотеке?

— Если хочешь, спрошу у наставника. Сегодня как раз индивидуальное занятие будет, — предложила решение девушке.

— Ректор, — привидение содрогнулось, — не знаю, почему, но он внушает ужас. Захочет ли он помочь? От него ведь не отделаешься лживыми отговорками. Сразу поймет, если соврешь.

— Боишься, что узнает о тебе? Почему? Меня вот от декана бросает в дрожь. Однако же на его занятия хожу с удовольствием. При всем желании, димарг не сможет причинить тебе вреда. Пока я твоя хозяйка, никто не вправе претендовать…

— Стрелам сильный менталист. А мы с тобой слишком часто общаемся. Ему ничего не станется вытянуть из твоей поверхностной памяти мое имя, а после этого, сама знаешь.

— Трусишка!

— Вот и нет! О тебе беспокоюсь. А ну как останешься без духа-хранителя?

— Чтобы ты там не думала, а ректор на редкость правильный демон. Сволочь, конечно, но порядочная. А в мысли мои ему хода нет. Даже после вступления в его род! — Я припомнила, как Стрелам, спустя неделю после обряда, предпринял попытку считать мое сознание. — Наи-ивый! Даром что одиннадцатый век разменял!

— Ликирия, ты не устаешь удивлять!

Ага, это он еще после памятной вечеринки не отошел! Удивительно, как еще всплеск моей силы тогда не засек, а так, слухами Альвадия полнится.

На дополнительных занятиях я была само смирение и кротость. Послушно зубрила материал, писала рефераты, проводила опыты. Тьфу! После обряда высшей некромантии и подчинения духа-хранителя, задания наставника казались детским лепетом. Нор Эрхаш и тот быстрее сообразил, насколько я перегнала однокурсников и нагло этим пользовался. То просил подготовить учебный материал, а то и, вообще, оставлял за старшую на практических. Один плюс, декан оформил мне свободный доступ в лабораторию, где я тайком проводила собственные эксперименты.

Ага, добралась до личных записей Париуса, которые привезла с собой из Загора. Специально зачарованные стены Черной башни глушили любые возмущения темной магии. Так что чувствовала я себя в безопасности. А для всяких случайностей и неожиданностей у меня была Кассия. Она не раз предупреждала о незапланированном визите ректора либо декана, а я успешно прятала следы изысканий.

Кассия, не обремененная такими условностями, как усталость и сон, успешно обучалась вместе со мной и больше меня. Для опытов дух бессовестно эксплуатировала Зеля, управляя его телом, как своим. Причем эти двое успевали сто раз поругаться и помириться, пока занимались общим делом.

После осеннего бала, который стал для меня настоящим испытанием, я твердо уверилась: никаких досрочных экзаменов! Мало того, что три недели перед балом Эльт мучил меня нудными па, так еще и примерки бального платья чего стоили! Конечно, мне польстило, каким взглядом смотрел на меня красноволосый. Он даже сам пригласил на второй танец. Первый, несомненно, принадлежал наставнику. Еще Эльтер отважился подойти. Остальным хватило моего убийственного взгляда.

Какие танцы? Меня корсет задушил! А еще температура подскочила. В зале же сплошная духота. В рот ни глоточка, ни кусочка не лезет.

— Глупая! — влезла Кассия, куда ее не просили, — это после того как Кейдан посмотрел на тебя жарким взглядом, ты и поплыла, что мороженое на солнце.

— Бред!

— Сама проверь. Давай! Резко обернись. Он как раз на тебя смотрит.

Послушала мерзавку, обернулась. А красноволосый смутился, отвел взгляд, словно нашкодивший щенок. Не иначе, устыдился собственных пошлых мыслей. Догадывалась, о чем он мог думать! Кобель!

— Лири! — выросший рядом ректор заставил дернуться, — что ты так кровожадно смотришь? Будто жертву для ритуала высматриваешь?

— А если и так? — тряхнув уложеннными в прическу локонами, с вызовом посмотрела на наставника.

— Тогда всех потенциальных женихов распугаешь.

— Зачем они мне? И без них хорошо. А вот хорошую, правильную жертву еще поискать.

— Хм, надеюсь, ты не сделаешь жертвой наследника берканского престола? Мне международный конфликт не нужен.

— Признаться, есть соблазн, — я хищно улыбнулась. — Хороший потенциал, крепкое тело. Долго протянет.

— Ликирия, твоя кровожадность меня пугает. Дай парню шанс. Он глаз с тебя не сводит.

— Угу, кролики, они, знаете ли, тоже бесстрашные. Глаз от змеи оторвать не могут. Она их пожирает, и они преданно смотрят.

— Сколько тебя знаю, Лири, — тяжело вздохнул демон, — а не могу понять твоей ненависти к беркам. Они ж даже не темные, сплошь защитники и хорошие парни.

— Вы меня сватаете?

— Что ты, упаси Некрон! Сама, только сама. Но! — демон многозначительно поднял указательный палец, — ты доказала, что лучшей спутницы для балов мне не найти. Искательниц состояний враз отсеиваешь и сама не падаешь жертвой томных взглядов и льстивых речей.

— Это вы сейчас к чему все говорите?

— В следующие выходные помолвка принцессы Виледы. Я предупреждал. Платье уже шьют. От тебя только присутствие.

— С ума сошли! — прошипела я, — да я тут уже со скуки сдыхаю. А вы меня в императорский дворец потащите?

— Не-ет, драгоценная ученица! — ядовито улыбнулся Лерай ди Стрелам, — ты теперь на все мероприятия со мной ходить станешь. Академии нужны спонсоры, а мне спокойный тыл.

— А учиться, когда? — возмущение было что ни на есть искренним.

— Ладно, ближайшие четыре с половиной года только самые важные события. А пото-ом…

Я содрогнулась от грозящей перспективы. Однако возразить не посмела. Контракт, будь он неладен. Ну, да ладно. Может, за это время успею выработать иммунитет? В конце концов, это малое зло, и если оно неизбежно, стоит немного потерпеть.

На следующий же день, красноволосый вместо привычной медитации в гостиной, потянул меня на улицу.

— Зачем? — только и успела спросить, дыша в спину оборотню. Бегал, зараза, быстро.

— Помнишь, я говорил, что спрошу совета? Так вот, мне его, действительно, дали. Хочу попробовать, — снизошел до ответа Кейдан. В последнее время он был какой-то странный. Мог часами терпеливо объяснять суть урока, а потом сорваться и наорать из-за сущего пустяка. Не иначе, обострение какое. Говорят, оборотни по осени линяют.

Оказавшись в дальней части академического парка, удивленно заозиралась по сторонам. Глухое место, с одной стороны, закрытое высоким забором некромантского полигона. С другой — довольно густо посаженные деревья. Той полянки, на которую вывел Кейдан, так просто не найти.

— Зачем ты меня сюда привел? — вкрадчиво поинтересовалась у оборотня.

— Увидишь! — красноволосый ринулся в ближайшие кусты, — не уходи никуда, я скоро.

Куда убежал, зачем? — присела на ссохшуюся корягу, — хотя местечко неплохое. Я еще не проводила ритуалов в «поле», если не считать того раза на кладбище. К слову, Зеля я так и не уничтожила. Оставила в качестве устрашения и просто питомца. И Касси удобно выполнять мелкие поручения. Сама-то она нематериальна, но управлять зомби вполне в состоянии.

Ого! — с удивлением уставилась на вышедшего на поляну громадного волка. Коричневая, с красным отливом шерсть, желтые глаза с вертикальным зрачком. — Оборотень?

— Кейдан! — опешила от внезапной догадки. Зверь тряхнул головой и подошел ко мне, подставляя морду под руку. Помнится, раньше я мечтала завести собственного пса. Потрепала животное по шерстке. Волк прогнулся, подставляя холку и спину. Хм. — На что рассчитывал? Будь в человеческом облике или в зверином, все такой же невыносимый берк!

Волк тяжело вздохнул и ткнулся носом в шею. Его ноздри судорожно затрепетали, втягивая мой запах.

— Фу, уйди, — оттолкнула его. Но эта бессовестная туша и не подумала уходить. Гад с самым невинным видом образом лизнул мою щеку. Ме-ерзость! — Брысь!

Волчара совершенно обнаглел. Толкнул меня на землю, чуть придавил весом и снова лизнул в лицо. Я барахталась, ругалась, пытаясь столкнуть с себя животное. Тот только поскуливал, если удар выходил болезненным, но не отступал.

— Решил зализать меня до смерти? — залепила ему по носу чувствительный щелбан. Взвизгнув, волк не больно прикусил мою руку. — Ах, так? На тебе! — кое-как вывернувшись из-под туши, понеслась за ним с палкой наперевес. Скакали мы по поляне до тех пор, пока я не выдохлась. А уморить меня бегом не так просто! — Ладно, признаю, — упав на траву, раскинула руки-ноги в стороны, — волком ты мне нравишься больше. Нахальства вам обоим не занимать. Но, по крайней мере, меня не трясет, когда ты прикасаешься.

Зверь положил морду мне на плечо и уставился погрустневшими глазами.

— Не смотри так! Меня от любых прикосновений трясет. А собак я, наверное, не боюсь. Меня, вообще, сложно чем-то напугать. Может, когда-нибудь и расскажу почему. А, может, и нет.

Волк подтолкнул меня в бок, заставив повернуться. После осторожно потерся носом о спину.

— Догадался, да? — на меня нахлынули воспоминания, — это связано со шрамами. Я не должна была тогда выжить. Париус вырвал мою душу из Серой долины. Долгое время я жила в счастливом неведении. А в ту ночь, когда отец отдал мне свой дар, память вернулась, и я пожалела, что не умерла. Я не находила ответа, для чего боги сохранили мне жизнь. Но знаешь, только сейчас, кажется, начала понимать: я выжила, чтобы отомстить. Клянусь! Когда-нибудь стану настолько сильной, что раздавлю мерзавца, как ничтожного клопа.

Зверь утробно зарычал, давая понять, что полностью меня поддерживает. Весь его грозный вид говорил о том, что берк сам не прочь сразиться с врагом.

— Нет, это только моя месть. Не смей даже думать об этом! — осадила животное.

Обратив внимание, что сумерки вокруг сгустились до темноты, засобиралась обратно. Кейдан разгадал намерения и вновь шмыгнул в кусты, чтобы через пять минут выйти в человеческом обличье.

— Лири, я…

— Стоп! — оборвала оборотня на полуслове, — пока ты не сказал лишнего, хочу предупредить: ни единого слова на личные темы! Прокляну! Кстати, в отличие от тебя, волк мне понравился.

— Но… — Кейдан обиженно поджал губу, — а, ладно! — психанув, словно девчонка, ринулся обратно вглубь парка.

И чего беситься-то? — с недоумением посмотрела на сомкнувшиеся за мелькнувшим рыжим хвостом кусты. — Обиделся, что ли? Тоже мне новости! Чего сбежал-то? Бросил меня тут. Ууу, волчара!

Хорошо, что резких перепадов способностей, которые частенько случались ранее, не было. Я без труда нашла обратную дорогу, ориентируясь на запахи и смутно различимые следы.

Оставшееся до бала в императорском дворце время, Кейдана-человека я не видела. На следующий день он прислал записку, что ждет на прежнем месте. А когда я появилась на поляне, навстречу вышел знакомый коричнево-красный зверь. Не знаю почему, но увидев волка, обрадовалась ему, как родному. Большой, надежный, теплый. Чуточку нахальный и лизучий, но такой милый. Ни за что бы, ни призналась, как он мне нравится. В смысле, волк. Или не мне, а моей животной половине?

Вот уж не никогда бы подумала, что мне будет так хорошо рядом с живым существом! Как будто вернулась в те времена, когда у меня была семья.

Конечно, я понимала, что это самообман. Под личиной кроткого (что удивительно!) зверя, все тот же бесцеремонный зазнайка-старшекурсник. Возился бы он со мной, если бы не приказ ректора? Нет. Насмехался бы дальше, не увидь мои шрамы? Без сомнений. А так, пожалел, убогую. Не влюбился же? Ха! За четыре с половиной года соблазнил едва ли не всех смазливых девиц в академии. Добрые сплетницы с Целительского нашептали о подвигах героя.