Глава 18

На Барн понемногу опускалась ночь, но мирный сон мне пока что не грозил: надо было просмотреть дневник. Я уселась у себя в спальне и открыла тетрадку в надежде отыскать там описание места встреч Алисии с Керром. Ну… и еще что-нибудь о ней самой.

Что ж, бывшая хозяйка приюта для маленьких некромантов была дисциплинированной особой. Она писала понемногу, но почти каждый день. О работе с отцом, о бытовых мелочах, о вечерах с подругами и городских балах… и ни слова о себе.

Как будто была не участницей событий, а просто сторонним наблюдателем.

Я переворачивала страницу за страницей, но не находила нигде ни характера Алисы Адамс, ни ее личных предпочтений, ни маленьких тайн.

Однако все переменилось, как только на каком-то из балов ей представили Николаса Керра. Уж не знаю, чем он так поразил воображение дочери ученого — на мой взгляд, это был обычный мальчик из хорошей семьи с сильным даром артефактора.

Но Элис в своих записях отзывалась о нем так, словно он вот-вот должен был прославиться чем-нибудь особенно выдающимся. И готова была поддерживать его во всем, чем бы он ни стал заниматься. Наверняка, это стало одной из причин ее размолвки с отцом — Уильям Адамс точно не мог стерпеть, что отодвинулся для дочери на второе место.

Тут-то и стала отлично видна ее страстная, самоотверженная натура — правда, несколько приглушенная условно «викторианским» воспитанием.

— Удалось найти что-нибудь любопытное? — рядом с моим креслом завис мистер Нокс.

Он выглядел весьма заинтересованным.

Я в ответ устало вздохнула и от души потянулась.

— Пока ничего. Нам нужно место встреч Алисии с ее женихом… с тем, что погиб… или нет.

Призрак насмешливо прищурился.

— Что, юная леди, вам все не дает покоя мысль о том, что виконт мог уцелеть?

— Эта мысль, — я значительно подняла палец вверх, — сегодня получила некоторое подтверждение. Отец решил, что я гожусь на роль связной между ним и неизвестными меценатами, готовыми финансировать продолжение его исследований. По договоренности они напечатали в «Вестнике Барна» объявление, назначающее мне встречу. В начале объявления стоят инициалы В. Н. К. Как думаете, кто бы это мог быть?

— Ну, не знаю, — мистер Нокс развел руками. — Вы полагаете, это и есть Ники Керр, выживший каким-то чудом?

Я ни в чем не могла быть уверена, однако и такую возможность исключить не могла. Если Керр остался жив, он очень даже мог бы пожелать финансировать работу отца, а затем искать Сердце дракона.

— Я узнаю все точно прямо завтра, — пообещала я, — и сразу же расскажу все новости вам.

— Благодарю вас, Алисия, — церемонно поклонился призрак. — Ну, не буду мешать вашим поискам. Позвольте откланяться.

С этими словами он исчез, а я вернулась к дневнику Элис.

И очень скоро добралась до описания их первой встречи наедине. Вот уж действительно, «место для уединенного отдыха». Алисия вдохновенно описывала маленький, заросший плющом грот в южной части городского парка, у самого пруда. И первый поцелуй Ники, показавшийся ей самым прекрасным, что она испытала в жизни.

— Ну вот, — с чувством выполненного долга я захлопнула бархатную книжицу, — теперь я знаю, куда идти. А уж мой дракон не даст мне пропасть, в случае чего.

Выражение «мой дракон» и мысль о том, что я под надежной защитой, были уже такими привычными, что я даже не сразу поняла, насколько освоилась с участием Риана в своей жизни.

Улыбаясь тому, что, кажется, хорошо прижилась в новом мире, я нырнула под одеяло. И сама не заметила, как заснула.

Утро началось рано и шумно. На первом этаже что-то волокли, чем-то стучали и пол в моей комнате от всего этого отчетливо вибрировал. Пришлось быстро одеваться и спускаться вниз, узнать, кто это у нас выискался такой работящий.

Внизу меня встретила Молли и встревоженно сообщила:

— У нас тут мужики какие-то, мисси. Здоровенные — страсть. Покрупнее даже вашего мистера дракона будут. Досок каких-то навезли, инструменту натащили, теперь вот вас дожидаются. Говорят, пускай хозяйка укажет, где классные комнаты городить.

— Городят огород, а классные комнаты обставлять надо, — сонно отозвалась я, и отправилась искать старшего.

Он и правда был выдающихся габаритов — я едва доставала головой ему до плеча. Вел себя, однако, прилично: стоял у окна в гостиной и любовался видом. Стоило мне кашлянуть, как громила обернулся, и почтительно стащил с головы кепку с треснутым козырьком.

— Доброго вам утречка, мисси! — даже как-то заискивающе проговорил он. — Вы, стало быть, хозяюшка здешняя будете?

— Я буду, — согласилась я. — А вы плотники?

Детина закивал.

— Точно так. Артель у нас, стало быть. Наняты вот деткам вашим комнаты учебные обустроить. Велено проверить, не надо ли в доме что отремонтировать. А вот еще у нас пара столяров с подмастерьями имеется — так они, стало быть, столы вам, стулья понаделают, полки еще. Словом, что скажете, то исполним.

Все это было очень хорошо, но надо было еще решить вопрос оплаты и кормежки полутора десятков серьезных, крупных мужчин.

— Скажите, уважаемый, — сдвинув брови, поинтересовалась я, — что я буду должна вам в уплату этой работы? И нужно ли вас кормить, по крайней мере, раз в день?

На это артельный старшина широко заулыбался.

— Нас маршал-то, мистер Макгро, упредил, какая вы хлопотунья, мисси. Никаких таких денег нам от вас не надобно, все попечительским советом уплачено, что следует. И в ближнем трактире про обеды договорено. Так что не тревожьтесь понапрасну, занимайтеся детками. Только покажите, в каких комнатах они учиться станут. А там мы сами со всем управимся.

От заботы Риана в носу у меня защипало, и на глаза едва не навернулись слезы. Сказал бы кто в прошлой моей жизни, что мужчины способны так трепетно заботиться о своих женщинах. Разве бы я поверила? Да ни за что на свете!

Еще там, в прежнем мире, я твердо усвоила правило: события всегда происходят там, где их и без того много. Мало мне было плотников со столярами и всей их шумной, деловитой суетой.

Не прошло и пары часов после завтрака, как к нам явился законник Клэптон, да не один, а с кандидатами на управление «Жирным гусем».

Супружеская пара потенциальных смотрителей за наследством Молли выглядела… контрастно. Длинный тощий дядька с вислыми усами, спокойный и молчаливый, и маленькая, пухленькая женщина, живая и добродушная.

— Вот, прошу любить и жаловать, — представил их мистер Клэптон. — Это Вик и Бренда Джонсон. Ежели у вас возражений нет, — они присмотрят за имуществом мисс Барлоу до той поры, пока она не получит законную возможность управляться с ним сама. Оба они — слабые бытовые маги, и сумеют сохранить трактир в отличном состоянии.

Молли ожидаемо схватилась за голову.

— Да нешто тетка моя, миссис Дэвис, значит, пустит кого там, в «Жирном гусе», управлять-то⁈ Прогонит вон со двора, да и вся недолга. У нее там охранники наняты, да и вообще…

— Да неужели тетку вашу, — в тон девушке произнес законник, — кто-то спросит? По моей просьбе дознаватели накопали на эту женщину кое-что. Незаконный найм на работу, обман с оплатой труда, использование несвежих продуктов… Да это все мелочи.

Лана Дэвис имела глупость связаться с контрабандистами, а с такими у нас разговор короткий. Сегодня я предъявлю ей решение городского совета. Трактир изымается у нее и передается под городское управление до совершеннолетия наследницы.

Вот, извольте побеседовать с кандидатами на должность управляющих. Если решите, что все в порядке — можем пройтись до трактира и совершить, так сказать, правосудие.

Кандидаты молча ожидали нашего решения. Молли жалобно хлопала глазами. И кому-то надо было брать ситуацию в свои руки.

— Ну вот что, — объявила я, — почтенные, идемте со мной. Молли, ты тоже. Выпьем чаю и обсудим все спокойно. А вы, мистер Клэптон?

— А я вот на солнышке погреюсь, кошечку вашу поглажу, — благожелательно улыбнулся законник. — Люблю, знаете, животных, да вот беда: у супруги на шерсть аллергия.

— Принцесса немертвая, — сунулась поближе к нему Грейс, держащая под пузо нашу не вполне обычную кошку. — Вы не боитесь?

— Да чего же мне бояться, милая? — изумился законник. — Какая ни есть, а все равно симпатяга. Кис-кис, иди сюда! Дядюшка Джон почешет тебя за ушком.

И что бы вы думали? Наша Принцесса послушно вывернулась из рук хозяйки, подошла поближе к мистеру Клэптону и уселась у его ног в ожидании ласки.

Я только хмыкнула на такие чудеса и увела соискателей в дом.

Спустя полчаса стало совершенно ясно: нам попались отличные управляющие. Молчаливый, основательный Вик знал все тонкости закупок, а кроме того, имел нужные знакомства в среде поставщиков.

— Это ж не первое наше такое дело, мисси, — улыбался он в усы, — мы с женой нанятыми управляющими, почитай, с самой свадьбы служим. Городской совет нас не обижает, платит по совести, так что мы всем довольные.

— Если хозяюшка расскажет нам, какие блюда у них подавались, — вступила Бренда, — мы то же самое готовить станем. Чтобы, значит, посетителей не растерять.

Молли слабо заулыбалась. Видно, Джонсоны приглянулись ей так же, как и мне.

— А потом? — въедливо полюбопытствовала я. — Вот Молли вступит в наследование, займется делами, а вы что же? Сразу и уйдете?

— Это уж как она сама решит, — твердо проговорил Вик. — Ежели еще будет в нас нужда — можем остаться, поучить ее, как всем хозяйством заправлять.

— Ой, пожалуйста, мистер! — взмолилась наследница общепита. — Какие такие мои познания? Без вас буду, как без рук. У нас трактир доходный, если все по-прежнему станет, так я платить вам смогу, что положено, не обижу. А вы уж меня, сироту, наставьте в делах-то!

— Не сомневайся, девонька! — разулыбалась Бренда. — Столкуемся обо всем ближе к делу. Сейчас главное тетку твою вон выставить, да порядок навести.

В общем, мы ударили по рукам. Вышли сообщить о договоренности мистеру Клэптону, и он одобрил наше решение.

— Вы не пожалеете, мисс Барлоу, — объявил он. — Совет вам лучших управляющих от сердца оторвал, боги свидетели. Что ж, раз эта часть нашего дела улажена, пойдемте, огорчим миссис Дэвис. Я вызвал пяток ребят из городской стражи — они ждут возле трактира.

Просто так сдавать свои позиции Лана Дэвис, понятно, не собиралась. Завидев в окно нашу внушительную группу, она выскочила на крыльцо и явно вознамерилась устроить добрый скандал. Благо, народу на улице в этот час было достаточно.

— Явилися! — провозгласила она, уперев руки в бока. — И божьего гнева не побоялися, значит!

Пока я соображала, как будет лучше ответить зарвавшейся особе, нехилый выход из-за печки устроила Молли. Она тоже уперла руки в бока и заорала так, что ее слышно было на всю улицу:

— Это, стало быть, нам надобно гнева божьего опасаться⁈ Кому, хотела б я знать? Может мне, чье сиротство вы почем зря столько лет заедали? Или вот мисси Эллис, какая меня по доброте душевной приютила да словно дитя родное возле сердца держала? Или мистеру Клэптону, за то, что он все по закону делает, ни на шажочек не отступает?

Лана Дэвис сбилась с тона, да и на племянницу смотрела в полном изумлении. Пока она не нашлась с ответом, заговорила я:

— Ты, тетка, как я погляжу, на мои слова при нашей прошлой встрече внимания не обратила? Смотри: все по моему слову выходит. Твоей безбедной жизни уже конец пришел, а не раскаешься, — так все с тобой станется, как я сказала.

И попыталась было с помощью ментальной магии пробудить хоть какие-то добрые чувства в этой заскорузлой дамочке. Но на сей раз меня ждала неудача: внутри сознания миссис Дэвис меня ждала непробиваемая черная стена. Я вздохнула. Только уверишься в силе своей магии — а природа как раз сует тебе под нос твое бессилие.

— Да ладно, чего там, — философски пробурчал стражник, ловко скручивая миссис Дэвис и препровождая ее к казенному экипажу, — ты уж, тетка, не буянь. Нешто вся округа не видала, как ты девку тиранишь? Люди-то думали, что ты ее из милости держишь, а оно вона как выходит — весь трактир-то ейное наследство как есть. По закону все должно быть.

Экипаж захлопнулся, и злонамеренная родственница Молли отбыла в заключение. А мы остались посреди улицы смотреть ей вслед.

— Вот так чужие ближе родных становятся, — всхлипнула Молли. — Неужто ей совсем меня не жалко было? Вы-то за меня, словно за родную, переживаете!

Я обняла несчастное дитя и успокоила, как могла:

— Кровное родство не всегда обеспечивает теплые чувства, девочка. Да еще имущество твое тетке глаза застило. Не переживай, она свое получит. А ты — свое. Уж это я тебе обещаю.

И помни, что мы все — с тобой. И я, и мистер дракон, и Гарри, и мистер Клэптон, и ребята. Думаю, мистер и миссис Джонсон тоже поддержат тебя во всем. Для того они и наняты советом. Да и сами люди хорошие, сразу видно.

Я шептала Молли на ушко всякие успокоительные глупости, и она постепенно успокаивалась. Наконец, девушка отстранилась и твердо пообещала:

— Ни вас, мисси, ни родителей своих я не опозорю. Вот поглядите, как при мне «Жирный гусь» процветать станет. Мистер Макдонахью сказал, что из меня хорошая магичка бытовая выйдет. А это самое то умение, что для трактира надобно.

— Конечно, дорогая, — подтвердила я.

И вспомнила, что у меня на сегодня есть еще одно дело в городском парке. Если я хотела повидаться с отцовскими меценатами и узнать, что они желают получить, и что готовы предоставить взамен — следовало поспешить.

Джонсоны остались в трактире, чтобы осмотреться, и обещали потом прийти к нам с отчетом. А я проводила Молли до приюта, и собралась в парк.

Но тут выяснилось, что без сопровождения меня никуда не отпустят.

— Мисс Элис, мы пойдем с вами, — непреклонно заявил Майкл. — Мы слышали… случайно, как вы собирались в парк с какими-то там… встречаться. Одну мы вас не отпустим. Мало ли что.

Я прищурилась. Мои детки подслушивали, — ясно, как день.

— Кто это «мы», позволь узнать?

— Я, Питер и Лея. Мы следом за вами тенями пройдем, и там затаимся где-нибудь за кустиком. Вы не волнуйтесь, нас не видно будет, — пообещал мальчик.

Ну конечно, шпионские игры — это самое интересное в их возрасте. Боюсь, что запретить им я ничего не смогу. Они и без моего позволения могут ходить тенями, куда захотят.

— Только чтобы ни одна живая душа вас не заметила, — проговорила я как можно строже.

— Ура!

— У нас тайная операция!

— Мисс Алисия под прикрытием!

Дети, как обычно, радовались все хором, и очень громко. Пришлось несколько притушить их энтузиазм.

— Если вы будете так голосить — никакой тайной операции не получится.

Вот на сей раз мои слова возымели действие. Дети притихли, собрались в дальнем углу двора и принялись шептаться самым таинственным образом.

А я отправилась поправить прическу, захватить сумочку и вообще морально подготовиться. Хотя я знать не знала прежнего жениха Алисии, мысль о том, что на встречу может явиться именно он, отчего-то волновала меня.

Добираться до городского парка оказалось довольно далеко — пришлось взять наемный экипаж. Зато там, среди зелени, в широких аллеях, меня ждал настоящий рай. Я даже не думала, что где-то в мрачной индустриальной столице Альбионии может прятаться такой чудесный уголок покоя и благодати.

У входа была выставлена карта парка, и я без труда нашла на ней озеро, а рядом — грот «Уединенная радость». Фыркнув на такое двусмысленное название, я направилась прямо по главной аллее. Пару раз свернула, и оказалась на месте.

Да уж, местечко было самое что ни на есть романтическое. Самое то для встреч юных влюбленных. И не юных, в общем, тоже. Я немного помечтала о чем-то таком, нежном и трепетном, разглядывая живописный пейзаж. Потом подумала, что у меня-то здесь — не свидание, а деловое мероприятие, и шагнула поближе.

Маленькая пещера, вся увитая плющом, выходила прямо на озерный берег. Я осторожно сунулась внутрь — увы, там не было никого. Ни бывшего жениха Алисии, ни кого-то другого. Только слабый аромат мужского одеколона, хорошего, с древесными и сандаловыми нотами. И к нему — еще какой-то оттенок запаха, непонятный, но довольно отчетливый.

А на изящной скамеечке в глубине грота обнаружился пакет из серой упаковочной бумаги, перевязанный бечевкой. Я поспешно дернула узел и развернула упаковку. Внутри был мелко исписанный лист бумаги и порядочная на вид сумма денег в банковской упаковке.

Я присела на скамейку и постаралась разобрать, что написано в «сопроводительном письме». В полумраке получалось не очень-то, но начиналось письмо с обращения «Почтенный мистер Адамс!». Так что это была наша посылка, я не ошиблась.

— Мисс Элис, тут никого нет!

— Как темно!

— И пахнет неупокоем!

Оказывается, пока я вчитывалась в послание анонимов моему папеньке, в грот прошли мои детишки. И в их словах я поймала кое-что…

— Так, погодите. Не галдите все разом. Что значит «пахнет неупокоем»?

— Ну вот же, запах, — картинно потянула носиком Лея, — Вы разве не чувствуете? Кельнская вода, мужская. И еще такое… сладковатое, душное. Это оно.

Как интересно. Выходит, я тоже могу чуять эти некромантские ароматы? И кто здесь побывал — живой или немертвый?

Если Ники Керр таки погиб и не был упокоен, — получается, это он намерен спонсировать исследования отца? Но зачем ему вся эта наука? Или он хочет добраться до Сердца дракона? А это, ради всех богов, зачем ему понадобилось⁈

Тут в гроте стало совершенно темно. Все потому, что массивный силуэт перекрыл свет от входа и голосом моего жениха с облегчением заметил:

— Ну, я смотрю, все обошлось миром?