Глава 6

За драконом уже захлопнулась дверь приюта, а я все сидела в гостиной, таращилась в окно и думала, как буду выкручиваться. Если бы существовал хоть один способ избавиться от внезапно возникшего на горизонте жениха — я бы непременно его использовала.

Но увы, в голову не приходило ничего дельного. Отвечай я сама за себя — только бы он меня и видел, конечно, этот герцог и маршал. Затерялась бы на просторах туманной Альбионии (интересно, она такая же туманная, как наш Альбион, или нет?), и ищи ветра в поле.

Но на моих плечах лежала ответственность за двадцать восемь детей с магическим даром. И за отца, которого я пока еще и в глаза не видела. От такого разве убежишь?

Значит, скорее всего, придется соглашаться на свадьбу. А потом договариваться со своим супругом о том, как нам жить.

Это если он вообще захочет о чем-то со мной договариваться.

А то ведь может засадить под замок, и сиди, украшай собой дом. Какие у них правила насчет жен, у этих драконов? Надо хоть мистера Нокса спросить, вдруг он что дельное расскажет.

Призрак возник рядом со мной, завис над креслом и взглянул сочувственно.

— Вам приходится принимать трудные решения, юная леди?

— Уж это точно, — со вздохом согласилась я. — Почему вы не сказали мне, что у Элис имеется жених-дракон?

— Да как-то к слову не пришлось… Простите, если бы я знал, что вопрос о замужестве встанет перед вами так скоро, — не стал бы молчать, — повинился мистер Нокс.

Потом перелетел ко мне поближе и принялся совершенно по-родственному оглаживать мою голову.

— Ничего, дитя мое, все наладится так или иначе, — утешительно заметил он.

Его невесомые прикосновения, как ни странно, и правда меня успокоили. Я вздохнула с некоторым облегчением. Что уж тут страдать понапрасну. Есть же хорошее правило: если не можешь ничего поделать, — постарайся хотя бы не волноваться.

— А что вообще нужно в Альбионии драконам? Почему они вдруг решили завоевать ее? — мне вдруг захотелось прояснить этот вопрос немедленно.

— Видите ли, — мистер Нокс опять ненадолго задумался, — дело в том, что Альбиония — это их родина. Изначальное место. Место силы. Некогда они жили по всей территории нашей страны. И люди глубоко почитали их как знатоков древней природной магии.

— А что случилось потом? — мне вдруг вспомнился дракон из сна, который так потешно фыркал и пускал пар мне в лицо.

— Шло время, — тоном профессионального сказителя произнес призрак. — Люди освоили и принялись развивать те виды магии, для которых полезна была сила разума: артефакторику, зельеварение, поисковые заклятья, хождение во снах и тому подобное. Постепенно они утратили почтение к природной магии драконов. А затем научились преодолевать ее. И выгнали драконов за море, на соседний остров Эрин.

Я мысленно наложила здешние события на историю мира, в котором родилась. Выходило, что живших в Британии драконов выставили в Ирландию. И там они, судя по всему, неплохо прижились.

Ну и неудивительно — полная древних легенд страна казалась мне куда более пригодной для жизни этих волшебных ящеров.

Сами драконы, как оказалось, считали иначе. Или в этом мире Зеленая Эрин была совсем другой.

— Большой, зеленый и плодородный остров так и не стал драконам родиной, — продолжал рассказывать мистер Нокс. — Многие столетия они мечтали вернуться в Альбионию. И вот настало их время. Они одолели людей и взяли власть.

— Что же, здешние жители так слабо противостояли им? Почему они одержали победу? — мне отчего-то было очень важно знать, как это произошло.

Призрак развел руками.

— С ними сражались высшие роды аристократии, которые боялись потерять свою власть и свое имущество. И маги, которые опасались запрета на то, чем привыкли заниматься. Что до народа… знаете ли, в деревнях никогда не переставали рассказывать истории о мудрых и справедливых драконьих правителях. Я склонен полагать, что простые жители нашей страны приняли завоевателей, как должное. Ведь они пришли из-за моря, чтобы вернуть свое.

— Так что же, выходит, они вовсе не захватчики? — я совершенно перестала понимать, как относиться к этим чудесным существам.

— Таков ход истории, — философски заметил призрак. — Колесо удачи вращается бесконечно, одних оно низвергает в прах, других поднимает на вершину. Потом те, кто был на вершине, падают вниз… все это длится вечно.

— Ну да, — над рассказом мистера Нокса следовало поразмыслить.

Основательно, без спешки.

Но в дверь просунулась мордашка Леи, и я поняла, что момент упущен. Так и быть, поразмышляю потом.

— Мисс Элис, солнце опускается, — заговорщически подмигнула она. — Скоро взойдет луна, нам пора на кладбище.

— Это еще зачем? — конечно, кладбищенский антураж подходил моим юным магам как нельзя лучше.

Но что им делать там ночью?

— Мисс Элис… эта мисс Элис никогда не водила нас на кладбище, — в дверь протиснулась Дея. — Сегодня полнолуние, мисс. Самое время напитать наш дар эманациями смерти и силой Солнца мертвых. Понимаете?

Как-то это жутковато звучало — про эманации смерти и силу Солнца мертвых. «Назвалась груздем — полезай в кузов», строго скомандовала себе я.

И велела девочкам:

— Собирайтесь. Покажете, где там ваше любимое кладбище.

Во дворе меня ожидало полное построение воспитанников. Старшие держали за руки малышей, лица у всех были серьезные и торжественные. Мне почему-то стало смешно.

«Господи, Адамова, во что ты встряла! — мысленно посочувствовала себе я. — Некроманты, призраки, драконы, полночные походы на кладбище за вдохновением и этими… эманациями. Еще немного, и ты обзаведешься собственной метлой».

С метлой, говоря по правде, было бы удобнее. Если не летать, то хотя бы опираться при ходьбе. Оказалось, что мои воспитанники прекрасно видят в темноте. И только я шарахаюсь из стороны в сторону с явным риском переломать себе ноги.

Когда я в десятый раз споткнулась, Нея и Лея взяли меня под руки.

— Так будет удобнее, мисс Элис, — объяснила Дея, идущая рядом с нами. — Мы как-то не подумали, что вам совсем ничего не видно. В следующий раз возьмем для вас лампу.

Я только вздохнула. В такой темнотище никакая лампа меня бы не спасла.

Как оказалось, кладбище располагалось не так уж далеко. Улица привела нас прямо к чугунным воротам, за которыми располагался местный погост. Ворота почему-то не были закрыты.

— Почему здесь не заперто? — бдительно поинтересовалась я.

Кто знает, может здесь ходят какие-нибудь лихие люди, которые могут обидеть моих крошек. В моем прежнем мире на кладбищах можно было встретить всякое, от сатанинских ритуалов с кровавыми жертвами до бандитских сходок и укрывания награбленного.

— Не пугайтесь, мисс, — успокоил меня Майкл. — Здесь никого не бывает, кроме нас. Да и мы приходим только в полнолуние. Это старое кладбище, на нем больше не хоронят. Говорят, где-то здесь есть даже драконьи склепы. Еще с тех, древних времен.

Старшие мальчики растворили ворота пошире, и все мои маленькие некроманты двинулись вглубь кладбища, только им известным маршрутом.

Мне оставалось опираться на руки девочек и стараться не завалиться на одну из могил.

— У вас есть какое-то место для ритуала? — шепотом спросила я.

Вокруг было так тихо, что шуметь совсем не хотелось. Даже говорить в полный голос.

— Да, — так же тихонько откликнулась Нея. — Рядом с могилой безутешной матери Элизабет есть небольшая площадка. На ней мы и проводим ритуал.

Да, странное обозначение «у могилы такой-то» вполне могло заменить принятые на кладбищах моего мира линии и участки. Когда мы добрались до места, я сразу поняла, о чем речь.

В холодных потоках лунного света фигура склоненной над могилой женщины смотрелась жутковато.

Мне вообще показалось, что сейчас она распрямится и прогонит нас прочь.

Но ничего подобного, конечно, не произошло. Мраморные статуи не могут оживать. По крайней мере, я надеялась, что хоть на это альбионской магии не хватает.

На небольшой площадке между могилами дети встали кругом, взялись за руки и закрыли глаза. Я отошла в сторону, под деревья, потому что впитывать всякие там эманации не собиралась. Менталисту сила смерти ни к чему. Да из меня и менталист пока еще так себе.

Некоторое время как будто ничего не происходило. Если какие-то силы и питали моих ребят, внешне это никак не проявлялось.

А потом мои воспитанники начали произносить что-то… что-то такое, от чего по спине у меня табунами забегали мурашки. Монотонное звучание ребячьих голосов складывалось в хоровой речитатив, где у каждого была своя задача.

Девочки произносили одни фразы, мальчики — другие, в строгой очередности, а иногда — вместе. Я поняла, что впервые в жизни слышу настоящее старинное заклинание, призванное почтить Солнце мертвых — висящую высоко в небе бледно-желтую луну.

Здесь должно было произойти какое-то волшебство, и оно случилось, когда дети закончили говорить.

Из лунных лучей в воздухе сплелась женская фигура в длинном одеянии, похожем на монашеское. Лица женщины я не могла разглядеть, так слепил в полной темноте исходящий от нее бледный свет. Она спускалась все ниже, почти к самой земле. Но на твердую почву так и не встала — осталась парить в воздухе в нескольких сантиметрах над землей.

Незнакомка двинулась по кругу рядом с детьми. И каждому клала ненадолго на голову прозрачную руку и тихо произносила что-то, чего я не сумела разобрать.

Обойдя круг, она замерла, повернулась ко мне и поманила меня рукой. И как под гипнозом, я двинулась ей навстречу. Подошла, остановилась, но так и не рискнула взглянуть незнакомке в глаза.

— Не бойся меня, сестра, — тихо и ласково проговорила она. — Ты несешь благо этим детям, как и я. Я дам тебе мою защиту, чтобы никто не смел помешать твоим трудам.

После этого ее пальцы на мгновение коснулись моей головы. Я почувствовала, как вдоль позвоночника быстро движется прохладный ручеек силы. Да, это была сила.

Сонная ночная одурь пропала, как не было. Осталась только радость и твердое сознание того, что я делаю именно то, что должно.

— И будь что будет, — прошептала я себе под нос.

А потом незнакомка растворилась во тьме и наваждение пропало. Дети зашевелились и заговорили. Хоть и негромко, но, как всегда, — все разом.

— Сегодня было так хорошо.

— Я чувствовал силу — ее было больше, чем в прошлый раз.

— Силы всегда много, от тебя зависит, сколько ты сумеешь взять.

— Мисс Элис, вы видели?

— Мисс, вы почувствовали?

Я улыбнулась своим маленьким волшебникам.

— Да, я почувствовала. А теперь, думаю, нам нужно вернуться в приют.

На обратном пути оказалось, что кроме уверенности в своих силах я получила еще один подарок. Теперь я видела в темноте так же хорошо, как мои дети. Сила, которую получили они, оказалась щедра и ко мне.

Мы возвратились в приют, когда небо уже начало светлеть. Дети так устали, что мгновенно расползлись по спальням, и спустя четверть часа бодрствовала в доме одна только я.

Сидя на постели в своей спаленке, я перебирала воспоминания прошедшего дня и удивлялась, сколько новой информации свалилось на меня за такой короткий срок.

Каждое новое событие, которое касалось прежней Алисии Адамс, давало мне понять, насколько мало я о ней знаю. Куда ни кинь — все время выплывала свежая информация о неудачно упавшей с лестницы дочери именитого артефактора.

Я едва успевала лавировать, чтобы не порушить светлый образ хозяйки некромантского приюта, чье тело так неосмотрительно заняла. Впрочем, меня никто особенно и не спрашивал, хочу я его занять или нет.

Кстати, об артефакторе. Будем надеяться, что дракон не обманет, и действительно устроит нам встречу с отцом. Адамс-старший, если не опознает во мне самозванку, может порассказать много интересного и об Алисии, и об их семействе в целом.

Надо только расспрашивать его осторожно, чтобы не прослыть склеротичкой, не помнящей фактов собственной биографии. Мне отчего-то казалось, что сообщать мистеру Адамсу о переселении душ время пока не пришло.

Додумывая эту мысль, я разделась и устроилась под одеялом. И кажется, погрузилась в сон, даже не коснувшись головой подушки.

Никакие волнения, пережитые накануне, не помешали мне отлично выспаться. Утром я еще повалялась в кровати, прикидывая, какие сюрпризы может преподнести мне новый день. По всему выходило, что практически любые. Но волноваться я не стала — и проку в беспокойстве не было ни малейшего, и утро выдалось уж очень благостным.

Из сада одуряюще пахло яблоками, с кухни — свежим хлебом, светило солнце, пели какие-то птахи, и я решила, что все будет хорошо.

Подкрепившись, мы устроились во дворе, и я предложила детям рассказать, как они себя чувствуют после вчерашнего кладбищенского бдения. Ответов я получила много, и как всегда — прозвучали они одновременно.

— Луна благословила нас, мисс. После этого всегда так хорошо спится!

— И сил много появляется.

— И резерв магии прибывает.

— И в прошлый раз так было.

— Сегодня утром тоже.

На сердце у меня стало совсем легко. Я мало что понимала в некромантской магии, но раз визит на кладбище пошел моим ребятам на пользу — будем повторять его каждое полнолуние.

Как ни удивительно, «лунное благословение» оказалось полезным и мне. Вообще этот мир не скупился на дары для меня.

Да, он выдал мне солидную порцию проблем, но вместе с ними преподнес умения, о которых в своей прежней жизни я могла только мечтать.

Стоило мне подумать о своих вновь открывшихся талантах, как сработала поговорка насчет того, что «на ловца и зверь бежит».

Через калитку уверенно шагнула плотная тетка в неброском платье горожанки, с несвежим чепцом на голове. Завидев меня, она заискивающе улыбнулась:

— Никак это вы мисси Адамс будете? Некромантского приюту хозяюшка?

Я вздохнула и поднялась навстречу посетительнице. Чутье подсказывало: прямо ко мне на дом явилась какая-то работа.

— Я Алисия Адамс. Что вам угодно, почтенная?

Глаза у тетки как-то нехорошо забегали.

— Нельзя ли нам, мисси, отойти в сторонку? Чтобы, значит, без чужих ушей словечком перемолвиться?

Ну точно. Какие-то секреты. Я съем свою шляпку, если этой особе ничего от меня не нужно.

— Пойдемте в сад, — предложила я.

Тетка закивала и поспешно порысила за мной.

— Ну, говорите, что у вас за дело, — мы отошли вглубь сада, и там никто не мог нам помешать.

— Я, значит, буду Лана Дэвис, — гостья так торопилась, словно за ней кто-то гнался. — Заправляю трактиром «Жирный гусь», через две улицы отсюда. Про вас мне кума из Страттона шепнула. Сказала, что вы, мисси, такое умеете, чего давно уж в наших краях никто не может.

Чтоб той куме язык прищемило, честное слово. Это что же, скоро весь Барн будет шастать ко мне со своими просьбами?

— Вот как? — я надменно подняла брови, но отпугнуть липучую тетку не вышло.

— Вы не думайте, мисси, я больше никому не говорила. А у меня такое дело, такое дело… что уж и не знаю, к кому кинуться-то. Вас мне, прямо скажем, боги послали.

— Да что у вас стряслось, почтенная? — я начала понемногу терять терпение.

Тетка помялась, но потом продолжила:

— Трактир-то раньше мой брат держал, Бен Барлоу. Дела вел хорошо, честно, да уж больно сам любил за воротник заложить. Ну и померз как-то зимой. А на моем попечении дочка его осталась, Молли.

Я было подумала, что она будет просить благословения для бедной сиротки, для себя или для трактира. Как же я ошиблась!

— Дела-то у нас неплохо идут, грех жаловаться. Да только девке, Молли, скоро восемнадцать. Взрослая станет… как это… дееспособная. И что же, мне ей все так и отдать?

— Что отдать?

— Да трактир же! — тетка говорила все громче, и голос ее звучал все визгливее. — Он на брата был записан, а тот, скотина, взял и дочке все оставил! Будто я в том «Гусе» до седьмого пота не горбатилась! Будто отродье его не обихаживала!

— И чем я могу вам помочь? — я до последнего надеялась, что понимаю Лану Дэвис как-то неправильно.

— Ну как же, мисси⁈ — воззвала ко мне женщина уже в полный голос. — Вы ж, говорят, проклинаете?

— Бывает, — солидно хмыкнула я. — Если кто заслужил.

— Ну так я об том и толкую, — она так возрадовалась, словно я обещала ей какой-то очень ценный подарок. — Вы бы дрянь эту малолетнюю того… чтоб она, значит, до именин своих не дожила. А я уж так благодарная вам буду! Хотите — деньгами, хотите — продуктами. Вам же, чай, воспитанников-то кажный день кормить надо.

— Я, пожалуй, в самом деле потрачу на тебя проклятие, Лана Дэвис, — и как таких земля носит, интересно⁈ — Не видать тебе трактира в собственность. И помрешь ты под забором голодной смертью. И никто не подаст тебе даже черствой корки хлеба. Боги слышат меня. Да будет так.

Я опасалась, что ничего не получится, но моя новая способность не подвела: тетку окатило лиловым светом, потом все исчезло. Она открывала и закрывала рот, часто моргала, но боялась произнести еще хоть слово.

— Вон отсюда, дрянь ты этакая! — грозно рявкнула я, и тетку унесло прочь.