Глава 10: Историю пишут победители

Первой моей мыслью, когда я проснулась, было: мы все умрем. Я уже даже приготовилась стенать, плакать и жалеть себя, припоминая свой первый полноценный день в академии, но слезы почему-то не шли. Да и настроение портиться совсем не хотело, а потому я открыла глаза и уставилась в потолок, пытаясь там найти для себя гнетущее состояние. Тоже не нашла.

И вот скажите мне, что за несправедливость такая?

Первый раз в жизни хотела пожалеть себя, бесцельно пролежать весь день под одеялом, попридумывать для себя страшные кары, одна изворотливее другой, но мир вокруг меня играл своими яркими красками и уплывать в уныние отказывался. Правда, отчаянно застонать мне все-таки пришлось, потому что в комнате неожиданно для меня раздался душераздирающий вой. Я даже подскочила с перепуга, собираясь на всех парах бежать туда, где бедному коту защемили его самолюбие.

— Нарка, не кипишуй, — лениво отозвалась Огна, сладко переворачиваясь на другой бок. — Еще минут пятнадцать можно поспать. Первый будильник орет для тех, кто любит по полчаса проводить перед зеркалом.

— То есть для Арелии? — уточнила я, даже не пытаясь промолчать. Вот не нравилась мне эта девица. — Ну да, ну да. Ей точно нужно, а я и так у мамы красивая родилась.

— Ах ты, умертвие общипанное! — воскликнула высокомерная аристократка, бросая в меня своей подушкой.

— Это кто еще общипанный? — продемонстрировала я ей перья, что прилетели ко мне вместе с боеприпасом. — Лысеете, Ваша Светлость, — притворно огорчилась я, бросая снаряд обратно.

Естественно, после наших воплей досыпать никто не стал, а потому мы медленно, но верно собирались на занятия. Не спрашивая о чужом желании или нежелании, я достала из буфета все кружки, что нашла, и заварила в них сбор трав для бодрости. Для меня просыпаться вечером было дикостью, а потому голова предсказуемо болела и казалась чугунной. Не представляла, как можно учиться в таком состоянии.

Девушки с благодарностью пили отвар и угощали меня шоколадным печеньем. Постепенно становилось на порядок легче, но не все воспользовались моей заботой. С независимым видом Арелия сидела на своей постели и остервенело выкрашивала короткие ресницы.

— Так, значит, ты в травах разбираешься? — усмехнулась Элла, утягивая из вазочки конфету в яркой обертке.

— Есть немного, — кивнула я, скромно потупив взгляд.

Вообще, я не любила хвастаться своими умениями, предпочитая демонстрировать их тогда, когда это действительно кому-то нужно. Но садиться пить отвар одной было как-то неправильно. Тем более что мои соседки выглядели не менее помятыми.

— Просто тяжело для меня так резко менять режим, — попыталась съехать я с темы. — Я привыкла рано вставать.

— Ничего, отвыкнешь, — улыбнулась Огна, залпом допивая ароматное варево. — Скоро и синяки под глазами появятся, и кожа побледнеет. Совсем некроманткой станешь.

— Жду не дождусь, — усмехнулась я, красочно представляя, каким страшным умертвием буду выглядеть. — Как прошел бал?

— О, это было нечто! — хлопнула ладонью по столу Элла, а ее темные кудряшки дернулись. — Сегодня кого-то явно ждет выговор и отработка на кладбище. Представляешь, кто-то из девчонок платье с собой из дома привез вечернее. Кра-а-аси-и-иво-о-ое-е-е… — мечтательно протянула девушка.

— Срамное, — резко оборвала ее Вора, по-прежнему придерживаясь некоторой холодности в общении. — Боюсь, что одной отработкой там не обойдется. Как бы не на месяц припахали. Сами знаете, что по части одежды лорд Эсенджер оправданно строг.

— Ты лучше, Нара, расскажи, как на кладбище вчера сходила? Страху, наверное, натерпелась? — сочувствующе вопросила Элла.

— Да нет, — уклончиво ответила я, поглядывая на Арелию. — Арод отличный защитник…

И вот хорошо, что все это время, сверяясь с моим расписанием, Софка укладывала для меня наплечную сумку. Я только и успела, что схватить ее да листок, потому что Арелия со своего насеста дернулась резко и без предупреждения. Пришлось улепетывать, потрясая в воздухе сковородкой. Кто бы что ни говорил, а я без нее теперь никуда.

Второй плакучий вой прозвучал для меня особенно громко, потому что в этот момент я как раз спускалась по лестнице вниз вместе с остальными полуживыми некромантами. Казалось, что волку отрывают самое ценное, наматывая это самое ценное на колесо экипажа… И как он теперь без хвоста-то будет?

После второго будильника оставалось еще целых полчаса до того, как должно было начаться первое занятие. Обычно это время аристели тратили на поход в столовую или экстренно приводили себя в порядок, но я намеревалась прогуляться в библиотеку, памятуя о том, что после занятий мне предстоит отработать свой наряд на кладбище, где меня дожидаются около сотни умертвий. И вот как незаметно для Арода я должна объяснить им, чтобы они притворялись мертвыми и недвижимыми? У меня появилась только одна идея, и я надеялась, что они умеют читать.

— Внимание! Внимание! Всем ученикам срочно собраться в холле академии! — разнесся женский голос, отражаясь от стен.

Я уже успела подняться на две ступеньки по противоположной лестнице, а потому пришлось спускаться обратно. Чего-то подобного я и ждала этим вечером, учитывая, что обыск комнат утром наверняка ни к чему не привел. Собиралась молчать до последнего, потому что прямых доказательств против меня у них стопроцентно не было. А на нет, как говорится, и суда нет.

— Аристель Релти? — раздался угрюмый голос ректора за моей спиной, когда я заворачивала в холл. — Вы-то мне и нужны…

— Ну почему сразу Релти? — в отчаянии обернулась я, чтобы упереться носом в чужую грудь.

И вот не знаю, как ему, а лично мне было вполне себе комфортно. От мужчины пахло лесом и дождем. Казалось, что я даже слышу этот дождь. Будто сижу у окна, обернувшись мягким пледом, а на подоконнике остывает чашка отвара с мятой. Так тихо, хорошо и спокойно, тогда как темные тучи опустились настолько низко, что не видно ни просвета. И…

— Аристель Релти, я вам не мешаю? — заинтересованно вопросили у меня над головой.

— А? — уточнила я, взглянув на ректора Королевской Военной Академии.

— Идите, Нара. Идите, — со вздохом ответил мужчина, а я так и не поняла, зачем он меня останавливал.

— Точно? — прищурилась я с подозрением. Нет, ну мало ли, в самом деле?

— Идите, пока не передумал.

И я пошла. Очень быстро направилась в холл, чтобы занять место в левой половине зала, но лишь потому, что очень боялась не сдержаться и спросить, что будет, если он передумает. Любопытство так и подбивало вернуться, однако все аристели уже собрались.

— Итак, я собрал всех вас здесь для того, чтобы установить личность некроманта, который вчера на балу посмел нарушить одно из правил академии. Обещаю, если аристель признается самостоятельно, наказание будет щадящим. — Мужчина замолчал, а его темный взгляд почему-то остановился именно на мне. И вот рука моя сама собой потянулась в поисках сковородки, потому что буду отбиваться! Буду отбиваться до последнего! — Нарушителя я буду ждать в своем кабинете после первого занятия. Все свободны.

В библиотеку я не шла, я летела. Все казалось, будто меня преследуют. Я то и дело оборачивалась, а сердце мое стучало где-то в горле. Почему ректор смотрел именно на меня? На что он намекал?

А если они уже знают, что это я? Нет-нет, не могли узнать. Ни платья, ни других доказательств нет. Все девушки были с черными волосами, все были в масках, все были в одинаковых сапогах. Это мог быть кто угодно. У меня даже голоса не было, чтобы кто-то мог опознать меня по нему. И защита… Я не умею ставить защиту, тогда как платье вчера защищало меня от любых вмешательств.

— Чего надо? — хмуро глянул на меня исподлобья библиотекарь.

Он прятался за высокой стойкой, которая была полностью завалена книгами. Только одни глаза и виднелись, выражая недовольство.

— Читать люблю, — лучезарно улыбнулась я, присматривая томики потолще.

— Молодец, а теперь проваливай, — отозвался мужчина недружелюбно.

— Мне бы книжки…

— Книжек нет! — раздалось где-то из-под стойки, вынуждая меня приподняться на носочках.

— Как нет? — изумилась я, оглядывая библиотеку, в которой шкафы были буквально забиты искомым.

— Так нет! Завтра приходи! — пробурчали приглушенно.

— А я завтра не могу, — протянула я коварно. — Мне ректор сказал сегодня все взять.

И вот сразу видно, что ректор в академии человек уважаемый. Раздался глухой удар, стол, заваленный книгами, подпрыгнул, а на глаза мне вновь показался седой старик, а точнее — его голова. И вот лучше бы эта голова так и оставалась за стойкой, потому что целой была только она. Все остальное тело представляло собой скелет, облаченный в форму академии.

— Мама… — прошептала я, прижимая к себе покрепче сумку со сковородкой.

— Папа, — огрызнулся дед, поправляя кости на своей руке. — Какие книжки нужны?

— Интересные…

Сумку в итоге я тащила волоком. Пришлось даже убрать из нее сковороду, чтобы не занимала лишнее место. В расписании значилось, что первая пара у первого курса будет проходить на третьем этаже, а потому восхождение по лестнице стало для меня настоящим подвигом. В кабинет предсказуемо я заползла последней.

Мне представлялось, что помещение будет выглядеть как классы в нашей деревенской школе. У нас парты стояли в несколько рядов так, что учительница могла запросто ходить между ними, чтобы уделять время каждому, но здесь даже парт как таковых не имелось.

Будто на арене в несколько рядов протянулись длинные столы, по обеим сторонам которых имелись узкие проходы-лестницы. Все аристели расселись поближе к столу преподавателя, что стоял между широкой доской и рядами, тогда как места позади — на самой высоте, оставались пустующими. Здесь было, наверное, человек сто пятьдесят, не меньше. Я видела и совсем молоденьких некромантов — лет двенадцати, — и взрослых, которым наверняка перевалило уже за двадцать пять. Черный дар просыпался у всех в разном возрасте.

Подтянув свою поклажу, я направилась прямиком на самый верх, желая находиться как можно дальше от стола преподавателя. Не знаю, кто как, а я собиралась потратить эти два часа с пользой, вложив в книги записки с посланиями, которые еще нужно было написать.

Я как раз обложила себя книгами, когда в аудиторию вошел…

— Кошмарного вечера, аристели, — произнес лорд Эсенджер, усаживаясь за стол.

— И вам кошмарного, лорд-командующий, — раздался нестройный хор голосов, а я даже с места подняться не успела, как все уже сели обратно.

— Сегодня у нас вводная лекция в историю некромантов. — Ректор оглядывал аудиторию, тогда как перо, объятое яркими зелеными всполохами, записывало тему на доске. — На первом курсе мы разберем все события, предшествующие переселению некромантов в королевство Оперлот. Начиная со второго курса — развитие некромантов после переселения. Итак…

— Лорд-командующий, разрешите обратиться? — вопросила девчушка с первого ряда.

Лорд Эсенджер кивнул, а перо позади него так и повисло в воздухе.

— Наша академия называется Королевской Военной Академией, Оперлот является королевством, но возглавляет его император. Почему?

— Об этом мы как раз и поговорим сегодня. Присаживайтесь, аристель Бери. Несколько веков назад некроманты имели свою собственную империю. Все земли испокон веков принадлежали императорской семье, но с наступлением темного времени началась и война, что длилась почти пятьдесят лет. Всегда будут те, кто недоволен властью. Рано или поздно находится тот, кто готов возглавить переворот. В тот раз было именно так.

Историю пишут победители — так говорят века спустя, но мы не победили. Мы были вынуждены сражаться, идти против своих же. Императору непростительно закрывать глаза на любые мятежи, будь мятежником враг, друг или брат. Именно этот урок не усвоил наш император и именно за это и поплатился, потеряв свой дом, как потеряли и мы.

— Простите, лорд-командующий. Но разве император не является сильнейшим некромантом прошлых лет и современности? — уточнил паренек со светлыми волосами. — Разве он не мог… Ну, не знаю, убить всех мятежников?

— Что вы знаете об убийстве, аристель Дерно? Это не так просто — отнять чужую жизнь. Еще сложнее отнять жизнь у того, кто тебе дорог, кто тобою любим. Вы бы смогли убить свою мать? А отца? Сестру? У всех есть свои слабости. У некромантов долгая жизнь. Мы живем от пятидесяти лет до нескольких веков после обретения силы и за это время обзаводимся связями, что разрушить почти невозможно. Для императора его младший брат был всем, смыслом его жизни. Эта привязанность и стала началом конца.

В тот день, когда император узнал личность того, кто возглавлял восстание, они были вынуждены отступить. Те, кто остался в живых, бежали в Оперлот — временно, чтобы подготовиться к новому наступлению, переработать план. Но, вернувшись, они обнаружили кладбище. Одно огромное кладбище некромантов, которым управлял всего один темный маг.

Он убил всех. Всех, кто остался в империи и не пожелал укрыться в Оперлоте. Ожидали ли его сторонники такого? Нет. Пытался ли император что-то предпринять? Да. Но силы не то что были не равны. Силы были слишком разными. Брат императора мог повелевать мертвыми, возвращая им разум. Бесконтрольные выбросы, основанные на эмоциях — это то, с чем сталкивается каждый некромант в самом начале своего пути. Одно-два связанных с некромантом умертвия — это то, с чем придется столкнуться каждому из вас. Кто мне скажет, в чем отличие обычной нежити от нежити разумной? Да, аристель Бери?

— Обычной нежитью некромант вынужден управлять полностью, затрачивая на это колоссальное количество потоков, которые необходимо постоянно поддерживать, тогда как нежити разумной подпитка нужна лишь на некоторое время. И да, нежить разумная полностью подчиняется своему хозяину, тогда как обычную нежить необходимо подчинять снова и снова.

— Присаживайтесь, вы совершенно правы. Нежить разумную можно сравнить с солдатом, что подчиняется своему главнокомандующему. Нежить обычную — с куклой, которую некромант дергает за ниточки. Кто мне скажет, чем опасна разумная нежить? Почему некромантам запрещено иметь личную разумную нежить? Да, аристель Леошь?

— Как и обычная нежить, нежить разумная, если остается без подпитки некроманта, сходит с ума и способна не только разрушить целый город, но и истребить его жителей. Обычным людям нечего противопоставить им, но опасность представляет именно разум нежити. Хитрые, сильные, умные. Они умеют скрываться, затаиваться, чтобы напасть в самый удобный для себя момент. Более того, некромант неосознанно наделяет нежить своими знаниями и умениями, имея возможность чувствовать подконтрольное умертвие даже на расстоянии. — Девушка замолчала, чтобы перевести дыхание, но голос ее надломился уже на следующем предложении: — Некромантам категорически запрещено иметь личную нежить потому, что создатель и создание связаны еще и эмоциями. Если, например, некромант возненавидит кого-то, умертвие попытается убить этого человека.

— Так было с вами, аристель Леошь? — поднялся ректор из-за стола, подходя к девушке.

— Да, лорд-командующий, — тяжело упала она на свое место, перейдя на шепот: — Умертвие загрызло мою сестру…

Все внутри меня оборвалось. Я просто не могла в такое поверить. Сердце стучало быстро-быстро, но я все-таки услышала то, что произнес ректор академии:

— Каждый из вас обязан сообщать мне лично или любому другому преподавателю, если у вас случится бесконтрольный выброс магии. Разумные умертвия опасны, поэтому здесь, в стенах академии, мы ставим на нежить специальную защиту, которую в будущем вы тоже научитесь ставить. Здесь нежить — это ваше учебное пособие, за стенами академии — опасный враг, которого нужно устранить любым путем.

— Но лорд-командующий, как родственник императора смог подчинить… сколько? Сотни умертвий?

— Тысячи, аристель Дерно. Сотни тысяч разумных умертвий, и не просто умертвий, а некромантов. Это очень редкий дар, который навряд ли когда-нибудь еще родится, — усмехнулся лорд Эсенджер, а его взгляд вдруг остановился на мне.

— Но если родится? Вдруг есть второй такой некромант? — никак не унимался светловолосый борец за справедливость. — Его ждет смерть?

— Не говорите глупостей, аристель. Поверьте, мы будем несказанно рады появлению такой силы. Война идет до сих пор, и каждый некромант желает вернуться домой. Там наши истоки, там — сосредоточие нашей силы. Вернувшись в империю, некроманты снова станут непобедимы.

Он смотрел именно на меня. Без тени улыбки, без иронии. Глаза мужчины буквально заволокло тьмой, а я прекрасно осознавала, что жить мне осталось недолго. Не убьют, нет. Я бы тоже не убила, будь я на месте императора, ректора или преподавателя. Я бы отобрала такую силу, потому что учить… Учить кого-то управлять даром — это слишком долго.

— Аристель Релти, вы хотите мне что-то сказать? — вдруг обратился ко мне лорд Эсенджер, а я вздрогнула, выплывая из угла, в который была загнана.

— Нет, лорд-командующий, — старательно улыбнулась я, поближе подгребая к себе пустые листы и перо.

Никто никогда не узнает о том, что мой дар отличается от других. Никто никогда не узнает о том, что красное платье принадлежало именно мне.