Глава 9

Легкомысленные фонарики смягчали витающую здесь атмосферу, разгоняя тьму и добавляя сказочности особняку. Но я все равно не могла избавится от мыслей, что как раз в сказках именно так и заманивают глупых путников в свое жуткое логово разные злодейские личности. Сначала все выглядит очень миленько и даже приятно, а потом… хоба! И ты уже никогда не будешь прежним, ну или вообще не будешь… уже ничего.

Тряхнула головой, отгоняя лезущие в нее глупости. Позорно уподобляться местным жителям и всем тем, кто некромантов за людей не считает. Не зверь же этот Дэмис Элройен в самом деле, вон даже цельный лорд. Тем более я здесь как бы по делу, у меня и документик подтверждающий есть. За моим невнушительным разворотом плеч стоит магистр Марголис — хотелось бы верить, иерохонта Церцилия — да настигнет всех негодяев возмездие, жаль, мне уже будет без разницы, ну и не стоит забывать о главе Мухомрийска — что-то ведь он обещал.

Да-а-а, с такой командой «поддержки» мне любой погост по колено!

Нервно хихикнула и помрачнела: мысль о дине Велмаре мигом напомнила о еще одном как бы дельце, которое сулит не только хорошие деньги, но и потенциальные неприятности.

Резко выдохнув, я громко постучала в дверной молоточек. Держать дракона за хвост, пусть и металлического, было страшновато. А ну как здесь так же система, что и в «Бродячем коте». Сейчас оскорбится еще, да надает по рукам или дыхнет чем из пасти. Кто его знает, какую систему оповещения и безопасности придумал Черный лорд для острастки населения. Насколько я успела понять, гостей он не любил и общительностью не отличался.

Однако ровным счетом ничего не произошло. Совсем. Дракон оставался холоден и безучастен, как и полагает отлитым из металла фигуркам. Дом — тихим и безмолвным. Инстинктивно я оглянулась, будто ища поддержки извне — вариант, что мне просто не откроют дверь, не рассматривался в принципе. Оказалось, что Лукас все еще стоит за воротами, словно мессир хотел увериться, что внутрь я попаду, а он жертву некропрактики доставил точно по назначению без всякого там «вышла из пункта А, но в пункт Б не пришла». Похвальная ответственность.

— Стучи сильнее! — крикнул он, заметив мое замешательство. — Геллер по первому шороху реагировать не привык.

Сильнее — так сильнее. Параллельно раздумывая над тем, кто такой Геллер, я крепко вцепилась в драконий хвост и что есть дури замолотила им об дверь. Может, так чешуйчатого зовут? Дал же Тараг имя Тэсс — своей входной ручке, и нормально…

Тут глаза дракона вспыхнули потусторонним зеленоватым светом, а внутри что-то завыло, будто у лорда-некроманта баньши на постое. От неожиданности и ужаса я застыла, продолжая сжимать драконий хвост и не в силах отвести взгляд от его светящихся глаз. Будто завороженная, хотя здравый смысл вопил, что пора давать деру. Не знаю, кто бы победил в конечном итоге, но так же внезапно наступили тишина и покой. Даже дракон больше не подавал признаков жизни, и не жизни тоже.

Э?.. Я проморгалась и, чувствуя себя очень глупо, поковыряла ногтем металлическую чешуйку. Неужели привиделось? Но тогда отчего в ушах до сих пор звенит?

— Любезная, соблаговолите перестать портить придомовое имущество, — раздался за спиной мужской хрипловатый голос с легко различимыми надменными интонациями.

Я вздрогнула всем телом и резво обернулась. Сбоку из-за деревьев на дорожку перед крыльцом вышел среднего роста седовласый мужчина в ничем не приметной одежде. Он на ходу стянул садовые перчатки и сунул их в карман, из другого извлек платок и, педантично вытирая руки, поднялся по лестнице.

— Ну-с, чем обязаны вашему неурочному визиту, дина…

Пуза затягивалась, и я, перестав ошалело таращиться на него, все же сообразила представиться:

— Святодух, Алеста Святодух. Прибыла сегодня из столицы по направлению гильдии магов для прохождения практики под руководством лорда Дэмиса Элройена.

— М-м-м, уже? — проявил осведомленность мужчина. — Что ж, проходите.

Он легко толкнул дверь, пропуская меня вперед. С едва ощутимой тревогой я шагнула внутрь. То, что по факту дверь мне в итоге открыли с этой стороны, а не с той немного сбило с толку. Как-то не так я себе все представляла. Зато уведомление гильдии о моем появлении порадовало, впрочем, могла бы и раньше об этом догадаться.

Дальше в голову полезли вопросы. А кто это, собственно, такой? Может быть, это он — Геллер, или меня встретил сам лорд-некромант? Странно, конечно, что он садовничает, хотя… Вспомнила некоторые яркие эпизоды из учебных будней. Не удивительно, если он на заднем дворе чей-нибудь хладный труп прикапывал… или выкапывал, зависит от обстоятельств и возникшей нужды. Да, работенка у нас еще та, частенько и замараться приходится. К тому же надменный вид, осведомленность, уверенность с какой он держится также не противоречили версии, что передо мной хозяин дома. Лордов в своей жизни я встречала примерно нисколько, а под те представления, что возникали с вышеозначенным образом, мой провожатый вполне подходил.

Безупречная осанка, горделивая посадка головы и источаемое во все стороны чувство собственного достоинства — такое осязаемое, хоть руками щупай. В профессиональные стереотипы он тоже вписывался: сухощавый, бледная кожа, небольшие тени под глазами, хмурая складка на переносице. Вот только… была в мужчине какая-то странность, я ощущала ее на уровне интуиции. Но разобрать что к чему не получилось, если бы мне дали время и я бы полностью сосредоточилась, а так — в голове и чувствах царил раздрай, а еще было крайне любопытно рассматривать убранство дома.

Лишь отметила эманации смерти, отчетливо проявившиеся с появлением этого человека. Но не придала данному факту особого значения — если он сильный некромант, то удивляться нечему. Мало ли с чем он недавно работал. Так что вскоре я всецело погрузилась в созерцание обстановки — шутка ли, впервые удалось оказаться в доме аристократа, выпускника ЛАМа и коллеги.

Мрачно и темно — это самые точные определения данного места. Большая часть ставен закрыта, либо окна занавешивали плотные портьеры, насыщенного винного цвета. Примерно в тех же оттенках была выполнена обивка мебели, оформление стен и ковровых покрытий. Сходству с логовом упыря добавляло и освещение — трепещущее пламя свечей, явно магического происхождения.

Это если смотреть взором напуганного обывателя.

Но страха я не испытывала, да и случайным гостем тоже не являлась, а потому отметила множество картин в золоченых рамах, шкафы с книгами в таком количестве, что и за всю жизнь не перечитаешь, изысканную отделку помещений и дорогое убранство. Понятное дело, об истинной ценности вещей я могла лишь догадываться, но общее впечатление было именно таким. Кстати, по всему пути нашего следования царил безупречный порядок, да и в целом обстановка выглядела строгой и сдержанной.

Пару раз мой взгляд зацепился за кладбищенскую атрибутику, но и только. Никаких тебе развешанных по стенам черепов, изобилия пентаграмм и прочей ритуалистики, даже чучела вполне обычных сов, а не каких-нибудь летучих мышей или горгулий. В общем, придраться по большому счету было не к чему, дом как дом, вполне в духе одинокого замкнутого мага-ученого, не лишенного вкуса. И как ни странно, мне здесь понравилось, никакого ужаса я не испытывала.

А уж когда меня привели в… э-э-э, покои? Язык не поворачивался назвать иначе огромное помещение с отдельным камином, кроватью с балдахином, высоченными потолками и такими же окнами, занавешенными легкой тканью. В общем, в первые мгновения я испытала настоящий восторг, а чуть погодя с подозрением покосилась на провожатого: он ничего не перепутал? Мне думалось, мы в кабинет идем, ну или еще в какую приемную комнату.

Заметив мой недоверчивый взгляд, мужчина сдержанно пояснил:

— Лорд Элройен сейчас занят и вряд ли освободится в ближайшее время. Я взял на себя смелость подготовить для вас место, где можно было бы отдохнуть с дороги в ожидании его аудиенции. Располагайтесь, думаю, раньше обеда он вас не примет.

Вот это сервис и забота! Хоть высплюсь наконец-то по-человечески. Я с благодарностью посмотрела на, теперь уже очевидно, что не хозяина дома и уточнила:

— Простите, как мне к вам обращаться?

Он неожиданно выказал удивление, вскинув почти незаметные белесые брови:

— Разве я не представился? О, прошу прощения, у нас так редко бывают посетители, что я начинаю упускать детали. Геллер фон Майертон, камердинер лорда Элройена, к вашим услугам.

Столь резкий переход от более чем прохладной встречи на крыльце немало изумил, но не в моем случае выказывать недовольство. Все могло оказаться гораздо хуже, а тут даже ночлег любезно предоставили.

— Благодарю вас, дин Геллер фон Майертон, — повторила я имя, явно намекающее своей приставкой на знатное происхождение слуги лорда-некроманта.

— У вас есть какие-либо потребности, о которых мне стоит знать? — вежливо поинтересовался он.

Я подивилась такой странной формулировке и растерянно выдала:

— Н-нет, думаю, что нет.

— Хорошо, — кивнул камердинер. — Тогда приятного отдыха.

Он уже развернулся и собирался уйти, как я вдруг не удержалась и полюбопытствовала:

— Скажите, пожалуйста, как вы успели все подготовить? — махнула рукой вглубь помещения.

Дин Геллер фон Майертон озадачено на меня посмотрел, пришлось развить мысль:

— Там на крыльце у меня сложилось впечатление, что вы не ждали меня… во всяком случае сегодня.

— Дина Святодух, гостевые покои всегда должны быть готовы, на то они и гостевые, — несколько высокомерно произнес камердинер.

Правильно, чтоб я понимала в их высокостатусных порядках. Все равно удивительно, что в этом доме можно обнаружить подобное. Закрыв дверь за Геллером, я выдохнула: какой же все-таки насыщенный на события день. Казалось, моя голова скоро лопнет от обилия новой информации. Тут же подумала, что кое-какие элементарно гигиенические потребности у меня все же имеются, да и завтра мне здесь отсиживаться, пока не позовут, или как?

Выглянула в коридор, надеясь застать дина фон Майертона, но того и след простыл. Хм-м-м, удивительная резвость в его возрасте: дом был действительно большим, комнаты и соединяющие их галереи поражали размерами. Вот и просторный коридор, заканчивающийся лестницей, ведущей вниз на первый этаж, выглядел бесконечным. Но нет, за то недолгое время, что я провела за закрытой дверью, камердинер все-таки успел скрыться из поля зрения.

Ну и ладно, сама все найду, не маленькая!

Хотя бродить в ночи по незнакомому пустынному дому матерого некроманта, конечно, приятного мало. Не знаешь, за каким поворотом обнаружишь «сюрприз», и что самое паршивое — нет у меня уверенности в своих знаниях и навыках, чтобы без опаски тут шастать. Но чуть позднее, после исследования вверенной мне территории оказалось, что я зря волновалась. За одной из портьер обнаружилась дверь, ведущая в отдельную ванную комнату со всеми удобствами. Я даже ущипнула себя: вдруг все же задремала и не заметила, уж слишком все замечательно выглядит. С шипением потерла место локального самоистязания и с радостным писком бросилась обратно в комнату к оставленной на кровати сумке, стаскивая на ходу одежду.

Примерно через две четверти часа я с блаженной улыбкой завернулась в мягкое одеяло и смежила веки. От постельного белья исходил едва уловимый лавандовый аромат, а трепещущее пламя нескольких свечей заменяло ночник и создавало уютную атмосферу. Спать, срочно спать! И плевать мне на то, кому принадлежит этот дом. Даже если сюда заявятся все неупокоенные души с местного кладбища и предложат сыграть с ними в кости, я и ухом не поведу.

Так я думала, устраиваясь на огромной, большой даже для троих человек, кровати и медленно проваливаясь в царство грез. Наивная.

Очнулась от навязчивого ощущения, что за мной кто-то наблюдает. Резко распахнула глаза и только потом осмыслила произошедшее. Что за бред вообще? Рассердилась сама на себя и перевернулась на другой бок. Но мысли о собственном нездоровом воображении ничуть не поспособствовали успокоению. Сейчас я в полной мере оценила прелесть проживания при храме Пшенки. Ведь туда при всем желании не могло просочиться ни одно неблагостное существо, не говоря уж об откровенных тварях из-за грани.

Либерта, конечно, сектор белый, но и там случалось разное непредвиденное. Чего далеко ходить, вспомнить хотя бы свадебные приключения Говарда. Но возвращаясь в храм, я всегда оказывалась в безопасности — уж там-то точно ничего противоречащего естественному ходу жизни произойти не могло, благодаря божественной защите нашей покровительницы. И вот, впервые заночевав за пределами защищенных стен обители нашей богини, я испытала уязвимость и беззащитность, что, разумеется, мне ничуть не понравилось.

Так, ладно, надо отстраниться от любых мыслей и просто уснуть. Сказать проще, чем сделать. Мерзкое ощущение, что я здесь не одна не проходило. Одеяло, в котором я спрятала все, кроме носа, давно перестало хранить иллюзию достойной преграды. Поля-я-я… святые, разумеется! Что за нездоровая чувствительность и съехавшее с катушек воображение? Привстала на локтях и внимательно оглядела комнату. Свечи исправно мерцали и не думая оплавляться. Простор помещения сейчас хоть и не способствовал спокойствию, но никаких перемен в обстановке я не заметила.

Шумно выдохнула и с недовольством вновь зарылась в подушку. С какой-то мрачной язвительностью напомнила себе, что нет ничего безопаснее в плане защиты от нежити, чем дом некроманта. Сразу после этого почувствовала себя полной идиоткой, а ощущение чужого присутствия лишь усилилось.

Не выдержав, уселась на кровати и нервно произнесла заклинание защитного полога первого уровня — вообще, могла и второго, но я же вроде как только для подстраховки. Стало спокойнее, улеглась обратно и попыталась заснуть. И у меня это даже почти получилось, но легкое колыхание воздуха, скользнувшее по коже, — это с закрытыми-то окнами! — мигом согнали сонливость.

— Да чтоб вас! — ругнулась я, вспоминая собственное опрометчивое обещание наплевать на всех духов мухомрийского погоста разом.

Спустя полчаса безуспешной и выматывающей возни по кровати в попытке унять разбушевавшуюся паранойю, я сдалась и на полном серьезе озвучила заклинание проявления скрытых от глаз почивших сущностей:

— Мортус фицели ти лакарум. Конте! Конте, конте, котавус!

Долго раздумывать, получилось ли воспроизвести верные интонации на восходящих потоках не потребовалось. Почти мгновенно напротив спинки кровати обрисовался мерцающий бледным сиянием женский силуэт. О, я молодец, Палтус мог бы мной гордиться… наверное. Удивлены мы с призраком были в равной степени, судя по эмоциям, отразившимся на ее мертвенном лице. Свою видимость нежданая гостья осознала лишь на несколько мгновений позже меня и, как ни странно, запаниковала.

— Леди… — выдохнула она и чуть колыхнулась в сторону. — Прошу прощения, леди! Я никоим образом не хотела вас побеспокоить, — зачастила незнакомка. — Пожалуйста, не выдавайте мой интерес хозяину, умоляю. Я не хотела, я… я не знала, что вы тоже чувствуете смерть. Смилуйтесь, леди, прошу!

Так, из произошедшего я сделала два вывода. Первый: сильно я себя переоценила — куда там всем призракам погоста, чтобы лишиться сна мне хватило и одного. Второй: похоже, эта молодая женщина, а именно такой образ сейчас слабо мерцал возле моей кровати, напугана гораздо сильнее меня. И кстати, что это она там бормочет насчет хозяина?..

— Вы сейчас о Дэмисе Элройене? — уточнила на всякий случай я.

Незнакомка с готовностью кивнула и уставилась умоляющим взглядом.

— Эм, чем обязана? — накинув одеяло на плечи, так как от привидения ощутимо тянуло холодком, продолжила, пожалуй, самый странный в моей жизни диалог.

Страха не было, разве что легкое беспокойство. Гостья не выглядела агрессивной, скорее расстроенной. Да и поставленный ранее защитный полог не позволял ей безнаказанно приблизиться.

— Ой, меня Лилитана зовут. Я служу в этом доме, все-все по хозяйству умею. Постирать, заштопать, погладить, убраться. Леди, вы обращайтесь, если что-то понадобится!

Девушка неловко поклонилась, а когда выпрямилась, сбившийся ворот большого ей платья открыл жуткий порез на тонкой полупрозрачной шее. Я удержала бесстрастное лицо только благодаря тому, что сталкивалась и с более неприглядным зрелищем, хотя удовольствия мало в любом случае. Принесла же ее лунная пыль на мою голову.

— Готовить тоже умею, — она протяжно вздохнула, отчего по комнате пронесся характерный потусторонний стон, что так пугает восприимчивых, но далеких от мира мертвых обывателей. — Жаль, его милость редко дозволяет стол накрывать, совсем непривередлив в еде.

— Лилитана, — поспешила я вернуть внимание ночной гостьи, пока она окончательно не забыла об изначально заданной теме, — так чем обязана?

— Простите любопытство бедной служанке! У нас тут ничего, почитай, нового и не происходит, все дни как один. А тут молодая девушка в гости к хозяину пожаловала, я и не удержалась.

Я присмотрелась внимательнее к Лилитане: не намного-то она меня старше была… до смерти, лет на пять, не больше. В общем, ситуация несколько прояснилась, хотя не могу сказать, что мысль о жизни под одной крышей с призраками приводила меня в восторг. Говорила же, что лорд с приветом. Подающий надежды некромант, аристократ, уехавший в глушь, чтобы тащить на себе всю грязную работу, а на досуге готовить сыр, доверив бытовые дела посмертию несчастной девушки.

И чего она его так боится? Подумалось, что вот он мой шанс разузнать кое-какие детали о жизни лорда-некроманта. Все равно сна теперь не было ни в одном глазу. Уж кто-кто, а вездесущая бестелесная прислуга должна знать многое о своем хозяине. Да и если мне тут предстоит жить, то наладить отношение с Лилитаной в любом случае будет не лишним. И кстати, как прикажете выполнять поручение дина Велмара, когда дом кишит привидениями?

Последняя мысль заставила поежиться, и прощупывать почву я начала с главного:

— Скажите, и много здесь слуг… э-э-э, подобных вам?

Она отрицательно помотала головой.

— Нет, что вы, леди, нас всего-то и двое, но Геллер он совсем не такой. — Она мечтательно закатила огромные печальные глаза и вновь мечтательно повторила: — Совсем.

То, что камердинер «не такой» я и сама знала. Зато изрядно порадовало сообщение о том, что полчища бестелесных душ, следящих за домом, отменяются. Если меня и удивила реакция, хм, относительно юного приведения на пожилого мужчину, то акцентироваться на этом не стала. Откуда знать, как долго Лилитана пребывает в своем нынешнем состоянии и как там за гранью у них с нежными привязанностями дела обстоят.

— Зови меня Алеста, а то заладила «леди» да «леди», аж неловко.

— Но как же, леди, вы — гостья его милости, а я простая селянка.

Мне, конечно, польстило, что меня принимают за знатную даму, хотя… если учесть кто именно, то вес комплимента мгновенно сходил на нет.

— С чего ты взяла, что я тоже не могу быть обыкновенной девчонкой без благородного происхождения?

Лилитана бесхитростно поделилась:

— Откуда бы здесь взяться другой? Один раз появлялась в этом доме женщина, так самая что ни на есть настоящая леди была. Все при ней: и манеры, и одежда дорогая, и красота…

Служанка грустно улыбнулась и поправила высокий ворот платья. Так жаль ее стало, что я даже разделяющий нас защитный полог убрала и несмело указала на место рядом с собой. Кровать огромная, так что могу себе позволить сделать широкий жест и при этом все равно оставаться на достаточном отдалении от призрачной гостьи. Сомневаюсь, что будучи столь преданной своему хозяину, она решит мне вредить.

Лилитана тут же воодушевилась и без промедления устроилась на краю постели. Наверное, ей действительно здесь тоскливо и одиноко, раз она так радостно восприняла столь сдержанное проявление дружелюбия. Хм-м-м, значит, у лорда-руководителя в гостях бывают женщины, как интересно. Выходит, не такой уж он и нелюдимый. Любопытно… а впрочем, чему удивляться — взрослый мужчина, и лорд к тому же. Ишь, и подруги у него соответствующие статусу, не абы кто. Внутри неприятно царапнуло, но я быстро отогнала ненужные мысли в сторону и вернулась к насущному:

— Никакая я не леди, я на практику приехала, по учебе. Так что смело зови меня Алеста и без всяких там поклонов. Я хоть и в городе выросла, но родителей никогда не знала, меня жрицы при храме воспитывали.

— Алеста, — будто пробуя на вкус, произнесла Лилитана и заулыбалась. — Я так рада!

— Послушай, а почему ты боишься своего хозяина? Он слишком жесток, обижает тебя?

Лицо служанки вытянулось и на какое-то время она даже не могла найтись со словами. Потом решительно тряхнула головой и ответила:

— Да ты что! Его милость лучшее, что случалось в моей жизни, — тут она смутилась и поправилась, — в посмертии.

Мои брови поползли вверх: ну, надо же…

— Чего ж ты так перепугалась, что он узнает о твоем появлении здесь?

— Строгий он и справедливый, а еще шибко не любит, когда его запреты нарушают. Мне ведь не во все комнаты доступ есть, лишь в некоторые, где порядок поддерживать требуется. И гостям строго-настрого показываться нельзя. Был бы на твоем месте кто-то другой — уже бы шум поднялся. Я знаю, пока его милость меня к себе не забрал, пришлось насмотреться. Никто неупокенному духу не рад, а ведь я мирная, да что толку… — Лилитана махнула рукой.

— А что бывает, если нарушить запрет лорда-некроманта? — вопрос был не праздный, надо же мне понимать, к чему быть готовой, если что.

— Не знаю, — ничуть не помогла мне она, — я никогда не нарушала запретов, это впервые. Но Геллер бывает рассказывает, когда настроение хорошее, он больше о жизни его милости знает. Так вот разные истории приключаются с теми… — она неопределенно повела рукой, — кто за пределами дома обитает. Не хочу на себе испытывать, вдруг прогонит или развоплотит без возможности к дальнейшему осознанию себя… страшно же.

Страшно, да. Терять осознанность всегда страшно. Наверное, еще и поэтому мертвые так цепляются за свое прошлое существование вместо того, чтобы уйти на перерождение через забвение.

— Думаешь, он способен развоплотить тебя за провинность и лишится незаменимой служанки?

— Не собираюсь проверять, — отрезала Лилитана. — Не я, так другая, замена всегда найдется. Мне нравится мое нынешнее существование, наконец-то я чувствую себя нужной и полезной, да и его милость всегда был добр ко мне. Только он.

Я в растерянности пожевала губу, не слишком-то мне помогли откровения служанки, но хоть то, что лорд-некромант не зверь — уже радует. Хотя может, он только для мертвых милый такой, а живым с ним лучше не связываться. Мало ли, всякие же предпочтения и симпатии у людей бывают.

— Расскажи еще о своем хозяине, что ему нравится, а чего лучше не делать? — попросила я, отчаявшись вызнать что-то конкретное у ночной гостьи.

Лилитана поникла и виновато произнесла:

— Прости, — дотронулась до шеи, — я ограничена не только в перемещениях по дому, но и в разрешенной информации.

Ничего себе! Так она вовсе не за рану на горле переживает. Элройен знатно подстраховался, теперь понятно, чего дин Велмар морщился. К столь предусмотрительному человеку и впрямь не подберешься. Да, обычным людям вряд ли придет в голову беседовать с призраками, ну так обычные их в качестве прислуги и не заводят. А вот для другого некроманта — подобный источник информации абсолютная норма, и хоть в Мухомрийске других аттестованных магов смерти не наблюдалось, но, видимо, Дэмис Элройен не из тех, кто оставляет вероятности без внимания. Ух, а ведь у него наверняка полным-полно приятелей с таким же блестящим образованием.

— Ничего страшного, — поспешила я заверить Лилитану. — О нем просто столько слухов ходит, и непонятно, где правда, а где вымысел. К тому же мне с лордом Элройеном предстоит работать, вот и пытаюсь понять, что он за человек.

— Он тебе понравится, — уверенно заявила Лилитана. — Он всем нравится.

Я скептически фыркнула: доверять вкусам привидения — так себе идея. Ей вон и Геллер, кажется, симпатичен.

— Кому это всем? — Припомнила Борщецки, Велмара, Крайтона и гостей «Веселого висельника». — Что-то я не заметила, чтобы к твоему хозяину хоть кто-то проявлял симпатию.

— Живые, — отмахнулась служанка, — что с них взять? — Тут она сообразила, что ляпнула, и поспешила заверить: — Ой, прости, я не о тебе! Ты другая, ты тоже смерть чувствуешь. Просто я раньше никогда не встречала магиков с подобным его милости даром.

— Да ладно, я поняла, — улыбнулась ей. — Так кому он там нравится?

Воображение живо нарисовало бальную залу, хоть я и понятия не имела, как они на самом деле выглядят; мрачного и всего из себя загадочного мужчину с ног до головы в черном и толпу ледей, тьфу, благородных дам всех цветов и фасонов. То есть, конечно, фасонов платьев. В общем, все это пестрое собрание кружится, будто воронье над свежей могилкой, и томно дышит в сторону моего лорда-некроманта: он им всем очень нра-а-авится!

Кажется, последнее я произнесла вслух, так как тихий смех Лилитаны мгновенно вернул в реальность. Между прочим, смех привидения для неподготовленного человека может стать серьезным испытанием психики. Не знаю, отчего возникает такой эффект, но несмотря на опыт и то, что девушка рядом не внушала опасений, у меня все волоски на коже встали дыбом.

— Какая ты забавная, Алеста! — она даже в ладоши захлопала от радости. — Как здорово, что ты к нам приехала! — Лилитана подмигнула и, состроив хитрую мордашку, уточнила: — Твой лорд-некромант?

Я аж поперхнулась от возмущения: что за гнусные инсинуации! И ведь сама подставилась, что обиднее.

— В том смысле, что он мой руководитель теперь. Завишу я от него, понимаешь? И все!

Нахалка покивала и с серьезным видом повторила:

— И все.

— Именно.

Сама не знаю, почему рассердилась. И что конкретно вызвало во мне раздражение, вроде бы, Лилитана тут вообще не при чем. Но больше разговаривать не хотелось, и не плохо бы все же поспать.

— Мне бы отдохнуть, — жирно намекнула я, отползая в сторону подушки. — Ты больше за мной не наблюдай, хорошо?

— Прости, конечно! — Лилитана мгновенно переместилась к выходу, меня обдало дуновением воздуха. — Хочешь, принесу теплого молока с медом или травок успокаивающих заварю?

— М-м-м, нет, спасибо.

Она заметно поникла, отчего во мне заскребла лапкой совесть. И сразу за этим снизошло озарение. Да я гений!

— Скажи, а ты бы могла нарисовать для меня план дома? Ну знаешь, чтобы я не заблудилась, пока не освоюсь. Заодно сразу отметишь, где можно ходить, а куда соваться не стоит. Мне раньше не доводилось бывать в таких огромных особняках.

Лилитана неуверенно замешкалась, раздумывая над ответом.

— Наверное… но…

— Ты бы меня очень выручила! — поспешила заверить я. — Если, конечно, это не запрещено. Но вроде бы чего здесь такого, верно?

— Не запрещено, — протянула служанка и все-таки согласилась: — Хорошо, я попробую. Отдыхай, Алеста.

Она даже вышла через дверь, очень мило с ее стороны. А то, что дверь при этом оставалась закрытой, это мелочи. Подумав, я не стала устанавливать защитный полог и вновь попыталась заснуть. В голове все вертелся придуманный образ лорда в черном, он жонглировал сыром и скрывал лицо в тени. Последнее несказанно злило, и я даже пригрозила ему, что призову уток, пусть потом не жалуется. Наглый некрос лишь рассмеялся, и от его смеха у меня по всему телу побежали мурашки. Я плотнее завернулась в одеяло и окончательно провалилась в мир грез.