Глава 12

Надя

На утро просыпаюсь с сильной головной болью. Этого и следовало ожидать, потому что я всю ночь проворочалась в кровати, пытаясь заснуть. То и дело, мерещилось, что дверь в комнату открылась, что Макс укрыл меня одеялом и ушел.

Конечно же, он этого не делал. Это плод моего воображения, которое не на шутку разбушевалось после того, как я оказалась в опасной близости от Шахова.

Я совершенно не понимаю себя. Почему во мне проснулся интерес к его персоне? Чем он так привлекает? Ведь по сути Шах ничем не лучше Ямпольского, разве что порядочности у него чуть больше. Да и что я знаю об этом парне? Практически ничего, кроме того, что у него есть младший брат и бывшая девушка во Франции.

Кстати, последнее и вовсе мои догадки, пока не подкрепленные доказательствами.

Почему-то, мне хочется, чтобы Шахов опровергнул мои мысли насчет Карины. Пусть она останется его воздыхательницей из Парижа, потому что если они встречались, то вполне может быть, что у Максима все еще есть к ней чувства.

Ну вот, я проснуться не успела, а только и делаю, что думаю о Шахове. Неудивительно, что голова не на шутку разболелась, да? А вчера я еще и тахикардию, кажется, поймала, когда буквально оказалась под ним.

— Так, все.

Встаю с кровати и иду в ванную. За чисткой зубов настраиваю себя на то, что буду делать вид, будто меня никак не задели действия Шахова. Пусть не думает, что я чувствую себя отвергнутой. Вчера я не удержалась и показала слабость, когда выбежала из его комнаты, хлопнув дверью. Это было глупо, сильные женщины так себя не ведут, поэтому впредь я не буду поддаваться эмоциям, постараюсь вести себя спокойнее.

Почти получается. Ровно до того момента, пока не сталкиваюсь с Шаховым на кухне. Забываю за чем зашла, потому что он стоит у кухонного стола по пояс голый, в одних спортивных штанах и наливает себе воду из графина.

— Доброе утро, — замечает меня и отпивает воду.

— Ты разве не работаешь? — спрашиваю растерянно, старательно отводя взгляд от рельефного торса Шахова.

— Сегодня нет. У меня тренировка.

— Ты спортсмен?

— Нет, просто боксом увлекаюсь.

— Боксом?

— Что тебя удивляет?

— Ты не похож на того, кто любит рисковать.

— В боксе нет риска, — пожимает плечами Макс. — Ты знаешь соперника, выстраиваешь тактику ведения боя и двигаешься как в танце.

— Ого! — восклицаю с удивлением. — Ты бокс описал с таким воодушевлением, что даже мне захотелось поколотить грушу.

— Поколоти, — красивые губы Макса трогает легкая усмешка. — В моей спальне в углу стоит, или ты вчера не заметила?

Все-таки, решил напомнить о моем ночном визите? Вот ведь гаденыш!

— Было темно, — возвращаю Шахову с невозмутимым видом и прохожу к холодильнику. — А ты одной водой питаешься? Как же белки и полезные углеводы?

— Я не занимаюсь боксом профессионально, не участвую в соревнованиях, поэтому строго не слежу за диетой.

Ага, поэтому решил питаться водой и воздухом. Вслух же решаю этого не говорить.

— А что так?

— Выбыл после травмы.

— Сочувствую, — произношу вполне искренне и достаю из холодильника палетку с яйцами и бекон.

Собираюсь похозяйничать, дабы приготовить вкусный завтрак. Я, в отличие от Шахова, не привыкла питаться одной водой, утренний прием пищи для меня святое. Это от ужина могу отказаться с легкостью.

А еще мне нужно чем-то себя занять, чтобы не пялиться на полуголого «сожителя».

— Я хочу навестить Зою, — говорю я, пока разбиваю яйца в миску и начинаю взбивать их венчиком. — Это реализуемо? — бросаю быстрый взгляд в сторону Шахова.

— Не сегодня, — отвечает он сдержанно.

— Для меня это важно, — не знаю, зачем это говорю, наверное, чтобы пробить крепкую оборону Макса. — Сестра беспокоится обо мне.

— Завтра, Надя. Сегодня всех ребят отпустил.

— Я могу и сама съездить, — роняю как бы невзначай. — На такси туда-обратно.

— Думаешь, я тебя одну отпущу?

— Боишься, что сбегу?

Мою реплику Шахов оставляет без ответа. И почему я не удивлена?

Пожимаю плечами и продолжаю готовить. Жаль наушники оставила в спальне, люблю все делать под музыку. Но, ничего, шкворчание сковородки тоже неплохо успокаивает.

А успокоиться бы не помешало, потому что я спиной чувствую пронизывающий взгляд Шахова.

— Идем завтракать! — наигранно бодро восклицаю я, пытаясь скрыть свое волнение, и поворачиваюсь к столу. Ставлю одну тарелку с яишницей и беконом для него, вторую для себя.

— А ты неплохо вжилась в роль жены, я смотрю, — Шахов принимает мое приглашение и садится за свое место.

— А что мне остается делать? — вздыхаю, изображая вселенскую грусть. — Ни с родными не могу увидеться, ни выйти без твоих головорезов. Вот и отдаю все свое внимание мужу.

— Ладно, я понял, — качает головой Макс. — Решила в ход пустить все свои таланты, да?

— Не понимаю, о чем ты.

— Все ты понимаешь, Надя. Вечером сам отвезу тебя к сестре.

— Спасибо, — тщательно сдерживаю улыбку, хоть это и дается с трудом. Все внутри меня ликует от радости.

Надо же, с Шаховым даже можно договориться при желании. И нормально позавтракать, разговаривая на общие темы.

Наверное, поэтому я немного расслабляюсь и выдыхаю. И даже навязываюсь поехать с Шаховым на тренировку.

— Я устала сидеть в четырех стенах, — невинно хлопаю глазами. — И мне очень хочется выйти из дома.

— Не самая лучшая идея.

— Я не буду тебе мешать. Просто посмотрю, как ты тренируешься. Ты же сам сказал, что сегодня зал полностью в твоем распоряжении.

— В еду мне ничего не подсыпала? — интересуется Шахов не без усмешки.

— Н-нет, почему ты спрашиваешь? — настораживаюсь от его вопроса.

— Не получается тебе отказать, бедовая. Жду через двадцать минут в машине, успеешь собраться?

— Мне и десяти хватит, — расплываюсь в широкой улыбке и иду скорее к себе, пока Максим не передумал.

Впервые за долгое время чувствую что-то похожее на душевный подъем. Может быть, между мной и Максом установится что-то похожее на перемирие? Правда, при этом соблюдать дистанцию между нами будет еще тяжелее, но я попытаюсь.

— Ты здесь тренируешься? — с недоверием кошусь на старое здание, которое напоминает сарай, а не спортивный центр.

Вот уж не думала, что Макс, будучи снобом, заезжает в подобные места. Хотя, может быть, я не очень хорошо его знаю, чтобы так о нем думать?

— Да, тренируюсь. — Тон Шахова сухой, несмотря на то, что выглядит он расслабленным. Тон Шахова сухой, несмотря на то, что выглядит он расслабленным. Может выходные так сказываются? Хочется верить, что Максим все-таки живой человек, а не робот, увлеченный лишь работой и решением важных дел.

— Представляла все немного другим.

— Для занятий спортом не нужны пятизвездочные отели.

Не удержавшись, закатываю глаза. Ненадолго хватает терпения рядом с ним.

— Пошли, — Макс выходит из машины первым и, пока я вожусь с заклинившим ремнем, открывает мне дверь. Манеры у Шахова, конечно, на высоте, с этим не поспоришь.

Благодарю его и иду вперед. Никогда не была в этой части города, поэтому кажется, будто попала в совершенно другую страну. Вот такой контраст создает это старое здание, которое, судя по всему, когда-то было спортивной школой.

Правда, когда мы оказываемся внутри, мое мнение меняется, потому как здание очень даже современное, пусть снаружи и неприметное. Сразу понятно, что кое-кто обустроил здесь все под себя.

— Атмосферно, — поворачиваюсь к Максу. — Удивлена и в то же время нет. Пятизвездочные отели не нужны, потому что у меня есть персональный спортивный комплекс, да?

Шахов лишь хмыкает в ответ. В его взгляде плещется неприкрытое веселье. Забавляется моей реакцией?

— Мне нужно переодеться, — трясу рюкзаком.

— Раздевалка в твоем распоряжении, — показывает мне в сторону длинного темного коридора. — Сегодня здесь никого, поэтому будь как дома.

— Спасибо.

Уже через десять минут выхожу переодетой в спортивные легинсы и топ. Волосы собираю на затылке в высокий конский хвост. Это моя обычная одежда для занятий йогой, не уверена, что она здесь уместна, но я же здесь больше в качестве зрителя, а не спортсмена, поэтому сойдет.

Шахов, к слову, тоже успел переодеться. В черной майке и шортах он выглядит еще более подкачанным и мускулистым. Широкие, покатые плечи, развитые мышцы спины, ровная загорелая кожа... Мамочки, на что я подписалась?

Беру себя в руки и подхожу поближе к рингу. Здесь он хоть и небольшой, но видно, что новый. В углу установлена груша, которую Макс методично колотит, меняя руки и приседая.

Он меня не видит, поэтому я исподтишка наблюдаю за ним. А он действительно хорош! В плане, что его движения четкие и выверенные, видно, что он давно и профессионально занимается боксом.

А я вот занимаюсь саморазрушением, если зависаю на Шахове, как пятиклассница, которой нравится старшеклассник. Разве я в том положении, чтобы культивировать свою симпатию, забыв об осторожности? Или что со мной происходит? Может быть, дело в том, что меня дико влечет к этому парню?

Читала в одной книжке по психосоматике, что между людьми иногда пробегают искры, но это не симптомы влюбленности. Скорее, это симптомы долгого полового воздержания, которое лучше не допускать, если не хотите заработать себе нервный срыв или болячку похуже.

Пусть прямолинейно, зато честно.

Я в принципе за честность, особенно за честность по отношению к себе. Я же чувствую, как меня ведет от Шахова. Ко всему прочему, добавилось еще одно чувство. Вина. Одна моя сторона включает мораль на полную катушку, когда я вспоминаю о том, что Макс — враг моего бывшего парня и, скорее всего, ему не нужны такие сложности, как отношения со мной. А значит, «красивая сказка» быстро закончится.

И мне не нужны сложности. Не сейчас, когда я решила, что хватит с меня парней-подонков и вечного амплуа неудачницы в глазах общественности. Да, я не отличница и не дочь, которой гордятся родители, зато у меня куча планов на жизнь. Подзаработаю денег, открою свою фотостудию и займусь профессиональными съемками. Уверена, мое видение мира через объектив найдет отклик у многих людей.

А Шахов… Наши с ним отношения обречены и дальше одной ночи не зайдут. Уверена, что такие парни, как он, не способны на большое. Карина явное тому доказательство, если они были парой.

Но стоит мне подумать о том, что это будет за ночь, как напрочь забываю все доводы разума. Помимо стремления к честности у меня есть еще одна черта характера. Упёртость и импульсивность. А это означает, что если я что-то вбила себе в голову, то эти два моих качества будут работать в тандеме. И я не успокоюсь, пока не получу желаемое.

За мыслями пропускаю важный момент. Максим поворачивается ко мне и застает врасплох тем, что я не успеваю отвести взгляд в сторону. Плевать, уверена, он уже давно почувствовал мое присутствие, просто решил показать себя во всей красе.

— Иди сюда, бедовая, — подзывает меня к себе, обхватывая грушу руками, чтобы та перестала раскачиваться.

— Хочешь со мной потягаться? — интересуюсь в шутку, перелезая под перетянутыми канатами. — А если в нокаут отправлю?

— Честно говоря, есть опасения.

Во фразе Максима вновь присутствует двусмысленность. По-крайней мере, мне кажется, что он вкладывает в эти слова несколько иной смысл, нежели просто ответ на мой вопрос. Зачем он это делает? Нравится играться со мной? Нравится дразнить? Ох, даже боюсь представить, сколько девичьих сердец он разбил!

— Держи, — Шахов передает мне новые перчатки. Надо же, какая забота! — Это отличный способ, чтобы выпустить пар.

— Думаешь, мне это необходимо? — спрашиваю, чувствуя волнение от непосредственной с ним близости.

— Думаю, да.

И снова эта усмешка дьявола. Не удивлюсь, если он умеет читать мысли и слышал все, что я думала, пока пялилась на его зад. Или у меня все на лице написано, что никакие способности легилименции не нужны.

— Встань сюда, ноги на ширине плеч, левая нога чуть вперед, — ладони Шахова проходятся по моим бедрам, опаляя жаром даже сквозь тонкую ткань штанов. — Локти прижми к телу, а руки подними. Вот так, — Максим помогает мне занять правильную стойку, но моя концентрация летит к чертям собачьим, потому что его прикосновения меня настраивают вовсе не на занятия боксом.

Старательно возвращаю себя в реальность и прислушиваюсь к советам Макса. Надо сказать, что он хорош не только как спортсмен, но и как тренер. Уже через несколько минут я оказываюсь вовлеченной в процесс настолько, что вхожу во вкус.

— Отлично, Надя! — Макс подхватывает с мата специальную перчатку и, надев ее, направляется на середину ринга. — А теперь потренируемся в движении. С грушей у тебя хорошо получилось.

— Это потому, что я лицо Ямпольского представляла, — бью кулаками в перчатках друг об друга.

Улыбка Шахова становится шире. Рада, что хоть в чем-то мы мыслим одинаково.

Удивительно, какой выносливой я могу быть. Тренировка с глазу на глаз проходит очень продуктивно. Мы двигаемся с Шаховым по кругу, и я вспоминаю его слова о том, что бокс — это своего рода танец. Правда, так вхожу во вкус, что не сразу понимаю, что Макс берет тайм-аут и опускает щиток, на котором я оттачиваю свои удары. Поэтому Шахову со всей силы прилетает в челюсть.

— О господи! — восклицаю я, понимая, что рассекла ему губу. — Прости, Макс, я не специально! ЧТо я натворила...

— Все нормально, — он вытирает тыльной стороной ладони кровь, чем только хуже ее размазывает.

Беру бутылку с чистой водой и свежее полотенце, висящее на канатах. Подхожу к Шахову, чтобы оказать первую помощь.

— Давай помогу, — говорю я, стягивая с себя боксерские перчатки. — Прости, я думала, что мы тренируемся дальше...

— Уверен, это и было твоим коварным планом, — усмехается Макс, принимая мою помощь и позволяя мне обработать ссадину. Ну вот, кажется, сглазила его красивые губы.

Хотя нет, даже так они выглядят очень привлекательно. Снова залипаю на них, что не скрывается от цепкого взгляда Шахова. Между нами снова не остается пространства. Словно весь воздух выкачали и наполнили пьянящим газом.

— Все еще кровит, — говорю я, облизывая пересохшие губы.

— Плевать, — Макс наклоняется ближе, и, кажется, я знаю, что сейчас произойдет. Меня охватывает сильный трепет, почти переходящий в дрожь.

Я чувствую на своих губах тепло его дыхания, тону в его мужском запахе, смешанном с запахом порошка и чистоты, как вдруг раздаются громкие хлопки в ладоши.

Не сразу понимаю, что происходит. С удивлением поворачиваюсь в сторону двери, откуда исходит звук.

— Браво! Браво! — к рингу подходит высокий парень с модной короткой стрижкой. На нем кожаная куртка и ослепительно белые кроссовки. Это все, что я успеваю проанализировать, потому что он застает нас врасплох. Я не успеваю задаться вопросом, кто он, да и, кажется, прекрасно догадываюсь сама. — А ты, братец, смотрю, ни сноровки, ни времени не теряешь, — подтверждает мою догадку Матвей, младший брат Шахова.

Он — копия Макса, только совсем юный. Еще не такой возмужавший, но, видно, что природа не обделила братьев физическими данными. Оба высокие, крепкие, сбитые. Разве что Матвей выше и у него нет той тяжести во взгляде, как у Максима. Зато наглости хоть отбавляй, а еще какого-то неприкрытого высокомерия, коим он щедро одаряет, едва переводит взгляд с брата на меня.

— Что ты тут делаешь? — голос Макса жесткий, ни капли тепла.

— Заглянул по пути, не думал, что ты здесь.

— Ты же в курсе, что тебе нельзя выходить из дома.

— В курсе. Но, знаешь, — Матвей делает эффектную паузу. У него вообще очень выразительная мимика. — Ос-то-чер-те-ло сидеть в четырех стенах, пока ты тут с девками развлекаешься.

— За языком следи! — рявкает Макс, от чего я подпрыгиваю на месте.

— Эй, крошка, выйди, — младший брат Шахова деловито показывает пальцем на дверь. — Нам с братом надо поговорить наедине. И да, он тебе не позвонит.

Его слова задевают не только Макса, но и меня. Уже собираюсь дать ответку этому малолетнему гаденышу, но Шахов опережает:

— Надя, иди пока в раздевалку. Мы скоро поедем, но перед этим мне нужно провести воспитательную беседу одному придурку.

Пожимаю плечами и направляюсь прочь с ринга. Матвей выглядит позабавленным, видно, что его веселит ситуация. Очень надеюсь, что после разговора с Максом он засунет свой острый язык куда подальше. Кажется, я начинаю понимать, почему Шахов не любит вспоминать брата и почему убрал его фото подальше. Если бы Зоя себя вела так же, я бы тоже была вне себя от ярости. А это именно то чувство, какое испытывает Макс. Судя по тому, как сильно его вывело из себя появление брата в спортзале, отношения между ними из рук вон плохие.