ГЛАВА 13.

Дмитрий переоделся в новый костюм. Он больше ничего не говорил. Собрал кое-какие вещи, вызвал охрану, приказав одному из верзил глаз с меня не спускать. А я так и осталась в этом грязном, подранном платье, завёрнутая в пиджак моего нового душегуба, мечтая о горячей ванне, мечтая, как можно скорей смыть со своего истерзанного тела ужасы сегодняшнего адского вечера.

Мы покинули «дом шлюх» ещё до начала рассвета.

Когда мы вышли на улицу я впервые выдохнула с облегчением. И хоть я не знала, что ждёт меня дальше, но в душе предчувствовала, что с Дмитрием я нахожусь в полной безопасности. Или, по крайней мере, надеялась. Ну а какой он человек? До сих пор оставалось загадкой.

В каждом втором «добродетели» прячется ещё более жестокий шакал.

Доверяй, но проверяй.

С другой стороны, если бы мужчина хотел меня отыметь — уже давно бы это сделал. Но вместо этого, он окатил меня отменной порцией унижения.

Дмитрий Орлов.

Так его звали. И эта фамилия мне показалась весьма знакомой. Часто приходилось слышать об этом человеке в СМИ. Но телевизор нам позволяли смотреть очень редко. Лишь слушала. Обычно, я слушала новости, сидя рядом возле кабинета заведующей, когда она в перерывах между приёмом посетителей включала «Первый новостной».

Как только я оказалась на улице, у меня моментально заложило уши. Вот-вот и кровь из ушей хлынет! Поскольку там, на верхних этажах здания, со стороны окон, где, вероятно, располагались гостиничные номера «клиентов», слышались жалобные женские стоны и грубые мужские маты.

В этот душеразрывающий момент, когда сердце ускорило биение, когда в голове вспыхнули жуткие, уничтожающие мысли, я осознала, что Дмитрий просто спас меня из самого настоящего Ада.

Ада, устроенного в самом центре земли.

До машин нас сопровождала целая армия охранников. Мы двигались по искусственной дорожке из гравия, прячась под фруктовыми деревьями, миная мусорные баки. Вдруг, возле одного из баков, я увидела плюшевого мишку. Моего мишку! Точнее, рюкзак моей сестры. С блокнотом и рисунками.

Резко дёрнулась в ту сторону, вырываясь из цепкой хватки охранников и со всех ног бросилась к свалке.

— Стояяять! — зашипел амбал в смокинге, которому было велено следить за моей падшей душонкой.

Они думали, я собираюсь бежать… Бугай уже угрожающе направил мне в спину пушку, но Хозяин его остановил. Одним коротким жестом. А я со слезами на глазах тупо бросилась в эту вонючую кучу мусора и с жадностью прижала к себе медвежонка. Там, в помоях, были ещё чьи-то вещи. И эти вещи принадлежали похищенным девушкам.

— Босс, эта девочка здорова? — бугай растерянно почесал дулом пистолета собственный висок.

— Не совсем. — Очередная гадость полоснула по ушам.

— Тогда зачем она вам?

— Сам не знаю. — Орлов безразлично пожал плечами, махнул рукой, намекая на то, «чтобы подданные не тупили и пошевеливались», сам же вальяжно зашагал к кованым воротам.

Меня снова грубо схватили за шкирку, и, перекинув через плечо, будто уличного котёнка, потащили к выходу.

***

На шикарных, бронированных джипах мы домчались до аэропорта буквально за полчаса. Махины неслись с такой бешеной скоростью, что я боялась даже взглянуть в окно. Дмитрий всё это время сидел напротив меня и что-то задумчиво печатал в ноутбуке. Даже ни разу не почтив меня хотя бы секундным взглядом. А я вот сидела будто сплющенная мошка, зажатая между двумя кабанами. Обращаются со мной как с преступницей. Будто я прямо на ходу могла выпрыгнуть из машины, лишь бы хоть на миг обрести свободу.

До сих пор было не понятно где именно мы находимся. Кругом пальмы, какие-то тропики и люди китайской внешности, прогуливающиеся по обочинам пыльных дорог в соломенных шляпах.

С ума сойти можно!

Всегда мечтала побывать за границей.

И вот они, сука мечты, сбываются!

Ненавижу свою жизнь...

Быстро вытащила блокнот из рюкзака, настрочила вопрос:

— Где мы?

Сунула в морду охраннику.

Тот лишь недовольно хмыкнул:

— Мне запрещено разговаривать с «объектом».

Раздражённо выдохнула, скрестив руки на груди.

— В Таиланде. — От этого ледяного голоса стало невыносимо холодно.

Господин соизволил-таки ответить.

И снова могильное молчание.

Которое длилось до приезда в аэропорт.

***

— Давай уже, шевелись!!! Да что же такое! — они бездушно толкали меня локтями в спину, но я панически вцепилась в перила лестницы, ведущей в самолёт.

Ни за что!

Лучше бросьте меня тут и пусть меня на взлётной полосе раздавит!

Ну зачем я вам такая?? Убогая...

Из меня любовница, как оливье без огурцов и майонеза.

Недельной давности.

— Хватит! — Дмитрий выглянул из самолета, недовольно нахмурившись, — Если сейчас же не поднимешься на борт я снова тебя свяжу и засуну в багажный отсек! Мы опаздывает. Для меня нет ничего ценнее и дороже времени!

— Ага! Не считая Лизоньки… — Шёпотом хохотнул охранник — бритоголовый обезьян с красным галстуком.

— Считаю до десяти.

Нет! Только не в отсек. Там наверно холодно, темно и страшно.

Пришлось отпустить поручень. Этот Господин с глазами порочного беса не умеет шутить.

По-прежнему босая, на дрожащих конечностях я побрела по лестнице, ведущей в эту алюминиевую бляшанку с крыльями. Но такую красивую бляшанку!

Самолеты… Они пробуждали во мне дикий восторг!

Но одновременно с восторгом и ужас.

Мой отец был военным летчиком. Он отслужил в небе двадцать лет.

Всё это время небеса благословляли его опасные полеты.

Но папа погиб так глупо…

За рулём автомобиля.

Споткнулась. Упала. Разбивая колени в кровь.

Телохранители весело заржали. Но стоило только Дмитрию бросил в их наглые, распухшие рожи свой острый взгляд, они тут же заткнулись.

Кое-как заползла в салон воздушного судна и устроилась в одном из кресел бизнес класса.

Через десять минут мы взлетели.

Первый взлёт стал для меня тем ещё адским проклятием!

Весь полёт, особенно его начало, меня лихорадило, трясло, выкручивало наизнанку. У меня началась мощная истерика, которая дошла до слёз.

А когда из динамиков раздалось предупреждение пилота о том, что мы входим в зону турбулентности, от страха я начала терять сознание.

— Чёрт! Что за трусиха такая!

Дмитрий сидел в левом ряду, в самом начале салона, как обычно, уткнувшись в ноутбук. Но видимо его настолько разозлила моя паническая возня, мои безмолвные стоны, что он, рискуя, отстегнув ремень безопасности, спешно бросился на помощь.

Кресло в бизнес классе было большим и комфортным. Да и вообще самолёт был полностью выкуплен под частную эксплуатацию. Этот восхитительный лайнер, класса люкс, являлся законной собственностью Орлова. Там было всё. Включая спальню, офис для переговоров и даже мини кинотеатр с буфетом.

Такое великолепие я видела впервые!

Но мне, естественно, было не до этого. Я уже буквально с ума сходила от собственного накрученного самовнушения.

Мужчина быстро расстегнул мой ремень безопасности и, подхватив на руки, сел со мной в одно кресло, усадив к себе на колени.

Ох!

Что же он творит?

Только этого ещё не хватало!

— Ладно, всё! Успокойся. Я с тобой… Слышишь? С тобой! А ты — со мной. В абсолютной безопасности. Не бойся. Самолёты по статистике — самый безопасный транспорт.

Успокоилась. Эти слова… как бальзам, как мощное лекарство, которое плеснули на раненную душу!

Дмитрий тесно-тесно прижал моё тощее тело к своей сильной груди и я, прижавшись щекой, тут же услышала биение его ритмично бьющегося сердца. Гладил по волосам, что-то шептал. Тихо так. Ласково. Непривычно.

Моё тело буквально подбрасывало от дрожи. Но через пару секунд истерика прекратилась. Напряжение исчезло. Мышцы расслабились. Дыхание восстановилось.

Сейчас он стал абсолютно другим человеком. Сейчас он снял свою маску тирана. И от этого я растаяла, как мороженое на тропическом солнце, превратившись в талую воду.

Ненавижу, когда ко мне прикасаются. Но в данный момент я сходила с ума от его объятий. Это было настолько приятно, что я готова была душу сатане продать лишь бы этот полет никогда не заканчивался.

Мне всю жизнь не хватало поддержки, принятия, ласки и тепла. Сейчас я почувствовала себя живой, а до этого будто не дышала, будто тлела в бездне обречённости, сгорая медленно, мучительно, по кусочкам.

Самолет периодически потряхивало в воздухе, но мне уже было наплевать на свой страх. Я чувствовала тепло, заботу, приятный запах сильного, мужского тела от которого, расслабившись, провалилась в сладкий сон.

Впервые в жизни мне не снились кошмары.

Потому что рядом был он.

Мой Ангел-хранитель.

***

Спустя несколько часов этого восхитительного полёта меня разбудил голос главного пилота, который объявил, что через пару минут мы приземлимся в Москве.

После его объявления я мысленно захлопала в ладоши.

Спасена!

Спасена!!!

Боже, спасибо тебе!

И улыбнулась. До самых ушей улыбнулась!!!

Впервые за десять лет.

А ещё зевнула, сладко потянулась, осмотревшись по сторонам.

Но рядом никого не было.

Лишь тёплый плед, в который, с особой бережностью, было завёрнуто моё маленькое тело, а в воздухе до сих пор чувствовался этот сладкий запах… Запах элитных, дорогих духов. Которым я пропиталась до самых косточек.

***

Когда самолёт приземлился в аэропорту, я вновь увидела своего героя.

Правда этот герой снова превратился в ледяного тирана.

Дмитрий, гордо вздернув подбородок, уверенно шагал по салону, а за ним, слащаво улыбаясь, стелилась свита из троих симпатичных стюардесс.

«Ну всё понятно!» — зашипело гордое «Я».

Это что ещё такое?

Неужели, ревность???

— Вставай и пошли. — Грубо рыкнул, даже не посмотрев в мою сторону.

«Наверно его доброта мне приснилась», — с горечью подумала, расстегнула ремень и под насмешливые взгляды блондинок в голубых беретах и мини-платьях, едва прикрывающих их мясные точки, босыми ногами потопала к выходу.

В аэропорту нас снова ждали бронированные монстры на колёсах — огромные джипы-внедорожники с тонированными стёклами.

Меня затолкали в машину. Орлов уже занял одно из пассажирских кресел. Он сидел в расслабленной позе, широко расставив мощные ноги, покуривая пряную сигару, с безразличием смотрел в окно.

Дверь за мной с грохотом захлопнулась, и машина резко сорвалась с места.

Куда дальше?

Интересно, что он задумал?

Швырнёт обратно в приют? Или в полицию?

А сам с гордым видом наваляет прессе о том, что это он спас несчастную сиротку из пут пожизненного рабства.

Сидит такой весь из себя. Гордый, властный, на пафосе, Властелин мира. Курит и думает, выпуская вихри ароматного пара. А меня всё ещё ведёт от его внешнего вида, от этой мощной, разрывающей на миллион атомов энергетики и от желания остаться с ним навсегда.

Но почему?

Он не цветочек. Он опасный, хладнокровный бандит. Но почему меня влечёт и тянет к Орлову как бракованный магнит??

Безумие!

Я ненормальная…

На самом деле Дмитрий тот ещё мерзавец. Хорошие люди не посещают нелегальные рабовладельческие аукционы.

Мы ехали около часа, а бизнесмен до сих пор о чём-то усердно размышлял, выпав из реальности, изображая из себя ледяную арктическую глыбу.

Человек из стали. Человек бетон.

Это — он.

— Останови машину! — резкий крик чуть было на смерть не разорвал мне сердце.

Я испугалась. Дмитрий завопил громко и неожиданно!

Водитель послушно тормознул возле ближайшей остановки с прогнившим козырьком. На улице было холодно, лупил мерзкий ливень.

Это не солнечный Таиланд, это суровые земли России.

Добро пожаловать в Преисподнюю, Лина!

— Выходи. — Чёрство скомандовал, но я не поняла его слов. — Быстрей. — }Выхватил у меня рюкзачок-мишку и грубо засунул внутрь приличную стопку купюр, — На проезд хватит. И на жизнь тоже. — Обратно швырнул. — Не благодари.

Молча вышла из машины и сразу же шлепнулась в грязную лужу.

А он дверью с яростью хлопнул, умчавшись на своём треклятом джипе быстрее ветра.

Я промокла за две секунды. До самых костей.

Стояла под холодной стеной из водопада, глядя вслед удаляющемуся автомобилю. Дождь смывал мои слёзы, и они растворялись в пустоте.

Всё произошло настолько быстро, что я даже понять ничего не успела.

Бешеный дьявол! Он будто с цепи сорвался… Почему так?

Горло будто сдавило колючей проволокой от невозможности закричать! От невозможности высказать ему все свои чувства. От невозможности просто попросить, чтобы меня не бросали вот так вот безжалостно, как половую тряпку прямо в грязь.

Я его не понимала. Что произошло? Что я такого сделала?

Уж лучше бы он снова меня в бордель швырнул, чем так! Без объяснений… Избавился будто от мусора.

То, что я только что испытала — невозможно описать словами.

Я чувствовала лишь боль. Острую, уничтожающую боль.

Боль, разбавленную предательском.

Обхватив собственные плечи руками, там на заброшенной остановке, я забилась в угол под поломанным навесом, который ни черта не спасал от дождя. Промерзла до самых костей. И как назло нет ни одной машины, ни одной живой скотины!