Глава 39

Огромный корабль Ор’Ксиаров вышел из прыжка, через искривленные карманы пространства, и заскользил по просторам космоса, словно тень среди звезд. Преодолев плотную туманность и массивный пояс астероидов, он прибыл на Ис’Тайр — планету захватчиков. Корабль плавно опустился на массивную платформу, высеченную прямо в скале. Когда мы вышли, перед нами раскрылся чужой, величественный мир.

Небо было темно-аметистовым, глубоким, словно бескрайний океан, застывший над головой.

— Небо спокойное. Это хорошо, — произнес Мор’Раан, стоя рядом.

Я огляделась. Поверхность планеты представляла собой бескрайние горные массивы, их склоны были покрыты уже ставшей привычной черной пленкой. Вдалеке виднелись величественные утесы, которые зависли прямо в воздухе.

Океанов и морей здесь не существовало в привычном виде, но вместо них текли энергетические потоки — реки и озера жидкой плазмы, переливавшейся завораживающим металлическим светом.

— Вельвира, пойдем. Я покажу тебе наш дом, — сказал Мор’Раан.

Он подвел меня к одной из многочисленных обтекаемых летающих конструкций. Я устроилась внутри, а он сел «за руль». Хотя правильнее было бы сказать: он просто смотрел вперед, и корабль, подчиняясь его воле, поднялся в воздух.

Мы летели низко над поверхностью, и я вдруг поняла: он помнит о моем страхе высоты. Это внимание, эта забота — они подкупали.

Мы приземлились на одном из скальных уступов. Я спрыгнула на камень и увидела его жилище. Оно было высечено прямо в скале, но не походило на обычную пещеру: гладкие, отполированные стены и гармоничные формы создавали впечатление, что само пространство природы подчинено человеческому разуму.

— Как и корабль, скала подчиняется нашей воле. Ты можешь перестроить ее так, как пожелаешь, — сказал Мор’Раан.

Я усмехнулась, подумав, что Ор’Ксиары действительно иначе относятся к своим женщинам.

— Меня все устраивает, — ответила я.

Однако, зайдя внутрь, я заметила: спальня здесь всего одна. Взяв его за руку, я сосредоточилась — стены послушно раздвинулись, образуя еще одно помещение. Я сформировала высокую кровать, стол со стулом, полки для одежды. Добавила удобное кресло в угол и наполнила потолок мягким светом.

Кажется, все… Ах да, дверь!

Но дверь в привычном смысле создать не удалось. Пространство упрямо сопротивлялось, будто не понимало, чего я хочу. Материя изгибалась и колебалась, но не поддавалась. Пришлось оставить проход пустым.

— Я закончила, — сказала я и отпустила его руку.

Но он тут же обхватил мою ладонь.

— Мор’Раан, пожалуйста, нет… — едва не застонала я.

— Вельвира, почему ты сопротивляешься нашей связи? — его голос был мягким, но настойчивым.

Он оказался ближе, и я почувствовала его дыхание на своей коже.

— Я вижу, как отзывается твое тело. Я чувствую аромат твоего желания.

Его пальцы коснулись моих волос. Прикосновение было таким теплым, таким нежным, что я едва сдержала дрожь.

— Почему ты такая упрямая, моя Вельвира?

— Потому что у меня уже есть страж, — сказала я, подняв взгляд и, собрав волю, отступила назад. — Я сделала свой выбор и буду верна ему до конца. Буду благодарна, если ты перестанешь мучить и себя, и меня, и позволишь мне быть с моим стражем.

— Это невозможно, — его голос был спокоен, но в глазах вспыхнуло неумолимое. — Ни наша планета, ни наши законы не дадут выжить здесь земному стражу.

— Мор’Раан…

— Нет, Вельвира. Любой конфликт между женщинами решают мужчины. Это закон. Земной страж не выдержит ни дуэли искажением пространства, ни физического боя. Он слишком слаб.

Я сжала губы, чувствуя тяжесть его слов, но внутри уже зрела решимость. Если любой конфликт решают мужчины — я просто не буду конфликтовать. Никогда. Всю жизнь.

— Я не стану общаться ни с одной женщиной, — сказала я твердо.

Пространство вокруг дрогнуло, словно отзываясь на его эмоции.

Он сделал шаг ближе, голос стал низким, резким:

— Его убьют, как только поймут, что связь можно разорвать. Здесь не прощают слабости. Тебе его не спасти.

Холод пробрал меня до костей, но я сжала кулаки.

— Если я откажусь от него, то не просто предам. Я убью его.

— Вельвира, я не оставлю тебя одну с этой болью. Я помогу тебе справиться, — сказал он.

Я рассмеялась — горько, надломленно:

— Как? Запрешь меня в четырех стенах и будешь любить до изнеможения, пока я не сойду с ума?

Его голос стал опасно мягким:

— Если ты этого захочешь.

— Я не хочу! — я выделила каждое слово.

— Вельвира…

— Оставь меня.

Он развернулся и ушел. Я рухнула на кровать, закрыла глаза. Все это было похоже на дурной сон, из которого хотелось сбежать. Но куда? Я заперта на чужой планете, в каменной клетке, в плену у чужого мужчины, который, готового отдать все, лишь бы я стала его.

В руках снова оказался листок. На нем — слова:

«Наэлия, ты выйдешь за меня?»

Я сжала его в ладони, чувствуя, как боль и отчаяние сдавливают грудь.

— Тейрон, где мне взять столько сил? — прошептала я в пустоту.

Я закрыла глаза, думая о нем — о его взгляде, о его улыбке. О том, как сама привязала его к себе… а он, кажется, действительно полюбил.

Он хотел прикосновений, поцелуев, близости. А я боялась. Боялась довериться, открыть ему свое сердце.

Но сейчас… сейчас я хотела раствориться в его руках, в его поцелуях.

Я тянулась к нему всей душой.

А в ответ была лишь пустота.

Я справлюсь. Верь в меня, Тейрон.

* * *

Утром Мор’Раан принес мне одежду — ту самую, в которой когда-то ходили девушки с Земли. Я не могла надеть белый костюм: для этого нужно было заключить с ним связь, а я всеми силами старалась этого избежать.

Я поделилась с ним своим желанием построить беговую дорожку, но призналась, что не представляю, как воплотить это здесь. Мы долго размышляли над маршрутом и в итоге пришли к смелому решению: большая часть дорожки должна проходить сквозь скалу. Это казалось безумием, и в то же время невероятно захватывало.

Проект оказался куда сложнее, чем мы ожидали. Он потребовал слишком много энергии, поэтому работу пришлось разбить на несколько дней. Но когда все было закончено, я смотрела на результат с гордостью.

Не выдержав соблазна, я сорвалась с места.

Бег приносил радость. Я чувствовала свободу, наполняющую каждую клетку. Сердце билось в такт движению, и в этот миг я ощущала себя по-настоящему сильной.

Дни потянулись один за другим, сливаясь в бесконечную череду одинаковых мгновений. Я много бегала, изучала их историю и законы. Я искала слабые места, лазейки, которые позволили бы мне вернуться к моему стражу. Но чем глубже я вникала, тем яснее понимала: это невозможно.

Планета была действительно опасной.

Гравитационные штормы превращали пространство в зыбкую субстанцию. Небо раскалялось до алого, и вслед за этим поднимались мощные выбросы энергии. Они искажали гравитацию, ломали само пространство и могли испепелить любое живое существо за секунды.

Скала, казавшаяся безопасной, могла внезапно расколоться, открыв под собой бездонный разлом.

Но была и хорошая новость. Здесь не было животных — ни зверей, ни птиц, ни даже насекомых. Казалось, природа безмолвна. Но это впечатление было обманчивым.

Здесь обитали энергоформы — сущности, сотканные из чистой материи. Они не оставляли следов, не издавали звуков, но их тела светились мягким светом. Они могли скользить по поверхности и двигаться сквозь каменные массивы. Эти создания не охотились и не нападали, но были разумны. Они наблюдали, изучали, реагировали. Даже Мор’Раан не знал, можно ли их приручить.

— Надеюсь, эти энергоформы не вырастут передо мной, когда я буду бежать, — заметила я.

Мор’Раан спокойно посмотрел на меня и уверенно сказал:

— Не переживай. Они не сунутся на мою территорию.

Я кивнула, ощущая, как напряжение чуть отпускает.

— Это обнадеживает.

Он мягко взял меня за руку, и я сразу почувствовала тепло его кожи.

— Вельвира, девушки, с которыми ты летела, хотят навестить нас, — произнес он, наблюдая за моей реакцией.

Я покачала головой.

— Я никого не хочу видеть.

— Я не понимаю тебя. Девушкам с Земли нравится общение друг с другом.

Я подняла на него глаза и спокойно сказала:

— Девушкам с Земли нравится. Мне — нет.

Я отказалась от общения с женщинами. Их восторженные возгласы, рассказы о том, какие Ор’Ксиары заботливые и сильные, могли склонить чашу весов в его пользу. А я не могла себе этого позволить. Порой казалось, что мое решение держится лишь на тонкой ниточке упрямства, которая вот-вот оборвется.

Но Мор’Раан уважал мои желания. Он не давил, не настаивал, не заставлял. И именно это делало все еще труднее. Я чувствовала себя неблагодарной — он давал мне пространство, заботу, внимание, а я отвечала холодом и отстраненностью.

Со временем мне стало все равно. Я устала бороться — с собой, с ним, с этой планетой. Я просто существовала: день за днем, шаг за шагом. Беговая дорожка, капсула, еда, обучение, сон. И снова бег.

Иногда, лежа в капсуле, я закрывала глаза и представляла, что все это — лишь сон. Что проснусь, и Тейрон будет рядом. Но каждый раз, открывая глаза, я видела лишь холодные стены скалы. Это была моя реальность.

И все же глубоко внутри я знала: я не сдамся. Потому что Тейрон — не просто мой страж. Он часть меня. И пока я жива, я буду бороться за то, чтобы вернуться к нему.

Даже если это будет последним, что я сделаю.