Глава 9

Крошка Ив

Второй этаж Центра наземного транспорта был просторным и светлым, с высокими потолками и панорамными окнами, выходящими на рабочую зону внизу. Отсюда можно было наблюдать, как мужчины в спецовках копошатся вокруг машин: тестируют двигатели, проверяют системы, перекрикиваются сквозь шум работающих механизмов. Внизу кипела жизнь, а наверху царила относительная тишина, нарушаемая лишь мягким гулом, доносившимся снизу.

В центре кабинета стоял массивный стол из темного полированного дерева, над которым висели голографические проекции с чертежами и отчетами. На стене за столом размещался стенд с наградами — кубки, медали и дипломы, напоминание о его юности, когда он был быстрым, дерзким и безрассудным гонщиком. Теперь же его жизнь вращалась вокруг машин, но уже с другой стороны — из кабинета руководителя.

Дверь открылась, и вошла Марта. Сегодня на ее лице не было привычной добродушной улыбки — оно было сосредоточенным и напряженным. Короткие седые волосы чуть растрепались, словно она не раз за день задумчиво проводила по ним рукой. В руках она сжимала планшет крепче, чем следовало бы. Ее широкая фигура, обычно излучавшая спокойствие и мягкость, теперь выглядела собранной и даже настороженной.

— Ну как Ив? — спросил он, не поднимая глаз от голографического отчета.

Марта тяжело вздохнула и честно призналась:

— Ужасно. Девушка постоянно ошибается, ходит с растрепанными волосами и при каждом удобном случае сбегает.

Он поднял взгляд, брови слегка сдвинулись.

— Дай ей задачу попроще, — сказал он спокойно.

— Куда уж проще? — пожала плечами Марта. — Всего-то сверять комплектующие с цифровым чек-листом.

Он на мгновение задумался, затем кивнул:

— Скажи ей, пусть зайдет ко мне.

— Сейчас? — уточнила она.

— Да. Сейчас.

— Хорошо.

Марта вышла, а он снова вернулся к отчетам. Но через десять минут Ив все еще не было. И через двадцать. Он прекрасно знал, что от самого дальнего угла рабочей зоны до его офиса — максимум пятнадцать минут. Так где же она?

Подождав еще немного, он встал из-за стола, вышел из кабинета и направился к лестнице. Спустившись вниз, начал искать ее среди машин и рабочих. Его взгляд был острым, как лезвие, и каждый, кто случайно встречался с ним глазами, поспешно отворачивался. И наконец он заметил ее.

Ив стояла, прижатая к стене двумя рабочими. Ее светлые волосы были растрепаны, что придавало облику легкую небрежность и в то же время особую притягательность. На ней была обычная спецовка свободного кроя, но сидела она на Ив удивительно хорошо: ткань мягко подчеркивала линию талии и облегала бедра.

Интерес парней к ней имел мало общего с работой.

Первый — высокий, крепкий, со светлыми волосами, падавшими на лоб, и правильными чертами лица — преградил ей путь. Он что-то говорил, стараясь привлечь внимание, но Ив смотрела куда-то вдаль, словно его вовсе не существовало.

— Ив, ну что ты такая холодная? — произнес он полунасмешливо.

Он протянул руку и провел ладонью по ее щеке, будто проверяя реакцию. Но ее лицо оставалось безучастным. Она не отстранилась, не возмутилась, не оттолкнула его — просто стояла.

Его пальцы мягко сжали ее подбородок, и он наклонился ближе. Поцелуй не был нежным — в нем чувствовалась нетерпеливая жажда ответа. Его губы двигались горячо, с осторожной, но настойчивой страстью, словно он пытался растопить лед в ее молчании, зажечь хоть малейшую искру. Он искал отклик, ждал, что она поддастся, ответит, но губы Ив оставались неподвижными — мягкие, теплые, но безучастные

Наконец он отстранился.

— Ну как? — спросил он, и в его голосе проскользнула едва заметная неуверенность.

Ив на мгновение задумалась, а затем с абсолютным спокойствием произнесла:

— Слюней много.

Парень моргнул.

— Дай-ка я попробую, — вмешался второй — пониже ростом.

Он бесцеремонно оттолкнул первого, который так и застыл в замешательстве, не успев добиться ни малейшей реакции.

— Уволены. Оба, — раздался холодный, как лед, голос.

Парни резко обернулись. Шеф стоял всего в нескольких шагах от них, лицо оставалось непроницаемым.

— За что?! — выпалил второй, ошарашенный появлением начальства.

— За саботаж рабочего процесса, — отрезал Грегор тем же ледяным тоном.

— Что? — не понял тот.

— За намеренное препятствование выполнению критически важных задач, что привело к задержке в принятии решений, — пояснил Грегор, не моргнув глазом.

После этого повернулся к Ив и коротко приказал:

— За мной.

Она не сказала ни слова и послушно пошла следом, оставив двух ошеломленных парней позади.

В кабинете стояла тишина, натянутая и густая. Шеф подошел к окну, сжал кулаки и уставился вдаль. Желание врезать этим щенкам было почти физически ощутимым, пульсировало в висках. Он стоял так некоторое время, заставляя себя успокоиться.

Когда он наконец обернулся, то на секунду замер.

Ив сидела прямо на его столе — спокойная, будто ничего не произошло. Она беззаботно болтала ногами, словно ребенок.

Преодолев первый шок, он медленно подошел ближе. Наклонился, упершись ладонью в стол рядом с ней, и с прищуром спросил:

— Удобно устроилась?

В его голосе не было злости — лишь тихая, опасная насмешка.

Ив лениво скосила на него глаза, будто обдумывая ответ, а потом спокойно кивнула:

— Вполне.

Его взгляд скользнул по ее растрепанным волосам, и он невольно замер. Ему нравилось видеть ее такой — с выбившимися прядями, свободно падавшими на плечи и придававшими облику легкую небрежность.

Он выдохнул, подавляя желание коснуться этих прядей. Как бы ни тянуло, правила есть правила.

— С завтрашнего дня собирай волосы в пучок или заплетай косу каждое утро, — сказал он наконец.

— Я не умею, — спокойно ответила она.

Он удивленно приподнял бровь.

— Я думал, в закрытых школах девочек учат таким вещам.

— Учат, — подтвердила Ив. — Но у меня нет глаз на затылке, чтобы заплетать самой себе косу.

Уголки его губ дрогнули. Он протянул руку к канцелярским принадлежностям и взял резиновый жгут.

— Повернись.

Ив скрестила ноги и плавным движением развернулась на столе, оказавшись к нему спиной. Он запустил пальцы в ее волосы, ощущая их шелковистую гладкость, и неспешно разделил их на три пряди. Он плел аккуратно, следя за тем, как послушно они ложатся.

Взгляд невольно задержался на линии ее шеи, на тонкой тени, подчеркивающей изгиб позвоночника. Слишком близко. Слишком легко поддаться искушению и скользнуть пальцами по коже.

— Ив, как тебе работа? — спросил он, продолжая плести косу и надеясь, что разговор отвлечет от ненужных мыслей.

— Скучно, — честно призналась она.

— А что для тебя не скучно?

Она слегка повернула голову, их взгляды встретились. В ее холодных глазах вспыхнула едва заметная искра — та, что загорается только при разговоре о чем-то важном.

— Гонять на твоем ZephyrX, — выдохнула она.

Он усмехнулся. Надо же, запомнила модель.

Завязав косу жгутом, он обхватил Ив за талию и легко, почти небрежно, снял ее со стола.

— Можем погонять на выходных, — сказал он, заметив, как в ее глазах вспыхнул огонь. — Но только если будешь работать как следует.

Она неохотно кивнула, словно взвешивая цену сделки, но спорить не стала.

— А теперь иди, — произнес он.

Ив развернулась и вышла, оставив после себя легкий аромат — холодный, дурманящий, как утренний воздух перед стремительным разгоном.

* * *

В конце рабочего дня Грегор вызвал Марту к себе. Она вошла, плотно прикрыла дверь и, не дожидаясь, пока он заговорит, выпалила:

— «Уволены за саботаж рабочего процесса»? Грегор, вы серьезно?!

Он посмотрел на нее холодно, без тени сомнения.

— Я всегда серьезен в своих решениях.

Марта покачала головой, скрестив руки на груди.

— Думаете, они первые, кто лез к ней целоваться? Да с ней уже чуть ли не треть цеха перепробовала, лишь бы пробудить в ней хоть какие-то чувства.

— Довольно! — резко оборвал он.

Марта прикусила язык. Ее грудь приподнялась от глубокого вдоха, словно она сдерживала слова, рвавшиеся наружу. Она привыкла спорить, привыкла говорить прямо даже ему, но в этот раз в его голосе прозвучало что-то такое, что заставило ее замолчать.

Несколько секунд в кабинете стояла напряженная тишина.

Она выдохнула и уже спокойнее спросила:

— Зачем звали?

— Хотел попросить тебя заплетать Ив косу каждое утро, — ответил он ровно.

Марта вскинула брови.

— У меня и без этого дел хватает, — сказала она, но спустя мгновение не удержалась и добавила с хитринкой: — А почему бы вам самому этим не заняться? У вас ведь неплохо получается.

Он уже раскрыл рот, чтобы возразить, но в голову внезапно ворвался образ: Ив сидит на его столе каждое утро, терпеливо ждет, пока он аккуратно перебирает ее волосы. Он видит, как пряди скользят между его пальцев, как он плавно разделяет их, заплетая в ровную косу. Как ее затылок чуть склоняется вперед, открывая линию шеи. Как рядом с ним остается ее дыхание, легкий аромат металла и чего-то свежего, холодного, как предрассветный воздух.

Мысль ударила слишком резко, слишком глубоко. Кровь прилила к вискам, в груди заклокотало что-то теплое и совершенно неуместное.

Он резко кашлянул, будто пытаясь вытолкнуть из себя наваждение.

— А за надбавку в пять процентов? — спросил он уже ровным голосом, пряча за хладнокровием вспыхнувший жар.

Марта оживилась.

— Конечно, без проблем, — с готовностью согласилась она.